Возлюбленный враг

       К собственному удивлению, Виктор не испытывал отвращения к тому, что мать Ладислава приняла их за пару. Мало того, ему понравилось, как смущается и нервничает Ладислав, представляя его. Виктор сочувствовал Ладу, но, вопреки всему, получал удовольствие от того, что тот остаётся на его стороне, готовый защищать. Ему даже захотелось обнять Ладислава, почувствовать его тело в своих руках… Эти мысли только казались невинными, но стоило копнуть чуть глубже, и Виктор понял, что обнимать Ладислава совсем небезопасно, ведь доверять своим чувствам рядом с ним он не мог. В полной мере собственная беспомощность и повёрнутость на Ладиславе развернулись, когда до Виктора дошло, что Ладислав нехило завёлся и готов сбежать от него. — Подожди! — выпалил он. Рядом с Ладиславом Виктору с трудом удавалось мыслить рационально, а при виде ярких признаков возбуждения Ладислава здравый смысл вообще помахал ручкой и испарился в недрах сознания. Внутренний голос эгоистично шептал Виктору, что Ладислава в таком состоянии не имеет права видеть никто, кроме него, даже мать. Потому что возбудился Ладислав из-за него и, следовательно, всё, что творилось с ним, тоже только для него. Где была его логика в тот момент, ответить он бы не смог. Её успешно заменила эрекция. — Покажи мне фотографию, о которой говорил, — Виктор не отводил взгляда от Ладислава, боясь, что стоит ему только моргнуть, как Ладислав вылетит из комнаты. — Это плохая идея, — хрипло сообщил Ладислав. — Знаю. Пожалуйста, покажи мне её, — упёрся он. — Дай я сначала схожу переоденусь. — Нет, останься, — попросил Виктор. Ладислав обречённо вздохнул и неловко побрёл к столу. Найдя фотографию, он протянул её Виктору, всё так же гипнотизировавшему его взглядом. — Ого! Я и не заметил, что меня фотографировали. Хм… надо будет твои фотки поискать. Уверен, там есть на что посмотреть, — пробормотал Виктор себе под нос. Ладислав хотел было выскользнуть из комнаты, но ему опять это не удалось. — Как думаешь, что лучше, фотография или оригинал? — Спятил?! — возмутился Ладислав, заливаясь краской стыда по самые уши. Виктора, наверное, тоже изрядно бы перетряхнуло, если бы Ладислав стал допытываться, как и что он представляет, когда хочет кончить. — Прости. Я просто пытаюсь понять. Ты ведь натурал, как тебя вообще может заводить парень? Неважно, на фото или в жизни. — А сам-то! — возмущённо фыркнул Ладислав. — Эльвира говорит, что это просто фетиш на гомофобно настроенного человека, типа пунктика, и что стоит мне увидеть голого мужика в полной боевой готовности, как меня вывернет от отвращения. — Думаешь? — заинтересованно переспросил Виктор. — Может, проверим? Сам видишь, что ни время, ни расстояние ничего не изменили. — И что ты предлагаешь? — напряженно спросил Ладислав. — Давай отдрочим вместе? — Виктор понимал, что их заносит всё больше, но ничего не хотел с этим делать. От шока Ладислав даже не возмутился, просто смотрел на него широко распахнутыми глазами. Видимо, стояк ни капли не облегчал мыслительный процесс. Виктор считал, что они оба уже достаточно вымотались бесконечной борьбой с собственными чувствами и инстинктами, чтобы сотворить что-то столь импульсивное, как совместная дрочка. Поэтому он твёрдо смотрел в глаза Ладиславу, не позволяя даже на секунду подумать о том, что его предложение — шутка. Если был хотя бы один шанс вот прямо сейчас раз и навсегда покончить с этим наваждением, они просто обязаны были попробовать. Ладислав развернулся к двери и закрыл её на внутренний замок, попутно кинув одежду, в которую хотел переодеться, на пол. Развернувшись к Виктору, он уже не был столь спокоен и уверен, как раньше, так явно не знал, что делать дальше, что Виктор в очередной раз залип на смущённый румянец и закушенную пухлую нижнюю губу. Потоптавшись на середине комнаты и заметно опасаясь идти к Виктору на кровать, Ладислав приземлился на стул у письменного стола. — Может, лучше на кровати? — Виктор приглашающе похлопал по постели. На что Ладислав только отрицательно покачал головой. Какое-то время они так и сидели, глядя друг на друга и не решаясь перейти к тому, что для обоих было равносильно выстрелу в висок. — Вот почему я предлагал тебе сесть ближе. Всё это и так довольно странно, а тут ещё