Здесь наивность не прощают

— Париж великолепен! Рэйчел обнимала меня так, будто не видела не месяц, а год. Доуз всегда была искренней и никогда не скрывала своих истинных намерений, точнее теперь уже Дент. Всё никак не могу привыкнуть! Рэйчел и Харви, наконец, вернулись из Франции. Если судить по их счастливым лицам, то медовый месяц удался. При взгляде на их радостные улыбки и горящие глаза складывается ощущение, что ребята не совсем понимают, что вернулись в Готэм. Этот город быстро вытрясет из любого человека позитивный настрой на жизнь, правда, со мной такого ещё не произошло, и надеюсь, что не произойдёт. Но, тем не менее, сейчас я и Брюс встречаем по-настоящему счастливых молодожен в аэропорту, отправляющихся в своё семейное гнёздышко. — Я даже скучала по этому городу… — любовно промолвила Рэйчел в тот момент, когда Харви и Брюс погружали чемоданы в багажник машины. — Я не думала, что по этому городу можно скучать, — насмешливо, но не агрессивно ответила я. — Я, честно говоря, тоже… — повисла странная пауза, и на момент мне показалось, что атмосфера в воздухе стала напряжённой, а радостная Рэйчел посерьёзнела. — Готэм, как больной ребёнок. Неизлечимо больной. Разве можно не любить детей, даже если они больны? Кузина усмехнулась своей самой доброжелательной улыбкой, и та серьёзность, которая показалась мне, вмиг ушла. — Я люблю этот город, — налегке продолжала сестра. — И не покину, ведь должна помогать и делать всё, что в моих силах. Как-то Рэйчел говорила, что её жизнь и работа в этом городе призвание, так вот, сейчас она, по-моему, полностью в этом убедилась. Странно, что её это не тревожит и не пугает. Я сама не знаю, насколько долго задержусь в Готэме, но не хочу оставаться здесь после того, как окончу университет ни лишней минуты. Странно, конечно, да, я так думаю, но даже в каникулы мне что-то не даёт уехать. — Мы погрузились, теперь можем ехать, — отозвался Брюси, хлопнув крышкой багажника. — Отлично! — ответила я, сквозь улыбку. — Ребята, да я вижу, вы тут неплохо спелись в наше отсутствие, — говоря это, Харви вальяжно проходил мимо меня и не упустил возможности коварно подмигнуть. Услышав предположения мужа, Рэйчи глянула на меня и не сводила подозрительного взгляда и улыбки. — Да ладно? Вы опять что ли? Серьёзно? — быстро проговорил Уэйн, уже открывая переднюю дверцу машины. — Но, ведь, а что в этом такого? — оптимистично отвечал Харви, садясь в машину. — Ага, старая любовь не ржавеет, Ники? — иронически подхватила кузина. Эти двое по-доброму насмехались над нами. Всё это звучало с подковыркой и быстро, в то время, когда мы рассаживались по местам. Ей богу, как малые дети. Но эти насмешки не носили агрессивный характер, а наоборот создавали лёгкую, непринуждённую и даже дружескую атмосферу. Я замечаю, что чем дальше, тем Уэйн плотнее общается с Дентами и постепенно становится другом семьи. У меня получается то же самое, ведь Рэйчел моя кузина, с которой у меня дружеские отношения, несмотря на разницу в возрасте, да и с Харви я прекрасно нахожу общий язык. Рэйчи старше меня, но как показала практика, я могу завести приятельские связи даже с человеком с разницей в возрасте, которая будет достигать девять или десять лет. Брюс хороший тому пример. Брюси, Рэйчел, Харви и… Джейми — все они старше. Однозначно Джей старше, но его точный возраст остаётся для меня тайной. — Скоро о вас будут писать в газетах, — продолжал Харви, а мы уже были в пути. — Да, да! Что-то на подобии «Любимчик Готэма Брюс Уэйн возобновил отношения со студенткой!» — сестра не удержала умилительного смеха. Точно будто школьница. За всеми этими шутками скрывается желание Рэйчел всё же увидеть меня с Брюсом парой. Да, это логично и по своей сути к этому и должно сейчас идти. Я и Уэйн, правда, очень хорошо общаемся, а если пресса напишет, что мы с ним пара я даже не обижусь, и не потому что хочу этого, а потому что примерно так оно и выглядит. Если бы мы были нормальными людьми, а не героем в костюме летучей мыши, который спасает Готэм от преступности и наивной дурочкой влюблённой в маньяка, который пытается ей манипулировать, то я и Брюс, наверное, были бы вместе. И ещё Брюси влюблён в Селину. Просто Рэйчел и Харви многого не знают, именно того, что играет самую важную роль — мы не влюблены друг в друга, а ещё хуже — наши сердца заняты другими людьми. Как-то это печально выглядит… — Да, это будет весело! — не без юмора протянула я, на что Брюси усмехнулся, но эту усмешку заметила только я. Такой себе негласный договор между нами. В тот момент, когда мы ехали, я