Корица в твоем какао

Главы сейчас, как вы уже, может, заметили, выходят нечасто. И я прошу прощения, но и дальше они будут выходить не совсем быстро друг за другом (раз в десять дней - это быстро или нет????). Огромнейшие перемены в жизни, смена страны, гражданства, мужика и прически одновременно:D стараюсь садиться за главу в любую свободную минуту, поэтому долго выходит... но я стараюсь! В общем, приятного чтения, и войдите в положение, пожалуйста:3       - Так этот шарф будущий подарок кому-то? - своровав напиток у Цукасы, который, к слову, пропал куда-то вместе с дочерью, спрашивала Эрика, наблюдая.       - Да, Цукаса-сан посоветовал это для парня, который последнее время в моей жизни как автомат, поддерживающий жизнь умирающим, - слегка покраснела.       - Вы вместе? - было видно, эта девушка за словом в карман не полезет.       - Нет, официально нет. Но... - замерла.       - Вместе живете, иногда целуетесь, да? - облокотилась на стол, Сэйери кивнула. - Прости, я знаю про твою болезнь. Ты хорошо держишься для такого диагноза, - снизила тон.       - Цукаса рассказал? - более менее спокойно, Эрика кивнула. - Ну у меня два выхода было: смириться и прожить максимально продуктивно такой срок, ну или забиться в угол и умереть в депрессии, - подцепила еще петельку и улыбнулась. - Главный антагонист моей жизни - я сама, так что мне сложно бороться. Но пока я с Итачи, все в порядке, - резко покраснела и хлопнула ладонью по губам.       - Вот как, - усмехнулась. - Ты и сама себе в чувствах еще не призналась, - откинулась на спинку стула.       - Сама себе? - удивленно.       - Ну так ты же любишь его, - съела палочку картошки.       - Люблю? - казалось, Тояма уже дымится от смущения.       - Ты скорее всего чувствовала благодарность все это время, может, признавалась, что он симпатичен, но ты разве не думала о том, что даже не влюблена, а именно любишь? - собеседница явно чувствовала себя как рыба в воде.       - Я не думаю, - резко изменилась в лице, выглядела грустной, - что у меня есть право кого-то любить. Даже не так, в моей любви, скорее, нет никакого смысла. Потому что она же всегда подразумевает семью, смерть в один день, детей там... кому как. В моем случае, дите просто не успеет родиться, а о смерти в один день и думать запрещено. В чем смысл говорить ему о любви, Эрика-чан? Этот парень имеет право на долгую семейную жизнь, я не могу этого дать. Поэтому я просто делаю все, что он хочет. Он говорил, что у него есть какие-то чувства ко мне. Целовал, предложил жить с ним. Я соглашаюсь, ведь сама только счастлива. И если он хочет, то это хотя бы то, что у меня есть, и я могу это дать, - ускорила движения спицами, ряд получался гораздо быстрее, чем до этого.       - Но ты поступаешь очень жестоко с ним, - задумчиво протянула. - Он счастлив от твоих действий только затем, что в его сердце живет надежда на будущее, - подняла серьезный взгляд.       - Жестоко? - голос дрогнул.       - Именно. Ты счастлива ведь, потому что точно знаешь, до конца своих дней ты будешь любимой. Так почему он не может думать также? А разница ведь на самом деле очень серьезная, - кинула наггетс обратно в упаковку.       - Мне не стоило переезжать... - прохрипела.       - Чего? - угрожающим тоном, отчего Сэйери почувствовала какой-то страх. - Я не это имела ввиду! Я о том, что ты должна рассказать ему об этом так, чтобы он не утерял надежду. А не бежать от проблемы, поджав хвост, - а характер у Эрики-сан оказался действительно стальной.       - Я думаю, что это все же ее выбор, - голос сзади, но ни одна из девушек не удивилась ему.       Цукаса подошел к столику и усадил дочку на стул рядом с матерью.       - Ты же сама точно также сбежала, - поставил перед ребенком пирожное, Эрика нахмурилась.       - Знаете, нам завтра надо будет накрыть большой стол! Эрика-чан, приходи пораньше, - попыталась перекрыть тему Тояма.       - Конечно, - улыбнулась. - Сейчас нам пора, - поднялась.       - Дай ребенку доесть, - без лишней злости или грусти попросил парень.       - Скажи это журналистам, - указала рукой на столик в другом конце зала, где сидели, кажется, папарацци. - Идем, Софи, - взяла дочку за руку и повела, странно, что ребенок даже не сопротивлялся, а спокойно следовал за матерью.       Цукаса выглядел нервным, может даже, чем-то расстроенным. Сэйери заметила это и продолжала вязать. Осталось не так уж и много. Однако, настроение парня ей было знакомо. Вспомнить не получалось, но...       - Что случилось, Цукаса-сан? Ты расстроен из-за того, что я позвала их? - старалась подойти к теме осторожно, чтобы не ранить друга.       - Нет, конечно нет, - отмахнулся, растянув улыбку. - Мы с Софи ходили вниз, в игровую комнату, где она сказала... - замер и устало выдохнул. - Моя дочь сказала мне, что второй папа тоже часто водит ее играть, - смотрел в потолок, закинув голову на спинку стула.       - Второй... папа? - удивленно прошептала.       - Да, видимо, Эрика уже нашла кого-то другого себе, - неловко рассмеялся. - Я принесу еще кофе, - резко встал и пошел к кассам.       Сэйери с болью смотрела вслед, не понимая, как такое могло произойти. Разве они не женаты? Она была уверена в этом. Да и Эрика-сан так легко согласилась на встречу, что не выглядело, будто у нее еще кто-то есть. Просто будто живут порознь и все на этом. Но вышла ошибка, причем не для Эрики-сан. Ей, кажется, вообще все равно. Странная девушка, на самом-то деле. Раздумья девушки прервал мобильный короткий звук, как у смс. И это было так. Итачи спросил о совместном обеде, ведь уже как раз самое время. Вот только что сказать? Сэйери снова посмотрела на своего друга. Он сгорбился, стоял в очереди, смотря только в одну точку. Взгляд совсем потерянный. Его, наверное, можно было понять, ведь он не чаял души в двух своих женщинах. Но если знать, что у Эрики-чан уже есть другой мужчина, то становится понятно, почему она не хочет видеться или позволять ему общаться с дочерью. Все получается слишком жестоко.       Тояма быстро напечатала ответ: "Итачи, приходи в торговый недалеко от офиса, мы на третьем этаже в кафетерии. Тут Цукаса-сан, ему нужна поддержка. Пообедаешь картошкой?" - получилось немного нагло, но ответ удивил: "Да, конечно. Скоро буду". Как быстро этот человек променял свои мраморные стейки на дешевое фри. Это поражает в приятную сторону, конечно. И это подбодрило Сэйери, что Учиха все дальше от образа человека, способного обвинить ее в трате своего драгоценного времени. Это утешало.       Что ж, завтра Новый год, стоит разгрести все проблемы за сегодня, да. Правда, теперь Тояма чувствовала себя немного виноватой из-за того, что раньше не сказала Итачи о болезни. Время парадоксов. Как знать как он отреагирует? Если он быстро смирится, то можно сказать и сегодня, облегчить свой груз, но если это поранит его, то лучше не портить праздник. Ну и что делать прикажете?       - Цукаса-сан, - тихо обратилась, как только он подошел.       - М? - шумно грохнулся на стул, чуть не уронив банку с напитком.       - Я скажу ему, - также почти шепотом, а вот парень сильно изменился в лице, его, кажется, вообще больше не заботила та проблема, что минутой ранее раздирала на части.       - Если ты уверена, то конечно, я поддержу, но почему именно в канун Нового Года, Сэйери-сан? - нахмурился.       - Нет, скорее всего после праздника, чтобы не портить веселье своей... - подняла глаза и впала в ступор, - смертью... - совсем бесшумно завершила предложение, на глаза накатили слезы.       Цукаса заметил и быстро обернулся. За его спиной стоял Учиха своей персоной. Его эмоции как обычно нечитаемы, но по выражению лица видно, что он все прекрасно слышал. Да, здесь шумно, много людей. Да, она сказала это почти никак. Но он все слышал.       - Не так это должно было вскрыться, - не могла перевести взгляда, она просто смотрела так внимательно, насколько это было возможно человеческим организмом в принципе, чтобы не упустить ни единого милисекундного жеста, ведь она так сильно боялась этого.       Она боялась его реакции. Сначала на факт. Потом на последствие факта. А теперь на время извещения. Но сейчас, смотря в черные глаза, держалась на пике своего страха, потому что в них ничерта не видно. Это как учитель говорит оценки на сложный тест, к которому все усердно готовились, и ты не исключение, но он был невероятно трудным. И это оценка решит, улыбнется твоя мама вечером или расстроится. Будет горд за тебя отец или нет. Но после того, как она говорит фамилию, ее отвлекают, она выходит из кабинета, и ты просто не способен утихомирить бурю в животе, не можешь дышать. Не нужно ведь быть законченным ботаником, чтобы понимать это чувство, верно?       "Ну давай. Скажи хоть что-нибудь, Итачи. Назови меня бессовестной, потому что я скрывала. Или безответственной, что утаила болезнь и продолжала делать то, что вредит моему здоровью. Давай, скажи мне, что у меня не было ни малейшего права жить с тобой. Сравни меня со старым автомобилем, который в сервисе стоит чаще, чем на трассе, хотя стоил два миллиона йен. Хоть что-нибудь, Учиха, у меня уже все мышцы свело!" - кричала внутри, но была столь безмолвна снаружи.       - Учиха, ты... картошку будешь? - нервно спросил Цукаса, как большой знаток внутреннего мира своего товарища, он знал, что у Итачи просто нет слов, ни тех, что девушка хотела бы услышать, ни тех, что никто не хотел бы. - Я вот еще взял, - Сэйери протянула руку за спину, чтобы убедиться, что шарф хорошо спрятан, как хорошо, что додумалась сделать это сразу же, как написала парню. - Ну садись, чего стоишь, - слегка пнул стул ногой, но он продолжал стоять и смотреть строго в глаза.       - Я просто... - начала, - Итачи, мне просто было страшно. Я пойму, если ты меня теперь возненавидишь, - она сказала это довольно спокойно для своего настоящего состояния, но вот Цукаса аж побелел. - Ты почти разрушил свою жизнь ради меня, но, кажется я не стою того, да? - чуть наклонила голову и закрыла глаза, улыбнувшись.       - Вот именно, - уверенный и строгий голос. - Я почти разрушил свою жизнь ради тебя, - продолжал прожигать, и эти слова ударили ей в сердце, она тут же посмотрела на него с истинным горем и ужасом. - Разве этого недостаточно, чтобы я мог бы знать о таком? - парень обладал таким голосом, что вообще непонятно, что сейчас у него в голове, но сердце разрывалось на части, так что это совершенно неважно. - Я не стал бы лезть в новые проблемы ради человека, который того не заслуживает.       - Не понимаю, Итачи, ты сейчас поддерживаешь ее или обвиняешь? - вдруг вмешался друг, Учиха вздохнул.       - Я говорю о том, что не было никакого смысла скрывать это от меня. Ничего не изменится. Но только сейчас я знаю, что нужно быть осторожнее с этим еще более хрупким телом, - взглянул на рыжего.       В этот момент Итачи чуть не был сбит с ног плачущей навзрыд девушкой. Она плотно прижималась к нему, предположительно, будь у нее хотя бы столько же сил, сколько у Учихи, она могла бы нанести ему ощутимый вред настолько сильными объятиями, но сейчас, когда после сотрясения ее болезнь начала показывать себя, у нее не хватало пару граммов и на обычные объятия. Что несколько напугало Итачи.       - Я думала, ты будешь ненавидеть. Выгонишь меня и забудешь. Уволишь, - говорила, бессовестно пропитывая слезами кофту.       - Уволю, - улыбнулся, приобняв другой рукой, ведь одна занята пакетами; Сэйери подняла глаза, в которых читалось желание умолять и спастись. - Уволю и назначу одним из дизайнеров, хорошо? - свободной кистью утер слезы, осторожно прижимая ладонь к щеке.       - Я так люблю тебя, Итачи! - на радостях выкрикнула, снова обняв, а оказавшись прижатой, получилось не очень-то громко, так что всяким зевакам не было никакого дела до локальной парочки.       - Как неромантично, - презрительно высказался Цукаса. - При друге и толпе людей, в дешевом кафетерии и без макияжа. Что за женщина, - недовольный, отпил кофе.       Конечно, его наигранность вскрывалась, иначе можно было и по лицу получить, верно? А так, он же шутил. А Тояма так и не поняла, что только что впервые сказала о своей любви. Среди толпы, в дешевом кафетерии. Ну кто так делает?       Весь день шел не так. Цукаса должен был быть счастлив, что остался с семьей, но он оказался разбит, ведь любовь всей его жизни нашла другого мужчину. Ведь как оказалось, они давно в разводе. Сэйери планировала рассказать после праздников, а вышло так, что раньше на три дня, да еще и он, как получается, подслушал просто. Ну и признаться кто-то должен в уединенном месте, смотря в глаза. Все совсем не так, как рассказывают в европейских сказках. А правильно ли, что сказки - наш идеал?       Вот и настал момент, когда не Сэйери поднимается в его мир, а Учиха попадает в ее. Мир, где люди едят фри на обед за растворимым кофе. И признаются в любви не под бриллиантовыми арками, а на старом диванчике в неприметном уголке недорогого заведения.       - Цукаса-сан, если хочешь, все равно можешь прийти, - не отпускала парня.       - Ну нет уж, это больная тема для меня теперь, - поднял руки, будто сдается. - Я уж лучше на корпоратив схожу.       - Что случилось? - вылез из объятий и поставил пакет, все же сел, Тояма быстро вернулась на свое законное место на диване.       - Эрика нашла "второго папу", - улыбнулся и толкнул по столу банку с кофе, Учиха ловко словил до того, как она слетела с края стола.       - Знаешь кто он? - отпил и слегка поморщился. - Кстати, это для тебя, - протянул пакет Цукасе. - Купил внизу, - пожал плечами. - С Новым Годом.       - Нет, не знаю, - принял подарок. - Спасибо, Учиха, - убрал в сторону, девушка внимательно следила. - Но надеюсь, что человек он достойный, - встал и взял куртку. - Я пойду, мне на работу еще надо, предупредить ребят, что мы гуляем завтра, - махнул рукой, зажав пакет подмышкой. - Пока, ребятки, - скрылся за углом.       - Сэйери, - устроился поудобнее, развернувшись всем корпусом к Сэйери.       - Да? - удивилась, немного покраснев, а вот он выглядел серьезным.       - Я бы очень испугался, если бы ты внезапно... ушла, - смотрел прямо в глаза. - Так что ты могла сказать мне, как только сама узнала, я бы все принял. Я и сейчас принимаю.       - Итачи, я боялась, - виновато опустила глаза.       - Нет, не надо вот делать такое лицо, - легким голосом, что бодрил ее. - Все в порядке, это не изменило моего отношения к тебе. И моих планов тоже, - слабо улыбнулся.       Его эмоции хотели казаться спокойными и счастливыми, но недостаточно, чтобы проницательность Сэйери не смогла заметить его печаль. ДА, он явно был расстроен. Даже не то чтобы расстроен, такое ощущение, будто это разбило ему сердце. И, может, так и есть, только вот он никогда в этом не признается.       "Так вот значит, какова твоя реакция. Я и представить такого не могла, что ты примешь меня, Итачи. Конечно, я рада. Но правда ли это не изменило твоих планов? Теперь же ты знаешь. что мне бессмысленно предлагать встречаться или еще что, не хочу показаться самой себе лицемерной. Но это ведь так, в этом нет больше смысла. Хотя, наверное, пора бы забыть об этом. В чем смысл раз за разом мозолить эту бестолковую тему. Я скоро умру. Вот и все. А теперь забудем об этом".       - Если у тебя больше нет дел сегодня, я отвезу тебя домой, - выдал спустя пару минут, она отрицательно покачала головой.       - Можешь пересесть сюда, пожалуйста? - чутка подвинулась, Учиха молча выполнил, так что Тояма сразу же облокотилась на его плечо. - Я хочу, чтобы ты выслушал меня сейчас. Просто слушай и не перебивай. А когда я договорю, мы просто будем жить дальше, ладно? - соответственно, таким образом, он не мог видеть ее глаз, но предельно хорошо слышать ее голос - да. - В общем, ты наверняка знаешь, когда именно я узнала о болезни. Тогда Цукаса узнал сразу же, не потому, что я не благодарна за твою заботу, а как раз наоборот. Боялась, что ты посчитаешь ее напрасной. И я начала сомневаться. И, возможно, если бы ты не услышал это сегодня, мне бы не хватило смелости все это сказать. А еще, прошло не так много времени, как мы знакомы. Но произошло уже более, чем трижды достаточно. Поэтому я хотела сказать пару вещей, которые должны быть озвучены. Просто ты должен знать. Что ты первый человек, которого я встречаю, заботящийся обо мне настолько, хотя я бесконечно много раз творила какую-то чушь. Ты терпелив, рассудителен. И ты делаешь много вещей, которых я просто не заслуживаю, даже если бы не умирала. Ты кажешься идеальным мне, хотя я простая девушка, которая хотела работу на полную ставку, - слабо рассмеялась. - Не думала, что влюблюсь в своего начальника, я не хочу показаться грубой. Но мало того, что влюбилась, я еще и нашла на своем пути невероятные вещи благодаря тебе. Так что то, что я хотела бы сказать тебе в первую очередь - спасибо. Спасибо тебе, Итачи, - подняла лицо, все еще прижимаясь к его плечу, и наткнулась на пару удивленных глаз, и, на большое удивление, немного красные щеки.       Подсознательно такой растерянный вид рассмешил ее, но только там, только внутри головы. Внешне она оставалась серьезной.       - Просто ты должен был это услышать, а я сказать, - осознанно или нет, но она слабо потянулась к его губам, и он склонился, закрывая их лица от лишних глаз своими волосами.       Просто удивительно сколько проблем способен решить обычный разговор. Даже если он принял форму монолога. Иной раз, когда кажется, что все реально идет не так, назло, и приходится в одиночку решать просто нерешаемое - стоит просто рассказать. Нет гарантии, что тебя поймут, или все сразу решится, но станет легче - точно. А ведь если повезет, то и проблема исчезнет. Это правильно - просто поговорить, не выдумывая ничего лишнего. Ну и чем дольше молчать, тем больше растет недопонимание, а это всегда портит отношения. Любые, кроме вражеских. Хотя, это как знать.