Страна и столица. А возможна ли любовь?

      Перелёт в Минск был недолгим. Иван был этому рад. Его милая девушка не была вынуждена страдать в самолёте. Всё-таки, как отметил для себя Россия, это прекрасно, что за ними в аэропорт приехала машина. Это значит, их сразу доставят туда, куда нужно. — Ванечка... — Устало произнесла Беларусь, — мы ведь скоро приедем?       Её болезненный вид выдавал всё её состояние. Да, в стране явно начались какие-то проблемы, ведь просто так воплощение заболеть не может. — Скоро. Отдыхай.       Парень положил голову возлюбленной обратно себе на плечо, накрыв её второй рукой одеялом, а затем и вовсе отвернулся к окну. На улице мелькали пейзажи природы. Леса вдоль дорог, абсолютно голые мёртвые леса и поля для посевов, покрытые снегом. Редкие белые домики проносились мимо, не запоминаясь в памяти русского. Такой родной пейзаж природы, но при этом такой далёкий и чужой. Пора уже объединяться. Все должны быть едины с Россией. Сестра не исключение!       Час в тишине пролетел незаметно. Девушка мирно посапывала на плече своего возлюбленного, сам Иван дремал, запрокинув голову назад, оголяя шрамы на шее.       Машина остановилась. Страны этого даже не почувствовали. Шофёру пришлось осторожно, опасаясь праведного гнева разбуженного Ивана, будить стран. У него получилось: Россия молча взял Наташу на руки и понёс в нужном направлении, а именно – в её квартиру в северной части Минска.       Зайдя внутрь, он был удивлён: вещи были неаккуратно разбросаны, часть посуды разбита. Создавалось впечатление, что здесь прошёл ураган. — Наталья, — серьёзно начал Иван, — что тут произошло? — Ко мне недавно Александр приезжал. Мы с ним мило побеседовали. А то, что здесь произошло, я не знаю. Я потом к тебе уехала, как и он. — Наташа пожала плечами. — Понятно... — Растягивая слова, произнёс Россия.       Брата он не хотел видеть. Россия, конечно, знал, какие у Саши отношения с Москвой, но всё равно не любил свою противоположность. Горе-близнецы, что ещё можно про них сказать?       Впрочем, Ивану было в целом всё равно, был ли здесь Александр или не был. Сути отношений это не меняло. Надо было только разобраться, кто устроил погром в квартире Натальи, да и только. Достав мобильник, Ваня набрал нужный номер. В телефоне слышались долгие, протяжные гудки. Ох, интересно, будет ли он рад услышать до чёртиков знакомый голос – свой голос, но будто искажённый в зеркальных поверхностях? Он не знал. — Слушаю. — В трубке раздался хриплый и несколько отстранённый от реальности голос. — Приятно знать, что ты не сбрасываешь мои звонки. Александр, я тебе звоню вот почему: ты когда последний раз был у Наташи, у неё всё в порядке было? Может, приступы какие-нибудь случались, о которых она так стесняется говорить? — Голос Вани слегка дрожал – он боялся, что за столько лет его близнец на него озлобился настолько, насколько это вообще возможно. — Успокойся. Всё нормально с ней. Ну, может, с Америкой, как всегда, что-то не поделила. Не знаю я, в общем. — По ту сторону раздался смешок.       Настроение Саши, что и так было утром не самым лучшим, теперь стало ещё более отвратительным. Отлично, теперь с Беларусью что-то не так. Бедная девочка. Правда, обычно он не показывал своих эмоций, но всё же в глубине души он чувствовал их. Никуда ему от них не деться.       Юноша перевёл взгляд за свои руки. Да, тут открывалась печальная картина: закрытая одежда, перчатки... И это круглый год! Даже летом в своём уютном ярко-алом шарфе. А причиной служили многочисленные шрамы. Парень не любил, когда его слабости кто-либо видел, а шрамы он причислял именно к слабостям.       Иван же в это время помог убрать весь этот кавардак в комнате своей девушки и даже, как бы между делом, позвать ту в ресторан. Та, также между делом, согласилась. Россия праздновал небольшую, но всё же победу. Как-то всё проходило у них слишком мило, как отметил он у себя в голове, но зацикливаться на этом не стал.

