Здесь наивность не прощают

Учёба и Апрель не кажутся такими весёлыми и привлекательными после последнего моего разговора с Джокером, а всё потому, что этот разговор действительно был последним. Всю неделю я хожу, как сама не своя. Мою душу давит какой-то невидимый груз, от которого я не могу избавиться даже перед сном. Мне настолько плохо, что иногда не могу сдержать слёзы, это происходит тогда, когда вечером и ночью я остаюсь наедине с собой и своими мыслями. Возможно, неделю назад нужно было продолжить собирать вещи и всё же покинуть Готэм. Я знала, что затея поменять Джокера не обернётся ничем хорошим. Так и вышло. Самое плохое во всём этом то, что я никогда не смогу разлюбить чёртового клоуна и никогда не смогу быть с ним. На что я надеялась? Глупая Ники… Нельзя связаться с Джокером и при этом не пострадать. Всё раньше было хорошо. У меня были друзья и, возможно, получилось бы с Брюсом, но мне самой нужно было перечеркнуть всё это. Теперь я не похожа на саму себя… теперь мне не хочется улыбаться и веселиться. Теперь мне не хочется ничего. С этими размышлениями я шла по коридору колледжа, смотря в пол и прижав к груди книгу. Какой-то мимопроходящий знакомый сказал «Привет» на что я натянуто улыбнулась. Мне тяжело улыбаться, потому что всё время хочется плакать. Я дошла до угла, как ни с того ни с сего появился друг, которого я не ждала здесь увидеть. — Здравствуй, Николь, у тебя есть свободная минутка? Нужно поговорить. Марти опять был в кофте, только теперь в синей, но так же не снимал с головы капюшон. Не дожидаясь моего ответа, парень взял меня под локоть и повёл в одну из пустых аудиторий. Как только за нами закрылась дверь, он отпустил руку и присел на преподавательский стол, упёршись одной ногой в пол. — Марти, что ты тут делаешь? Я думаю, ты можешь больше не следить за мной… — недовольно произнесла я и, кинув книгу и сумку на стол, присела на столешницу. — Длинные юбки немного не то, что ты любишь носить… — скромно проговорил Марти. — Всё, что мне сейчас остаётся — это брюки и юбки в пол! — мой тон получился агрессивным, хоть я и прекрасно понимала, что Марти вообще не причём и не имеет никакого отношения к ситуации с Кошкой. — Эти царапины пройдут? — неуверенно спросил он. — Ты хотел о чём-то поговорить, — я старалась сказать так, чтобы мой голос звучал менее враждебно, но получалось как минимум раздраженно. — Хотел. Говорю. Ники, а что, чёрт бы вас всех побрал, между вами с Джокером произошло? — Марти задал этот вопрос немного нервозно и сложил руки на груди. Было необычно видеть друга нервным. Бывает, что Марти выходит из себя, но сейчас пытается это скрыть, потому непривычно. — Вообще-то… — деловито начала я, но почувствовала такую слабость, что воображать не было сил. — Просто это конец… — Очень с тобой согласен. Джокеру точно скоро конец, — Марти перебил меня с долей иронии в голосе. — Я знаю, что его намеревается убить Витти, но… Марти буквально не давал слова сказать, постоянно перебивая, и сейчас оказалось не исключением. — Да он сам себя скоро убьёт такими темпами! — отчеканил он. Повисла тяжёлая пауза и Марти скинул капюшон, показывая шею. В глаза тут же бросился порез. — Знаешь, откуда у меня этот шр… — друг тут же осёкся и покачал головой. — Блин… Короче говоря, видишь этот порез? Я получил его, когда забирал у Джокера пистолет, которым он пристрелил Питера, а потом собирался пристрелить себя. Голос парня звучал высокомерно, но сдержанно, а у меня при услышанном чуть сердце не остановилось. — Чт… Марти? — я не знала, что думать и как реагировать. — Это серьёзно, — строго проговорил Марти. — Подожди, а кто такой Питер? — Питер — это человек, у которого клоун грёб психотропные вещества, Ники. Скажи спасибо, что Крейн в психушке, потому что обычно это препараты Крейна, — сдержанно отозвался друг, а у меня язык отняло. — Только не говори, что ты не знала. Я спрыгнула со стола и подошла к Марти. — О том, что Джокер наркоман? Нет! — в замешательстве и негодовании кинула я, внимательно смотря на парня. — Ну да, по нему же вообще не скажешь… Чего это я, в самом деле?.. — сегодня Марти говорит саркастично, что немного раздражает. Но если бы тема разговора была не такой, каковой она есть, то я бы не обращала внимания на иронию. — Джокер нажрался каких-то наркотиков, потом пошёл за добавкой к Питеру, но у клоуна упала планка, и он пристрелил этого самого Питера. Как всегда смеялся и… уже хотел выстрелить в свою безумную башку, но я оказался рядом. Мы сцепились, он успел черкануть ножом по моей шее, я тоже его немного подрезал… Короче, это продолжается уже неделю, ровно с того дня, как он спас тебя от Кошки. — Марти, неужели он… — я не знала, что сказать, ведь не ожидала того, что клоун употребляет наркотики, а то, что