Ведьмина трава

До того Джошу не случалось испытывать ощущение полного провала, сопровождающегося полным же непониманием того, что делать. Горячий воздух жег глотку, глаза слезились от дыма, ливневые капли давно затекли за шиворот и вовсю хозяйничали на его спине, а он никак не мог заставить себя сойти с места. Очередной порыв ветра раздул костер, и пламя метнулось к нему. Только тогда он поборол оторопь и, неуклюже наклонившись, подхватил тело, обтянутое серой, потерявшей сливочный цвет, кожей. Демон оказался легким и ломким — человек его комплекции был бы гораздо тяжелее, он не дышал, жилка на шее не дрожала, хотя кто знает, должна ли она дрожать у демонов? Джош вот точно не знал. Он не знал, как устроено тело демонов, есть ли у них сердце, чтобы перегонять кровь, и легкие, чтобы вдыхать воздух. Притом он наверняка знал, чего нет у конкретного, навязавшегося на его голову демона. Мозгов. — Тебя же никто не гнал, бестолочь, — бормотал Джош, пинком открывая дверь и боком протискиваясь через дверной проем, стараясь не потревожить существо, лежащее на его руках, — зачем ты все это устроил? Уложив Тайлера на матрас — места лучше в доме не было — Джош побежал на кухню за полотенцем. Отчего-то казалось, что надо торопиться, и он суетливо обтирал мокрым полотном лицо с запавшими щеками и закопченные сажей руки. Джинсы и майка были измазаны грязью и травой, но стаскивать их Джош не стал. Пусть лежит так, там они разберутся, что делать, когда демон откроет глаза. Он смотрел на субтильную, будто размытую по краям фигуру, и дивился — неразумный как бы взрослый, появившийся на свет немногим позже подписания Декларации независимости, вел себя как пятнадцатилетний подросток. — Вот зачем этот бунт на ровном месте, а, Тай? Вопрос повис в воздухе — демон лежал молча, будто кусок неживой плоти, будто старая книга, найденная Даном. Такой же закрытый на замок и попытавшийся рассыпаться в огне. Джош махнул рукой и ушел в кухню. Налил себе воды и попытался прибить пыль, першившую в горле и саднившую в носу. Рука тряслась и вода пролилась мимо рта, стекая каплями по подбородку. Тут же в окно постучали. Утеревшись и отставив стакан, Джош пошел открывать. За дверью стоял запыхавшийся Генри Диккенс. Его брюки по колено были измазаны грязью, по вискам тек пот. Дан вышел на улицу, имея крайне смутное представление о том, как он сейчас выглядит. Наверное, плохо, но сил на условности не было. — Чем обязан? Он в упор уставился на главу деревни и тот поспешно отступил на шаг назад, а после — еще шажочек, сделав вид, что оступился. — У вас был пожар, молодой господин… — Генри, пожалуйста, ради всего святого, называйте меня по имени! Джош не попросил — рыкнул, и ничуть не жалел об этом, глядя, как вытягивается лицо назойливого мистера Диккенса. — Так я пришел узнать, что произошло, нужно ли помочь… — Гроза, Генри. Просто, гроза. Я был у отца Донована и увидел, как молния подожгла хлам на заднем дворе. Сам виноват — нечего было лениться, вывез бы давно и дело с концом. — Ох, зачем же вы ушли из церкви, моло… Джош? Там бы с вами ничего не случилось, это же дьявольские штуки, — заистерил Генри, и Дан с трудом удержался от того, чтобы влепить ему пощечину. — Это просто гроза, — проговорил он с расстановкой, — святой отец рассказал, что грозы в здешних краях — частое явление. Я все потушил, дом не пострадал. Поводов для беспокойства нет, разве что… — придумав, как перевести разговор на иное, Джош подошел к перепуганному толстяку и хищно улыбнулся, — святой отец обещал похлопотать за меня перед Катрин, не подскажете, как ее найти? — Котеночка решили взять? Если отец Донован попросил, то она не откажет. Уж такая кошка у нее лютая — ни одной мыши не упустит, а сама ласковая — овечка, а не кошка. — Так это овечка или тигр в кошачьей шкуре? — Джош в замешательстве посмотрел на собеседника и тот рассыпался дребезжащим смехом. — Что кошка, что хозяйка — все едино. Приходите в церковь к вечерней службе и я отведу вас. Джош кивнул, скомкано попрощался и вернулся в дом. Он бесцельно бродил по комнатам, не зная, чем заняться. Заставил себя было сесть за стол и набросать последовательность действий для работы над иллюстрациями. Он пока не видел текстов — Кристофер обещал отправить ему диск сразу, как отнесет договор в издательство, и в самом лучшем случае это произойдет через неделю. Игрушки в ноуте не влекли, равно как и фильмы — его жизнь сама была круче, чем любое кино. Стоило пойти на задний двор и закопать то, что не сожрал огонь, но и с этим успеется — пусть размокшая земля как следует подсохнет. Время, оставшееся до вечерней службы, тянулось