ощущение как на приёме у врача, — Виктор начал раздеваться первым, подавая пример и стараясь уболтать нервного Ангелочка. — И на приёме тоже первое, что приходится делать — это раздеваться. И ладно, жадные взгляды тёток, но мужики-то какого хуя пялятся так, будто сожрать хотят? На тебя они тоже так смотрят? Ладислав тяжело дышал, цепляясь руками за стул под собой. Он с трудом сфокусировал взгляд на лице Виктора и нервно кивнул ему в ответ. — Мудаки, — прорычал Виктор, продолжая раздеваться. — Куда катится чёртов мир? Вот спорим, проктологи у нас сплошь мужики? Урологи, наверное, тоже. Им своих половых органов мало? Чужие трогать требуется, чтобы… Виктор наконец стащил с себя всю одежду, и Ладислав, пристально следивший за ним, гортанно застонал. Его нервно потряхивало, глаза лихорадочно блестели, а дыхание сбилось к чертям. — Ну как? Блевать ещё не тянет? — на всякий случай уточнил Виктор. О том, что если Ладислава сейчас стошнит, то он его собственноручно прибьёт, он благоразумно промолчал. Ладислав замотал головой и с отчаянием глянул исподлобья. — Тогда продолжим. Давай тоже раздевайся, — поторопил его Виктор. Получив указания, Ладислав попытался их выполнить, но его пальцы так дрожали, что пуговицы, сколько бы он ни пытался, все так же не поддавались. Ему удалось расстегнуть только две верхние, когда Виктор шумно выдохнул, вновь привлекая его внимание. Виктор уже вовсю лихорадочно наглаживал своё достоинство, раздвинув ноги и открывая себя чужому взгляду. Страшно хотелось, чтобы Ладислав дотронулся до него. Ладислав смотрел, безостановочно облизывал и прикусывал сухие губы, пока мучительно не застонал и принялся грубо сдирать с себя джинсы. Оказавшись на свободе, крайняя плоть Ладислава немедленно привлекла внимание Виктора, который зачарованно уставился на призывно покачивающийся орган. — Совсем не тошнит, — прошептал Виктор. — Давай же! Сожми его. — Заткнись, — простонал Ладислав и сжал свой член крепче, быстрее задвигал по нему кулаком. Виктор откинулся спиной на холодную стену, но это его совершенно не волновало и не отрезвляло. Он жадно смотрел на забывшегося Ладислава, который так порнографично стонал и выгибался, что яйца уже звенели. Виктор шире развёл ноги и вытер испарину плечом, мучительно размазывая мутную каплю смазки по головке. Ладислав особенно томно застонал и выплеснулся, пачкая руки и одежду. Виктор задвигал рукой быстрее, с большим нажимом оглаживая ствол, а другой сгрёб собственные яйца. Ему потребовалось чуть больше времени, чтобы с тихим стоном кончить. Это вовсе не было тошнотворно. Напротив, Виктор жалел, что не может подойти и дотронуться до Ладислава, пригладить его взмокшие всклокоченные волосы, стереть со лба капли пота, поцеловать в приоткрытые пухлые губы. — Чёрт! — быстро отвернулся от него Ладислав, суматошно поправляя одежду. — Между прочим, это не совсем честно, ты не разделся, — вяло попенял ему Виктор. — Это не помогло, — в отчаянии воскликнул Ладислав. — Я заметил, — без энтузиазма отозвался он. В этот момент дверь комнаты задрожала под напором кулаков. — Лад, открывай двери! Мама сказала, что у тебя Виктор, — раздался девичий голос с другой стороны. — Не открою, — сердито ответил Ладислав и залился краской. Ладислав нашел салфетки и кинул их одевавшемуся Виктору. Они вместе быстро приводили себя в порядок. — Открывай! И вообще, чем вы там занимаетесь, закрывшись? — От тебя, извращенка, прячемся! — недовольно ответил Ладислав. — Ах, это я-то извращенка? А кто тут недавно на фотку Виктора дрочил? — Дура! — взвился Ладислав, подскакивая, чтобы открыть дверь. О полуодетом Викторе он, конечно, забыл. Впрочем, чего-то подобного от импульсивного Ладислава Виктор и ожидал. Он перехватил разъярённого Лада у двери, не позволяя открыть её. Было понятно, что девушка специально провоцирует вспыльчивого Ладислава. Так что Виктор преодолел расстояние, разделявшие их, и схватил Ладислава за руку. Ладислав вздрогнул и, резко развернувшись, испуганно уставился на Виктора. Его всё ещё потряхивало от пережитого шока и наслаждения, а прикосновение Виктора, казалось, взволновало ещё больше. Поначалу Виктор хотел только образумить Ладислава, убедить не открывать двери, пока он полностью не оденется, но вид затравленно смотревшего на него