он хотел выстрелить себе в голову… Я в замешательстве. Джокер итак больной, у него итак всякие бредовые, садистские мысли, ну зачем ему это?! Наверное, нужно было заподозрить ещё тогда, когда в один вечер на мой вопрос о курении маньяк промолвил «Я ещё не таким балуюсь». Только сейчас до меня это дошло, только сейчас я над этим задумываюсь, какая же я глупая… У меня был растерянный вид, и я бегала глазами по всему помещению, раздумывая над тем, что Джокер ещё может натворить. — Ники, — просто начал Марти, — у него есть сила воли, он не зависим, и я это давно понял, потому что Джокер не принимал ничего такого полгода примерно. Да и он никогда особо сильно не увлекался, я же говорю, нет зависимости, но сейчас будто с цепи сорвался. Я тяжело вздохнула, ведь действительно переживала, вдруг он что-то сделает с собой? Нужно перестать волноваться, я больше не имею к этому маньяку никакого отношения. У меня больше нет цели ему помочь. И к тому же, если я не смогла, если Джокер не послушал меня в первый раз, то почему должен слушать во второй? — Итак? — требовательно начал друг. — Я знаю, что это из-за тебя. — Знаешь что, Марти? — обиженно отозвалась я. — Да я не это хотел сказать, — поправил он. — Я веду к тому, что знаю, что все его действия связаны с вашими отношениями. Ники? Я понимаю, что Марти прав, но больше не стану в это лезть. Хватит с меня, клоун никого не слушает. Я равнодушно взяла сумку с книгой и двинулась к выходу. — Джокер взрослый мальчик, пусть живёт так, как ему хочется, — холодно отозвалась я, идя к двери. — Замечательно! Может, тогда подскажешь, что делать, чтобы он меня не пристрелил? Ну, или себя… Что ты могла сказать ему такого, что он принялся за наркоту и… чуть не убил себя? — нервно говорил друг. Я уже взялась за дверную ручку, но при услышанном, резко обернулась для дерзкого ответа. — Я ни в чём не виновата! Джокер сам сделал свой выбор, а совет мой такой — оставь его в покое. Этому безумцу никто не нужен, он сам по жизни, он никого не подпускает. Ты ничем ему не поможешь, Марти, — на момент я запнулась, а потом выдала: — Он не человек, он машина для убийств, не умеющая ни любить, ни чувствовать! После этих громких слов я ощутила ужасное бессилие, от которого хотелось плакать, потому вылетела из аудитории, громко хлопнув дверью. Идя по коридору, я не могла думать ни о чём, кроме того, что мне поведал Марти. Я, наверное, только сейчас осознаю, что это конец. Подумать только… только подумать о том, что у меня всё могло получиться! Я могла осуществить задуманное, но это было лишь иллюзией. Я жила в своих фантазиях, которым не суждено сбыться. Я сказала Марти, что Джокер должен жить, как ему хочется и намекнула, что он не пропадёт, но такие, как он уже потерянные. Таким, как он тяжело жить, таким незачем, потому что нет смысла. Клоун не видит ничего хорошего, но существует ради того, чтобы указать человечеству на его бесчеловечность. Эта цель пуста, так же как и его жизнь. Кажется, он начинает это понимать, если уже неделю ничего не делает для того, чтобы убить Витти. Отлично, он это понимает, но я не хотела, чтобы всё обернулось так! Я стремилась показать маньяку добрую сторону нашего мира, но он её так и не увидел. Получается, если Джокер не видит плохого, то не видит ничего… Я не смогла доказать, что есть добрые люди, что есть и дружба и любовь… Что я делала не так?! Всё это время я пыталась на собственном примере показать всё это — доброту, дружбу и любовь. Я пыталась дать ему всё это, но он никогда не сможет почувствовать и понять. Я была права, клоун просто манипулировал мной. Джокер извинялся, спасал, обнимал и говорил приятные слова только потому, что играл. Я всё думала правильно и знала ведь, что если вступаешь в чужую игру — проиграешь. Впредь я больше не буду слушать своё сердце, теперь я буду слушать лишь голос разума. К чёрту всё это, к чёрту сантименты и чувства! Не думала, что всё обернётся так. Не думала, что, будучи стараться показать доброту, в итоге сама ожесточусь. Я шла, смотря в пол и периодически, врезаясь в людей. В данный момент я просто хочу спрятаться, чтобы остаться наедине со своими давящими мыслями. Когда я уже была у выхода из помещения, передо мной снова появился Марти с накинутым на голову капюшоном. — Ники, чтобы между вами там не случилось… — друг держал меня за руку возле локтя и смотрел беглым взглядом по сторонам, опасаясь, что его могут узнать. — Не теряйте друг друга. Теперь Марти смотрел в глаза, а последнее проговорил твёрдо, даже категорично. Я молчала, ведь мои мысли и теории совсем запутались. Такой неопределенной я себя не чувствовала уже давно. Друг снова пробежался взглядом по толпе и, отпустив мою руку и даже не попрощавшись, резко открыл входную дверь и вышел из помещения. Несколько секунд я стояла возле двери, смотря на неё, но на самом деле устремив взгляд в никуда. Через пару секунд я проснулась и, обернувшись и убедившись, что никто не заметил моего странного поведения, толкнула дверь от себя и покинула колледж.

