Здесь наивность не прощают

Буквально через полчаса после нахождения карты, я позвонила Рэйчел, что, наверное, было ошибкой. Та не на шутку испугалась и подняла на уши Харви и Гордона, ведь все те, у кого были найдены карты Джокера, вскоре погибли. Например: судья Сурильо или комиссар Лоуб, которого сегодня похорон. По гражданскому праву я должна была на него пойти, но Гордон сказал сидеть в квартире и не высовываться до конца. Мне предоставили охрану, а мне кажется, что в последнее время меня слишком часто и много охраняют (что точно к добру не приведёт). Уже как полчаса сижу дома и, забившись в уголке дивана, боюсь даже встать. Такое чувство, что если встану, то меня тут же прикончат. Скорее всего, это было совсем не так, но я всё равно боялась. Решив пройтись, я подошла к входной двери и, увидев через глазок пару полицейских, тяжело вздохнула. Это хорошо, что еще в квартиру копа не определили. Чувствую себя, как в тюрьме. С одной стороны, зачем клоуну я? А с другой — карта Джокера нехороший знак, и мне нужно отнестись к этому намного серьезней. Когда мне надоело сидеть на одном месте, я прошла в кухню, дабы заесть волнение. В холодильнике пусто, а вот возле вазы с фруктами лежала начатая шоколадка, точнее там оставалось всего четыре подушечки. Я съела две, но больше мне не полезло: слишком уж я волновалась и было страшно, хоть и пыталась это скрыть от самой себя. Как бы я не пыталась думать о том, что всё хорошо, у меня было дурное предчувствие. Через двадцать минут дверь в квартиру открылась, и первым делом я подумала, что это Рэйчел, ведь она обещала, что после похорон сразу же зайдет ко мне. Я кинулась к двери, и поняла, что это не Рэйчел. Всё-таки в квартиру отправили копа. Пробежав взглядом по полицейскому, который закрывал входную дверь, я снова пошла на кухню. Набрав в стакан воды, опять тяжело вздохнула и хотела облокотиться об кухонную тумбу, но когда повернулась, стакан выпал из моих рук, разбившись об кафель. Полицейский, который находился в моей квартире не был полицейским, это я поняла по шрамам на лице в виде улыбки. Джокер — только без привычного для него грима и фиолетового костюма, вместо этого была полицейская форма. Первым делом, я бросилась к выходу, но несколько раз дернув дверь на себя, поняла, что она заперта. Растерявшись, я осматривалась по сторонам, ища выход, но, а клоун, кажется, никуда не спешил. Он, молча, приближался ко мне. Джокер остановился возле тумбочки с вазой белых лилий, которые были подаренные Брюсом, и задержал на них пристальный изучающий взгляд. Я же прислонилась спиной к двери и тяжело дышала. Его молчание меня настораживало. В момент клоун достал раскладной нож и стал аккуратно срезать белые лепестки и листья цветов, но в следующую секунду цветы лежали на полу, точнее все, что от них осталось. Он не переставал их резать и рвать, пока от красивых лилий не остались зелёные лохмотья. Потом он взял вазу и ударил её об стену, оставляя на своей руке порезы от осколков. Он перевёл взгляд на меня, и это могло значить только то, что теперь вместо вазы, ударившейся об стену, будет моя голова. Я стояла, прикрыв глаза, просто ожидая того, что будет дальше. — И когда мне тебя убить?! Позже или прямо сейчас?! — клоун был чертовски зол, и это не то, что было в том доме, а совершенно другое. Даже когда его рука дрожала от желания перерезать мне горло, Джокер был менее сердит. — Я просто буду резать тебя по кусочкам и отправлять Уэйну! — прорычал он. Клоун стал лупить ногами тумбочку, пока та не стала разваливаться. Я наблюдала за его действиями и чувствовала, что глаза наполняются слезами. Он что ли не чувствует боли раз не прекращает бить деревянную тумбочку… — Нет, я просто дождусь нужного момента и убью тебя прямо на его глазах! А, может, лучше снять киношку в которой… Даже не дослушав угрозы, я начала плакать, потихоньку