чувствовала себя… счастливой. Всего за год я успела найти близких мне людей. По-настоящему тех людей, которые будут стоять за тебя горой. И если кто-то скажет, что Готэм совсем погряз, и в этом городе не осталось ни единого доброго человека, я буду отчаянно спорить. Если хороших людей практически не видно, это не значит, что их нет. Добро никогда не выставляет себя напоказ. Мы продолжали путь. Денты рассказывали о Франции, о том, как им понравился ужин на Эйфелевой башне, Лувр, Гранд-опера и прочие красоты Парижа, а мы с Уэйном увлечённо слушали. Всю дорогу мы говорили о Франции и о том, что в отсутствие прокурора и его личного помощника произошло в Готэме. Мы ехали недолго и через пятнадцать минут были у дома Дентов. Харви разбирался с чемоданами, а Рэйчел стояла возле машины и обращалась к нам. — Спасибо, ребята, — благосклонно начала она, но после голос кузины хоть и был небрежный, но отдавал интригующими нотками. — Мы с Харви хотели на следующий уикенд сходить в ресторан или устроить дружеский ужин у нас дома. Нам было бы приятно, если бы один из вечеров выходных вы провели с нами. Так ведь, Харви? На вопрос жены Дент ответил что-то схожее на «Да, конечно…». Кажется, он даже не слышал, о чём спрашивала Рэйчел, потому что когда всё-таки подошел к машине, чуть не уронив два чемодана, сказал: — Я взял все чемоданы, и… о чём ты спрашивала, милая? — Мы бы с радостью, но… — начала я. — Мы вот подумываем… то есть у меня в городе столько дел… — Брюс продолжал отнекиваться. Мы увиливали, как могли, но бывшая Доуз срубила наши попытки отвертеться на корню. — Вот и хорошо! Значит, в субботу в семь вечера у нас дома, — прощебетала Рэйчи, а мы с Брюсом кротко переглянулись, но положительно махнули головами, ведь выбора у нас не было. Бой проигран и пришлось принять поражение. Харви же насупившись, стоял с чемоданами в руках, но после того, как радостная Рэйчи великодушно скомандовала мужу, что пора идти в дом, он лишь бесхитростно пожал плечами и пошагал за женой. Как только они скрылись из виду, мы с Уэйном переглянулись между собой. — Чудесно! — саркастично кинула я и, дернувшись на сиденье, сложила руки на груди. — Что такое? Разве ты не скучала по Рэйчел? — насмешливо проговаривал он, заводя машину. — Уэйн! Ты же понимаешь, что начнётся на этом ужине? — я была раздражена, потому голос был негодующий. — Прекрасно понимаю. Не то чтобы мне не хотелось провести вечер выходного со всеми этими людьми, а очень даже наоборот, но только мысль о том, что нас будут пытаться сватать, слегка отбивает желание! Несмотря на всю ситуацию, Брюс держался позитивно, и я решила, что тоже не буду заморачиваться по этому поводу. Как только Бэтмен привёз домой и я вышла из машины, мой мобильный зазвонил. Перед тем, как снять трубку и попрощаться с Уэйном, увидела на дисплее имя «Люсия». Отпустив Брюса, махнув рукой и улыбнувшись, я ответила на звонок. — Да, привет, Люси, — не знаю почему, но мой голос звучал радостно, но я просто не подозревала, что подруга звонит не с таким хорошим настроением. — Ники… Том… — Люсия просто рыдала в трубку, и мой позитивный настрой вмиг улетучился. Девушка не могла связать двух слов, ведь постоянно плакала. — Люси, что случилось? — встревоженно спросила я, так как не помнила, чтобы Витти когда-то была в таком состоянии. — Я и Том расстались! — выпалила подруга сквозь рыдания. Это тот Томом, с которым они встретились на последней вечеринке? Кажется, это была интрижка на одну ночь. Почему Люси так переживает? Неужели он зацепил какие-то струны её игривой души? — Вы ведь не встречались… — ляпнула я, и уже пожалела, что вообще открыла рот, потому как после моего вердикта, девушка принялась плакать ещё сильнее. Тоже мне, ты должна поддерживать, а не подливать масло в огонь, Ники! — Ники, мне так плохо… Он мне так нравился… Я не смогла слушать её плач и оставаться на месте, при этом ничего не делая и находясь в стороне. — Милая, не плачь, я сейчас приеду, — обеспокоенно, но твёрдо сказала я. — Я у родителей, их всё ещё нет дома, — Витти громко шмыгала носом. Странно, что синьора Витти со своим мужем ещё не вернулись, но не об этом мне сейчас приходилось думать. Мне не доводилось видеть подругу в таком состоянии, и я сильно переживала. — Хорошо. Может, что-то привезти вкусненького? — мягко спросила я, уже пытаясь поймать такси. — Нет, я ничего не хочу… Это пугает больше прежнего. Люси любит тортики и спиртные напитки и лишний раз не упустит возможности полакомиться, да ещё и в моей компании. На её меланхоличные слова я ответила, что скоро буду и