Ангел и Тварь.

      — Вот это жахнуло... — озадаченно произнёс Урод, смотря на улицу сквозь окно второго этажа. Что он там видел? В принципе, абсолютно ничего, кроме бесконечного белого света. Создавалось впечатление, будто весь мир исчез в ярчайшей вспышке.       — Насколько я помню, ГЭМИ действует не так... — не менее задумчиво сказал Обер.       Напарники расположились в одном из многочисленных магазинов второго этажа ТЦ и дожидались офицера Лакруа и Анну.       Когда-то это был магазин электроники, но сейчас от него мало что осталось. Все витрины были разнесены в хлам или использовались как барриды на первом этаже. Под ногами хрустело битое стекло, а за стойкой кассира лежал изуродаванный труп продавца. Больше здесь ничего не было. Лишь хаос и мусор.       Урод отошел от окна и исчез за кассовой стойкой. Спустя пару минут он вновь появился, держа в руках отрезанную голову продавца.       — Знаешь, что-то мне подсказывает, что на улицу лучше не соваться, — отвечая на немой вопрос Обера, произнёс напарник и осторожно высунул отрезанную башку в окно примерно до половины.       Продержав ее так некоторое время, Урод продемонстрировал полевому медика что бывает, если попадаешь под воздействие ГЭМИ. Создавалось впечатление, будто голову ошкурили до половины, после чего отделили плоть от костей черепа и зачистили последний наждаком.       — Армейцам и всем, кто остался на улицах, точно пиздец, — заключил Обер и сел на небольшую скамейку, стоявшую у стены.       — Точно пиздец, — согласился Урод и уселся на кассовую стойку. — Насмотришься на этих жмуриков и жрать приперает.       — Так ты же вроде каннибал. Возьми да пожарь ляжку там, бицепс например. — Обер положил винтовку к себе на колени и отсоединил магазин. Убрав его в карман разгрузки, мужчина достал новый и перезарядил оружие, после чего поставил его на предохранитель.       — Ага, как же! Жрать "мертвое" мясо — это моветон, если ты не знал — возмутился гурман и поправил ворот комбинезона.       — Плоть живых вкуснее?       — Если правильно приготовить, то это деликатес, крайне почитаемый в узких кругах. Ну, ты понимаешь о чем я.       — Разумеется. Иначе и быть не... — Закончить легионеру не дал подозрительный звук со стороны кладовой. Дверь туда находилась сразу за стойкой и неудивительно, что Урод тоже это услышал.       Легионер тихо щелкнул предохранителем и поднялся со своего места, взяв дверь на прицел. Урод понял своего напарника без слов и бесшумно спрыгнул со стойки. Взявшись за ручку, он внимательно посмотрел на полевого врача и после кивка резко открыл дверь. Вернее, попытался — она оказалась заперта изнутри.       — Это новая реклама порошка "Миссис Молли". Вы думаете, ваши вещи достаточно белые?! Не, нихуя, открывай! — проорал разноглазый и пнул по двери. Замок хрустнул и сдался.       Дверь мгновенно распахнулась и первым, кого увидел Обер за ней, была та самая Джейн из салона красоты.       — Опять ты?! — удивленно воскликнул мужчина, когда напарник выволок девушку за волосы и коротким ударом по задней части бедра повалил ее на пол.       — Не стреляйте, пожалуйста! — воскликнула Джейн, заметив в руках Обера оружие.       Легионер мельком взглянул на Урода и заметил в глазах того нездоровый блеск. Это нехорошо, психопат явно собирается учинить с рыжеволосой что-то крайне неприятное. И вряд ли это будет просто изнасилование.       — А я как раз думал, с кем развлечься! — весело воскликнул пилот и поставил ногу в тяжелом армейском ботинке на спину Джейн, придавив ту к полу. — Давай, сученька, не жмись, меня сегодня чуть не подорвали и я хочу расслабиться.       С этими словами псих снял поясной ремень и связал им руки рыжей, под протестующие всхлипы последней.       — Отъебись от неё, — Обер чуть склонил голову набок.       Урод слишком хорошо знал своего бывшего сокамерника и прекрасно понимал, что такой жест означает крайнее недовольство Обера.       — Брось, брат, мы же больные ублюдки, ты забыл?       — Ты не берсерк, чтобы так издеваться над гражданскими. Это, конечно, круто и весело, но оставь ее в покое хотя бы на пять минут, пока я с ней разговариваю. А потом можно и расслабиться.       — О, брат, я могу быть еще страшнее, чем те тупые выблядки на первом этаже. Хотя можно и подождать, так сказать, растянуть удовольствие, — предупредил Урод, но все же решил не спорить с напарником. Схватив девку за волосы, он заставил ее запрокинуть голову. — Я еще к тебе вернусь, — произнес он ей в самое ухо.       Обер тяжело вздохнул из-под противогаза и усадил связанную Джейн на скамейку. Лицо рыжей девушки исказила маска страха. Ее опять била дрожь.       — Так. А теперь расскажи мне, почему где бы мы с Уродом не оказались, ты всегда следуешь за нами,— Обер снял противогаз и пристально посмотрел в заплаканные глаза Джейн.       — Я... Я...       — Головка от хуя, — выругался Обер и обратился к Уроду. — Дай сигарету.       Без лишних слов, парень бросил легионеру пачку сигарет. Подкурив сигарету, Обер вернул курево напарнику и присел перед рыжеволосой на корточки.       — Если ты не станешь отвечать, я выжгу тебе глаза. Ты это понимаешь? — вкрадчиво предупредил мужчина и затянулся сигаретой. Херня, а не курево.       — Я просто... Мне стало интересно, — ответила Джейн и потупила взгляд.       — Вот как? И многое успела узнать?       — Нет...       Неверный ответ.       Обер схватил девушку за тонкую шею и крепко сжал. Второй рукой он приставил сигарету к глазу Джейн так, чтобы не прижечь раньше времени, но и чтобы она ощущала жар уголька.       — Ложь никого не доводила до добра. Кто тебя отправил следить за нами?       — Никто! Никто! Я клянусь, — Прохрипела девушка.       — Какого хера тут происходит?!       Знакомый голос... Обер медленно повернул голову и увидел источник голоса. Да, это была офицер Лакруа, стоявшая в дверях магазина. Ее брови были нахмурены, а глаза выражали недовольство пополам с легким удивлением.       — Так вот... Лазутчика поймали, офицер Лакруа, — быстро нашелся Урод. — Вот только молчит, паскуда.       — Обер, отстань от неё, — коротко скомандовала Амели.       Пожав плечами, мужчина отстранился от Джейн и, сделав пару быстрых затяжек, щелчком пальцев отправил сигарету в дальний угол. Усевшись на стойку рядом с Уродом, он взглянул на офицера, уже предугадав ее вопросы.       — Она в кладовой шкерилась. До этого я ее встретил на третьем этаже. — Легионер снял шлем, поправил внутреннюю подкладку и надел его обратно.       — Не интересует. Каков был приказ? — В голосе Амели появились стальные командирские нотки.       — Ликвидация гражданских.       — Почему она еще жива? Исправить это.       Все-таки годы службы заметно повлияли на Обера и научили беспрекословно подчиняться приказам старшего по званию. Короткая очередь из штурмовой винтовки мгновенно оборвала жизнь рыжеволосой Джейн. Урод негромко выругался.       — Так. С этим разобрались. Урод, что с тобой? — Амели скрестила руки на груди.       — Все отлично, офицер Лакруа. Немного подрали осколки и еще я лишился бронебота.       — Это не проблема. Как только кончится обработка ГЭМИ, с ближайшей базы будет доставлено снабжение. — Амели кивнула в сторону окна.       — К слову, о ГЭМИ. Мы уже поняли, что происходит с людьми, которые остались вне укрытия. Как долго действует генератор и какую площадь покрывает?       — От шести до восьми часов. Этого вполне хватает, чтобы сократить население Лондона примерно до половины. И да, он действует по всей площади города.       Кое-какие познания в области количества населения Лондона у легионера были. Всего в городе проживало чуть больше восьми миллионов человек. А ГЭМИ и вправду крут!       — Получается, мы перебили половину горожан? — удивленно спросил Обер, взглянув на офицера. Все-таки мужчина был далек от современных технологий в области оружия массового поражения и ему было достаточно трудно поверить, что так легко получилось ликвидировать такое огромное количество человек.       — Не вы, а генератор. Вы всего лишь оказали огневое прикрытие и привлекли армию. — Амели усмехнулась. — Признаться, я не ожидала, что проект "Легион" окажется настолько хорош.       — О-ля-ля, неужели вы хвалите нас, товарищ офицер? — Урод улыбнулся во все тридцать два зуба.       — Тебя — нет, — сказала Лакруа. По ощущениям, будто прибила гидравлическим прессом. — Ты угробил боевую машину, стоимостью в полтора миллиона долларов и едва не помер от ранений.       Уголки губ Урода медленно поползли вниз.       — Отдыхайте, парни. Через несколько часов ГЭМИ перестанет действовать и будем подтягиваться к основной штаб-квартире Overwatch, — бросила через плечо офицер Лакруа, выходя из магазина и оставляя Урода с кислой миной. Мужчина затрясся, борясь с приступом смеха.       Оберу шестнадцать лет. Для кого-то — период юности, желаний, первой любви. Но не для него. Для него — постоянный голод, боль в сбитых костяшках пальцев и металлический запах крови.       Он вновь сидит у костра, разведенного на заброшенной стройке. Он не один. У огня сгрудилась еще четыре таких же оборванца. У кого-то под глазом синеет кровоподтек, у кого-то разбит нос или рассечена бровь. Все одеты в старые потрепанный шмотки. Все в свитерах или замызганных толстовках, хотя на улице уже давно стоит крепкий январский мороз.       Обер смотрит на неверное пламя костра. В голове нет мыслей, за исключением одной — жрать хочется. В детдомовской столовке наверное уже все собрались на ужин...       К черту, он туда не вернется, так думает Обер, протягивая худые пальцы к огню. К черту детдом. Лучше на улице, чем там.       — Развитое, блять, государство, сука, самый высокий ВВП, блять... — стуча зубами от холода говорит Билли-Бо. Это толстяк, сидящий подле Обера. Умный, сука, как Цукерберг. — Ебучая Англия, ебучая Темза. Это только из-за нее так холодно.       — Вот ты такой умный, шо аж пиздец. Очки-то не жмут? — с насмешкой спросил Джеффри, худосочный паренек, больше похожий на скелет, обтянутый кожей.       — Если бы жали, я бы был похож на долбоеба, понял? — с вызовом ответил Билли и хрустнул пальцами.       — Бо, успокойся. — мягко произнес Обер, ободряюще хлопнув здоровяка по плечу. — Это все сраный голод. Из-за него мы все на нервах.       Возможно, кого-то пейзаж уничтоженного города угнетает, но в Обере он пробуждает чувство ностальгии. Тоски по тем временам, когда он расстреливал тупых австралийских рейдеров и жарился в лучах проникающей радиации; когда он возвращался из мертвого города, сидя один на броне, ведь сослуживцев окончательно доканала лучевая болезнь.       В Лондоне, после обработки ГЭМИ, не было ни разрушенных домов, ни сгоревших остовов машин. Создавалось впечатление, будто люди просто ушли из города, бросив свои квартиры, автомобили и имущество, но все портили лишь горы скелетов на тротуарах, в машинах или сидевшие за столами уличных кафешек, одетые в разноцветные лохмотья, некогда бывшие дорогой одеждой. Скелетов было много и все они были разные: совсем маленькие детские, мужчин и женщин, стариков и подростков.       Стояла мертвая, непроницаемая тишина, нарушаемая лишь рокотом автоколонны, двигавшейся по улице Кингс-Роус. Во главе колонны двигался армейский грузовик, в кузове которого сидели берсерки. Следующими шли два броневика с сидевшими на них легионерами. После броневиков двигались вездеходы "хамви" и замыкал колонну тяжелый танк. На нем-то и сидел отряд офицера Лакруа.       — Странно. Большой город, а дорога совершенно пустая... — негромко сказал Обер, смотря на дома, нависшие над автоколонной и смотревшие на нее пустыми провалами окон с... укором?       — До того, как выпустить нас в город, тут хорошо поработали наши чистильщики. Бульдозеры, танки и прочее, — ответила Анна. — Мертвый пустой город... Вау.       — Тебе это нравится? — С интересом спросил Урод, сидевший на башне танка с понурым видом. Оно и понятно — он все-таки пилот бронебота, а не пехотинец. Причем шагающего робота так и не доставили по окончанию обработки. — По моему, крайне угнетающе. От этой... пустоты, что ли, у меня уже фобия. Я прям чувствую — сейчас точно натолкнемся на армейцев.       — Армии не будет. Никто из правительства не захочет посылать необученных срочников на верную смерть. Единственно, что может нам угрожать — это спецназ SAS при поддержке оперативников Overwatch. — В рации появился голос Амели. К слову, в данный момент они сидела в одном из броневиков ближе к началу колонны.       — А...       — Они еще точно не знают, что произошло, поэтому не высовывают носа с баз и следят за ситуацией на улицах при помощи квадрокоптеров. Увидите подобный — старайтесь сбить. На них не только камеры установлены...       Некоторая недосказанность в словах офицера заставила Обера задуматься и часто посматривать в небо, которое заволокли низкие облака свинцового цвета. Обычно на полицейских квадрокоптерах стоит ловчая сеть и лазер, а вот у "оверских" вооружение наверняка серьезней. Можно какой-нибудь пистолет-пулемет или портативный огнемет.       Подумать Оберу не дала резкая остановка колонны. В рации раздались вопросы по поводу столь внезапного прекращения движения. Ответом послужил мат-перемат водителя грузовика-главы. Оказалось, что дорога оказалась полностью перегорождена противотанковыми ежами и в довесок перед ними лежали полицейские шипы.       А потом случилось то, чего опасался Урод.       До слуха Обера долетел подозрительный нарастающий свист. Такой звук издает кассетный заряд для миномета...       — Воздух!!! — Истерично заорал кто-то со стороны головы колонны.       Рефлекс, выработанный за несколько лет войны, сработал безупречно. Обер мгновенно спрыгнул с танка и бегом ринулся к подъезду одного из домов. Его примеру последовали и остальные легионеры отряда. Да и остальные оказались неглупы и мигом скрылись в домах, стоявших по обе стороны дороги.       Через секунду броневик, стоявший сразу за главным грузовиком, разлетелся на сотни осколков. Прямое попадание гранаты заставило его буквально взлететь на несколько метров вверх, после чего огромный кусок искореженного и полыхающего металла, сделав живописное сальто, раздавил грузовик. Благо, берсерки успели скрыться в домах. Еще несколько снарядов попали во вторые этажи зданий, обрушив небольшие балкончики; асфальт покрылся неглубокими воронками от разрывов.       — Офицер Лакруа?       — Я в порядке. Занимаю позицию на крыше. Будьте готовы, сейчас сюда прибудут наши давние знакомые.       — Так точно!       Обер отпустил тангенту рации и щелкнул предохранителем штурмовой винтовки. Выглянув из подъезда, мужчина увидел, как оба вездехода "хамви" и уцелевший броневик встали боком, создав некое подобие баррикады. За ней мгновенно укрылись берсерки и легионеры. Вторые-третьи этажи зданий, ближе к баррикаде, тоже оказались заняты бойцами "Когтя".       Обер перехватил винтовку поудобней и, выбежав из подъезда, улегся за кусками бетона, некогда бывшими декоративным балкончиком.       — Они идут, открыть огонь! Пускай умоются собственной кровью! — задорно заорал кто-то из берсерков.       Обер и сам это видел сквозь штурмовой прицел. В пятидесяти метров от позиций легионеров, из-за поворота, появился черный бронированный грузовик SAS, а за ним еще четыре. Сократив расстояние, машины остановились и из них выскочили люди в черной униформе спецназа. Легионеры мгновенно открыли огонь и успели даже чуть сократить количество бойцов, пока те исчезали в домах и прочих укрытиях. Бой начал принимать позиционный характер. Спецы явно ожидали поддержки "Овервотч".       Легионеры тоже это понимали и старались отправить в ад как можно больше солдат до того момента, как к противнику прибудет помощь. Обер поймал в перекрестие прицела голову спецназовца, решившего подавить огнем бойцов на правой части баррикады. Приклад винтовки привычно врезался в плечо, а голова противника дернулась, поймав свинцовый подарок и исчезла за мусорным контейнером.       — Минус один. — Обер скривил губы в плотоядной ухмылке и выпустил короткую очередь по спецназовцам, прятавшимся за легковушкой. Убить еще кого-то не получилось, но он заставил противника на время прекратить огонь.       За несколько минут Обер успел убить и тяжело ранить двух бойцов SAS, решивших совершить короткую перебежку из-за угла здания. Вот только такая наглость не могла оставаться незамеченной. Несколько пуль ударили в бетон у самого лица Обер — хорошо, что на нем был противогаз, так бы зрению пришел каюк — заставив легионера отползти назад. Внезапно над Обером что-то с оглушительным грохотом взорвалось; по спине и шлему застучали небольшие куски бетона. В уши словно забили ваты, а в голове что-то зазвенело.       — Бля, — произнес Обер, когда огромный кус панельной плиты упал в метре от его головы.       Еще одна ракета ударила по середине баррикады. Взрывная волна откинула тяжелые вездеходы словно игрушки. Раздались предсмертные вопли берсерков и простых легионеров. Если кого-то из бойцов не раздавили "хамви", тех добили пули спецназовцев.       — Не сдаваться, продолжать бой!!! Берсерки, примкнуть штыки! — В рации раздался хриплый голос офицера Райеса. — Вперед, порвите ублюдков!!! Остальным обеспечить огневое прикрытие!       — Я выебу вас, слышите?!! Я выебу вас и ваших детей!!! — истерично заорал один из психопатов.       — Выебу!!! Выебу!!! Выебу!!! — подхватили остатки отморозков.       Два десятка берсерков ринулись вперед, прямо на позиции спецов, идя в штыковую атаку. Пули изрывали их тела, но отмороженные психопаты не чувствовали боли, находясь под действием адреналина и тестостерона. В один миг им удалось заставить спецназ схлестнуться с ними в ближнем бою. Началась настоящая кровавая баня. Берсерки были похожи на диких зверей. Они протыкали тела бойцов SAS штык-ножами, рвали голыми руками. Обер своими глазами видел, как здоровяк-берсерк оторвал голову одному из спецов и этой же головой забил насмерть еще одного спецназовцам.       — Ахуенно, я щас кончу!!! — сквозь звуки стрельбы прорвался голос Урода.       — Ты где, пидрила?!! — Обер попытался глазами отыскать напарника, однако среди легионеров на улице его не было.       — Посмотри на танк! — с глуповатым смешком ответил Урод. — Знаешь, что происходит, когда я вижу тебя?!       Дуло танка медленно поднялось вверх.       — Ебанат.       Оберу было совсем некогда отвлекаться на тупые шутки пилота. Сменив магазин винтовки, он вновь взглянул через прицел на пиршество смерти, учиненное берсерками и улыбнулся. Да, эти парни умеют убивать, но есть одна небольшая проблема...       — Молот пошел!!!       Словно по долбаному волшебству на поле боя появился некто, упакованный в силовую броню и больше похожий на помесь средневекового рыцаря и космодесантника из старых фильмов. Огромный молот, запущенный рыцарем, впечатал в стену шестерых берсерков и, описав живописную дугу, вернулся к обладателю силовой брони. Этим рыцарем был Рейнхарт. Когда молот оказался у него в руках, он развернул широкий кинетический барьер, светившийся синим цветом.       Следующим, кого увидел Обер, была та самая девушка из тренировочной модуляции. Оранжевые леггинсы, летные очки и вечно взъерошенные волосы. Трейсер.       Было и еще несколько оперативников Overwatch... И все они шли за щитом Рейнхарта, медленно, но верно уничтожая берсерков и воскрешая спецов, которые находились в состоянии клинической смерти. Конкретно воскрешением занималась блондинка в спецкостюме "Валькирия". Ангела Циглер. Врач и просто гений.       — Все, кто уцелел! Отходим к заградотряду. Отряд Лакруа, прикройте нас! — Все тот же голос Жнеца в рации.       — Чего?!! Я не хочу умирать! Они вырежут нас!!! — ошалело заорал Урод.       — Это приказ. Выполнять. — Жесткий голос Амели.       "Черт, нам пиздец", — думал Обер, выпуская длинную очередь по щиту рыцаря. Естественно, это не нанесло ему никакого урона.       Неожиданно раздался оглушающий грохот танкового выстрела. Снаряд разорвался совсем близко к щиту и тот замерцал, но спустя секунду вновь восстановился. Это чуть замедлило неумолимое наступление оперативников.       — Брат, мы вдвоём, ты это понимаешь?! — Урод явно паниковал.       — А где Анна?!       — Мертва. Лакруа отошла. Мы вдвоем. Мы уже мертвы.       Урод явно накаркал. В сторону танка полетела ракета, выпущенная Фарой Амари. Снаряд угодил под башню. Танк качнулся, а люк на башне резко открылся и оттуда выскочил разноглазый психопат. Его одежда полыхала.       — А-а-а!!! Я горю, жопа горииит!!! — заверещал Урод и упал на землю. Видимо, он вспомнил, чему его учили и принялся кататься по земле, силясь сбить пламя. Это ему удалось, вот только сознание парень потерял.       