Will you ever say you love me

Я знал историю пленения Лойсо и, увы, сам поспособствовал его освобождению. Из рассказа Шурфа в Кофейной Гуще я также знал, какое участие последний принимал в хитроумной операции сэра Джуффина Халли по поимке Лойсо. Помнил, что Шурф упоминал о возникшем у него тогда недвусмысленном интересе к своей «жертве», едва не ставшей его убийцей, и как тяжело далось Шурфу возвращение в мир живых. Догадывался, почему Джуффин не ведётся на подначки Лойсо и не идёт сам к нему в пасть. Одного я не мог понять: Лойсо ведь ещё тогда выяснил, что Шурф действовал против него не по своей инициативе, да и был достаточно неглуп, чтобы понимать разницу между тогдашним Рыбником и нынешним сэром Лонли-Локли. Так с чего бы вдруг ему пришло в голову сводить старые счёты, да ещё таким хитрым способом??? Уж ко мне-то у него, по идее, вообще никаких претензий быть не должно… Хотя, если вспомнить, как с моей помощью Лойсо выбрался на свободу, то можно сделать вывод, что он очень любит «загребать жар чужими руками», главное только – выбрать правильные руки. А обожжётся ли в процессе сам исполнитель, Лойсо не волновало совершенно. Не царское это дело – за других волноваться! Итак, я не мог рассчитать, как поведёт себя теперь сэр Шурф, но было очевидно, что как бы нелегко ему ни было, просить о помощи он никого не станет, и меня – в первую очередь. Да и кто я такой, чтобы вмешиваться в игры больших дяденек, каждый из которых старше меня как минимум на несколько сотен лет? Так что мне оставалось только одно: сидеть у окошка, как царевне-несмеяне, и ждать новостей… Но я ненавижу ждать, особенно, когда дело касается близких мне людей. Поэтому я решил незамеченным явиться в Ехо и разузнать обстановку. Когда я появился на крыше Мохнатого Дома, рассудив, что эта точка пространства уже привыкла ко всему и её ничем не удивишь, небо над Ехо было непривычно серым. Невольно вспомнился последний месяц зимы в том городе другого Мира, который когда-то приютил меня перед переездом в Ехо. В воздухе витало едва ощутимое напряжение, как бывает, когда стоишь под линией электропередач, но никаких проводов в небе пока не просматривалось, из чего я сделал вывод, что ощущение моё имеет под собой, скорее всего, нематериальную основу. Увы, я мог предполагать, между какими двумя довольно могущественными людьми этого Мира протянулась сейчас та самая линия… Оставалось только найти их обоих и выяснить, насколько далеко всё зашло. Слать зов Шурфу было бесполезно – я нутром чуял, что он сейчас не очень захочет меня видеть. Ломиться в кабинет к Шефу… во-первых, с сэром Халли никакое заклинание невидимости не спасёт, а во-вторых, они с Шурфом могли и с помощью Безмолвной Речи договориться. Сидеть же дома и ждать, чем всё закончится, тоже был не вариант. Тем более, меня лично задевало то, что Лойсо хватило наглости без приглашения вломиться на мою территорию. И если когда-то я готов был смотреть в рот этому бывшему Великому Магистру, то теперь, в моём Мире, я таких фамильярностей в отношении личного пространства не позволял. Следовало не только отыскать собственноручно отпущенного мною беглеца, но и доходчиво объяснить ему, кто в доме хозяин, и кто устанавливает правила. И будь ты хоть трижды бывший Великий Магистр – это не даёт тебе права издеваться над моими друзьями, дырку над вами всеми в небе! Поэтому я решил перенестись Тёмным Путём в Зал Общей Работы и чуть не напоролся на спешно покидавшего его сэра Кофу. Тот только плечами пожал в ответ на сквозняк, вызванный моим невидимым появлением – чего, мол, на свете ни бывает! Как я и предполагал, от Джуффина никакие чары не спасли. Стоило мне приблизиться к приоткрытой двери его кабинета, как я услышал: – Подожди, мальчик. Сейчас я закончу отчёт – и пойдём. Поговорить надо. Вопреки моим ожиданиям, мы отправились не к мадам Жижинде и даже не обратно на мою крышу, а в гостиную сэра Джуффина. На меня тут же нахлынули непрошеные воспоминания о том, как я появился в этом Мире, и появилось дурное предчувствие, что Шеф снова возьмётся учить меня уму-разуму. Однако Джуффин, видимо, соскучился по роли радушного хозяина и без лишних предисловий усадил меня за богато накрытый стол. – По какому поводу пируем? – скептически спросил я. Настроения радоваться жизни что-то не было. Тем более, я чувствовал долю своей вины в происшедшем, так как идея выпустить Лойсо пришла когда-то именно в мою дурную голову. – Подожди, сейчас главный виновник появится, – провозгласил хозяин дома. – «Лойсо?» – в ужасе подумал я, но нет – через несколько минут нас почтил своим присутствием Великий Магистр Ордена Семилистника. Он был бледен более обычного, из чего я сделал вывод, что своего недавнего обидчика он далеко ещё не простил. – Ну что ж, мальчики, пообщаемся «без галстуков», как говорят в вашем кино, Макс. – А что такое галстук? – не преминул поинтересоваться дотошный Шурф. – А это такая удавка на шею для тех, кто ходит на работу. Я хмыкнул, оценив красоту метафоры. Шурф недоуменно пожал плечами, но предпочёл не вдаваться в дальнейшие подробности. Мы сидели за столом, как какие-нибудь добропорядочные древние магистры, уплетая за обе щеки всякие вкусности, приготовленные Кимпой. Наконец на столе перестали появляться новые плошки и миски, заполненные разнообразными яствами, и хозяин пригласил нас в кабинет выпить камры. Там уроженцы Мира Стержня достали из карманов трубки, я же «сходил» в щель между Мирами за сигаретами. Воцарилась умиротворённая тишина. Вскоре я заметил, что Джуффин с Шурфом как-то подозрительно переглядываются, причём Джуффин периодически удивлённо поднимает брови, а Шурф чуть кивает в ответ, и догадался, что они ведут диалог на Безмолвной Речи. Либо они обсуждали подробности дела, которые были мне уже известны, либо решили не посвящать несмышлёного меня в какие-то свои взрослые секреты. Минут через пять таких переглядок я вскочил на ноги: – Может, я пойду тогда, а вы тут, такие умные, без меня разберётесь? – Извини, сэр Макс, – ответствовал Шурф. – Конечно, нам не следовало разговаривать при тебе на Безмолвной Речи, тем более что ты не умеешь подслушивать безмолвный диалог. Так Безмолвную Речь ещё и подслушивать можно?! Я вздохнул и снова опустился в кресло. – Я придумал новую ловушку для Лойсо, – пыхнув трубкой, сообщил сэр Халли.