Напишешь мне формулу любви?

- Пелагея, иди сюда! - с угрозой рявкнул Иван, вихрем влетая в квартиру жены и, захлопывая за собой дверь. Девушка, не ожидавшая его приезда так быстро, испугалась и мгновенно шагнула за спину Диме, крепко вцепившись в его руку. - Вань, спокойно. - своим обычным тоном попросил ее мужа Билан, закрывая девушку собой. - Все более или менее в порядке. - Ты нормальный или как? - опешив уточнил Иван. - Эта идиотка потеряла моего сына! Я ее за это по голове погладить должен или как? Билан вздохнул, приходя в себя. - Преждупреждаю сразу, не дай бог ты ее ударишь. - начал мужчина. Ей с тебя уже хватит, и даже по-моему много, так что возми себя в руки. Ты, конечно, можешь ее сейчас избить, но что это изменит? - Знаешь, Билан, избить здесь слишком громко сказано, я же не зверь. - резко успокоился Телегин. - И, наверное, ты прав. Или, Поля, ты просто боишься ответить за свой косяк? - в привычной манере обратился он к жене. Дима спиной почувствовал, как девушка отстранилась, а затем вышла навстречу мужу прочь из-под его защиты. Он мгновенно похолодел, но отчего-то не стал ее удерживать. Пелагея встала напротив Ивана и тут же оказалась намного ниже его, едва доставая макушкой ему до плеча. Билан вдруг заметил, какая она хрупкая и беспомощная против своего мужа и, опомнившись, хотел было отодвинуть ее в сторону. - Да. Все нормально, Дим. - заверила она его и вновь в упор посмотрела на Телегина. - Нет, не боюсь, Вань. Я не боюсь ответить за свой косяк, а вот ты за свои похоже да? Поэтому просил Антона не выступать свидетелем? Хочешь поговорить об этом или все-таки о сыне? - Убери ее с глаз моих. - выходя из себя и толкая жену прямо в объятия Димы, сквозь зубы проговорил Иван. - И давайте поговорим о Марке. Телегин бесцеремонно прошел в гостинную и налил себе воды в полин бокал из под вина. Девушка проводила его ошарашенными глазами и робко вошла следом. - Значит мне придется работать в команде с ним? - указывая рукой на Диму, спросил Иван, не сводя глаз с Поли. Девушка робко остановилась в дверях и скованно переводила взгляд с одного мужчины на другого. - Тебя что-то не устраивает? - уточнил Билан, избавляя ее от ответа. - Как минимум то, что ты спишь с моей женой. - перешел на личности хоккеист. - Только не говори, что это тоже более илм менее нормально. Дима с трудом подавил раздражение и отвернулся. Лично его в Иване не устраивало почти все и если мужчина вдруг начнет перечеслять вслух, что именно, перечень получится ого-го и времени до утра не хватит чтобы его закончить. Пелагея открыла было рот, чтобы возразить, но резко передумала. Поднимая руки в примирительном жесте, она предложила: - Я заварю чай. - Мне кофе. - устало попросил ее Билан и вышел из комнаты под длинные гудки в своем телефоне. Мужчина ожидал звонка своего друга из полиции и уже не находил себе места. В общей сложности Марк отсутствовал более четырех часов где-то в ночи, а они тут тратят время на глупые разговоры о собственных проблемах, которые кстати, как раз виноваты в том, что мальчик сбежал. Как только Поля осталась в одиночестве, она глубоко вздохнула и спрятала лицо в руках. Не то чтобы она так старалась сдержать упрямые слезы, просто плакать сил уже не было. Новый год наступил давно, а ее до сих пор убивала энергетика предыдущего. Ей казалась, что ее финальная битва с декабрем кончилась, если не ее победой, то хотя бы ничьей. А вот январь эту теорию нагло опроверег. Он бесконечно бил ее под дых, с каждым разом сильнее и чувствительнее. У девушки не было сил чтобы подняться. Едва она начинала новое дело, как какие-то силы швыряли ее обратно на землю полностью переломанную. Наливая воду в элекрический чайник, Поля едва его не уронила, а нажать на кнопку включения смогла только с третьей попытки. Ее до сих пор бил приступ еще не начавшейся истерики и это было очень страшно. Она не слышала о чем разговаривает Дима, она даже не знала где он. Можно сказать проверила шумоизоляцию в квартире на деле. Своевременно ли? Пелагея не до конца могла осознать, что сейчас их в квартире по прежнему трое, просто одна единица измерения была некоректно заменена другой. А может это такое проклятье? Не больше трех человек в стенах этого дома? - Поль. - тихо позвал ее муж. Девушка даже не обернулась. Она не видела смысла. Пелагея знала, что Иван хочет ей сказать. В душе она уже согласилась с каждым его словом. Она ожидала что-то похожее на:《Ты ужасная мать! Я тебя ненавижу! Я отберу у тебя сына!》