Ладислава, его дрожь и сексуальное напряжение, которое всё ещё не спало между ними, заставили позабыть обо всём. Сделав ещё шаг, Виктор встал вплотную к дрожавшему Ладиславу и наконец обнял его, притягивая себе на грудь. — Сам ты дурак! — за дверью всё ещё бесновалась сестра Ладислава, но на неё уже никто не обращал внимания. Соприкоснувшись с голой кожей Виктора, Ладислав судорожно выдохнул, крылья его носа затрепетали, и он дрогнул. А Виктор, поймав полубезумный взгляд Ладислава, забеспокоился. Всё же, в отличие от него самого, Ладислав всегда был куда более тонко организованной натурой. — С тобой всё в порядке? — спросил он, бессознательно погладив Ладислава через одежду, отчего тот задрожал отчётливее. — Кажется, я схожу с ума, — Ладислав не сводил испуганного взгляда с Виктора. — Ничего подобного. Дыши глубже. — Ха-ха-ха! — последние слова заставили Ладислава истерично заржать. — Я сказал что-то смешное? — нахмурился Виктор. — Ага. Посоветовал мне дышать глубже, когда меня и так возбуждает твой запах. Ха-ха-ха! — Это ты так истеришь из-за того, что я тебя возбуждаю? — А ты больно спокоен, — разозлился Ладислав. — Значит, больше меня не хочешь? — Ты сейчас ведёшь себя как девчонка, — сказал Виктор, за что тут же получил тычок под рёбра. — Ай! Прости! Если хочешь узнать, возбуждаешь ты меня или нет, просто проверь. — Спятил? Не буду я проверять! — Лад, можно я тебя поцелую? — серьёзно спросил Виктор. Конечно, Виктор мог наброситься без спроса и даже уже собирался, но неадекватное поведение Ладислава заставило его поумерить пыл. В конце концов, ему ли не понимать состояния Лада. Хотя он, конечно, на стены не бросался, но учитывая впечатлительность Ладислава, его бурная реакция была вполне ожидаемой. — Что? — Ладислав ошалело уставился на него. — Я хочу тебя поцеловать. Можно? — повторил Виктор, не отводя взгляда. — Я не могу, — выдавил Ладислав. — Не хочешь, чтобы я тебя целовал? Тебе неприятно? — Хочу, — прошептал Ладислав и, судорожно вздохнув, закончил: — Я просто не выдержу. — Почему? — Ты, что, не чувствуешь, как меня трясёт? Я сейчас на пол рухну! — Ладислава и правда трясло так, что зубы стучали, его зрачки были расширенными, а пульс частил. Виктор запоздало понял, что все это последствия пережитого шока. — Чёрт! Прости, не подумал, — Виктор хотел было отодвинуться от Ладислава, но стоило ему оставить того без опоры, как ноги Ладислава подкосились, и он чуть было не упал. Не упал, только потому что Виктор, вовремя сориентировавшись, подхватил его под локоть и потащил к кровати. Усадив Ладислава на постель, Виктор закончил одеваться и только после этого опять обратил его внимание на себя. — Как ты? Может, сходить за успокоительным? Или мне лучше сразу домой вернуться? — обеспокоенно спросил он. — Нет! Не уходи! — Ладислав крепко схватил Виктора за рукав. — Не уйду, пока ты сам меня не прогонишь. Должен сказать, ты до ужаса впечатлительный, а ещё тугодум, — устало попенял Виктор, устраиваясь на полу рядом с кроватью. Он уже понял, что Ладислав опасался сидеть с ним на одной кровати, и старался щадить его чувства. — Это почему это я тугодум? — обиделся Ладислав. — Потому что за всё то время, что у тебя было, ты так до конца и не осознал свои желания. Тебя до сих пор приводит в шок то, что происходит между нами. — А между нами что-то происходит? — ощетинился Ладислав. — Блядь! Нет, ровным счетом ничего не происходит! Только у тебя стоит на меня, ты дрочишь на мою фотку и что там ещё? Тебя возбуждает мой запах? — с каждым его высказыванием Ладислав всё больше бледнел. — Чёрт! Прости. Я идиот, знаю. Но с прошлой нашей дрочки в кустах я уже раз сто пожалел, что ты не баба. — Не охуел ли ты? — А что? Насколько бы всё было проще, будь мы обычной гетеросексуальной парой? Проблема ведь в том, что ни тебя, ни меня не прельщают отношения с мужчиной. Нам обоим милее быть с женщиной. Я в жизни столько не трахался, сколько в последние два месяца. — Заткнись, — прошипел Ладислав, но Виктор продолжил, будто и не слыша его. — Их было море. Я даже с Иркой твоей переспать хотел, но не смог. Как подумал, что ты действительно можешь быть в ней заинтересован, и… не смог. Сколько бы баб ни было, стоило вспомнить о тебе — и опять то же наваждение. И знаешь что?.. Виктор