Уроки наслаждения

"О, урчание – не пустяк. За урчание кошкам прощается всё!" Терри Пратчетт «Кот без прикрас»

      Этой ночью мне снился поистине чудной сон: никаких демонов, оторванных частей тела и насилия, только четыре лапы и хвост. Вернулась легкость и гибкость в теле, острый слух и прекрасная ориентация – разве что блох не хватает для полной реалистичности! Можно бродить по призрачно-пустынным коридорам особняка, наслаждаться шуршанием серых грызунов по углам и лениво щуриться на лунный свет, льющийся сквозь огромные окна. Бесконечному блаженству помешало дурацкое кошачье любопытство – ну как можно пройти мимо приоткрытой двери! Осторожно поддев когтями полированное дерево, просачиваюсь внутрь. Тяжелые портьеры стеной свисают до пола, не позволяя ночному светилу заглядывать в комнату. Однако отсутствие света нисколько мне не мешает. Неторопливо подхожу и выпускаю когти в дорогущую ткань. Легко вспоров в нескольких видных местах, с удовольствием потягиваюсь и улавливаю тихие стоны. Удивленно обращаю внимание на огромную кровать, мне сперва показалось, что она пуста – слишком мал был обитатель. Запрыгнув и увязнув в мягкости одеяла, пришлось немного побарахтаться. Неловко передвигаясь, я быстро смекнула, что источник всхлипов – это маленький граф. Ребенок съежился под огромным пуховым одеялом и мелко дрожал. Подкравшись поближе, была заметна даже влага на ресницах. Поддавшись необычному порыву, я пробралась под одеяло и лапами уперлась в детскую грудь. Размеренно перебирая ими, осторожно выпускаю когти в ночную рубашку мальчика. В районе горла зарождается поток глухой вибрации, которая мгновенно распространяется по всему телу и передается в подушечки лап. Осторожное мурчание и мягкое покалывание кожи когтями будто бы вытягивает негативную энергию и дитя успокаивается – это видно по выровненному дыханию и унятой дрожи. Мне даже самой начинает казаться, что из места крошечных проколов кожи струиться серебристая еле заметная дымка. Смаргиваю наваждение и устраиваюсь клубком на груди мальчишки, благо он во сне расслабился и перевернулся на спину, раскинув руки. Уютно устроившись, немного повышаю громкость урчания, и вибрация плавно растекается по теплому худому тельцу подо мной. Широко зеваю и, прикрыв глаза, гоняю в голове глупую мысль – возможен ли сон во сне? Зов. Отчаянный короткий призыв «Помогите!» перемешанный с детским плачем заставляет открыть глаза. Подо мной уже грязные каменные плиты, а вокруг резкий смех и множество маскарадных масок. Женщины, мужчины и их грязные мысли толпились в центре зала вокруг чего-то мне невидного. Но звериную клетку чуть поодаль от всеобщего экстаза я видела прекрасно. Между толстыми металлическими прутьями ко мне тянулась тонкая детская рука, принадлежащая маленькому чумазому мальчишке. Его лицо было раскрасневшимся и припухшим от бесконечных слез, однако дворянские черты Фантомхайвов я узнала сразу. Дальше рассматривать обстановку времени не было. В три коротких прыжка сократила расстояние между нами и, запрыгнув на руки, позволила ему обнять себя. Мальчик уткнулся в мою черную шерсть, а я страстно пожелала, чтобы все это место сгорело дотла. Мгновенно все вокруг вспыхнуло, и каменные своды огласили болезненные вопли ужаса. Ровно три секунды и разномастная толпа превратилась в хлопья пепла. Мальчик с удивлением поднял голову, но все что он увидел - это бескрайний простор синевы неба и слепящее солнце. Где-то вдалеке весело гавкал пёс, и мне жутко захотелось поскорее убраться подальше. Юный Фантомхайв тоже его услышал и, выпустив меня из рук, взволнованно бросился вперед. Я за ним не последовала, однако взгляду удалось различить очертания взрослых, к которым он с радостным криком бросился в объятья. С моей стороны все выглядело как семейная идиллия, этакий воскресный пикник, однако посмотри они в мою сторону, заметили бы кошку, нелепым контрастом выделяющуюся среди яркой зелени. Словно я единственное черное пятно неестественности в этом идеальном светлом мире. Ну и пусть. Но каким непостижимым образом я догадалась, что это ночной кошмар мальчишки? Жутко холодно. Сильнее сворачиваюсь и вслепую пытаюсь нашарить рукой хотя бы кусочек ткани чтобы укрыться. Но натыкаюсь