медленно, и Дан пожалел, что не пошел с Генри в деревню. Тот, правда, не звал, но можно было и навязаться — мало ли поводов, хотя бы на обед. В холодильнике было пусто, только морозилка, забитая мороженым так, что еле закрывалась, сыто урчала. А ведь ему надо что-то есть, да и кошка вряд ли согласится поменять питательных жирных мышек на смесь замороженных сливок с шоколадом. Он, пожалуй, отправится в душ сейчас, и неспешно потопает в деревню. Пока дойдет, пока прогуляется по магазину, вечерняя служба подойдет к концу и он встретит благочестивых прихожан у дверей церкви. Ступая как можно тише, чтобы не потревожить Тайлера, он прокрался в комнату и принялся рыться в шкафу. Не то чтобы драные джинсы казались чем-то неподходящим для посещения божьего дома, просто они были грязные, а Джош никому не хотел показывать, что в «проклятом доме» что-то произошло. Взгляд — острый, колючий — он скорее почувствовал, чем увидел. Медленно обернулся и увидел, как демон буравит его глазами, зрачки которых сжались до узкой полоски и побагровели. — Тай, тебе лучше? Будь это человек, Джош сел бы рядом, взял за руку, поправил подушку, проявил нехитрую заботу, но демон всем своим видом показывал, что любая забота ему противна. — Какое твое желание надо теперь исполнить, человек? Злой шершавый голос царапал ухо, вызывал желание вытряхнуть его из головы и никогда не впускать. Джош рассеянно улыбнулся и посмотрел на Тайлера: — Мое самое большое желание — чтобы ты пришел в себя и перестал меня пугать. Я боялся, что не успею. — Что тебе еще от меня надо? — волна ярости, исходящая от демона, обварила кипятком. Кровь прилила к лицу, сердце заколотилось, руки снова затряслись. Джош отошел к столу и медленно проговорил: — Я не гнал тебя, верно? То есть я не удерживаю тебя, и если ты не хочешь оставаться, то… Просто это было очень страшно, когда ты… там… — Вам, людям, только и надо — невозможного, — каждое слово, падающее изо рта демона, лопалось с треском, будто пленка, наполненная пузырьками с воздухом, — вы призываете нас, получаете, что хотите, после каетесь и уходите. Туда, — он воздел палец вверх, — будто мы волшебные палочки, которые можно взять и бросить, забыть, передарить. — И что ты теперь собираешься делать? — То, для чего и предназначен. Буду отравлять тебе жизнь, — демон передернулся, и вздернул верхнюю губу, обнажая клыки. — Тайлер, это точно ты? Я просто хотел помочь. — А я не хотел, чтобы ты помогал. Но ты, — демон ощерился, — сделал так, что я теперь у тебя в долгу. И какую плату ты хочешь? — Чтобы ты перестал быть придурком. Это подъемная плата, нет? Эти слова Джош бросил через плечо. Он передумал переодеваться, плевать ему на чужое мнение. Поедет так. Машина, капризничавшая несколько часов назад, послушно завелась и вскоре Дан уже парковался у полупустого магазина. Накидав в корзинку самой простой еды, он закинул сумку в багажник и пошел к церкви. Служба еще продолжалась, из окон доносилось чуточку нестройное пение хора и голос священника. Дан прикрыл глаза и сидел на скамейке, привалившись к прутьям ограды. Вот до его слуха донеслись слова «ступайте с миром», и он встрепенулся, покрутил головой, прогоняя сонную хмарь и накатившее оцепенение. Встав в двух шагах от тяжелой двери, он разглядывал прихожан, степенно покидающих храм. Генри, поддерживающий под локоть сухонькую старушку в чепце, заметил его и подозвал к себе. — Вот, Катрин, тот самый Джош Дан, о котором вам говорил преподобный. Старушка оглядела юношу и пожевала губами. Дан почтительно склонил голову, здороваясь и проникновенно попросил: — Мэм, я буду крайне признателен, если вы согласитесь дать мне котика. Мама говорила, что первой в дом нужно впускать кошку, а я как-то… — Вы решили, что советы стариков не стоят внимания, так? — О, нет, мэм. Вы свежи, как майская роза. Я просто не знал, у кого спросить, пока отец Донован не обещал поручиться за меня. — Вас не было в церкви нынче, — осуждающе заявила Катрин. «Какое тебе дело, а?» — мысленно прошипел Джош, сцепив зубы. Он мягко улыбнулся и показал на измазанные джинсы: — Я беседовал со святым отцом, когда в доме случился пожар. Спешил отстоять свое имущество, прошу Господа простить меня. После этого лицо старухи разгладилось. Она позволила Дану взять ее под локоть и велела Генри идти вперед. Пока троица неспешным шагом двигалась по улицам деревеньки, Катрин наставляла Джоша в тонкостях ухода за кошкой. Выходило, что четвероногое существо требовало заботы больше, чем особа королевских кровей. Джош кивал, делая вид, что он все запомнил. На деле в голове гуляла пустота и кружился вихрь противоречивых мыслей.

