Напишешь мне формулу любви?

О том, что с мамой опять что-то случилось, мальчик понял, когда сам открыл глаза без будильника и увидел, что за окном уже давно рассвело и иногда сквозь тучи выглядывало солнце. Мгновенно подскочив на кровати, он босиком отправился на ее поиски. Холодный паркет обжигал своей непривычной, после теплой постели, температурой, отчего ребенок быстро прекратил свою беготню и запрыгнул обратно с ногами на мамину кровать. Дернув одеяло на себя, он замотался в него, словно в кокон, и стал терпеливо ждать девушку. Шум воды в ванной подсказывал мальчику, где может быть мама и от этого становилось спокойнее. Внезапно ее телефон на тумбочке замигал с неприятным писком, объявляя о новом входящем сообщении, тут же привлекая внимание Марка на себя. "Еще не передумала? Встречаемся у ЗАГСа?" - легко прочитал ребенок, мгновенно задумавшись. Ему стало жутковато от непонимания происходящего. Мальчик знал для чего существует ЗАГС, но не представлял для чего его маме снова туда ехать, если она уже замужем за папой. Или все еще замужем за папой. Ребенка даже резко перестало волновать, что он опять пропустил школу. Он до сих переживал из-за ссоры мамы и Димы, но не знал, как ему ей в этом признаться. Вчера девушка пыталась рассказать ему сказку на ночь, крепко обнимая ребенка и укутывая его в одеяло, но слезы душили ее и она не смогла развить сюжет хотябы до серидины. Ее история началась с нового необыкновенного путешествия маленького мальчика Маркуса и его иностранного друга, но настоящий Марк уже давно раскрыл мамин секрет, хоть слушал ее неперебивая. Если раньше такие сказки нравились полиному сыну, то сейчас ребенку они казались полной ложью, потому что в его жизни все приключения и сюжеты имели страшный конец и не были столь прекрасны, а в своих сказках мама упорно берегла его детство, за что Марк любил ее еще больше. Ее телефон вновь зазвонил, заставляя мальчика вздрогнуть от неожиданости и невольно прочитать имя входящего абонента. Всего три месяца назад он бы обязательно ответил на папин звонок и радостно бы рассказал ему новую шутку или еще что-то, а потом со счастливой улыбкой передал бы трубку маме, обнимая ее за талию и вслушиваясь в их разговор, а потом в самом конце он бы закричал "А когда ты вернешься?" или "Какой счет?" А в своей реальности Марк всего лишь вернул телефон на место на край тумбочки и отвернулся к окну. Желание что-либо спрашивать у мамы отпало само сабой. - Мам, а ты любишь Диму? - мешая ложкой снова разлюбленную манную кашу, уныло поинтересовался Марк у Поли. Ему порядком надоели одни и те же однотипные вопросы и даже порой казалось, что весь взрослый мир сплошь и рядом крутится вокруг "любит / не любит" Вот у Полины, Димы и Ондрика однозначно "любит" а у них? - А почему ты спрашиваешь? - с фальшивой улыбкой уточнила Пелагея. - Просто хочу понять, ты разводишься с папой из-за Димы или потому что вы постоянно ругаетесь? Но в последнее время папа на тебя не кричит, но вы все равно разводитесь. Может вы снова будете жить вместе? - с надеждой в глазах рассуждал ребенок, от волнения замерев в ложкой полной каши на полпути. В воцарившейся на несколько секунд тишине кухни даже стало слышно тиканье бесшумных часов на стене или у Пелагеи просто слишком сильно звенело в ушах. Девушка почувствовала, что начинает дрожжать и с силой сжала руки в кулаки. - В том, что происходит между мной и папой виноваты только мы, но уж точно не Дима. - спокойно объясняла Поля. - Нам с папой просто тяжело жить вместе. ¡Да вот только не задача! С Димой жить оказалось не легче. Он так же сильно ревнует ее к Ивану, как и в далеком прошлом, когда они уже официально