устало посмотрел на Ладислава и замолк. — Что? — потормошил его Ладислав. — Я смирился, — обречённо выдохнул Виктор. — Подумал, что буду держаться от тебя на расстоянии, сколько смогу, а там как получится. Меня уже даже не удивляет то, что я тебя хочу, или то, что боюсь лишний раз дышать в твою сторону, или хочу напроситься к тебе под любым предлогом, только бы не расставаться. А вот ты ещё сопротивляешься. И как? Получается? — Ничего у меня не получается! — зло зашипел Ладислав. — Думаю, тебе просто нужно чуть больше времени. Если бы я не путался у тебя под ногами, ты бы смог это пережить. — Ага, конечно! И как же? Целыми днями вспоминая о тебе и кончая на твою фотку? — Ну а чем не вариант? Если бы помогло, то какая разница, как ты этого добился? Ладислав выдохнул и решительно сполз с кровати на пол, чуть ли не на колени к ошарашенному Виктору. — Давай просто посидим? Я ни о чём сейчас не хочу говорить, — попросил Ладислав тихо. Виктор понятливо кивнул и придвинулся ближе к Ладиславу, касаясь его плеча. Теперь они оба опирались спиной о кровать. Ладислав полностью откинулся на постель. — Как думаешь, что нам делать? — спросил Ладислав, ни на что особенно не надеясь. — Давай попробуем встречаться? — пожал плечами Виктор. Он уже всё обдумал и для себя решил. До Ладислава долгие полминуты доходил смысл сказанного Виктором, после чего он повернулся к Виктору и испуганно уставился на него. — У тебя совсем крыша поехала? — спросил Ладислав, задыхаясь от переполнявших его эмоций. — Наверное, — согласился Виктор. — Не забывай, что у тебя там ещё куча нерешённых проблем с друзьями-гомиками. — Не тронь моих друзей, — тут же ощетинился Ладислав. — И не собирался. А меня ты будешь так же защищать, как их? Я ведь не твой друг и стать им для тебя уже не смогу. Всё, кем я могу для тебя стать теперь, это… любовником? Ладислав возмущённо дёрнулся, так что Виктору пришлось удерживать его рядом с собой, пока тот не обмяк рядом с ним. — Я не смогу… — Ладиславу с видимым трудом удалось выдавить из себя эти слова. — Так и думал. Для тебя это практически невозможно. — А для тебя? — Ладислав встревоженно посмотрел на него. — Наверное, и для меня. Но если с тобой, то я бы не был столь категоричен, — задумчиво протянул Виктор. — М-м… я ни в чём не уверен, но любовником я бы точно тебе быть не смог. — Вот как? — Виктору стало больно от такой категоричности Ладислава. — Дело не в том, что я не хочу. То есть хочу. То есть… Чёрт! Не смогу я быть любовником, ясно? Я могу о чём-то подобном допускать мысль только потому, что ты мне важен и вовсе не как любовник. Это не похоть. Ясно тебе? — Ладислав сжал побледневшие от напряжения губы. — Да? — Виктор улыбнулся, — Хочешь сказать, что влюбился в меня? — Заткнись, сволочь! Мне об этом подумать страшно. И не над чем тут ржать! Прояви сострадание! — всё больше злился Ладислав, тогда как Виктор не мог сдержать смеха — слишком сильным было облегчение. — Прости, не буду больше смеяться. Но тогда и ты прояви сострадание, потому что я тоже попрощался со своими убеждениями из-за тебя. Я люблю тебя. Прошу, не прогоняй меня, — эти откровения дались Виктору нелегко, слишком неожиданные выводы он сделал после разлуки с Ладиславом, непрошеными оказались чувства, но страх потерять что-то важное, кого-то такого нужного, всё же оказался сильнее. Ладислав пару мгновений пялился на Виктора, как оленёнок на свет фар, а когда отмер быстро подался навстречу и невинно коснулся губ, обдавая их горячим дыханием. — Вот ведь! Ты, не спрашивая, кинулся меня целовать, — не сдержал своего разочарования Виктор. — А ты против? — спросил его Ладислав, в глазах которого загорелся нехороший огонек. — Нет, — заверил он, радуясь такому прогрессу. Больше они не говорили, жадно целуя друг друга. Страшно хотелось подмять под себя, утвердить свою позицию, почувствовать желанного партнера наконец своим. Виктор не привык ни под кого подстраиваться и принимать чужую волю. Вот только и Ладиславу хотелось того же, и их борьба за доминирование грозила стать непримиримой. В конечном итоге оба они запыхались и, отстранившись, ошарашенно уставились друг на друга. В дверь на этот раз деликатно постучали. — Мальчики, все уже за столом. Ждём только вас, — послышался голос Тамары Алексеевны.