***

— Ваааань... Ну Ваааанечкааааа... — Беларусь специально растягивала и без того вытянутую букву "а". — Ну чего тебе, солнце? — Парень нежно обнимал девушку, ненавязчиво прижимая к себе. — Хочу мороженое... — Девушка даже не догадывалась, что сейчас напоминала Москву как никогда прежде.       Парень вздохнул. Ну что поделать, если он знает сразу трёх детей? Москву, Петербург и Настеньку? С горем пополам, он, улыбаясь, ответил: — Мороженое? У нас ресторан, милочка, если ты забыла. — Ну Ваня!       От этого вскрика люди, проходящие мимо, невольно обернулись на странную парочку и мысленно покрутили пальцем у виска, потому что сделай они это буквально, им был бы гарантирован череп, пробитый краном да выцарапанные острыми ноготочками глаза.       Парочка прошла какое-то время в тишине, а потом вновь начала ругаться и ссориться, словно дети малые. — Тебе сложно купить даме мороженое? — Голос Беларуси звучал по-детски возмущённо. — Тебе его купить, чтобы ты потом ничего не ела в ресторане? Да? — Иван был не менее упрямым. — Да почему сразу не ела?! — Да, казалось, будто девушку и впрямь обидели чем-то серьёзным. — Ты после никогда не ешь. — Я не поняла, ты меня сейчас с Москвой ассоциируешь?! — Наташа резко остановилась, выпрямившись и расставив руки в боки.       Вот тут Ваня понял, что да, он действительно делал это. Ну кто виноват, что одна ведёт себя не лучше другой, вот он и начал искать схожести характеров, и даже нашёл! Правда, там, где их никогда и не было. Но нашёл!       Ещё поразмыслив над ответом, он высказал следующее: — Отлично. Я тебе его куплю. — Наташа уже от радости хотела броситься к нему на шею, но тот её остановил, договаривая фразу. — Но если ты вдруг мне скажешь в ресторане, что в тебя что-то не лезет, то не обижайся на то, что я буду запихивать в тебя это силой. — Спасибо! Спасибо! Спасибо! — Наталья всё-таки повисла на шее своего жениха, не слушая вторую часть его монолога, потому что назвать это диалогом достаточно сложно.       Они шли по городу. Им открывался прекрасный вид на главные улицы города. Фонари ярко освещали улицу, ведь, несмотря на то, что было четыре часа вечера, на улице лежал снег, было темно и царил мороз. Холод, как таковой, не ощущался – ветра не было совершенно никакого. Юноша даже позавидовал своей девушке в этом плане. Да чтоб у него такие тёплые зимы... Хотя таковые встречаются где-то в Сочи, но явно не в столицах. — Согласись, тут красиво? — Начала девушка, утягивая парня куда-то за собой. — Да, достаточно. — А он, в свою очередь, удерживал девчонку от непонятного направления. — Тебе не холодно? — Не будет, если ты мне закажешь что-нибудь горячее. — Беларусь хитро ухмыльнулась.       Иван вздохнул. Ну и от кого она этому нахваталась? От Москвы? Так Беларусь в курсе, через что теперь нужно пройти той девочке с немецкими именем и фамилией. Нет, он даже любил культуру немцев, но... Это уже наглость. Девочки сменят имя и фамилию, хотят они того или нет.       Тут его размышления о своих двух нерадивых столицах прервал горячий поцелуй девушки в щёку. Горячим он был, потому что на фоне этого холода, что царил вокруг, даже он был чувствовался обжигающим.       — Самоубийца? — Сказано было с заботой в голосе и улыбкой на лице, поэтому девушка лишь рассмеялась, прижимаясь к юноше. — Возможно-возможно. Не исключаю этой вероятности.       Тут вместе с ней рассмеялся и Иван. Что ж, вечер обещает быть весёлым.