Way up high or down low

Хан Андрей проорал, что необходимо быть в этом ебанном клубе, и Слава по итогу был. Попивал себе пивко, спорил о какой-то хуйне с Денисом, нахлобучивал по самый подбородок капюшон каждый раз, когда на горизонте появлялись ебаные фанаты... И тут всплыла тема героического спасения Оксимирона ссаного. - Какого хуя ты... то есть. Почему вообще это был ты?! - А почему, блять, если я мог, это должен был быть не я? На это не нашлось ответа. Хотя ответ был у самого Славы. Обидно было бы писать треки про гроб. Да ещё и вознесли бы мертвого поэта дохуя. Нет, эта поеботина Славе была ни к чему...

$

Едва домыв руки, Гнойный даже не успевает их высушить — в туалет влетает Замай и хватает его за локоть. - Слава, тебя тут спрашивают, - Андрей хихикает как школьница. - Бляяяяяяять, Андрей... кто? - Увидишь, - Замай ретируется, не прекращая туповато хихикать. Туалетная дверь открывается, и являет себя великий Оксимирон. Ну, ебать, давно не видели. - Привет. Слава кивает. - Бля... Ты мне жизнь спас. - Виновен. - Спасибо. - Ага. Мой блядский рот тебя больше не беспокоит? - Немного. Не особо церемонясь, Оксимирон хватает Гнойного за затылок и засасывает его. Выбивая всю туалетную плитку из-под ног вместе с цементом и смыслами сраного бытия. Слава не успевает даже понять, что происходит, но с остервенением отвечает, не желая проигрывать и в этом сражении. Это даже не поцелуй, это не что иное, как очередная битва за право доказать свою силу. Что довольно сложно сделать, будучи вдавленным в стену. Гнойный сжимает Мирона за шею, железной хваткой удерживая максимально близко. Но чего он точно не ожидает — так это возбуждения. Когда по всему телу, от самого затылка, где находится рука Окси, и до кончиков пальцев на руках и ногах проходит знакомая зыбь, Слава резко отпихивает от себя Мирона и отходит в сторону. Оксимирон ухмыляется, проводя тыльной стороной ладони по губам. О да, имеет право. Один - ноль, блять. Слава все так же стоит в стороне и настолько согнулся, что сжигает Мирона взглядом из-под челки. - Ты похож на обиженного волка, который готовится напасть, - усмехается Окси. Да как он смеет, сука. Резким движением Слава вытирает рот краем рукава. - Что, блять, это было? - выдохнув, он распрямляется. - А что? Фанатка добилась своего, - расставляя ударения и ритм, словно перед камерой. Однако это слишком запрещённый приём. Горло пересыхает. Рука уже почти летит Мирону в лицо, однако, неимоверной силой воли Слава не даёт кулаку сдвинуться с места. - Пошёл. Нахуй. Слава выдыхает это так спокойно, что сам не верит, однако в его тоне таки четко звучит ледяная ярость. Он чувствует, что больше не в силах себя контролировать. И ему нужно сделать это прямо сейчас. Пока Мирон смеётся в ответ, Слава разворачивается и уходит. Смех все ещё звучит у него в ушах.