* * *

Несмотря ни на что, Ладиславу было спокойно. Рядом с Виктором он ощущал себя защищённым, ведь кому, как не ему, было знать, что Виктор категорически против гомосексуализма, а значит, всё будет в порядке. Ладислав чувствовал предательскую потребность делать так, как говорит Виктор, будто всё, что тот предлагал, было чем-то само собой разумеющимся, а не полной дичью. Даже приглашение подрочить вместе, просьба о поцелуе и предложение стать парой. Рядом с Виктором Ладислав плыл, теряя трезвость и критичность мышления. Вот уж он попал! Они оба попали. И прогонять Виктора никакого желания не было. Мало того, Ладиславу не хватало моральных сил сопротивляться собственной похоти и желанию быть вместе с Виктором. Для Ладислава стало неприятной новостью, что Виктор всё это время ходил по бабам, хотя он и сам пытался забыться. Однако стоило вспомнить блондинку из кинотеатра, как Ладислав начинал закипать. «А ведь девушка — это даже опасней, чем парень», — запоздало понял он. Парень, во всяком случае, не смог бы захомутать Виктора с помощью ребёнка. Как ни посмотри, а мысль о том, что Виктор мог принадлежать кому-то другому, Ладиславу не нравилась. Да что там! Это просто убивало. Именно поэтому Ладислав всё же перешагнул через свои убеждения. Он мог сто раз говорить, что гомосексуализм — это зло, но отдать Виктора женщине не мог. Хотя это было бы единственно верным решением. Но нет. У Ладислава даже мысль, что парни в этом случае предпочтительнее, промелькнула. Получалось, что дело даже не в гомосексуализме, а в том, что сам Ладислав не мог принять отношений с мужчиной, хотя те же отношения Виктору готов был простить. Впрочем, про «простить» — это он сильно погорячился. Ладиславу было страшно от того, насколько Виктор открылся ему. Казалось, одним неверным словом он Виктора не ранит, а сразу убьёт. Поэтому Ладиславу ничего не оставалось, как быть рядом и разделить это безумие на двоих. Всё же считалось, что ноша, разделённая на двоих, становится легче. Так он думал, пока переодевался и показывал Виктору, где ванная и туалет. Когда они зашли на кухню, за столом, как и сказала мама, уже собралась вся их семья, кроме Ладислава. — Здравствуйте. Меня зовут Виктор, — без тени смущения поздоровался со всеми Виктор. — Здравствуй! Я отец Ладислава, Юрий Степанович. Можешь звать меня просто дядя Юра. — А я его сестра, Оксана. Когда тебе надоест этот придурок, имей в виду, я не против того, чтобы встречаться с тобой, — Оксана подмигнула Виктору, отчего тот закашлялся, пытаясь скрыть смех. — Заткнись, дура! Не веди себя как потаскуха! — набросился на неё Ладислав. Его тошнило от одной мысли о Викторе рядом с его младшей сестрой, причем, думая об этом, ненавидел он именно Оксану, а не Виктора. — Да как ты смеешь? Сам дурак! — взвилась Оксана. — Лад, не ругайся с сестрой. Проходите быстрее. Вот, Витюш, садись сюда, — мама указала Виктору на стул рядом с Оксаной. Радовало только то, что с другой стороны от того стула был ещё один свободный, предназначенный для Ладислава. И, конечно, спокойно поесть им никто не дал. — Не беспокойся, Витюш, мы положительно смотрим на ваши с Ладом отношения, — «осчастливила» их мама, как только они приступили к еде. Ладислав вместе с Виктором синхронно закашлялись, пытаясь проглотить то, что успели положить в рот. — Конечно, ты можешь переезжать к нам. Мы будем рады, если вы с