и тд. Но Телегин ее удивил. Он просто подошел к девушке вплотную и развернул ее к себе лицом, с тревогой заглядывая в ее полные слез глаза. Поля чудом сдержалась и не повисла на нем, потому что в ее глазах он был все таким же человеком, от которого она собралась уходить; тем, кто не способен осознать любовь; просто мужчиной, который заигрался в ее чувства. Вряд ли ее душу можно сравнить с шайбой, а он смог. - Ваня, прости меня. - выдерживая его близость, попросила прощения Пелагея. Почему в момент, когда ей нужно винить себя и не думать ни о чем кроме сына, она продолжает копаться внутри себя? Ответ мог быть только один. Девушка настолько сильно доверяет Диме, что готова поверить в то, что все будет хорошо. - Я не все тебе рассказала. - И чего же я не знаю? - спросил Иван. Девушка всхлипнула и скользнула в объятия хоккеиста, крепко сжимая руками его рубашку. Из ее глаз мгновенно брызнули слезы, а голос сорвался на рыдания. Поля чувствовала, как муж осторожно берет ее под свою ложную защиту и успокаивающе гладит по спине, не отталкивая и не крича, не ругая и не обвиняя. Телегин позволил ей шмыгать носом в его рубашку столько, сколько ей было нужно. - Что мне сделать, чтобы ты не боялась со мной разговаривать? - шепотом спросил мужчина. - Ничего. - ответила Пелагея. Она еще крепче прижалась к мужу и начала успокаиваться. Она почти поверила в то, что все более или менее неплохо. Рано или поздно все проблемы прошлого года исчезнут, а вместе с ними пропадут и те редкие моменты, когда Поле было хорошо в компании отца ее ребенка. Девушка пыталась свыкнуться с мыслью, что теперь он просто отец ее сына и ничего больше, но пока выходило не очень. - Марк узнал, что я не его мать. - справляясь с голосом, сообщила Поля. Иван резко отшвырнул ее от себя. Это было ожидаемо. Девушка со страхом ожидала, что он сейчас накричит на нее. Однако он опять ее удивил. - Как? - еле слышно прошептал Телегин, запуская руки в волосы и без сил опускаясь на стул. - Мама нечаянно обмолвилась. - вытирая слезы, пояснила Поля. - За это прости, Вань, прости. Он поэтому убежал. Прошу, прости. Однако мужчина ее уже не слышал. Он ощутил странную пустоту внутри, как будто что-то сломалось. Иван смотрел на стоящую у стены девушку и молчал. Единственным абсолютным мостом между ними была уверенность Марка в том, что Пелагея его мама, а сейчас этот мост пропал вместе с ребенком. Дело принимало другой оборот. Ване бы сейчас злится на жену, накричать, ударить, а он вместо этого хотел ее успокоить, сжать в своих объятиях и вернуть эту так рано раскрытую сыну карту обратно в колоду их игровой партии, чтоб только она не плакала. С чего это его так пробило на нежность? Он и сам не знал. Пелагея не выдержавшая повисшее напряжение сползла по стене на пол и рыдала где-то на холодном паркете. Телегин встал. Он не мог понять, отчего же она до сих пор не может успокоиться и продолжает лить слезы совсем себя не жалея. - Не плачь. - опускаясь на колени рядом с Полей, попросил Иван. В ответ он услышал лишь всхлип и новую порцию слез. Мужчина ощутил волну усталости ему не свойственную и понял, что не будет силой заставлять девушку встать на ноги, если она этого не хочет. Он не сделает сегодня ничего из того, что может ее ранить. Иван осторожно обнял ее, бережно устраивая в своих руках. Ее голова спокойно лежала на его плече и к счастью Поля больше не вздрагивала от судорожных рыданий. Хоккеист погладил ее внутренней стороне ладони и, осознав, насколько заледенели ее руки, он переплел ее пальцы со своими. Пелагея не видела лица своего мужа, но могла догадаться какие эмоции он испытывает по его сдержанному дыханию и нехарактерному молчанию. - Все будет хорошо. - прошептал он ей в макушку, ощущая забытый аромат ее волос. - Ты правда в это веришь? - К сачастью у нас разные понятия условной степени: все хорошо. - отшутился Иван и погладил девушку по голове. Ваня совсем забыл, что они в квартире не одни и что Поля вообще-то собирается с ним разводиться, что они делят между собой ребенка, который в данный момент считается пропавшим. Он просто наслаждался их совместными минутами, даже если они больше не повторяться. Телегин сильно удивился, когда увидел в дверном проеме шокированного Диму, который во все глаза смотрел на немую сцену непонятно какого значения разыгрывшеюся перед ним. Билан тут же молча вышел и скрылся в гостинной. Он не хотел им мешать и абсолютно ничего не понимал. Мужчина усиленно ломал голову, что могло заставить Пелагею искать поддержку у Телегина, если совсем недавно она боялась ему даже звонить? Дима накрылся пледом и, взяв полины сигареты из комода, вышел на балкон. Выпуская в небо дым, он словно почучуть избавлялся от собственной печали, хотя сигареты в пачке закончились бы намного раньше, чем она. За окном занимался рассвет, кончалась ночь и начинался день. Неожиданно телефон Ивана зазвонил и он пришел в себя. Мужчина жестом приказал Поле встать