***

Жизнь у людей налаживается. Конечно, ведь в городе почти всё хорошо. Джокера снова не видно, мафия ведёт себя тихо, громких убийств не происходит. Никакого терроризма, никаких шантажей, всё спокойно, если не считать мелкого бандитизма. Кошка всё ещё в больнице, но, по словам Брюса, идёт на поправку. Всё и правда неплохо, если Рэйчел и Харви всё же решили сыграть несостоявшуюся зимой свадьбу. Я лишь рада за кузину, несмотря на то, что сама чувствую себя невыносимо плохо. То что Марти рассказал в университете не оставляет в покое. Я не могу перестать думать об этом и корю себя за это. Мало того, что мне плохо, потому что переживаю за клоуна, плюс паршиво, ведь не могу не думать о Джокере. А ещё хуже из-за того, что даже, если бы я переступила через себя, то всё равно бы ничем не смогла помочь. Раньше я полагала, что это не важно, но сейчас поняла, что нельзя помогать человеку, который сам этого не хочет. Невозможно вставить свои мозги, ведь он сам должен дойти к тому, что я пытаюсь донести. Может, я просто опустила руки, раз в моей голове появляются подобного рода мысли, но я не могу всю жизнь добиваться того, чего невозможно добиться даже за две жизни… Мысль о том, что я буду прислушиваться к голосу разума, вместо того, чтобы слушать своё сердце была ошибочной. Она появилась в моей голове на почве злости и обиды, чтобы я не говорила и не думала, знаю, что уже не поменяюсь, и мне от этого тяжело. Людям, которые прислушиваются к сердцу всегда тяжелее, но такие уже никогда не смогут по-другому как бы не хотели. Я пришла к этому, потому что поняла, что как бы я не злилась и не обижалась на Джокера, всё равно буду его любить. Я буду любить, зная, что у нас ничего не получится и, даже, если я его никогда больше не увижу. И я даже осознаю, что клоун играл… Я не приближусь к нему и не подпущу, но не забуду. От этих мыслей становится так невыносимо плохо, что не могу сдерживать эти чёртовы слёзы, которые в данный момент просятся наружу. Нужно успокоиться, с минуты на минуту придёт Рэйчел. Так и вышло, дверь кафе открылась и в помещение влетела счастливая Рэйчи. Я тут же вытерла пару проступивших слезинок и, шмыгнув носом, отпила немного кофе из чашки. Найдя мой столик, кузина села напротив меня. — Привет дорогая, как у тебя дела? — радостно прощебетала Доуз, усаживаясь удобнее. — Просто замечательно, — проговорила я, но зря перед этим шмыгнула носом, ведь Рэйчел обратила на это внимание. — Ники? — сестра не сразу поняла и думала, что ей показалось, потому молча, смотрела на меня несколько секунд. — Что-то случилось? — взволнованно проронила она, а я натянуто улыбнулась. — Что? Нет! С чего ты такое взяла? — я спрятала за ухо выбившуюся прядь и отвела взгляд в сторону, делая вид, что осматриваю посетителей и интерьер. — Мне показалось, что… — Ты уже разослала приглашения? — я тут же перебила Рэйчел, не дав ей договорить. — Конечно. Моя свадьба через три дня, — недоумённо ответила Доуз, всё пристальней смотря на меня. — Эм… я к тому, что возможно вы кого-то забыли с Харви. Ну, там мало ли, знаешь… — я принялась выкручиваться, ведь опять сказала глупость. — Нет, всё под контролем, — настойчиво сказала Рэйчел, но продолжила менее решительно. — Ну, я так думаю… Ох, Ники! Теперь я буду переживать. Зря я, конечно, ввожу Доуз в сомнения по поводу свадьбы (причём ошибочно), ведь знаю, какая кузина нерешительная. Рэйчел в частых сомнениях, порой не может принять решение и не любит, чтобы что-то шло не по плану. Она как весы: на одной чаше её золотая черта характера — умеренность, а на второй сомнения. Никто не знает, каким путём достаётся эта умеренность и спокойствие и через сколько сомнений и НЕ спокойствия нужно пройти. Рэйчел именно тот человек, который выглядит гармоничным, но в действительности в её душе постоянный раздор. — Да чего ты? Всё хорошо, тебе не о чём переживать, — я натянуто улыбнулась, убедительно смотря сестре в глаза. Та лишь тяжело вздохнула, и я думала, что обошлось, что я отвлекла её внимание от своих проблем, но не тут-то было… — Ладно, проехали, твоя очередь капать мне на мозг, — добродушно промолвила Рэйчел. — Расскажи, что у тебя случилось. — Да с чего ты взяла, что что-то случилось, Рэйчел?! Кажется, мои нервы начинают потихоньку сдавать, потому что я не смогла сдержать высокий тон. На такую мою реакцию Доуз лишь посмотрела искоса, а мне кажется, что она начинает догадываться о том, что у меня действительно проблемы. — Ты сама не своя, ты никогда… Почему все так