всхлипывая, не в силах остановить слёзы. — Хватит ныть! — прокричал он и слегка потрепал меня за запястье. — Если я захочу тебя убить, то тебя не спасёт ни Бэтмен, ни твой Брюс Уэйн! Ты поняла?! — я лишь пыталась вырвать руку, продолжая плакать. — Я спрашиваю, ты меня поняла?! — Отпусти! Я ничего тебе не сделала! Мне больно! — кричала я сквозь слёзы, и мне чувствовалось, что запястье уже начинает болеть от мёртвой хватки маньяка. — Ты… — он еще раз хорошенько потрепал меня за руку и резко отпустил. — Ты новая девка Бэтмена! Я всё равно тебя убью! Я стала потирать больное место, но Джокер схватил меня за вторую руку и потащил из квартиры. На выходе стояли его люди, и он прям, как в прошлый раз толкнул меня в руки одного из них. — Ударишь — сдохнешь! — клоун обратился к тому, кто держал меня. Тот махнул головой и потащил меня прочь. На выходе он затолкал меня в машину, но я сопротивлялась. Зря. Из неоткуда он достал шприц и воткнул в моё плечо. Я тут же поняла, что перед глазами всё плывёт, и ожидала, что потеряю сознание, но этого не произошло. Меня кинули на заднее сидение машины. Чувствовала себя в приобморочном состоянии, лежала и даже не могла подняться. Точнее могла, но для этого требовались титанические усилия. Мои глаза слипались, мне безумно хотелось спать, но я не засыпала, лишь двигаясь словно пьяная. Я хотела что-то сказать, возразить, но мой язык заплетался и получалось мычание. Так я пролежала всю дорогу, будто в бреду. Машина остановилась, и водитель, закинув меня на плечо, куда-то потащил. Я не могла различить, где я нахожусь, потому что кружилась голова и слипались веки. Через пару минут меня кинули на что-то мягкое и единственное, что я видела, и то туманно, — это белый потолок. Я начала крутить головой, чтобы понять, где я нахожусь, но вскоре бросила это занятие, так как была сильно слаба. Не знаю, сколько я так провалялась, но казалось целую вечность. Я уже думала, что буду всю оставшуюся жизнь в таком состоянии, и хотелось умереть, чтобы не чувствовать себя, как полуживая. Но в какой-то момент услышала голоса, кто-то с кем-то разговаривал. Я повернула голову на источник звука, но от этого стало еще хуже. Голова начала кружиться еще больше, а заснуть или даже полностью закрыть глаза я не могла. Передо мной появилась фигура и единственное, что мне удалось разглядеть это фиолетовый цвет. Через секунду я ощутила, что кто-то касается моего лица и поворачивает голову сразу влево, а потом вправо, а после легонько бьет по щеке. Я хочу сказать, чтобы меня оставили в покое, но снова получается непонятное мычание. Фиолетовая фигура удаляется на несколько секунд, но когда возвращается, я чувствую укол в плече. Через какое-то время ко мне возвращается слух, потом получается более менее двигаться, и я кое-как приподнимаюсь, хватаясь руками за первую попавшеюся опору. Когда ко мне наконец-то начинает возвращаться зрение, я замечаю, что мои пальцы вцепились в фиолетовое пальто. Соображаю еще слабо и поэтому передвигаюсь к краю то ли кровати, то ли дивана и пытаюсь слезть. Как только встаю на ноги и перестаю держаться, снова чувствую знакомое головокружение и боюсь, что сейчас снова лягу амебой и пролежу так до конца своих дней, пока не умру с голоду или недосыпа. Но я опять теряю сознание, правда, упасть не дают чьи-то руки. Ощущение, что мое тело сковали тисками и воткнули тысячу иголок, и я не могу пошевелиться, а если и сделаю движение, то это отзовется неимоверной болью, от которой тут же умру. Ничего не слышу и не могу открыть глаза, но понимаю, что еще жива, хоть и как будто бы нахожусь в двух мирах одновременно. Через секунду чувствую расслабленность, тело тут же отпускает скованность, но теперь я вряд ли нахожусь в мире живых… Кажется, что я вечность буду чувствовать себя так же легко и невесомо, но внезапно ко мне возвращается тяжесть, а