Ладом останетесь тут жить. Ладислав закашлял ещё судорожнее, понимая, что родителей опять понесло. Виктор кашлять перестал, но теперь явно опасался притрагиваться к пище, ожидая новых вывертов от его родных. — Мы так удивились, узнав, что вы с Ладом встречаетесь! Скажи, Юра? — тем временем продолжала говорить мама. — Да, сын всегда отрицательно относился к гомосексуализму. Мы не могли и надеяться, что он пересмотрит свои взгляды. — Я их не пересматривал! — возразил Ладислав. — Хочешь сказать, что Виктор тебе не нужен? — тут же с надеждой спросила Оксана. — Я такого не говорил, — пошёл на попятную Ладислав. — Думаю, что Витюша — мальчик умный. Он же придумал, как Лада соблазнить, значит, нечего переживать. Скоро Лад во всём разберётся и перестанет стесняться. Скажи, Юра? — Недооценка всех прелестей отношений с партнером своего пола — это нормально для мальчиков их возраста. В жизни стоит попробовать всё, да и с мужчиной в постели может быть очень здорово, поверьте моему опыту. — Папа! — возмущённо взвыл Ладислав, не желавший слышать о сексуальном опыте отца с мужчинами. — Не возмущайся. Лучше послушай, что говорят старшие, — строго посмотрела на него мама. — Наверное, с ним ещё рано об этом говорить? — неуверенно пробормотал отец. — Ничего не рано. Раз они садомазохизмом увлекаются, должны всё понимать и заботиться друг о друге, — отмахнулась мама. — Простите, чем мы увлекаемся? — на лице Виктора застыло непонимание пополам с неверием. — Она решила, что… — начал было объяснять Ладислав, но мама его прервала. — Ну как же? Как Лад с синяками не приходит, вечно говорит, мол, Терса встретил. Это мы сейчас только поняли, как вы проводите время. Ведь никто и подумать не мог, что Лад может мальчиком увлечься. — А он увлёкся? — тихо переспросил Виктор. — Ещё как, — подхватил тему отец. — Пришёл тут как-то с синяками и говорит, мол, всё, хочу парня. Ну, мы обрадовались, конечно. — Только Лад всё переживал, что ты, Витюш, вроде как мальчиками не интересуешься. Но я-то мать, я знаю, как на моего мальчика люди смотрят. Я сразу поняла, что не мог ты устоять. — Мама! — возмутился Ладислав. — Вот как? — выгнул бровь Виктор. — Разве я не права? — улыбнулась мама. — Нет. Вы правы, — согласился Виктор. — Ну, ты, Витюш, не переживай. Раз уж Лад тебя принял, всё хорошо у вас будет. Он у нас бестолковый и упрямый, так что если чего не понимает, ты его лаской заставляй, а упрямиться-то он будет только по-первости, потом пообвыкнется. — Мама! — заорал Ладислав. — А кто из вас снизу? — вклинилась в разговор Оксана и теперь с интересом переводила взгляд с него на Виктора и обратно. — З-заткнись, дура! — Ладислав от волнения стал заикаться. — Ну, точно Лад! — обрадовалась Оксана. — А ещё недотрогу из себя корчил. Признай, что ты только и мечтаешь о том, чтобы раздвинуть перед Виктором ноги! — Не сравнивай меня с собой, идиотка безмозглая! — заорал Ладислав, вскакивая со стула. Он хотел было убежать в свою комнату, но, глянув на продолжавшего спокойно сидеть Виктора, понял, что без него ни за что не уйдёт из кухни. — Виктор, идём в комнату. — Я ещё не поел, — Виктор демонстративно принялся за плов, и Ладиславу пришлось сесть на место. Сам Ладислав после того, что его семейка устроила, есть не мог. Виктор же удивлял выдержкой. Он спокойно закончил ужин, ещё и умудрился перевести тему разговора, мило беседуя с его семьёй.