добиваются от меня правды? Бэтмен уже получил, что хотел, теперь он знает, что происходило между мной и Джокером на самом деле и явно считает меня выжившей из ума. Не знаю, как на это отреагирует Рэйчел, потому молчу. Точнее знаю, что её реакция будет агрессивней. Она ведь моя кузина, родной человек, поэтому и будет пытаться уберечь, а если Уэйн и Доуз сговорятся, то мне точно не остаться в Готэме, а из города уезжать не хочется. И почему же мне просто не уехать, не бросить это всё? Что я теряю? Я с лёгкость переведусь в какой-то Техасский университет, к тому же дома у меня много друзей и вообще жизнь уже устроена. Может, я не хочу уезжать, потому что на самом деле всё ещё верю в свою безумную затею помочь клоуну? Это ещё хуже, ведь для этого я ничего не делаю. Разумным и адекватным решением было бы уехать и забыть обо всём, а так я мечусь между двух огней. — Рэйчел, всё прекрасно, просто учёба сводит меня с ума. Ну, там… экзамены, понимаешь? — я старалась говорить сдержанней и очень надеялась, что прозвучало это дружелюбно. — Ладно, извини, — озадаченно проронила Рэйчел. Значит всё-таки не дружелюбно. Вот сейчас я точно должна говорить уравновешенней, так как понимаю, что Доуз больше не будет доставать расспросами. — Забыли, всё замечательно. Я уже не дождусь вашей с Харви свадьбы, — на моём лице заиграла улыбка и я полагаю, что теперь я, наконец, выглядела доброжелательной. Наверное, так и было, ведь Рэйчел сразу же заулыбалась и принялась щебетать об этом знаменательном дне. Вскоре Доуз заказала себе чашечку кофе, и мы просидели в кафе чуть меньше часа. Сестра не прекращала рассказывать о приближающейся свадьбе, и мне даже нравилось её слушать, ведь я понимала, что кузина, наконец, счастлива. Питаю большую надежду на то, что в этот раз никто не помешает этим двоим пожениться! Они заслуживают счастья, потому что Рэйчел и Харви хорошие люди, а кто, если не хорошие люди должны быть счастливы?.. Три дня прошли очень быстро, а это значит, что сегодня долгожданная свадьба. Точнее сейчас. В данный момент я нахожусь в доме дядюшки Эмиля, который любезно его предоставил для празднования торжества. На самом деле удивлена, что он действительно любезно предоставил помещение, ведь при первой встрече дядюшка Эмиль показался неприятной личностью. Вообще-то, так оно и есть, но в течении приготовления свадьбы я пообщалась с ним больше и поняла, что он вредный, но не злой. Лилового платья, которое я выбрала для свадьбы в прошлый раз, больше нет. Да и к тому же, сейчас оно мне не подойдёт. Сейчас мне не подойдёт ни одно короткое платье! Царапины потихоньку заживают и почти не болят, но шрамы до сих пор не сошли. Я только надеюсь на то, что прошло мало времени и позже отметены, всё же, сойдут. Вместо того миленького наряда я выбрала не менее симпатичное платье светло-василькового оттенка из лёгкой ткани, только, конечно же, теперь оно было в пол. Лёгкие, милые наряды определённо мой стиль. До церемонии оставалось немного времени, примерно сорок-тридцать минут. Рэйчел была почти готова идти к свадебной арке. Харви, наверное, тоже готовился встречать свою будущую жену, этого я не знаю, но наверняка знает Брюс, ведь тот сейчас находится с ним. Возможно, в данный момент Уэйн успокаивает Дента мудрыми речами, как это бывает в классических романтических комедиях. Хотя, если у нас всё происходит, как в романтической комедии, то Брюс однозначно поит Харви крепким алкоголем из фляги. Но Рэйчел не переживает и не подумывает сбежать, как героиня Джулии Робертс, а значит и с Харви всё в порядке. Я думаю, что эти двое уже не дождутся, когда смогут узаконить свои отношения. Я бы на их месте сейчас переживала даже больше, нежели в их первую попытку вступить в брак, ведь боялась бы, что что-то помешает, а точнее кто-то. В прошлый раз Джокер решил украсть меня, тем самым срывая их свадьбу, и если сейчас он намерится выкинуть что-то подобное или кого-то убить, то я сама его убью! Думаю, что этого не произойдет, так как клоун отошёл от своих планов, да и к тому же прошли те времена, когда я была ему нужна. Вернее их и не было… Не нужно заморачиваться по этому поводу, к тому же в такой день. Вместо того, чтобы думать о всякой ерунде, я иду в соседнюю комнату забрать букет невесты. Надеюсь, что сегодня его не потеряю… — Ники! — кричит Рэйчел уже тогда, когда я открываю дверь и одной ногой оказываюсь в коридоре. Я оборачиваюсь и жду речи кузины, но та внимательно смотрит и молчит. — Рэйчел?.. — растерянно отзываюсь я, уже боясь того, что что-то пойдёт не так. Наверное, я боюсь срыва свадьбы даже больше, чем Рэйчел и Харви, а всё потому, что в прошлый раз свадьба не состоялась именно из-за меня! — Кольца… — уже было начала Доуз, но я резко и бескомпромиссно перебила. — У