лишь на теплого хрупкого соседа… Резко открываю глаза и молниеносно подскакиваю. Утреннее солнце ужасно - оно болезненно слепит. Сощурившись, лицезрю хмурую складку между тонких бровей дворецкого, в руках у которого сорванное с нас одеяло. Меня тут же прошибает, точно обухом по голове огрели, и, клацнув зубами, медленно поворачиваю голову: прильнув макушкой к моей левой руке, сопит маленький граф. Где-то с минуту я глупо таращилась на него, пока в голову не заполз червячок сомнения – неужели все это происходит со мной? Может, я еще сплю? Однако вздох полный едкого раздражения демона, приводит в сознание не хуже вони тухлого яйца. Принимаюсь за попытку потихоньку убрать руку, чтобы не разбудить мальчика. Но снова почувствовав дуновение сквозняка и тухлой демонической досады, сама раздражаюсь: ну неужели нельзя было прикрыть эту чертову дверь, чтоб не дуло! Вкладываю всю негодующую ярость во взгляд, намереваясь метнуть его в чёртова дворецкого, но останавливаюсь на полпути – просто замираю, увидев свои затвердевшие от холода розовые соски. Глубоко втягиваю ноздрями воздух и рывком рефлекторно прикрываю нагое тело. Мальчишка рядом заворочался, и я как обезумевшая стремглав спрыгиваю с кровати и укрываюсь за спиной демона. Граф же, сонно потирает глаза и присаживается в кровати, недовольно бурча: - Себастьян, зачем ты стянул с меня одеяло? Мне не видно его лица, но я буквально кожей чувствую его кислое выражение. А потом и воочию убеждаюсь, когда дворецкий заворачивает меня в одеяло. Обернувшись, он спрашивает у зевающего графа: - Господин, вы помните, что Вам снилось? Мальчик на минуту задумывается, а демон через толстое одеяло сдавливает мою руку. - Мне снилась черная кошка, - неуверенно начинает он, - и она… Тут юный господин поднимает взгляд и замечает меня, свернутую почти в мумию. Его удивление отражением возникает на моем лице: мы смотрим друг на друга и отчаянно краснеем, а я еще переминаюсь с босой ноги на ногу на холодном полу. Какое-то глупое недоразумение вышло. Однако дворецкий ведет себя так, как будто ничего примечательно не случилось. Поклонившись графу и извинившись, он бесцеремонно подхватывает меня, зажимает под мышкой и так несет за дверь. В коридоре я взбрыкнула, и дворецкий поставил меня на ноги. Приготовившись к худшему, я глубже кутаюсь в одеяло и нечаянно наступаю себе на хвост. Боль резко перехватывает дыхание и выходит сдавленным стоном. Демон убирает с моих плеч руки и заходит обратно в спальню графа. Мне показалось или его улыбка действительно была слишком уж довольной? Кое-как доковыляв до комнаты горничной, я вымученно вздохнула - дурацкий сон никак не идет с головы. Открыв дверь, я удивленно замерла. Аккуратно сложенная стопка одежды ожидала меня на кровати. Развернув передник, я поняла, что это работа Себастьяна – только он так сворачивает зарюшенный край. Еще немного подивившись, натянула форму и поплелась вниз на кухню. Там в ожидании указаний собралась вся прислуга в количестве четырех человек. Молча присоединившись к ним за стол, устало положила голову на деревянную поверхность. Мы успели три раза поочередно тяжко вздохнуть пока, наконец, своим вниманием нас не почтил Его Превосходительство Господин Кошачий Мучитель. Прокрутившийся в уме титул вырвался наружу нервным смешком (больше конечно было похоже на фырканье), едва я успела зажать ладошками рот. За что получила свою порцию ядовитой демонической ничего хорошего не предвещающей ухмылки. Коротко раздав указания и пожурив Мэйлин, он принялся за подготовку к завтраку и приему гостей к обеду. На выходе я задержалась и переминувшись с пятки на носок, хотела задать вопрос, но встретив алый проблеск в темных глазах, быстро передумала и шмыгнула за дверь. День казался бесконечно долгим и походил на затянувшуюся казнь. Наскоро перекусив сушеными свиными пяточками, которые я как обычно стащила прямо из запертого Себастьяном буфета на кухне, приступила к помывке окон в столовой. Работа шла крайне медленно и мне, то и дело прилетало пылевым веником по кошачьим ушам от дворецкого. Хотя мне думается, что его больше раздражало мое ловкое шныряние по кухонным полкам. А в обед остальные слуги встречали родную тётушку юного