села в такси. Люси немного ветреная, но она прекрасный человек и хороший друг. Её мать владеет этим городом, но такой расклад не сменил Люси. Она осталась всё такой же простодушной и весёлой. Мне очень повезло, что удалось найти настоящего друга в тёмном Готэме, и мне не нравится, что этой девушке плюют в душу, ведь я готова стоять горой за своих друзей! Спустя пятнадцать-двадцать минут таксист доставил в поместье. Я оплатила и первым делом зашагала в дом. Когда я заходила, охранник как-то странно посмотрел, но ничего не сказал. Может быть, не узнал сразу? Не удивительно, так как я бываю здесь не так уж и часто. И, вообще, зачем охранник среди белого дня ещё и у входной двери, а не ворот? Ну да ладно, не до этого сейчас. Как только зашла, сразу же потопала в комнату подруги и, соответственно, на третий этаж. Войдя в спальню, я никого не обнаружила. После того как я позвала Люси, мне никто не отозвался, и я намеревалась покинуть спальню и пойти на её поиски, но не сделала этого… Я развернулась, чтобы выйти, но дверь резко закрылась прямо перед моим носом. Сразу это удивило, и я даже неподвижно стояла несколько секунд, хорошенько раздумывая, но в голову не приходило ничего адекватного, потому пришлось подойти и толкнуть дверь от себя. Она не поддалась, и я сделала так ещё пару раз. Я бы могла всё спихнуть на сквозняк и на то, что дверь просто заклинило, но окно было прикрыто. На всякий пожарный я проверила окно, и оно было не просто прикрыто, а плотно закрыто и… замкнуто? Окно на замке? Я нервозно окинула взглядом помещение, а после подошла к двери и постучала несколько раз. С той стороны молчали. — Люсия? — неуверенно проронила я и легонько ударила кулачком пару раз. До сих пор никто не отвечал. Спустя пять минут безответного стука в дверь, в мою душу забралась тревога. Что тут происходит? Где Люсия? И почему мне никто не отвечает?! В какой-то момент в голове проскользнула мысль, что Люси в опасности. Это-то логично, но причём тут я? Зачем меня заманили, если я не связана с мафией? Я могу быть причём только если всё это затеял чёртов клоун! Это действительно имеет смысл, ведь Люси дочь главы мафии и я до сих пор задаюсь вопросом, почему Джокер до этого не пытался шантажировать Карлу. Но с другой стороны на вечеринку Джейми пришёл не просто так, видимо именно ради этой цели. Всё понятно, но что клоуну от меня нужно?! Мне всё это порядком надоело. Когда же Джейми оставит меня в покое? Почему я всегда попадаю в какие-то переделки? При мысли, что вся эта заварушка рук дело Джейми, нахлынула злость, потому я принялась громко стучать в дверь руками, а потом и ногами. Только я намеревалась прокричать что-то язвительное, как меня перебил голос, доносившийся с той стороны двери. Оказывается, всё это время под дверью кто-то находился… — Можешь стучать, сколько влезет, ты вряд ли выживешь, — безразлично, но твёрдо проговорил человек. Голос был мужской и точно мне не знакомый. Неужели Джейми решил убить меня?.. Это так последняя наша встреча на него подействовала? Я всё же была права в том, что он пытался просто манипулировать. Он не любил меня, и никогда бы не полюбил. Всё это время лгал, он так искусно лгал, что я верила. Я врала самой себе, потому что хотела верить в то, что я в это не верю… Но я была такой наивной и в глубине души мне казалось, что маньяк чувствует ко мне что-то серьёзное. Теперь… теперь он хочет меня убить, потому что не получилось подчинить мой разум. Не знаю даже как это воспринимать. Выигрыш это или проигрыш? Но я ведь не играла! Не играла… На глаза стали проситься слёзы, но я отчаянно сдерживала их. Даже если и умру, то без слёз и соплей. Хватит с меня. Мне хотелось и плакать, и кричать, и бить всё вокруг, потому не сдержалась и хорошенько ударила рукой в дверь. Рука тут же отозвалась пульсирующей болью, и я рефлекторно притянула её к себе, но на этом не остановилась и ударила предплечьем второй руки. Я скорчилась от боли и сползла спиной по двери. Тут же появилось желание реветь, но по щеке покатилась лишь одинокая слезинка, которую я тут же смахнула не покалеченной рукой. Должна признать, что слёзы было трудно сдерживать, но у меня хоть и с усилиями, но получалось. — Босс скоро приедет, и если ты будешь продолжать так себя вести, мне придётся сделать так, чтобы ты не смогла стучать. Понимаешь о чём я? — грозно промолвил мужчина. — Твой босс будет гореть в аду! — громко прокричала я. И не потому что убивает, а потому что играет на чужих чувствах. Лучше бы он сразу убил меня, но Джокер не был бы собой, если бы перед этим не