с паркета, а после подскочил сам. Усаживая девушку на стул, Телегин ходил из угла в угол и что-то кому-то отвечал. По его репликам в диалоге ничего понять было невозможно, поэтому Пелагея не сводила с него встревоженных глаз. - Марк, нашелся. - радостно объявил Иван, резко заканчивая разговор. - Он пришел ночью к Ледовому и столкнулся со своим тренером, тот забрал его к себе домой и прямо с утра начал нам звонить, полагая, что мы тут все с ума сходим. Поля вздохнула и снова заплакала от облегчения и переполнявших ее эмоций. - Ну сейчас-то не плач. - в который раз за сутки попросил ее муж и исчез в коридоре. Поля вышла следом за ним и увидела, что Иван быстро натягивает куртку. - Я заберу его. - сообщил он и вышел, прикрыв за собой дверь. Девушка провернула ключ в замке и с минуту просто прижимаясь лбом к входной двери. Внутри нее разыгралась нешуточная борьба, вызванная чертовски странным поведением Телегина. Она тоже, как и он недавно, совсем забыла о присутствии Димы в этих стенах. Но шаги за спиной заставили ее вспомнить. - Поль, а что это было? - спросил Билан, вынуждая Пелагею развернуться. Девушка спокойно выдержала его суровой взгляд, понимая, что мужчина злится. - Ничего. - ответила она и прошла мимо, возвращаясь на кухню. Чайник, который она поставила греться где-то посеридине между сегодня и вчера, давно остыл, поэтому она снова нажала на кнопку, заставляя его работать. Поля физически не могла продолжить выяснять отношения с кем бы то ни было. У нее на это просто не было сил и душевных ресурсов. Она была напрочь разбита, но Билан похоже этого не видел. Девушка его понимала. У мужчины была своя драма, главной участницей которой была она. Он вошел на кухню следом за ней и сейчас стоял прямо напротив окна, скрестив руки на груди. - Что между вами происходит? - рявкнул он. - И не смей говорить, что ничего. Я же вижу. Поля вздохнула. Дима крайне редко повышал на нее голос и ей мгновенно стало неуютно. - Ничего, Дим. Он всего лишь отец моего ребенка. - пояснила она, не до конца понимая, что говорит: правду или ложь. - Ты его все еще любишь? - зачем-то спросил Билан. Он похоже и вовсе не замечал, что слишком сильно на нее давит. - Нет. - как-то быстро и неуверенно ответила ему Пелагея. Билан невесело усмехнулся и, сев на стол, закурил, не открывая окно. - Знаешь, я тут подумал, что ты и сама не знаешь любишь ты его или нет. - сказал он, наблюдая за клубящимся дымом, а не за девушкой. Ему было плевать, что он курил крайне редко и только в прошлом, когда был весь на нервяке, ведь его душевное состояние сейчас было намного хуже. - Пойду прогуляюсь. - заявил он, скидывая пепел прямо на пол. - Стой! - вдруг закричала Пелагея. - Снова сбежишь в Литву, а потом будешь страдать, потому что я приму очередное неверное решение и возьму паузу?! Или будешь продолжать кричать на меня, словно я виновата в том, что Иван отец Марка?! Дима безэмоционально смотрел в лицо Поли, пытаясь найти в нем хоть капельку понимания того, что нельзя сидеть в объятиях с одним мужчиной, а после жить с другим; что неправильно играть на чувствах обоих и при этом делать вид, будто не виновата ни в чем. Но это оказалось занятием бесполезным. - Я пойду прогуляюсь. - повторил Дима и ушел, оставив ее одну. Пелагея села на стол и дрожащими руками вытащила сигарету, тут же ее зажигая. Она начала свое утро после бессоной ночи с кофе, запаха никотина и неизбежной перепалки с Димой. Это была плохая смесь, не сулившая ничего хорошего. Девушка бы хотела жить с ним не споря, ни с кем не споря, но не могла. Просто потому что она была уверена, что поступать нужно так, как велит тебе сердце, а она кажется снова ловит себя на мысли, что еще не до конца отпустила от себя своего мужа. Да и легко ли забыть человека с которым прожил несколько долгих лет? Вскоре на замену кофе пришли вино и песни Полины Гагариной. Она как всегда очень точно передавала смысл своих текстов, заставляя переживать одни и те же эмоции раз за разом. Марка Иван привез не намного позже обеда и, к счастью, задерживаться не стал. Он просто погладил ребенка по голове, быстро попращался с Полей и ушел. - Мам, прости меня. - опуская голову, извинился Марк. - Я не должен был так поступать. - Ничего страшного. - спокойным тоном ответила Пелагея и обняла мальчика - Я рада, что ты все понял. - И ты не будешь ругаться? - удивился он. Поля отрицительно покачала головой и молча устроилась с сыном на диване за просмотром какого-то комедийного фильма. А что еще она могла ему сказать? Она была уверена, что ее муж уже обо всем с ним договорился, а в ее домашнем пространстве и так было слишком много напряжения, чтобы усугубить его там, где можно просто сказать: ничего страшного.