***

Обменяв корзинку со спящим котенком и пакетом приданого на сложенную в два раза купюру, Джош сел в машину, пристегнул кошачью колыбельку ремнем, и поехал домой. На холм наползали сумерки, дорогу окутал туман, и Дан не ехал — крался, опасаясь сбить человека или зверя, случись тому оказаться на его пути в такую погоду. Дом встретил его тишиной и темными окнами — демону не нужен был свет, и Джош поймал себя на мысли, что до дрожи хочется вот этого света в окнах, хочется, чтобы кто-то ждал. Как ответ на невысказанные слова, в окне спальни зажегся янтарный огонек, будто кто-то затеплил свечу. С трудом стерев с лица глупую улыбку, Джош подхватил корзинку и вошел в дом. В спальне не было свечи, но вся она была заполнена странным медовым светом. Демон лежал ничком на постели, не реагируя на шаги. Дан откашлялся: — Тай, послушай. Ты сказал, что собрался отравлять мне жизнь… так вот, я думаю, что вдвоем вы справитесь лучше, — он подхватил котенка под живот и поставил на одеяло. Кошечка тут же побежала вперед и, добравшись до щеки Тайлера, стала тыкаться в нее носиком. Тот перевернулся и с недоумением посмотрел на урчащий клубок шерсти, бесстрашно вылизывающий его ухо. — Ты принес мне кошку? Мне? Мне?! Джош кивнул. — Я назову ее… назову Брунгильда Кастильская! — демон схватил котенка под лапки и ткнулся носом ему в живот. Кошечка тут же начала бить лапами по воздуху, стараясь зацепить держащие ее руки. — Смотри, какие у нее зубки, — продолжал восторгаться Тайлер, тыча в раскрытый в гневном мяве ротик, — почти как у меня. Он прижался щекой к мордочке котенка и радостно ощерился. — У тебя прикус неправильный. Тут. — Джош подошел к Тайлеру и ткнул пальцем в резцы верхней челюсти, — у меня тоже такая штука была, ходил с брекетами. Ну, знаешь, такие скобки. Неудобные — ужас, но все прошло. Ты не переживай, мама говорит, что внешняя красота — не главное. Демон оторопело посмотрел на него: — Я мог отхватить тебе палец, между прочим. — Но не отхватил же, значит, и говорить не о чем. Джош вспомнил, что сумка с продуктами осталась в багажнике, и нужно ее разложить. Неплохо было бы подумать об ужине для себя и кошки. Катрин настаивала на домашней еде, и Дан, чертыхаясь, возился с куриной грудкой. Возникший за плечом демон оттеснил его от доски:  — Дай я, — его ногти вновь превратились в когти, и он с легкостью вспорол плотное мясо, порвав его на кусочки, — налей Бруни кефиру, а не то у нее животик заболит. — А мышей, там, крыс, не надо? — осведомился Джош. Демон с укоризной посмотрел на него: — Ты же не дашь годовалому ребенку гамбургер? Мы еще маленькие. Громкое урчание кошечки, старательно отиравшейся о ноги демона, подкрепило его слова. — Ну, раз маленькие, без кефира никак. Джош налил полную миску, и Бруни с жадностью принялась лакать. Тайлер с умилением смотрел на нее.

***

Ночью Джоша разбудил шум — будто с потолка швыряли теннисные мячики. Он разлепил глаза и увидел, как Тайлер скользит по комнате и светит своими медовыми глазами на пол, а Бруни прыгает, пытаясь схватить убегающие от нее желтые пятнышки. — Чувак, — Джош широко зевнул, рискуя вывихнуть челюсть, — ты только что изобрел лазерную указку. Тайлер ойкнул, подхватил кошечку и метнулся в гостиную. Через минуту прыжки возобновились с новой силой. С утра Джош чувствовал себя невыспавшимся, в отличие от кошечки, которая спала, изогнувшись дугой. Тайлер сиял, и Дан понял, что не в силах сердиться на него за ночное представление. Почувствовать себя живым — хотя бы ненадолго — ему помогла крошечная, как три наперстка, чашка с черным кофе, сваренным демоном. Тот не зажигал газ, и Джош подумал, что эта чашка была сделана волшебством. — Еду нельзя создать волшебством, — назидательно проговорил демон. Дан одним махом влил в себя содержимое и поморщился. Сахара в чашке не было тоже. Жадно припав к воде, он махал рукой, пытаясь знаками попросить Тайлера задержаться. — Мне надо в библиотеку, в церковь. Ты пойдешь со мной? Или Бруни тебе дороже? Тот хмыкнул: — Я могу пойти, но меня никто не будет видеть, кроме тебя. А вот парящие в воздухе книжки поразят воображение почище пасхальных чудес. Не боишься, что к тебе приставят экзорциста — изгонять дьявола? — Ну, побрызгают немножко водичкой, чего такого, — отмахнулся Дан. — Когда земля была моложе, а люди злее, это делали огнем, — сообщил демон, — все еще уверен? Джош закатил глаза и показал Тайлеру язык.