наигрался. — Не исключено, — совершенно спокойно, даже насмешливо ответил он. Мне не нашлось, что ответить. Остаётся только ждать своей участи или спасения. Бэтмен не может пропустить это. Не может ведь?.. Сбежать не получится, это третий этаж. Всё кончено. Я просидела, облокотившись спиной о дверь примерно полчаса и думая обо всём том, что происходило. Я не думала о том, что произойдёт, что меня вскоре убьют, я лишь вспоминала всё то хорошее, что было между мной и Джейми. Неужели я настолько идиотка, что люблю его даже тогда, когда вот-вот умру от его руки? До встречи с Джейми я не знала, что можно так абсурдно любить. Я даже не ненавижу Джокера, я просто хочу, чтобы он понял, хоть когда-нибудь понял то, что я хотела донести. Даже если это произойдёт на последних секундах его жизни… Но я не знаю, что должно произойти, чтобы до его больного мозга дошло. Чтобы до него дошла суть этого мира, то, что здоровый человек понимает без усилий и пытается искоренить — человечность и добро. Мне по-прежнему жаль Джейми, и я по-прежнему желаю ему добра… Мои мысли прервались услышанным стуком каблуков. Каблуки? Люсия? Я подскочила на месте и сразу же припала к двери. — Люси? — с надеждой в голосе проронила я, но в эту же секунду в дверь ударилось что-то со звонким звуком и мне пришлось отскочить. — Что ты делаешь, дубина?! — я услышала нервный женский голос, который однозначно принадлежал подруге. — Люси, ты жива? — я снова припала к двери, ведь как-никак переживала за Витти, даже несмотря на то, что сама в опасности. Иначе, какой я человек, если буду думать лишь о спасении собственной шкуры? Мне не отвечали, и это пугало, но я вовремя собралась и просто-напросто подслушала разговор за дверью, но когда поняла, о чём идёт речь, мне чуть язык не отняло. — Ты понимаешь, что Карла должна видеть её целой и невредимой? Ни одной царапинки, пока… Только если её припадочный любовничек не отзовётся… тогда мать распорядиться. На этих словах я громко ахнула и, отойдя от двери, тут же прикрыла рот ладонями. Мне вероятно послышалось. Нет. Нет! Не может быть, чтобы Люсия… Этого просто не может быть, она ведь моя подруга. Всё ещё?.. В моём сознании стала рисоваться вся картина, она довольно проста: Витти будет шантажировать мной… под словами «припадочный любовничек» можно подразумевать не только Джокера, но и Бэтмена. Люсия постоянно упрекала меня в том, что я общаюсь с Брюсом. Это может быть Уэйн, только если Карла знает, кто под маской летучей мыши. Если они делают ставку на Джокера — мне конец. Его последние слова «надеюсь, что с тобой всё будет хорошо» были ясны. Наше общение прекратилось, он больше не будет пытаться подчинить мой разум, а значит и спасать не собирается. Вот и хорошо! Мне не нужна его помощь! Обойдусь без чёртового клоуна, он унижал, обвинял, даже не догадывается о том, что смог влюбить в себя и в конечном итоге просто ушел! Он бросил меня, и теперь не нужно, чтобы он спасал. Джейми сделал свой выбор, точнее Джокер… Когда я отскочила от двери, не смогла удержать удивлённого возгласа, хоть и прикрыла рот ладонями, потому за дверью резко замолчали. — Ники… ты жива? Не покалечена? — спросила Витти, подойдя ближе. Странно это как-то. — Люси, что происходит? — в растерянности произнесла я. Несколько секунд стояла тревожная тишина, но девушка ответила: — Прости, подруга… — её голос был тише, и она действительно просила прощение. — Что значит «прости?!» — я не выдержала и практически прокричала эти слова. Я лишь услышала тяжелый вздох и отдаляющийся звук каблуков. Просто «прости?!» Разве Люсия могла предать нашу дружбу из-за прихотей своей мамаши? Неужели она заманила меня сюда только потому, что так велела Карла? Мы ведь дружили, она рассказывала мне обо всём, что происходило в её жизни. Я не могу поверить. В этом городе никому нельзя доверять. Абсолютно. Я присела, облокотившись об стену и не выдержав боли предательства, всё же проронила несколько слезинок, которые разбивались о голые колени и мочили лёгкую ткань сиреневой юбки. Не знаю, насколько долго я пробыла в закрытой спальне наедине с собой, даже не пытаясь сбежать. Я слишком подавлена, да и к тому же понимала, что выхода нет. Но в какой-то момент я услышала щелчок и резко поднявшись, насторожилась. Дверь отворилась и в комнату уверенной, будто на подиуме, походкой вошла Карла Витти в окружении амбала в шляпе и своей паршивой дочурки! — Надо же, Люсия, она действительно целая и невредимая, — Карла приблизилась и, взяв пальцами за щеки, покрутила мою голову сразу влево, а потом вправо. Думаю, она осматривала