Общежитие Остров потерянных

      Находясь на грани срыва, что как раз обычно бывает в день выступления, Иви уже выгнала всех, кто не выступает, из гримерки. Она никогда не брала главные роли, так как знала, что макияжем и одеждой придется заниматься самой. По сути никто не заставлял её это делать, но чувство стиля, привитое ей с детства, не позволяло допустить хоть какую-нибудь ошибку. И её труды вполне оправдали все надежды. Даже если выступление было не ахти, то все всё равно отмечали работу костюмера и гримера, кем и была Иви. Теперь её чаще приглашали в помощь (и не за бесплатно) в разные театры города, но про свою труппу она не забывала и всегда с удовольствием участвовала (хоть и нервы ей трепали изрядно).       Хорошо, хоть в этом году к ним прибавилась Диззи. Эта бойкая первокурсница чуть ли не боготворила Иви и с удовольствием обучалась мастерству пошива. И талант у неё определенно был. Её маленькие ручки с легкостью справлялись с покройкой и мелкими деталями костюма. И пока Диззи помогала с костюмами, Иви красила тех, что уже оделись.       Третьим гостем на её кресле оказался Харри. Он не без удовольствия расхаживал на высоких каблуках и в чулках, демонстрируя свои хорошенькие ножки. Корсет, который делала сама Иви, сидел на нем как влитой, только вот трусики смотрелись не сильно удачно.       — Поправь своего дружка после, - произнесла Иви, когда он садился на стул.       — А что с ним не так? - Харри вопросительно выгнул бровь.       — Лежит как-то не так, одень ракушку что ли.       Он лишь пожал плечами и устроился поудобнее. Иви приступила к довольно простому макияжу, который, наверно, мог нарисовать даже младенец, но с тенями для парней всегда следует знать меру.       — Так, как у вас дела с Беном? - она завела этот разговор, чтобы хоть как-то скрасить тишину в гримерке.       — Всё даже лучше, чем я думал, - улыбнулся Харри, за что в ответ получил шик и его лицо вновь стало нейтральным. — Кажется, более полноценным я себя никогда не чувствовал.       — И даже пить не хочется?       — Как ни странно, нет. Я думал, меня будет колбасить, как наркомана без дозы. Видимо, наша с ним связь нормализовала меня.       — Со соулмейтами всегда так. Они дополняют друг друга. Кстати, стоило об этом сказать.       — Я не хотел сглазить. Прости. Кто рассказал? Ума? Бен?       — Карлос. А ему – Джей, а тому уже Бен, - улыбнулась Иви. — Ты же знаешь, что на нашем этаже трудно хранить секреты.       — И, кстати, о них. Как долго ты собираешься молчать?       Она напряглась и на мгновение замерла, когда кисточка была на его виске. Неужели он знал о снах Мэл. Он вполне мог ей поверить, особенно после случая с бабушкой. Но Джей и Карлос поклялись, что не расскажут никому.       — О чем ты? - она решила начать издалека и продолжила работу.       — О тебе и Мэл. Как долго ты будешь молчать.       Иви с облегчением выдохнула и поблагодарила Бога за то, что Харри был с закрытыми глазами и не видел её лица.       — Ты же знаешь печальную судьбу наяд: мы не можем быть счастливы, если наш избранный – не наш океан. Или река. У кого как.       — Ты рождена естественным путем, а не как положено. На тебя это может не распространяться.       — Это лишь возможно. И я не хочу это испытывать на Мэл. Мне вполне хватило матери, чтобы понять последствия любви не к тому.       — Тебе стоит больше узнать об этом.       —Знаешь, в мире не так много наяд, как ты думаешь. Хотя с тех пор как стала загрязняться окружающая среда, нас стало больше, но они знают даже куда меньше моего.       — Это очень грустно, - Харри выпятил нижнюю губу, будто собирался расплакаться.       — А ну не грустить, ты мне сейчас всё размажешь.       Когда она нанесла ему последние штрихи, Харри, со всей ему присущей элегантностью, направился по своим делам, не забывая вилять бедрами, чем смущал немало людей.       — Про ракушку не забудь, - крикнула она ему вслед.       Закончив с ним, она приступила к остальным. Пока она всех красила, из её головы не выходили слова Харри. Как бы она хотела, чтобы это дурацкое проклятье, каковым его считала она, не действовало бы. В памяти всплыли воспоминания о матери, сидящей у океана, и разговаривающей с ним. Она делала так, как ей велела душа наяды – любила океан, но представляла вместо него своего суженного. Иви не знала отца. Он был моряком, повстречавшим её мать на берегу. Океан их свел, он же их и разлучил.       «История достойная романа на шестьсот страниц», – подумала Иви и отогнала мысль тут же.       — Иви, осталась только ты, - произнесла Диззи, протягивая ей костюм горничной.       — Да, осталась только я, - грустно ответила Иви и забрала костюм.       Повесив наряд горничной на один единственный крючок, она села у большого зеркала. В отражении она увидела лишь размытую копию своей матери. Без макияжа особенно выделялись синяки под глазами и веснушчатый лоб. Мэл однажды сказала, что ей так больше идет, и поэтому Иви лишь в выходные позволяла себе походить с чистым лицом. Потому что, когда она ходила так в детстве по берегу, старые наяды путали её с матерью. И это сильно пугало: ведь мать, которую она знала, выглядела, как измученная жизнью женщина с редкими волосами и пустыми безжизненными глазами. Поэтому Иви начала краситься, чтобы не быть похожей на неё. Перспектива, быть похожей на труп, пугала её с самого детства.       — Что такое, дорогая?       Иви разглядела у себя за спиной Харри, который уже накинул на себя легкий халат. У него было обеспокоенное лицо как, когда в прошлом году она пожаловалась на домогательства со стороны парней из юридического факультета. Тогда он взял команду по футболу Джея и Гила и пошел на разборки. С тех пор эти парни за сотню метров обходили всех жильцов общежития.       — Думаю, как там Гил в этих тесных золотых плавках.       — Он узнал про детскую присыпку, и теперь чувствует себя намного лучше, - улыбнулся Харри. — Но ты не об этом думала, да?       — Я похожа на мать?       — Разве что постоянным желанием смотреть на отражающую поверхность.       — Ты понимаешь, о чем я, - укоризненно произнесла она, грозно смотря в зеркало.       — Нет, не понимаю, - Харри медленно подошел к ней сзади, цокая каблуками. — Я вижу только свою соседку Иви с маниакальным желанием замазывать свое лицо, чтобы не быть похожей на мать. Ты же знаешь, что она – не ты, а ты – не она. Дети не обязаны повторять судьбу родителей и уж тем более страдать за их грехи.       — Разве грех страдать от потерянной любви?       — Она предпочла страдать, чем растить дочь. Ты – единственное напоминание о её любви. Не думаю, что твой отец был бы счастлив, узнав, что она тебя оставила.       — Это не её вина.       — Её. Она твоя мать и должна заботься о тебе. Если она этого не сделала, значит, вы похожи также, как я похож на Энтони.       — Ну, иногда вы оба бываете жутко раздражительными, - фыркнула Иви.       — Ты тоже бываешь раздражительной, но это не значит, что ты – копия Энтони.       — Да, - кивнула она. — Возможно, ты прав.       — Детка, я всегда прав, - ухмыльнулся Харри. — Тебе помочь?       — Я была бы не против.

***

      Не раз, побывавший на бродвейских шоу, Бен мог считаться хотя бы любителем в театральных делах. Труппа Иви не состояла из первоклассных актеров, но по ним было видно, что они стараются и отдают душу тому, что делают. Так что позитивной энергии хватало на весь зал, который был щедр на аплодисменты.       Большинство артистов, как, оказалось, Бен знал лично. Гил, с его атлетическим телом, идеально смотрелся в роли Рокки, чего только стоили золотые плавки. Иви, с её плавными движениями и хищными глазами, не сильно вписывалась в этот безумный мюзикл, но была не так плоха. Также, в массовке он узнал Лонни, пару ребят с его потока и некоторых соседей с общежития.       И больше всего зрители были в восторге от Харри, появившегося в чулках и корсете. Казалось, от завываний и визгов стены помещения поваляться прямо на них. Так что Бен был счастлив, ухватив себе такой кусок пирога. В меру накачанные ноги идеально смотрелись в чулках, а черные трусики пытались забиться меж упругих ягодиц. Конечно, от такого вида у него бессовестно встал, и Бен сел так, чтобы снять хоть немного напряжения. И это почти получилось, пока на финальной песне Харри не пошел в зал.       Бен ожидал, что так будет. Это было понятно, ещё, когда он ему пару раз подмигнул. Харри, виляя бедрами, как самая распутная девица, медленно направлялся к нему. Два шага вперед, и он выгибается в спине, принимая не очень приличную позу. Шаг вперед, один назад, и он делает развязный пируэт. Шаг вперед и резкое приседание, раздвигая ноги. Бен прямо сейчас был готов сбежать из зала, лишь бы никто не видел, как у него встало от этого танца. Тем временем, Харри уже был рядом с ним и без тени смущения присел. На миг его лицо озарило удивление, но оно тут же сменилось ухмылкой.       — I feel released, bad times deceased.