священника, — мой тон был непреклонен. — А цветы в соседней комнате и сейчас они будут в твоих руках, милая. Я старалась говорить мягче и более успокаивающе, но звучала твёрдо, ибо самой надоело постоянно переживать и быть, как на иголках. Честно говоря, уже не дождусь, когда закончится церемония. Господи, пусть эти двое вступят в брак, пусть священник скажет «Объявляю вас мужем и женой» и пускай тогда Джокер делает, что хочет, хоть взрывает заведения Витти, пытается убить меня или снова разбирается с Бэтменом! Только после того, как Доуз станет Дент, и тогда моя совесть перестанет меня грызть. Несмотря на категоричность и некую резкость моих слов, Рэйчи, похоже, успокоилась, ведь её ответом была улыбка. Мне и самой стало спокойней и показалось, что сегодня ничего не сможет помешать. Я ступила в коридор, закрыв за собой дверь помещения, в которой находилась невеста. Через несколько секунд захожу в соседнюю комнату, неприятно скрипнув дверью. Давно ли дядюшка Эмиль смазывал петли двери? Наверное, тут всё сделано в стиле Прованс. Французские корни не спрячешь даже в Готэме. Под такие нехитрые, простые мыслишки ни о чём, направляюсь к комоду, на котором отчётливо вижу букет из лилий и белых роз. Мысленно вздыхаю и радуюсь тому, что всё под контролем. Улыбаюсь и со счастливой улыбкой подхожу к комоду и, взяв букет в руку, задерживаюсь у зеркала, чтобы подправить причёску. Наклоняюсь и прячу ненужный локон. Хорошо, что у меня длинные красивые волосы, которые стоит лишь накрутить, и я уже буду выглядеть чудесно. Смотрюсь в зеркало ещё раз и одной рукой поправляю заколку, которая собирает две пряди на затылке, но внезапно слышу скрип. Смотрю через зеркало и вижу в отражении, как медленно открывается дверь. Сразу же отворачиваюсь от зеркала и упираюсь руками в столешницу комода. Мне немного не по себе, потому как дверь открывается медленно, а этот неприятный скрип навевает лёгкую жуть. Наконец, дверь отворяется, а у меня чуть букет из рук не падает. Какого чёрта он тут забыл?! — Надеялся не ошибиться и не попасть к Денту и Уэйну, но теперь думаю, что лучше бы ошибся… Не ожидала увидеть здесь Джокера. Нет, я, конечно, предполагала, что он попробует как-то воспрепятствовать свадьбе Рэйчел и Харви забавы ради, но не думала, что заявится в дом дядюшки Эмиля самолично! Клоун заходит в комнату и закрывает за собой дверь. — Что ты здесь делаешь, блонда? — говорит он, искоса смотря в мою сторону. — Я? Какого лешего тут делаешь ты?! — переполняет злость, потому что понимаю, что появление Джокера не сулит ничего хорошего. Похоже, свадьба снова не состоится. Еле сдерживая эмоции, быстрым шагом направляюсь к нему, но останавливаюсь в двух метрах. Хочу сказать что-то колкое, но клоун перебивает. На самом деле, помимо злости, ощущаю ещё и радость. Как бы мне не хотелось этого признавать, но это так. Я рада видеть Джокера живым и… адекватным?.. — Марти где-то шляется, я так и знал. Когда-то я точно прикончу этого идиота или проиграю его в карты, — недовольно говорит маньяк, поправляя зелёный жилет. Боюсь поинтересоваться, где сейчас Марти? Разгуливает среди гостей?! Мои мозги начинаю закипать, когда я представляю, что парень заигрывает с симпатичным сыном дядюшки Эмиля. — Вы офигели? — выдала я, пытаясь говорить как можно спокойней, но на деле еле сдерживалась, чтобы не повысить тон, и это прекрасно слышно. — Если вы мне сорвёте свадьбу, то я вас поубиваю. — Ого, вот так просто перейдешь на мою сторону и разделишь мои взгляды на жизнь? Его юмор ужасно бесит, потому на несколько секунд закрываю глаза и глубоко дышу. Когда поднимаю веки, вижу, что Джокер ухмыляется и меня снова коробит. Намереваюсь продолжить язвить, но клоун и сейчас сказать не даёт. — Ты не подумай, мы ничего такого не планировали. Марти, вообще, пришёл, потому что тут алкоголь бесплатный, а я подумал, что неплохо было бы устроить маленький фейерверк в честь праздника, — он говорил насмешливо, а меня это так рассердило, что не могла и слова вымолвить. — Все будут так веселиться, когда я взорву дом! Джокер залился смехом, а мою злость сменила грусть. Я снова вижу того Джокера, которого встретила на вечере Уэйна, тогда когда только приехала в Готэм? Тогда когда он привёз меня в загородный дом и чуть не отрезал пальцы, тогда когда клоун чуть не задушил… Неужели всё, что я делала было напрасным? Неужели действительно нельзя ничего изменить? И неужели Джокер никогда не сможет отказаться от своих дурацких принципов? На моей душе стало невыносимо тяжело, так будто всё что я любила рухнуло и исчезло. Навсегда. Теперь я чувствую безысходность и тоску. Я не смогла этого скрыть, ведь отвела свой печальный взгляд. Даже не знаю, что сейчас говорить. Я не могу ничего сделать, помешать клоуну осуществить