после и та ужасающая боль воткнутых в тело иголок, когда я начинаю чувствовать, что меня трясут за плечи. Зато теперь я отчетливо понимаю, что в своём мире — мире живых. Размыкаю веки, но всё еще покруживается голова, потому снова хочется забыться в вечном сне. Меня перестают трясти, но теперь обхватывают ладонями лицо и немного запрокидывают голову. Я пытаюсь открыть глаза, но веки будто налиты свинцом. В эту же секунду чувствую знакомый укол в плече, только во втором. Буквально через минуту открываю глаза и теперь довольно отчётливо вижу белый потолок. Приподнимаюсь на локтях и вижу того, кого меньше всего хотела бы увидеть — Джокера. Клоун сидит рядом, в своём привычном фиолетовом костюме и с гримом на всё лицо, и просто пялится на меня. — Я думал, ты коньки отбросишь, — спокойно проговаривает он. — Не дождешься, — нахмурившись, касаюсь рукой больной головы. — Я и не ждал, — резко отвечает клоун, на что я кидаю подозрительный взгляд. — В смысле ты умрешь от моей руки. — Джокер говорит непринужденно и, поднявшись, направляется к двери. Лучше бы я умерла только что… — Что это, вообще, было? — кидаю вслед. — Будешь много болтать… — Я должна знать от чего чуть кони не двинула! — удивляюсь тому, что говорю так резко, но, видимо, это из-за только что пережитого стресса. — Заткнись, — его голос звучит раздраженно, а меня это злит еще больше, потому что не могу ничего ответить человеку, у которого полные карманы ножей, но всё равно планирую ответить. Уже открываю рот, чтобы возразить, но он продолжает. — Это одно из изобретений Крейна. Обычно… — Кто такой Крейн? — не могу сдержаться, что бы не спросить. — Если не замолчишь, то я тебя порежу. Ты же не хочешь, что бы на твоём прекрасном лице появилась такая же улыбка, как у меня? — как он достал. Ну, так порежь меня, наконец! Только и делает, что угрожает. Чёртов клоун! — Обычно, людишки от него сдыхают. — Но я ведь живая. Пора бы мне и правда заткнуться, потому что он на грани и мало ли, что может натворить, если выйдет из себя. — Ты меня бесишь. У меня было противоядие, идиотка. И теперь я жалею, что не дал тебе умереть. — Ну, так и дал бы! — зло кидаю я, ведь надоели постоянные оскорбления. Напрасно я вспылила, потому что вспыльчивость Джокера в сто раз опасней, но поняла я это слишком поздно. Примерно тогда, когда он подлетел ко мне и потащил за собой, взяв за воротник. — Ты так хочешь умереть?! — он резко отпустил ткань моей кофты, так что я чуть не упала, пошатнувшись назад. Молодец, Ники, тебе удалось выжить для того, что бы так глупо умереть. Нужно было учиться держать язык за зубами! Разговорчивые долго не живут, вот и мой прибыл час. Клоун достал нож из кармана и шел на меня. Я только и успевала отходить назад, но когда отходить было некуда, больно врезалась в стену. Почему перед тем, как убить он загоняет жертву в угол?! Я заметила, что возле моего лица виднеется лезвие ножа, но не могла ничего поделать. — Скажешь что-то напоследок? — его голос звучал саркастично, но не менее угрожающе. Я молчала, не знаю то ли от испуга, то ли из принципа. — Вот теперь ты заткнулась… ммм… ну ладно… — он взял мою руку и прислонил нож к внутренней стороне предплечья. Вот теперь мне действительно стало страшно, ведь если чуть-чуть поднажать, то нож просто перережет вены. — Ты не будешь меня убивать! — выпалила я. — Да-а, и почему же это? — тихо проговаривает он. Действительно, почему? — Потому что… я нужна Бэтмену, а если меня не станет, то тебе нечем его шантажировать. Сама не верю в сказанное, ведь сомневаюсь, что Бэтмен это Брюс, но если это так, тогда в моих словах есть логика. — Не переживай, малышка, я найду другой способ. Или другого человека, — он отпустил нервный смешок, всё еще держа нож у моей руки. Кажется, он немного успокоился. Джокер вспыльчивый, но отходчивый, правда пока он успокоится, успеет перерезать