лицо в поисках ран. – Умница, моя золотая. Старшая Витти развернулась и шла в направлении двери, но проходя мимо Люси, приостановилась и легонько похлопала младшую Витти, которая стояла, сложив руки на груди, по щеке. Не сказать, что это было любовное прикосновение, но и не унизительное точно. Я бы сказала, что выглядело это сухо. На самом деле между ними были именно такие отношения — сухие. Люсия лишь смотрела на меня каким-то горестным взглядом загнанного ягнёнка. Карла была у двери, и я не смогла молчать. Я должна знать, что тут происходит. — Витти! — твёрдо кинула я, на что она остановилась, упершись рукой об косяк двери. Несколько секунд она так и стояла, но потом вальяжно развернулась на тонких каблуках лицом и, убрав руку с двери, уперла её в бок. Женщина смотрела выжидающе и усмехалась, давая понять, что готова слушать. — Зачем я нужна тебе? Я не сбавляла обороты и говорила всё так же уверенно и бескомпромиссно. — Ты мне не нужна куколка, но я полагаю, что нужна этому… клоуну, — значит всё же Джокер. Мне крышка. — Он должен убрать свои руки от этого города. Готэм — моя территория, а псих мешает. Тон Витти резко сменился, можно уверенно сказать, что её задевает Джокер, а значит он серьёзная угроза. Я уже хотела было ответить, но Карла высказалась первая. — Знаешь, почему он практически непобедим? Потому что ему нечего терять, — женщина коварно ухмыльнулась, а её глаза сверкнули недобрым огоньком. — Было нечего терять, но теперь я одержу победу. Я знаю всё. Наверное, ты была не столь закрыта с моей дочерью. Я знаю, что происходит. Джокер каждый раз спасал тебя неспроста. Новость тысячелетия: маньяк влюбился! Готэм переживал многое, но т-а-а-а-к-о-о-о-е-е-е… такого он ещё не видел. Если это правда, то сумасшедший оставит свои планы на этот город, а если нет… Ты подруга моей Люси, а значит друг семьи, но я не пожалею тебя в случае чего, птичка. Её слова звучали правдиво, и я в них верила. Мафия не раскидывается словами просто так. Едко усмехнувшись напоследок, Карла ушла, а за ней ушли и головорез с Люсией. Перед тем, как уйти девушка виновато опустила взгляд в пол, но я смотреть не могла на эту предательницу! Дверь закрыли на замок, а я просто присела на край кровати, запустив пальцы в распущенные волосы. Я ничего не могла сделать в данной ситуации, в этот раз от меня ничего не зависело. Возможно, я так думала не потому что верила в свою бесполезность, а потому что чувствовала, что это конец. Джейми никогда в жизни не откажется от своей деятельности, а тем более от своей деятельности в Готэме. Он выберет Готэм, я знаю это. Убийства — его жизнь, потому что это не просто убийства, для него это целая философия и образ жизни. Человек никогда не откажется от намеченного маршрута. Я знаю, что если бы меня поставили перед выбором убить человека, иначе убьют Джейми, то даже при таком раскладе я бы не смогла убить. Я бы выбрала… Нет. Я бы выбрала убить человека? Я убью? Я смогла бы?.. Но Джейми чуждо любовь и сострадание. Может быть два, а может три часа я ждала непонятно чего. На самом деле я надеялась, что Бэтмен не оставит всё так. Я лежала на кровати, смотря в потолок и стирая проступавшие слёзы, которые катились по щекам и оставались на подушке, но резко села, уставившись в дверь, так как послышались выстрелы и глухой грохот прямо за этой же дверью. Если это Бэтс, то у него поменялись методы спасения жителей Готэма! Я не нашла лучшего решения, кроме как подняться с постели и стать ближе к двери, что было совершенно бессмысленным. — Марти, а ну-ка проваливай отсюда… Этот знакомый голос отозвался уколом в сердце. Я не могла ошибиться, иначе у меня паранойя. — Блонда, ты здесь? — голос Джейми был беспокойный, но в эту секунду я почему-то стала волноваться больше прежнего, но не подала виду. — Какого лешего ты тут забыл?! — сердито кинула я, ведь в некоторой степени действительно была зла. Он пожелал мне всего хорошего, а теперь вернулся? Зачем спрашивается? Я не игрушка, хватит с меня этого! — Однозначно здесь, только ты можешь возмущаться, когда тебя спасают, — шутливо отозвался Джокер. Он ещё и насмехается?! — Отойди от двери. Помимо того, что шутки шутит, ещё и командует?! Я ударила двумя руками в дверь, не обращая внимания на то, что одна из них до сих пор побаливала, и быстро отскочила, обидчиво сложив руки на груди. Спустя несколько секунд дверь была беспощадно выломана, и в комнату влетел Джейми с клоунским гримом на лице, в фиолетовом костюме и в дополнении ко всему с пистолетом в одной руке и ножом в другой. Нож был окровавлен, так же