задуманное. Я пыталась что-то сделать раньше, но это не помогло тогда и сейчас явно не поможет. — Марти обязан был увести тебя отсюда, ты не должна погибать со всеми ними, — голос Джокера неожиданно поменялся и стал мягче. Теперь я будто говорила с тем Джокером, который рассказывал мне свою историю о Стэнли, который спасал от Майкла, объяснял, почему на самом деле отдал Селине. Теперь я будто говорила с тем Джокером, который что-то чувствует ко мне… Чувствует, но не может признать… Но я больше не буду вестись на эти манипуляции, теперь не буду верить, потому что знаю, что всё, на что я надеялась ложь. Я сама придумала и поверила. Бэтмен и Кошка правы: Джокер не умеет любить, и мы никогда не будем вместе; нужно всегда помнить об этом. А даже если он что-то ко мне и чувствует, то это чувствует Джейми. Только вот Джейми пропал тогда, когда у него появились эти шрамы на лице. Не могу не признать, что хотелось бы поговорить на тему «Джейми» и препаратов Крейна, но теперь это уже ни к чему. — Ты взорвёшь этот дом? — ровно спросила я, зная ответ. — Тебя здесь не будет к этому времени. Я не убью тебя, Ники, — настойчиво ответил клоун, убедительно смотря в мои глаза. Он врёт, опять. Ну, зачем? Я ведь так хочу в это верить… — Джокер, Рэйчел моя сестра и я её люблю, понимаешь? Я не хочу, чтобы она погибла, — отчаявшись, проговаривала я в попытке донести клоуну свою мысль. Не знаю, зачем это делаю, если уверенна в том, что маньяк просто пытается манипулировать и мои слова ему безразличны. Да и к тому же, разве он понимает, что такое любовь? Или же знает, что такое боль и тоска о человеке, которого любишь? Он ничего об этом не знает.  — Опять эти сантименты… В последнее время мне кажется, что они повсюду, — неуверенно ответил клоун зачем-то застёгивая верхнюю пуговицу на жилете, которая и так была застёгнута. — Это жалко просто так отказываться от своих понятий из-за каких-то… Я перебила Джокера, потому что была не настолько зла, насколько разочарована. Его высказывания меня не злили, а огорчали. Я наивная и всё ещё, даже сейчас пытаюсь вбить в его голову то, что пыталась вбить всё это время, открыть ту истину, которую вижу сама. — Это не какие-то сантименты! Она мне родная, и я люблю родных мне людей! — на миг я приостановилась, но всё же не придержала язык за зубами и почти сразу кинула то, что крутилось в голове. — Кому я объясняю? Что ты можешь знать о любви… — Да, конечно. Да. Ты права. Что я могу знать о любви? Психопат-убийца не может ничего об этом знать, — некоторое время Джокер смотрел в мои глаза, и я даже на минуту оцепенела от этого взгляда, проникающего в душу. Отчего-то мне стало так неудобно и даже стыдно. Но с другой стороны я не понимаю его сарказма и обиды, ведь я всё сказала верно. Так оно и есть… Может он сам это понимает и поэтому злиться? Я уже не знаю, что думать и я, правда, не могу понять Джокера, а особенно меня вводит в заблуждение его многозначительный взгляд. Наконец, он перестал смотреть и, облизнув губы и поправив волосы, двинулся к двери. Он вышел настолько быстро, что я не успела ничего предпринять. Я могу только надеяться, что клоун всё же не взорвёт дом. Но не знаю, что делать. По идее нужно рассказать о его планах Бэтмену, но теперь я не уверена в том, что у клоуна не поменялись планы. Теперь я не знаю, что у него на уме. Что ж, непредсказуемость это отличительная черта Джокера. Посмотрев на букет, я сжала его сильнее и тяжело вздохнув, двинулась к Рэйчел. До церемонии оставалось совсем мало времени, потому после того, как я отдала букет и толкнула Доуз напутственную речь, быстренько пошла к гостям. Быстренько я пошла неспроста, мне нужен был Марти, ведь только так я узнаю о том, стоит ли паниковать и рассказывать Бэтмену о возможных планах Джокера. Я очень надеялась, что Мартин всё ещё здесь. Сейчас я буду рада, даже если друг станет приставать к сыну дядюшки Эмиля или пить алкоголь литрами. Мои надежды были оправданы, Марти разговаривал с кем-то из гостей — благо это была женщина — и попивал из бокала. Я не медля, подлетела к другу и как можно вежливей увела от собеседника. — Здравствуй, Ники! — радостно промолвил Мартин и заключил в объятия. Сколько таких бокалов он выпил? Кажется, парень был нетрезвый. Да и чёрт с ним. — Здравствуй, Марти, — спешно проговорила я, когда мы разомкнули объятия, — а теперь скажи мне правду, клоун хочет всё тут подорвать? Я говорила, зацепившись пальцами за рукав его рубашки. Вместо ответа Марти приложился к бокалу, потому я нервозно дёрнула за рукав так, что тот чуть не подавился алкоголем. — Ники! Вот же дикая… — говорил друг, осматривая свою рубашку, в надежде, что она не запачкана. — Марти, блин, если ты сейчас же мне не скажешь, что тут происходит… Договорить мне было не