Обер выругался сквозь зубы и подполз к Уроду. От обгоревшей униформы шел дым. Схватив парня за ворот бронежилета, легионер низко пригнулся и потащил раненного в проулок между домами. На головой засвистели пули. Стреляла либо Лена Окстон, либо командир отряда — Джек Моррисон. А может и кто-то другой. Мужчина уже почти дотащил напарника до укрытия, как над головой взорвалась ракета. Обер провалился на землю, ощущая резкую боль в плече. Осколок ракеты прошел по касательной и рассек плоть. Картинка в глазах расплывалась, к горлу подкатил тошнотворный ком. Обер медленно поднялся на ноги, ощупывая голову — шлем слетел, но это не очень-то и заботило мужчину. Кашляя и матерясь, Обер упрямо затащил раненного напарника в укрытие.       — Ну, вот и все, конец, да? — сипло спросил Урод, сев у стены, и закашлялся кровью.       — Угу... — угрюмо согласился Обер, сидя рядом с парнем.       Патроны в винтовке давно кончились, а с одним ножом много не навоюешь. Мужчина поставил бесполезное оружие рядом с собой у стены. Сколько раз он находился на грани жизни и смерти, но костлявая старуха никак не забирала его поганую жизнь. Наверное, брезговала.       — Знаешь, брат, а это было круто. — Урод снял перчатки и откинул их куда подальше. Достав сигареты из нагрудного кармана разгрузки.       — Лучшее за последние три года. — Обер закурил и хрипло засмеялся. — Сука, как умирать не хочется. Особенно в этом вшивом Лондоне.       — А как бы ты хотел умереть? — Напарник откинул голову назад и прикрыл обожженные глаза.       — Наверное, как те ебучие рейдеры. Подорваться на мине или разлететься на куски во время артобстрела. Только главное чтобы быстро.       — Тише, брат... Я слышу шаги...       Ярко-голубая вспышка чистейшего света резанула по глазам и Обер увидел, что они с Уродом находятся под прицелом пистолетов Трейсер. Карие глаза, скрытые за желтыми стеклами очков, внимательно смотрели на военнопленных, а уголки губ девушки поползли вверх.       — Сэр, тут двое наемников. Один тяжело ранен, — весело доложила девушка в коммуникатор. — Так точно.       — Че, пристрелишь беззащитных? — язвительно спросил Урод и вновь закашлялся, пачкаяя кровью униформу.       — Сдаем оружие, мальчики. — Трейсер не обратила на слова парня ни малейшего внимания.       Обер предпочел не сопротивляться и, вытащив нож из ножен, откинул его вглубь проулка, после чего молча кивнул в сторону винтовки. Лена удовлетворенно хмыкнула.       — Поднимайтесь и на выход.       Мужчина осторожно поднялся и помог встать Уроду. Закинув руку последнего себе на шею, он придерживал раненного напарника, помогая тому идти. Когда военнопленные вышли из укрытия, на них уставились сразу несколько пар глаз. Обер не мог увидеть всех, так как перед глазами все плыло, но ясно различил Ангелу, Фару, Джека и разумную горрилу Уинстона.       — Ну че, суки, я подыхаю, но не сдаюсь. — Урод сплюнул кровь прямо под ноги Джеку Моррисону, запачкав ботинки последнего, за что тут же получил тычок стволом пистолета в спину. Урод зашипел от боли.       — Манда тупая! У него спина сожжена! — Обер чуть повернулся к Трейсер и едва сдерживался, что бы не оторвать той ее тупую башку. — Лучше помогите. Ангела, вы ведь доктор? Помогите ему, он сейчас от болевого шока откинется.       — Могу ли я помочь? Да. Хочу ли я? Нет, — флегматично произнесла Циглер. — Вы даже не солдаты. Звери. Вы вырезали весь город, не пощадив никого.       — Война — это помойка... — Урод начинал вновь терять сознание. — Приказы... Не обсуждаются...       Джек кивнул Ангеле и та, нехотя, направила кадуцей в сторону раненного. Обер видел, как ужасные ожоги на лице и руках Урода затягиваются сами собой буквально на глазах. Обер видел, как парня окутывает золотистый ореол. Обер чувствовал, как дыхание напарника становится более ровным, не свистящим. Сложно сказать, что чувствовал в данный момент легионер, но подобие благодарности проскользнуло в глазах Обера. Отчасти хорошо, что за маской противогаза этого не было видно.       — Брат, я же сказал, что мы просто так не сдохнем, а?