как и рукава пальто… Он принялся оглядывать комнату, видимо, в поисках меня, но я тихо стояла в углу, смотря исподлобья. Как только клоун заметил мою, скромно стоящую, персону, сразу же кинулся ко мне. — Ники, ты цела? — Джейми взял за руку, перед этим спрятав нож во внутренний карман, и принялся быстро осматривать меня беглым взглядом. Я тут же вырвала свою руку с его руки, снова встав в стойку «обиженный ребенок». — Блонда… да что с тобой? — растерянно спросил он. В это время послышались новые выстрелы. Кажется, это вторая волна. Что там, черт возьми, происходит?! Его дружки-клоуны решили перебить всех людей мафии? Ну что же, хоть что-то полезное сделают. Да о чём я думаю? Точнее, как я могу так думать?! — Ты бросил меня, а теперь «Ники, ты цела?», «Блонда, что с тобой?» — я стала часто жестикулировать, перекривляя его слова. — Я тебе больше не блонда. Понятно?! Я стала тыкать указательным пальцем. Кто-то мог подумать, что я просто выпендриваюсь, но я отчётливо осознаю, что если сейчас не пойду с Джейми, то меня могут убить. Неужели я готова умереть из-за каких-то глупых принципов, которые присущи лишь маленькому ребёнку в таких ситуациях? Нет, я готова умереть ради своих принципов без которых человек ничто! Пошло всё к чёрту, человеческая жизнь ничего не стоит без принципов! Принципы делают характер, а характер наполняет человека. Только если эти принципы не глупы… а глупы ли мои? Возможно, кому-то они покажутся и глупыми, но так решила я, и даже если они бессмысленные, то и платить тоже придётся мне. — Я с тобой никуда не пойду. Где, вообще, Бэтмен? Я его ждала, а не тебя! Ты мне триста лет не нужен, сам отталкиваешь и хочешь, чтобы я была с ним, так вот теперь я тоже этого хочу! — на какой-то момент стало так тихо, будто за дверью не стрелялись и не убивали друг друга. Что я говорю? Это же наглая ложь! Наверное, после таких слов между людьми растёт стена, и на миг мне показалось, что так и произошло, а ещё я была на все двести процентов уверена, что Джейми просто развернётся и уйдёт, но после недолгого зрительного контакта, он закидывает меня на плечо и несёт к двери. — Дура! — выругался маньяк, а я брыкалась и била его одной рукой, так как вторая болела от неудачного удара в дверь. — Отпусти, маньяк! — кричала я и, вспомнив, что в юбке, а не джинсах, принялась удерживать её. Джейми продолжал нести, не обращая внимания на мои крики и побивания, и когда мы оказались возле лестницы, я поняла, что мои попытки бесполезны. В другой ситуации я бы стремилась спорить ещё и ещё, но в сегодняшней и в данных обстоятельствах не было смысла, потому просто попросила вежливо настолько, насколько сейчас мне позволяла злость на клоуна. — Ну, всё, мне неудобно! Отпусти! Всё же вышло не как просьба, а требование, но, несмотря на это, клоун поставил на пол, а я чуть не навернулась, ведь оказалась стоять на краю самой верхней ступеньки. Джей вовремя подхватил одной рукой, не дав упасть, а я уцепилась за воротник его пальто так, будто падаю не с третьего, а с двадцатого этажа. Мы снова встретились глазами, и мне казалось, что обстоятельства совсем не те. То есть, мне казалось, что сейчас не идёт перестрелка с мафией и на какой-то момент даже почувствовала себя надёжно. Но я быстро вернулась в реальность, поскольку Джейми пришлось переключиться из-за какого-то головореза, который намеревался выстрелить в нас. Маньяк выстрелил первый и снова невольно перевел внимание на меня, будто ни в чём не бывало. В этот момент я будто проснулась и поняла, что тут на самом деле творится. Иногда я бываю настолько вспыльчива, что не понимаю, что происходит, ведь гнев застилает глаза, как в данный момент. Мне стало страшно и смутно, в душе появилось ощущение того, что я больше не увижу этого ненормального клоуна. Тревога окутала меня. Я не заметила, как прижалась к Джейми чуть ближе. — Нашли время, — послышался ровный, по странному уравновешенный для данной обстановки, голос, который выбил из мыслей. Повернувшись в руках Джейми полубоком, я увидела Бэтмена. Слава Богу, хоть он без оружия, а значит по старинке — врукопашную. — Брюси? — Они тебя не ранили, Николь? — всё так же спокойно спрашивал Бэтс. Я отрицательно помахала головой. В эту секунду Джокер резко убрал свои руки и спустился с лестницы, а я имела вид раненой антилопы, так как не понимала, что это такое было? Он не потянул меня за собой, ничего не сказал… — Отвези её в поместье Уэйнов. Я больше не имею к вам никакого отношения. Не буду мешать… — клоун говорил это, спускаясь по ступеням, а Бэтмен тяжело вздохнул и, помахав