*       Продолжал петь он, одаривая всех своим вниманием. Он скользил руками по лицам людей сидевших рядом и ловил восхищенные взгляды. Сам Бен чувствовал себя извращенцем. У него были отношения всего два дня, и за это время он уже два раза возбудился. Возможно, сказалось то, что у него долгое время не было никого. Хотя, может, четыре года не такой уж большой срок? Хотя, кого он обманывал? Для некоторых и полгода было слишком большим, а Бену всё это время просто было некогда. Полностью погрузившись в учебу, он отказался от простых празднеств.       Тем временем, Харри, со всей своей грациозностью, встал и пошел обратно на сцену. На прощанье он оставил лишь черное боа, которое так удачно легло на колени. Бен сжал это чудо с перьями и лишь надеялся, что никто не заметил его красного лица.       Когда шоу закончилось, большая часть зала пошла фотографироваться. Бен не хотел мешать и решил подождать в фойе, пока его не позовут. Но, когда он уже прошел пару рядов, его перехватила маленькая рыжеволосая девочка. Её наряд был очень пестрым, впрочем, как и она сама, что не убавляло её милости.       — Ты же Бен? - вместо приветствия сказала она.       — Да, - в замешательстве ответил он.       — Я – Диззи, помощница Иви. Харри попросил меня провести тебя после выступления. Пошли.       Она взяла его за руку, и Бен ощутил тепло маленькой ладошки. Он никогда не держал детей за руку и подумать не мог, что это очень даже забавно. Возможно, ей уже было за восемнадцать, и комментарий о детях был бы неуместен. Поэтому он просто шел за ней, держа её ладонь, пока она вела его по закоулкам театра. И в этом относительно новом здании царил артхаус. Именно так бы Бен описал коридоры и комнаты, в которые он смог заглянуть, а в которые не смог, наверно, выглядели также.       Диззи завела его в просторную комнату, где, видимо, актеры отдыхали или просто проводили время. Здесь было несколько диванчиков, вдоль стены стоял стол, на котором стояли напитки и закуски.       — Подожди здесь. Сейчас все смоют грим, переоденутся и начнут подтягиваться сюда. Мы всегда собираемся после удачного выступления. Хотя мы собираемся, даже если оно неудачное. В общем, будь тут, а мне нужно помочь ребятам.       Она выскочила, прежде чем Бен успел ей что-то ответить. Оставшись один, он просто прошелся по комнате, разминая ноги после долгого сидения. На стенах висели фотографии разных трупп с подписями дат и названий шоу. Не спеша, он изучил каждую, пока не нашел ту, где были Иви и Харри. Они были одеты в одежду 16-го, а может 17-го века. «Ромео и Джульетта» гласила подпись. И было это всего лишь два года назад.       «Как удивительно, что мы столько времени в одном городе, но встретились лишь месяц назад», – подумал Бен, разглядывая фото. Мог ли он подумать, что, переезжая в Нью-Йорк, он через три года встретит свою любовь и новых необычных друзей. Ему открылись тайны мира, от которых некоторые сходят с ума. Как же сильно изменилась его жизнь за последний месяц.       Он провел в одиночестве около пятнадцати минут. За это время он изучил всё окружающее его пространство. Первые ребята не были ему знакомы, но они были не прочь познакомиться с парнем Харри. И да, его так и называли, пока он не представился. Где-то уже на одиннадцатом человеке, Бен понял, что тут были, как и монстры, так и просто люди. И он совершенно не знал, знали ли они друг о друге. Когда он говорил с парнем, игравшего байкера, его обняли сзади. Раньше бы это его напугало, но Бен знал, кто это был также хорошо, как он знал, что земля круглая.       — Я так устал, - завыл Харри у него прямо над ухом.       — Так может, пойдем домой? - логично предположил Бен.       — У меня есть идея получше, - усмехнулся он в ответ, и горячий выдох обжег ухо.       Обхватив Бена покрепче, Харри завалился на бок и упал прямо на людей, сидевших на диване. Вместо ожидаемых криков и возмущений, был слышен смех ребят. Кажется, они уже привыкли к таким выходкам. В принципе, его устраивала собравшаяся компания. В отличие от вечеринок, где Бен был, тут чувствовалась атмосфера семейности. Было приятно видеть, что люди пришли не просто напиться, а побыть в кругу друзей, пообщаться и поиграть разные в игры. Он бы хотел быть чаще именно на таких мероприятиях.       Харри всё не спешил его отпускать, а люди, на которых они лежали, не возражали, и, даже более того, они решили поиграть в мафию. Они предложили сыграть и Бену, он не отказался, а Харри решил ещё немного полежать. Кажется, это будет хороший вечер.