суждено, ведь Мартину надоели мои психи, и он решил не тянуть. — Да успокойся ты. Отбой. Джокер передумал, — отмахнулся парень. — Тоже мне… мыслитель… Постоянно планы меняет. Надоел уже, честно говоря… Я его или убью или проиграю в карты когда-нибудь… — бубнил Марти, снова попивая из бокала. Я лишь облегчённо выдохнула, и теперь даже могла посмеяться над отношениями этих двоих. И кто же кого в итоге убьёт или проиграет в карты? Делаю ставку на то, что Джокер проиграет Мартина в карты, а Марти потом его убьёт. Ну… или наоборот?.. Слава Богу! Эта свадьба, наконец, состоится. Отныне я могу выдохнуть и наслаждаться праздником, но вот за пьяненьким Марти всё равно стоит поглядывать. Заветные тридцать-сорок минут прошли, и теперь гости и я, в том числе, ждали начала церемонии. Я волнуюсь так, будто сама замуж выхожу, но нужно прекратить, ведь всё будет хорошо. Вот, Рэйчел идёт к Харви… все наблюдают за этим зрелищем, слушают, как священник начинает свою речь, а я в это время осматриваюсь вокруг, потому что всё ещё переживаю. Пока всё по плану, а если точнее, то я не вижу ничего подозрительного, и это очень радует. Даже Брюс, находящийся рядом со мной спокоен в отличие от меня. «… быть вместе в радости и горе, в бедности и богатстве, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас», — слышу я и будто просыпаюсь. Это были слова Рэйчел, неужели… Их объявили мужем и женой! Церемония прошла просто так и даже ничего не произошло? Джокер не взорвал дом? Никого не убил? Давно я не была так счастлива. У остальных гостей такие же радостные лица, а меня посетило странное состояние. Было ощущение, что я нахожусь не здесь, точнее я всё ещё тут и наблюдаю за счастливыми молодоженами, но на моей душе стало очень легко. После того, как я приехала в Готэм больше не ощущала такой лёгкости, вплоть до этого момента. Наверное, я просто очень рада за сестру. Радость за близких стирает проблемы с сознания человека. Жаль, что эта лёгкость длится лишь некоторое время, но пока это время не прошло, им нужно наслаждаться. Вскоре стало ещё веселее. Гости танцевали и общались. Так на них действовала атмосфера, ну, и алкоголь, конечно, который, по правде говоря, заканчивался за вторым столиком. Не знаю, кто такая Гретта, кажется, родственница Харви, но я определённо понравилась этой пожилой тётушке, раз она любезно попросила принести шампанского. Я не смогла отказать и, несмотря на то, что краем глаза следила за поведением Марти, всё равно направилась в дом. Сейчас в помещении никого не было, ведь все развлекаются на большой террасе. По дороге к дому, я поняла, что Марти заметил, что я за ним наблюдаю, так как друг помахал мне рукой, параллельно общаясь с какой-то компанией. Просто пьяный человек… Обычно, я выпиваю немного на всяких мероприятиях, как и все нормальные люди, но сегодня я радостная и без алкоголя. Ну, почти без него, за этот вечер я кое-как выпила лишь полбокала шампанского и больше пить не намереваюсь. Я зашла через дверь из заднего входа. В доме было так пусто, тихо и царил полумрак, и мне казалось, что стук моих каблуков настолько громкий и резкий, что слышен даже гостям. Конечно же, это было не так, потому что, если я слышу музыку с улицы, то это совсем не значит, что люди на улице слышат то, что происходит в доме. Иногда хочется вот так спрятаться от толпы весёлых пьяных людей. И не потому что они так плохи, а потому что иногда любому человеку хочется быть просто наблюдателем. Когда я зашла на кухню, сразу же зашагала к холодильнику. Если мне не изменяет память, то ещё даже оставалось холодное шампанское. Я не ошиблась. Взяв две бутылки холодного алкоголя, я сразу же потопала к выходу, к которому нужно было идти через гостиную. У дядюшки Эмиля немало цветов в помещении, потому засмотревшись на какие-то розочки, я снова-таки во что-то врезалась, чуть не уронив бутылки. Я их не выронила, ведь когда очнулась и подняла взгляд, увидела Джокера, который вцепился в эти бутылки так же, как и я. Именно потому они не упали и не разбились. Я была удивленна, что клоун всё ещё находится здесь. Мне стало слегка неудобно от того, что я такая неуклюжая, а ещё от того, что мы с Джокером стояли очень близко друг к другу, а наши руки едва соприкасались. — Спасибо… почему ты тут? — застенчиво отозвалась я, понемногу отстраняясь и беря бутылки в свои руки удобнее. На некоторое время повисло молчание. Джокер неподвижно стоял на месте, не быстро отдавая мне эти несчастные бутылки с алкоголем. Мне становилось всё не комфортней, ведь маньяк не спускал глаз, а по-особенному мне стало неловко тогда, когда с улицы заиграла медленная песня. Он усмехнулся. — Спасибо, что всё-таки не подорвал дом. Я рада, что Рэйчел и Харви теперь семья, — я опустила глаза и вновь хотела