головой, хотел уже идти за мной, но остановился в полшаге, и вскоре я поняла почему. Внезапно я почувствовала, как в висок упирается дуло пистолета. Мною овладела паника. Я не могла увидеть, кто это был, но узнала по голосу, да и догадаться несложно. — Вы перебили половину моих людей, но я тоже кое-что умею, — эти громкие слова степенно проговорила старшая Витти. — Убери от неё руки. Быстро! — Джейми, который якобы собирался покинуть дом, видимо передумал и направил пистолет в… нас. — Ты хочешь пострелять в свою малолетнюю шлюшку? — едко сказала Карла, будто вообще не волновалась. У нее даже руки не дрожали! Таких змей ещё нужно поискать. — Закрой рот, иначе… — Джейми приостановился, и продолжил чуть степенней. — Послушай, я хоть и клоун, но с тобой шутить не буду. Отпусти её, а не то в последний раз дочь увидишь в гробу на Готэмском кладбище! Если, вообще, опознаешь! Всё же он не смог совладать с эмоциями, и в итоге говорил сквозь зубы, пытаясь сдержать гнев. Конечно, так человек всегда выглядит ещё более жутко. Взгляд маньяка был соответствующий. В последний раз я помню Джейми в таком состоянии в поместье Кобблпотов, когда Майкл пытался изнасиловать, но тогда он не сдерживался ни в высказываниях и, вообще, ни в чем — убивал так, как ему хотелось, но в данный момент у Джокера не было такой привилегии. Джейми перекинул взгляд на меня, я лишь закрыла глаза, а по щеке покатилась одинокая слезинка. Мне казалось, что это конец. Безнадежность поселилась в самом сердце, потому я просто ждала, когда Карла выстрелит. — Карла, давай успокоимся, — это говорил Бэтс, как всегда пытаясь уравновесить ситуацию, которая в принципе вышла из-под контроля. — Лучше не лезь, мышь, — деловито отчеканила она. — Зачем эти сложности? Джокера отправят в Аркхэм и… — Не смеши, мой ушастый друг! Брюс замолчал, Карла тоже, но вскоре принялась говорить то из-за чего мы все тут собрались — выдвигать условия. Теперь её голос не был таким игривым. — Ты должен отступить. Отойди от своих планов, псих, иначе твоя девка сдохнет на твоих же глазах. Я подняла веки. Повисла тишина. Джейми молчал, но мы смотрели друг на друга, и я чувствовала его растерянность, ведь он даже немного ослабил руку, в которой держал пистолет. Я ожидала какого угодно ответа, но не такого… — Тогда… убей меня, — голос маньяка стал спокойней и он опустил оружие. — Что? Нет! — выпалила я, но Карла больно дёрнула мою руку и приставила пистолет к щеке. Да о чём он? Нет, так не должно быть! — Ты умник, уверен, что я не убью её после тебя? — Карла открыто рассмеялась, а когда остановилась, добавила. — Нет, милый, так дело не пойдет. Мне нужно победить тебя. Последнее глава мафии процедила сквозь зубы, и стало ясно, что дело не только в правительстве города. У неё спортивный интерес, ей просто хочется, чтобы Джейми добровольно отказался от своих планов на Готэм. — Выбирай сейчас же, или ты отступаешь или собираешь её мозги с пола! — она визжала и крепко хваталась за мою руку, а я даже в такой патовой ситуации замечаю, что в Готэме все понемногу сходят с ума. Мне казалось, что ситуация зашла в тупик и была готова к худшему. Отчасти так и было, если бы не одно «но» в виде Люсии. Девушка выскочила из-за угла, и, по-моему, не совсем догадывалась, что тут происходит. Это удивило, если бы я не была в таком состоянии, в котором мозг не работает, вместо него эмоции заполнены переживаниями и паникой. — Что ты делаешь, Карла? — взволнованно спросила девушка, перекидывая взгляд с меня на мать. — Ты же сказала, что она не пострадает… Брюнетка не успела договорить, так как Джей быстро среагировал и взял девушку в плен. Карла намеревалась выстрелить, но не успела, та как могла попасть в дочь. — Сукин ты сын! — яростно выпалила женщина. — А вот теперь можно пошутить, — Джокер злобно скалился, но мне эта ситуация не внушала доверия. — Как тебе шутка? По-моему, весёлой мы компанией собрались! Маньяк нервно смеялся и прижимал нож к шее Люсии всё ближе. — Джокер, это не выход, — Бэтс решил вставить своих пять копеек. Он, вообще, собирается что-то делать?! Его стремление не убивать иногда не соответствует ситуации! — Заткнись и проваливай, — бросил Джейми. Карла не собиралась меня отпускать просто так, хоть и действительно сильно переживала из-за дочери, ведь я чувствовала, как её рука, находившаяся на моём предплечье, мелко дрожала. Она не похожа на любящую мать, она вообще не похожа на любящего кого угодно человека, кроме себя, но даже у Карлы Витти проснулись материнские инстинкты, когда к горлу её дочери приставили нож. — Ради