господина, мадам Рэд. Она выглядела не менее эксцентрично, чем её племянник и полностью оправдывала свой псевдоним: ярко алое платье, сапоги, губы, волосы и даже зонтик. Всё в тон и от этого жутко рябило в глазах. Она громко смеялась и ежеминутно стискивала юного господина в объятиях. Интересно, в их семье был хоть кто-нибудь нормальный? Но в очередной раз, наступив и запнувшись об хвост, я загнала такие мысли куда подальше. И верно, в данный момент меня и тряпку в руке больше занимало пятно на стекле от моего любопытного носа. Как оказалось, дражайшая тётя сегодня приехала не одна, с ней был постоянно извиняющийся неловкий странный молодой мужчина. Нам он представился как новый дворецкий мадам. Грэлль, кажется, так его звали. Ничем не примечательный и очень стеснительный слуга. Умудрился разлить соус на белоснежной шелковой скатерти, разбить совершенно новый чайный сервиз и ошпарить кипятком руку Финни. К концу дня он стал не на шутку раздражать не только меня, но и всех немногочисленных обитателей поместья. Когда же гостья засобиралась домой, мы украдкой вздохнули от облегченья. Такие визиты, конечно, значительно уступают по нервотрепке госпоже Элизабет, но и от них приятного мало. Радует только то, что мальчик разбавляет свое общение с жутким демоническим типом на более душевное с людьми, которым он не безразличен. Казавшийся бесконечным день закончился, но ответа на ночные события он мне так и не принес. Я вся издергалась в ожидании реакции демона, но словно ничего и не происходило вовсе. Мне бы только порадоваться этому, но ведь любопытство не даёт заснуть. К тому же примешивался страх вот так проснуться голой в комнате Барда с Финни, а о «еще хуже» даже думать не хочется. Проворочавшись добрые два часа, я мужественно решила добиться объяснений от темного слуги. Но, не дойдя до заветной двери пары шагов, застыла каменным истуканом в коридоре и, в сердцах послав свое никчемное существование к чёрту на рога, решительно развернулась обратно. - Зайди, Лорен. Видимо чёрт был слишком близко и всё слышал. Легонько скрипнув дверью, я нерешительно замерла на пороге. Демон сидел за письменным столом в полуобороте ко мне. Расслабленная поза и усмешка явно показали, что он ждал меня. Сняв и отложив очки на домовые счета, приглашающе похлопал по бедрам. Нервно вздрогнув, я все же решила остаться в дверях, но Себастьян угрожающе сверкнул выступившими клыками: - Ну же, глупая девчонка. На негнущихся ногах я прошла в комнату, и чуть было не выпрыгнула обратно в коридор, но демон успел схватить меня за руку прежде. Дернув, он вынудил усесться на его колени. Я сидела напряженная как натянутая струна, а дворецкий прижал меня к себе и медленно стал вытаскивать шпильки из затейливой прически, позволяя аккуратному пучку на моей голове, распасться беспорядочными локонами по плечам. Терпеливо подождав пока последняя шпилька не окажется на столе, я стала неловко ерзать, пытаясь выбраться из объятий или хотя бы немного отстраниться. В ответ он просто намотал мои волосы на кулак и притянул меня обратно. - Разве ты не за ответами пришла ко мне? Его вкрадчивая интонация у самого уха отзывается в моем теле мелкой дрожью. Он чувствует это и довольно смеется, выпуская из своих объятий. Отскакиваю на безопасное расстояние и чувствую, как горячий румянец разливается по щекам и шее, благо распущенные волосы частично скрывают это. Демон медленно стягивает галстук, расстегивает ворот сорочки и располагается на краю кровати. По стенам начинают метаться тени, и комнату постепенно поглощает тьма. - Только не так! - восклицаю я через стиснутые зубы, и крепко сжав кулаки - слишком живо воспоминание об огне под кожей. Потом добавляю уже храбрее: - Пожалуйста, Хозяин… Тьма за спиной настойчиво подталкивает к её обладателю, и я, силясь совладать со страхом и тошнотой волнения, оказываюсь перед ним. Себастьян уверенно поднимается ко мне навстречу и, ловя меня за запястья, теснее прижимает к себе. - Давай, потрогай меня. – Горячо выдыхает мне в губы и кладет мои ладони на свой пах. Я чувствую свою неловкость и его напряжение сквозь ткань брюк. Неуверенно двигаю рукой, слегка сжимая, и получаю в ответ удовлетворенный стон и липкую тьму щупалец под юбкой.