спрятать прядь волос за ухо, но как только подняла одну руку, вспомнила, что руки заняты. В итоге я выглядела так, будто не знала, куда деть взгляд и руки. Так и было. От того, что я выгляжу растерянной, становиться так не по себе, что теряешься ещё больше и хочешь сбежать, хоть на самом деле я бы хотела остаться… В этот момент Джокер, не спеша забирает бутылки с моих рук и ставит на ближайший столик. — Николь, ты бы могла потанцевать… со мной? — слышу его неуверенный голос, и мне почему-то становится тепло на душе. Я непроизвольно улыбаюсь и поднимаю свой взгляд. — Разве ты танцуешь? — усмехнувшись, спрашиваю я. Джокер осторожно берёт за руку, и я поддаюсь его нерешительным движениям. — Только с тобой, — тише проговаривает он и в следующее мгновение касается моей талии так бережно, будто боясь навредить. — Ты как всегда безумно милая, — клоун наклоняется и шепчет на ухо. Я чувствую его дыхание на своей шее, и от этого хочется прижаться к его груди. Не знаю, что отвечать, ведь не часто слышу от Джокера комплименты, ну, по крайней мере прозрачные, потому мой взгляд опущен и устремлён куда-то в сторону. Он усмехается и неспешно берёт мою правую руку в свою. Мы потихоньку начинаем медленные движения под музыку, и первое время наш танец получается неловким. Так должно было получиться из-за него, и в самом деле клоун был зажат и неуклюж (что меня даже умиляет), но сегодня и со мной что-то не так. Я слишком застенчива и робею даже посмотреть в его глаза, несмотря на то, что в душе хочется обнимать и целовать этого психопата. Вскоре наши движения стали более плавными, только я сильно вцепилась пальцами в ткань его жилета на плече. Внешне я старалась не показывать своего смущения, но понимала, что тщетно. К тому же, когда человек пытается скрыть застенчивость, выглядит ещё более неловким. — Значит… значит, тебя зовут Джейми, на самом деле? — проговорила я, пытаясь отвлечься от того, что он был так близок. — Это уже не важно, — спокойно ответил он. Похоже, что сегодня я взволнована больше его. Обычно Джокер не может совладать со своими эмоциями. Конечно, клоун не так уверен, как должно быть. Я бы даже сказала, совсем не уверен, но я вообще беспокойная и как бы я не пыталась завести серьёзный разговор, понимала, что в этот вечер он не состоится. Слишком другая обстановка. — Блонда, — клоун останавливается и слегка поглаживает талию рукой, как бы пытаясь успокоить. Я не прекращаю прятать взгляд и волноваться, тогда Джокер касается ладонью моей щеки и поднимает за подбородок. Теперь у меня нет выбора, я смотрю в его глаза, и теперь мне не хочется прерывать зрительный контакт, но он обрывается. Клоун целует в кончик носа, и я прикрываю веки. Он сразу же скользит и осыпает лицо ласковыми поцелуями, не пропустив прикрытые веки, но всё ещё не осмелившись поцеловать в губы. Я же чувствую тревогу смешанную с нежеланием отпускать его. Маньяк будто читает мои мысли и, обнимая за талию двумя руками, притягивает ближе. — Я знаю, что тебе не нужен, но я не могу без тебя. Прости, — он говорил прижавшись щекой к моей щеке, — за то, что… я тебя не оставлю, как бы ты не хотела обратного… На моей душе стало так тяжело, что давило рёбра. На глаза навернулись слёзы, и я закинула руки, обняв Джокера настолько крепко, насколько могла. Эмоции рвали изнутри, и я думала, что вот-вот расплачусь, но вместо этого я обнимала клоуна крепче. Какой же он дурачок, опять всё понимает по-своему! Я же люблю его… но не смогу быть рядом, если Джокер продолжит убивать. Наверное… Я буду любить его любым, но не смогу принять любым. В этом просто не будет смысла. — Я не обижу, ты же знаешь, но не отпущу. Мне совершенно не хочется говорить, я просто хочу наслаждаться его прикосновениями, но не могу. — Джейми… — не знаю, стоит ли его так называть, но… это ведь его имя, и сейчас со мной находится Джейми, а не Джокер, — мы не можем так… Ты не можешь не отпускать меня. Я осторожно выкрутилась из объятий, но клоун коснулся ладонью моего лица и погладил щеку большим пальцем. Его прикосновения были трепетными и руки Джокера опять начали дрожать. Похоже, он был растерян. — Ники, я же… я… Ты же что? Пожалуйста, не молчи! Для него это слишком, и мне не стоит ожидать взаимности. Я ждала того, что Джокер продолжит говорить, но спустя несколько секунд этого не произошло, потому мне пришлось отстраниться. Я резко убрала его руки, вытерла пару проступивших слезинок и вышла из гостиной, не сказав ни слова. Когда я выходила из дома, налетела на Брюса. Тот что-то говорил или спрашивал, но я не обращала никакого внимания. Я отошла от дома не так далеко и остановилась на месте, обняв себя руками. Мне больно от того, что всё получается именно так. Я не думала, что всё станет настолько запутанным и сложным.