sunflowers

Ричи приходит в себя только после очередного кажется, пятого падения на замерзшую дорогу да так и остается сидеть, поджав под себя ноги и смотря на небо, такое высокое и большое, невероятно голубое сегодня. прямо как глаза Эдди - большие и голубые И только когда штанины его старых потертых джинс «левис» полностью покроются снежинками, Тозиер встанет, отбросив намокшие кудряшки назад, торопливо отряхнется и побредет дальше – в более спокойном темпе, бездумно пиная носком кед маленькую ледышку и с трясущимися руками в карманах куртки. И идти он так будет, пока не услышит врезавшийся в его спину внезапно, сбивающий с ног, обдающий теплом вопль: -Ричи! Медленно обернется, зажмурится от резко ударившего в глаза солнечного света и убеждая себя, что именно солнце резко заставило перестать его руки дрожать, а не такой знакомый голос и не он же заставил их трястись, а холод, да Тозиер откроет глаза, а Каспбрак будет уже прямо около него, со съехавшей набок серой шапкой, в оставшейся расстёгнутой теплой куртке, с перчатками - ровно две пары. Сегодня руки у Ричи не замерзли, а новая пара перчаток в коллекции «подарочки от астматика» отправилась на сушилку. Кстати, дома Соня сильно отругала Каспбрака за мокрую куртку. «Я ведь говорила тебе не играть в снежки! Особенно с этим Тозиером! Он плохо на тебя влияет» Улыбка не сходила с лица Эдди весь вечер, а биология так и осталась несделанной. Определенно плохо влияет.