человека три, как минимум… Но к счастью он убрал нож, а я прикрыла глаза и облегченно вздохнула. — Но я человек не-пред-ска-зуемый, поэтому… — Джокер близко наклонился к моему уху и проговорил мерзким шепотом. — … не. выводи. меня. Я еще несколько секунд чувствовала его дыхание на своей шее, но когда стала потихоньку отстраняться, клоун отошел и двинулся в сторону двери. — Я вернусь. Не скучай, блонда! Да не блонда я! Он хлопнул дверью, наконец, покинув это помещение, а я только начала осматриваться. Я нахожусь в небольшой комнате, и, по-моему, это гостиная. Белый диван, большая полка с книгами на половину стены, кофейный столик, на котором творилось непонятно что: на чёрной лакированной столешнице находились кружка, раскладной нож, вазочка с уже завявшими цветами, пара использованных шприцов и куча разбросанных бумаг. А на полу возле стола небрежно валялась маленькая подушка, которая точно не на своём месте. Впрочем, в этой комнате всё не на своём месте. На подоконнике лежала гора книг, некоторые из них были разорваны, а их страницы разбросаны по комнате, или же прикреплены к стене. На полке помимо книг лежал пульт от телевизора, при виде его я начала искать глазами этот самый телевизор, и нашла… На низкой тумбочке стояла плазма, которая была разбита. Всё понятно. Возле разбитого телевизора лежал скомканный плед. Сам интерьер был странный. Одна стена, на фоне которой находился телевизор — была голая без обоев или покраски, зато на ней было написано большими красными буквами «Ха-ха-ха…» А противоположенная сторона стены, там, где окно, была белой, как потолок. Пол же был чисто чёрный. Я еще раз осмотрела гостиную и помимо входной увидела еще две чёрных двери и арку. Открыв одну, я зашла в комнату с ободранными стенами, а потолок и пол такие же, как и в гостиной. Я поняла, что это спальня, так как возле окна стояла кровать. Одеяло валялось в одном углу комнаты, а подушка во втором. Занавески белого цвета — одна была отрезана на половину, а вторая завязана на узел. На подоконнике красовались кисть, которая испачкана в красной краске, ножницы и… полицейская шляпа? В углу я заметила шкаф с зеркалом, на приоткрытой дверце которого висело фиолетовое пальто. Открыть шкаф полностью я не осмелилась, а вдруг там труп? В общем, жутковатое место. Я закрыла эту дверь и решила проверить вторую и арку. Оказалось, что вторая дверь вела в ванную, а арка в кухню. На моё удивление и там и там было чисто, правда, в холодильнике мышь повеселись. Хотя нет, кое-что в холодильнике нашлось, и это бутылка какого-то алкоголя. Горлышко этой бутылки было сбито… Открыв настенную тумбочку я увидела банку с сахаром, солью и банок пять с кофе. Две из них были открыты. Зачем человеку столько кофе? Хотя, если тут живет мой новый «друг», то логику искать не стоит. Я вновь зашла в гостиную и, решила ничего не трогать, кроме ножа, лежавшего на столике. Перед тем, как проверить входную дверь и убедиться, что она заперта, я взяла раскладной нож и прилегла подремать на диван. Несмотря на то, что нахожусь в незнакомом месте, уснула сразу же. Наверное, потому что была еще слаба, после того, как чуть не ушла в мир иной. Когда я проснулась, было около восьми вечера. Побегав по комнатам, я поняла, что в доме никого нет, и мне ничего не оставалось кроме, как продолжить сон. Утро выдалось нелёгким. Настроения не было совсем, зато была тревога и физическая слабость. Плюс ко всему я проголодалась. Не выпуская нож из рук, я ретировалась в кухню. Есть хотелось, а в тумбочках был только кофе. С опаской, но я взяла чистую чашку и заварила с открытой банки. Надеюсь, что после такого кофепития, я останусь в живых. Мало ли, какой именно в этом доме кофе, или что вообще за яд вместо него. Но пока я пью, и всё нормально. Я прошла в гостиную и взяла с полки первую попавшеюся книгу – это было «Мизери» Стивена