***

В библиотеке было тихо и пыльно. Тяжелые шкафы с застекленными дверцами занимали почти все место в помещении. Устроившись за столом-конторкой, Дан с благоговением стал листать старые страницы, покрытые вязью староанглийских слов вперемешку с латинскими молитвами, подолгу задерживаясь на рисунках. На очередной иллюстрации Тайлер ткнул пальцем в рисунок, на котором дышащий огнем демон грозил некоему худосочному человеку — то ли грешнику, то ли святому. Подписи на странице не было, и о том, что на самом деле изобразил художник, оставалось лишь догадываться. — Смотри, какое портретное сходство! — С тобой? — Дан оценивающе глянул на демона, — да не, ты вроде миленький. — Не-а, с тобой. Такой же страшный и злой поутру, только дым из ушей не валит. — Это потому что ты не дал мне спать! — Бруни хотела играть! — А ты, можно подумать, нет! В библиотеку заглянул священник: — Джошуа, вы звали меня? Дан покраснел и пихнул Тайлера локтем. — Нет, святой отец, я просто разговаривал сам с собой. Беспокоюсь, как там Бруни без меня. — Бруни? Прелестное имя. До полугода они носятся, как заведенные, а после становятся ленивее, но службу несут исправно. Джош покивал и вернулся к книге. Тайлер смотрел картинки через его плечо и шумно фыркал в ухо, злясь, что Джош не хочет больше с ним разговаривать. — Насчет экзорциста он еще думает, а вот встречи с психиатром тебе не избежать, — вещал демон, разглядывая книги в шкафах и высказывая вслух догадки об их содержании.

***

Дома Дан рухнул на матрас и попросил Тайлера поиграть с Бруни в тихие игры, например, в кошки-матери, а он поспит. Демон согласился, и даже разрешил взять его одеялко, чему Джош несказанно умилился. Умиление как рукой сняло, когда на кухонном столе он увидел надпись, сделанную пальцем в рассыпанной тонким слоем по столу муке: «Мы ушли ловить мышей». — Да поймай же ты себе мозги! — взвыл Дан. Тайлер тут же материализовался за плечом: — Что не так? — Тайлер, ну что это за… — не найдя слов, Джош показал на послание в муке. — Это лапшичка. Ей надо подсохнуть. Ты что, никогда не видел, что ли? — Тайлер щелчком пальцев развеял муку и Дан увидел, что на столе лежит тонко раскатанный пласт теста. — А… эм… — А это я тебе суп сварю, — объяснил демон, — мы с Бруни ходили на охоту. Джош схватился за сердце: — В чьем птичнике вы подрезали курицу? Кто придет меня убивать? — Не курицу, а цыпленочка. Бруни его убила, а я сварил. Знаешь, оказывается, цыплята могут бегать без головы! — Тайлер взмахами когтистой руки рвал пласт теста на тонкие полоски и бросал их в кастрюлю. — Пожалуйста, Тай, избавь меня от подробностей, хорошо? Дан почувствовал, как желудок подкатил к горлу, как тогда, с молоком. Демон расхохотался:  — Ты поверил, что ли? Да из холодильника я курицу взял, а Бруни пыталась ее отнять, — он продемонстрировал кисть, на которой виднелась продольная царапина. Джош мученически посмотрел на него: — До того, как я приехал сюда, я верил только в инопланетян, а теперь… — Инопланетян не существует, — заявил Тайлер, — это наши развлекаются на Хэлоуин. Классные костюмы, скажи же? — Ты только что уничтожил мечту моего детства. Дан скорчил печальную рожицу, будто собирался плакать, и ушел из кухни. Много он, Тайлер, понимает в инопланетянах. Если демоны — такие мерзопакостные и психически нестабильные — существуют в его реальности, то инопланетяне существуют точно! И он это докажет — диски с «Секретными материалами» наконец-то дождались своего часа.