***

      Кто бы что ни говорил, Одри не была обижена на Бена. Несомненно, она была расстроена,что он уже с кем-то встречался.Но больше всего её огорчало, что он ей об этом не сказал. Тогда она могла бы переключить свое внимание на кого-нибудь другого, и у неё был бы друг. Хоть она и понимала, что её поведение также повлияло на их общение, первой мириться она не хотела.       Попивая фраппе в том же неблагополучном кафе, где ей отказали, Одри хотела отвлечься и ещё раз всё обдумать. Она давно подозревала, что интересовала Чеда, но всегда считала его недалеким. Но, после случая с Беном, оказалось, что он мыслит куда глубже, чем, кажется. Его поддержка оказалась неоценимой в её расстроенном состоянии. И она вспомнила все те поступки, которые совершал для неё Чед. И это действительно было мило, и она — дура, раз этого не замечала. Правильно её мама говорила: «Чтобы найти счастье, сначала нужно что-то потерять». Одри всегда считала это глупым и не имеющим смысла. Теперь же она всё понимала.       Из мыслей её бесцеремонно выбила девушка с зелеными волосами, толкнув бедром её локоть, из-за чего фраппе немного пролилось. Незнакомка тут же поспешила извиниться и даже дала ей шёлковый платок. Он был слишком хорош для человека, который одевался как неформал.       — Простите ещё раз, - повторяла зеленоголовая девушка.       — Ничего страшного. Мне скорее неловко, что вы даете мне такой замечательный платок, - Одри протянула его обратно, но девушка отмахнулась.       — Оставьте себе в качестве извинения. Я настаиваю, - улыбнулась незнакомка. — Ещё раз извините мне пора.       С этими словами девушка из кафе, а Одри осталась одна с этим платком. Было что-то в нем такое чарующе приятное. Она поглаживала его, как завороженная, не понимая, что в нем было эдакое.       — Одри!       Она подняла голову и встретилась с взглядом с Чедом. Он выглядел обеспокоенным, но, увидев, что она реагирует на него, улыбнулся.       — Что это у тебя?       — Ничего, - тут же отрезала Одри, пряча платок, словно он был самородком. — Просто подарок, - продолжила она, понимая, что ещё больше смутила Чеда.       — Ты хотела о чем-то поговорить? - он присел напротив.       Официантка тут же подбежала и приняла заказ у него. «Что денег совсем нет, раз ты так подлизываешься?» — подумала Одри и тут же осекла себя. Почему она так подумала? Откуда такие скверные мысли в её голове.       — Так что ты хотела? - произнес Чед, когда они вновь остались одни.       — Как дела у Бена?       — Нормально.       Она замолчала, потому что забыла, зачем звала его. Это было что-то важное для неё. Слова крутились на кончике языка, но произнести их она не могла. Одри сильнее сжала шелковый платок, словно он мог забрать её страхи. Неожиданно, слова сами пришли к ней, не те, которые она хотела сказать, но она уже не смогла их остановить.       — Знаешь, я чувствую себя очень подавленной из-за этой истории с Беном.       «Почему? Почему ты это говоришь?» – ругалась она сама на себя.       — Не пойми меня неправильно, - тут же спохватилась Одри. — Просто Бен сделал мне больно. И надеюсь, что ты так со мной не поступишь, - её ладонь легла поверх его руки, и он заметно выпрямил спину. — Правда, ведь?       — Нет, что ты, Одри, - осмелев, он сжал руку, что она ему подала. — Я никогда не сделаю тебе больно. Обещаю.       Одри смотрела в его глаза и видела решимость, с которой он хотел защищать её. И это растопило её сердце. Она столько лет потратила, чтобы завоевать мужчину, который с ней никогда не будет, а всё это время рядом был Чед, готовый на свершения для неё. Как самый настоящий принц. Только вот рот городил совершенно другое. Она не понимала, откуда в ней бралась эта ненависть к Бену. И чем сильней она сжимала платок, тем ненавистней ей он был.