Кинга. Кто бы сомневался, что еще может читать этот клоун? Не читала и читать такое не хочу. Поставив книгу на место, я присела на подоконник и выглянула в окно. За ним я увидела пентхаусы вдалеке, где-то там и мой дом. Рэйчел и Харви наверняка меня ищут и скоро найдут. Надеюсь, что Бэтмен, или Брюс… не забыл про меня и сделает всё возможное, поможет в моих поисках. Поток грустных мыслей прервал щелчок замка. Я сразу же повернула голову на звук и сильнее сжала раскладной нож в руке. Господи, до чего я докатилась? В последнее время не расстаюсь с ножами! Дверь открывается, и я снова вижу знакомую фигуру в фиолетовом костюме. Джокер замыкает дверь, проходит в гостиную и, снимая пальто, бросает его на диван. Он идёт ко мне, а я не знаю чего ожидать и как себя вести в следующую секунду. Но клоун просто забирает с моих рук чашку кофе и начинает жадно пить, будто это просто вода. При том, что кофе не такой уж и холодный, но ему всё равно. Он опустошает кружку и с недовольным рыком ставит её на подоконник. И что это только что было? Клоун, молча, проходит в кухню, и в следующий миг я слышу, как там что-то бьется и разбивается. Я с осторожностью прохожу за ним и вижу, что одна чашка разбита, а её осколки лежат на полу. Джокер же лихорадочно рыскает между банок с кофе. Открыв одну, он снова недовольно рыкнул и бросил её на место. Не обращая внимания на то, что она опрокинулась, клоун продолжает открывать банки. Наконец, найдя нужную, он выдвигает ящик и берёт оттуда новую кружку. Я наблюдаю, как он заваривает кофе, при этом рассыпая его по всей кухонной тумбе. (Теперь понятно, зачем ему столько кофе). Наконец, справившись, он снова пьёт его жадными глотками, но до определенного момента. Потом Джокер немного успокаивается (если это вообще возможно) и переводит взгляд на меня. — С добрым утром, блонда, — он достаёт нож из кармана и кидает его на столешницу тумбы так, что тот становится вертикально. С тобой утро добрым не бывает. Молчу, сжимая раскладной нож в руке. Он переводит на него взгляд и, подойдя, без каких-либо усилий выхватывает из моих рук. — А я… его искал… — он недолго осматривает нож и, сложив, кладет в карман брюк. — Где ты его нашла? «На видном месте лежал, дубина» - чуть не вырывается из моих уст, но я снова решила промолчать. — Да успокойся, пока убивать не буду, — говорит, будто прочитав мои мысли. Он ставит кружку на холодильник, что безмерно бесит, и обходит меня. — Но это пока, — Джокер становится за спиной и, чуть наклонившись в мою сторону, говорит очень отчётливо. Я опять-таки ощущаю его дыхание на своей шее, что вызывает странное гипнотическое состояние с желанием его чем-нибудь огреть одновременно. Но после он идет в гостиную, а я слышу нервный смех. В смысле «пока»? Меня не устраивает такой расклад. Пусть лучше грохнет сейчас, чем я буду жить в страхе и ждать своего времени. Иду за клоуном, но вижу, как тот заходит в спальню и закрывает дверь на замок. Странно. Но лучше не видеть и не общаться с ним лишний раз. Стою возле разбитого телевизора и не знаю, что делать. Бежать не удастся, а чтобы чем-то заняться или как-то развлечься в этом доме мысль не приходит. Хожу с места на место, комнату в комнату. Зайдя в кухню, переступаю через осколки только что разбитой чашки и решаю заварить отобранный кофе. Открываю шкафчики, но не нахожу ни одной кружки. Тяжело вздыхаю и облокачиваюсь об холодильник. Смотрю в окно и немного отвлекаюсь, но внезапно слышу хлопок двери и в эту же секунду вижу через арку, как Джокер быстро проходит мимо кухни. Один раз, второй раз. Я становлюсь возле арки, сложив руки на груди. Клоун расстегивает на себе жилет, останавливается, о чём-то задумавшись, потом снова начинает бегать по гостиной. Он мечется по комнате примерно две минуты, заглядывая под диван, приподнимая подушки, что-то ища между книг, раскидывая их по