Бога, отпусти мою дочь… — Витти вмиг стала взволнованной, её голос даже задрожал, а на глаза, похоже, навернулись слёзы. — Отпусти мою блонду, итальянская шлюха! — Джокер был на взводе, а я лишь молча ждала продолжения событий. Мою блонду?.. Я не смогла не подчеркнуть слово «мою» в данной обстановке. Особенно в данной обстановке… «Моя блонда» это же что-то да значит? Я только его. Больше ничья. Если мы выживем, я обязательно скажу ему об этом. Всё будет другим, я больше не стану скрывать того, что люблю. Я так люблю его… На мои глаза навернулись горькие слёзы, но Витти с недовольным рыком отпустила и толкнула от себя. Джейми тут же отпустил Люсию и вмиг кинулся навстречу. То, что произошло дальше, перевернуло всё в моей душе… Я спускалась с лестницы, а Люси поднималась к своей мамочке, при этом плача. — Ники, прости! Я не думала, что она захочет тебя убить… — девушка обращалась ко мне и выглядела очень виноватой, но в мгновение ока оказалась рядом очень быстро, а её тон сменился на ехидно-угрожающий, — потому что это должна была сделать я. Я почувствовала острую жгучую боль в районе живота и непроизвольно вскрикнула. Перед глазами появился занавес, в ту секунду я не понимала, что происходит, но опустив голову, увидела нож, который Витти вонзила в живот. Мало того, что я чувствовала физическую боль, но у меня заболела душа. Люсия? Как она могла?.. Я взглянула на лицо брюнетки, не веря, что она могла такое сделать. Я как наивный ребёнок до последнего полагала, что это неправда. В другие подобные предательства я осознаю, что меня предали, а сейчас я не осознаю до конца и надеюсь, что всё происходящее ложь, какой-то фильм с дурным драматическим сценарием. Было острое ощущение, будто нож вогнали в сердце… — Здесь наивность не прощают, — почти прошептала она и вонзила нож ещё глубже. Я скорчилась от боли и прикрыла веки, но Витти тут же утянули от меня. Я не знала, что делать, потому просто извлекла нож из живота, дико вскрикнув от неимоверной боли, но извлечение ножа, не может извлечь предательство, которое засядет в моей душе ещё надолго. Я почти упала на ступени и покатилась бы по ним, но меня подхватили чьи-то руки почти у самого пола. В глазах начало мутнеть, но я видела фиолетовую ткань, за которую зацепилась пальцами, пытаясь не упасть. Джейми… — Блонда! Нет, нет, нет… Ники, слышишь меня, Ники?!.. — его голос был встревоженный, и я слышала это даже в таком состоянии. Точнее это всё что я могла слышать и, наверное, хотела в таком состоянии. Я сидела на полу, облокотившись плечом об перила, хватаясь одной рукой за деревянный столбик лестницы, а второй держась за рану из которой сочилась кровь. Джокер опустился рядом, придерживая, чтобы я не упала. Мне так хотелось посмотреть на него, потому что чувствовала, что это будет последний раз, когда я на кого-то посмотрю… но голова ужасно кружилась, так как адская боль будто отдавала в мозги, а глаза потихоньку закрывались. — Солнце… — Джей коснулся дрожащими руками моего лица. — Ты только держись. Не умирай. Пожалуйста, только не умирай… я же люблю тебя… Может быть, мне показалось в бреду, а может он, правда, сказал, что любит — не знаю, но я нашла в себе последние силы и приоткрыла веки. — Джейми… — моё тело слабело, я хотела коснуться ладонью его щеки, почувствовать неровность таких любимых шрамов, но как только протянула руку, совсем потеряла силы и не дотянулась… Я не видела, но ощущала, как Джокер взял мою руку и положил на свою щеку, целовал во внутреннюю сторону ладони, а после так и не отпускал… Я же пыталась открыть глаза, но жгучая боль в животе, которая, кажется, выжигала все внутренности, и слабость в теле едва давали это сделать. Мне так хотелось признаться, что люблю, в последний раз увидеть его безумные любящие глаза, которые всё время смотрели на меня так нежно. Он всегда обнимал так ласково и трепетно. Он боялся мне навредить, Джейми никогда бы не сделал мне больно. Этот безумец любил меня, как я могла думать обратное? Я ведь тоже! Тоже… Какая я была дура. Я начинала терять связь с этим миром, а точнее мои веки будто были налиты свинцом, в ушах звенело, а тело ощущало лёгкость. Пусть он скажет ещё что-нибудь, что угодно! Я просто хочу напоследок услышать его голос, такой родной мне. — Ты ведь мой лучик солнца в этом мире… — я услышала тревожный дрожащий шепот. — Я люблю тебя, Ники, так сильно люблю… я… я… блонда… Блонда?.. Это последнее, что я услышала. Странно, я ведь так ненавидела это прозвище, но перед тем как уйти, счастлива, потому что это говорит мой Джейми. Мой чёртов клоун…