всему периметру. Мне смешно от того, что один из самых опасных людей Готэма не знает где и что у него находится. Да и смотрится слегка комично, когда человек с зелеными волосами и белым гримом сигает по помещению, злясь по такому пустяку, поэтому я и издаю короткий смешок. Хотя, наверное, это истерика. Но затыкаюсь, когда он переводит на меня взгляд. К счастью, он не придал мне значения и быстро ретировался в спальню. Несколько секунд тишины, но когда я уже думала, что концерт окончен с комнаты полетели книги, подушка и фиолетовое пальто. Я закатываю глаза. Он залетает в гостиную и, недовольно рыча, рыскает по подоконнику. Всё еще скептически наблюдаю, но когда Джокер начинает стучать ногой об пол, словно ребёнок, я тяжело, саркастично вздыхаю. Если он не найдёт то, что ему нужно, то могу пострадать и я. Этот человек уже выходит из себя. — Что происходит?! — не выдерживаю я. — Не твоё дело! — резко кидает тот и, залетая в кухню, обойдя меня, еле задевает плечом. Слышу звук битого стекла и, обернувшись, вижу, как тот рыскает в настенной тумбочке, попутно кидая в стену банки кофе. Меня это саму начинает злить. — Чёртов Бэтмен! — рычит он. Вот причём тут Бэтмен? Это же не он пришел в твой дом и раскидал всё куда попало. Детский сад. Мне начинает это порядком надоедать. — Де… детонатор… нет… не то… да где этот чёртов… — он что-то говорит себе под нос, продолжая шарить по полкам, а я понимаю, что это что-то на подобии детонатора. — Детонатор? — слегка удивляюсь тому, как можно было потерять такую вещь, но не выказываю этого и говорю как можно спокойнее. — Да нет же, — он открывает еще один настенный шкафчик. — В смысле, да, — Джокер быстро оборачивается в мою сторону, но так же быстро поворачивается обратно, продолжая поиски. И как это понять, блин? — Это телефон, в смысле, — он снова немного повернулся ко мне. — Ну, такой… знаешь… Маньяк выжидающе смотрит и жестикулирует. Я естественно не понимаю того, что он хочет мне донести, поэтому Джокер махнул рукой и продолжил искать по полочкам. Думаю несколько секунд, а потом иду в гостиную. Первым делом останавливаюсь и осматриваюсь вокруг. Теперь, когда Джокер пораскидал вещи по всей комнате, найти тут что-то просто так будет сложно. А может… может и нет. Он ведь говорил – телефон. Я кидаю взгляд на полку с книгами и отчётливо вижу какой-то мобильный. Подхожу и, робко взяв его в руки, начинаю осматривать, но слегка пугаюсь от неожиданного возгласа. Это Джокер отпустил нервный радостный смешок, когда увидел в моих руках этот самый телефон. Он подлетел ко мне и выхватил его из рук. — Где ты его нашла? Это ты его спрятала? Признавайся, — он проговаривает с укором и угрозой, а меня это даже обижает, поэтому не выдерживаю и говорю, что думаю: — Ну, вообще-то мог и спасибо сказать! Полчаса скакал по дому в поисках этого дебильного телефона, в то время как он лежал на видном месте! В следующий раз разуйте глаза, мистер Джокер! Уже понимаю, что сказала после того, как озвучила… Клоун же улыбается, а в его глазах появляется странный блеск. Не знаю даже, чего ожидать от такого взгляда, то ли он одобрительный, то ли маньяк сейчас порежет меня на куски. В следующее мгновение я, вообще, теряюсь, ведь его действия путают еще больше. Джокер берёт прядь моих волос и начинает перебирать между пальцев, а потом осторожно, насколько для него это возможно, прячет за ухо. Мне странным образом приятно, но боюсь, что в следующее мгновение всё резко поменяется, так как я правда не знаю, что от него ожидать. Наверное, он сам не знает… Сразу немного торможу, но потом поворачиваю голову так, чтобы он больше не касался меня. Джокер еще пару секунд держит руку, но потом убирает и молча ретируется в спальню, закрыв за собой дверь. У меня же всё это вызвало смешанные чувства. Мне страшно, но больше от того, что его прикосновение было приятным.