и неофициально расстались с ним. Они так же ссорятся от души, переламывая друг друга, а с годами это перестает создавать некую иллюзию счастливой семейной жизни, если вообще хоть когда-то создавало. - Но Дима сказал, что любил тебя всегда. - тихо добавил Марк, поновой зачерпывая кашу, но так и не попробовав ее на вкус. - А почему ты вчера кричала, что изменяла с ним папе? Я знаю, что это значит, поэтому… По мере того, как ребенок сдавал все явки и пароли, его лицо становилось примерно одного цвета с волосами и он уже не надеялся услышать чистосердечное признание. - Марк, когда-нибудь я тебе все объясню, а сейчас доедай и пойдем одеваться у нас впереди очень долгий день. - пообещала сыну Пелагея, быстро опуская пустую кружку из-под кофе в раковину и наполовину заполняя ее водой. - Пожалуйста не упоминай при папе Диму, ладно? - А что будет, если папа узнает? - превысил лимит вопросов Марк, внимательно заглядывая маме в глаза. - Мне больно будет. - нейтрально проинформировала Поля, спешно выходя из кухни. Еще пять минут Марк пытался сделать какие-то выводы и что-то прояснить из этого очень странного диалога, и даже почти смог. Позабытая тишина давила на голову, отчего клонило в сон. Остывшая каша не интересовала детское сознание, поэтому ребенок спрыгнул со стула и быстро выкинул ее в мусорку, а после поставил тарелку в раковину, в точности копируя выражение лица Поли. Медленно одеваясь, он вдруг понял, что так и не узнал, куда они сегодня едут. - Поверить не могу, что даю тебе развод. - с легкой нервной улыбкой сказал Иван, выходя из машины и направляясь ко входу в ЗАГС. - Поверить не могу, что я все еще жива. - так же напряженно ответила ему Пелагея. Не то чтобы в душу успели закрасться какие-то сомнения или еще что-то, просто было в процессе развода некое ощущение грусти, недосказаности и настольгии. В конце концов она жила столько времени с этим человеком, что без эмоций ничего уже не обойдется. - Поль, хватит. - уверенно хватая ее за руку и переплетая их пальцы, Иван даже сейчас решил поддержать жену, вместо того, чтобы вообще-то сделать что-то привычное. - В конце концов суд дело недешевое. - Ну зачем-то мы это все начали. - возразила девушка, хватаясь за дверную ручку и замирая на пороге. - Значит сейчас мы с этим покончим. - вновь пришел на помощь мужчина, открывая дверь и пропуская Полю вперед. А дальше все было, как во сне. Несколько вопросов, пара шуток, уверенная рука Ивана на талии уже законно бывшей жены, другой штамп в паспорте, рыдания, конец. Разводят органы власти значительно быстрее, чем регистрируют брак и уж наверняка с наименьшим количеством слез. Да и чего тянуть? Он жестокий муж и хоккеист с неумолимо надвигающейся Олимпиадой. Она никудышная жена и известная певица с приближающимся проектом. Чем раньше они оканчательно придут к радикальному решению, тем легче всем будет под конец. Однако едва Пелагея получила свою желаную свободу, как судоржно вцепилась руками в рукав ваниной куртки, сдерживая подступающие слезы, изредка вздрагивая всем телом. Иван прижал девушку к себе и несколько секунд нежно гладил по волосам. Он вовсе не собирался устраивать шоу из собственного краха семейной жизни, но Поля к большому удивлению нашла в себе силы затопить слезами весь холл московского ЗАГСа. - Чего ты плачешь? - уже на крыльце спросил ее Ваня, не отпуская девушку от себя. - Потому что мне страшно. - прошептала Пелагея ему в шею, снова всхлипнув и мелко задрожжав. - Я не верю, что ты просто так меня отпустил и отдал мне сына, что ты не бьешь меня, не кричишь. Телегин часто заморгал, ощущая, как узел в груди затягивается еще сильнее, хотелось орать на разрыв аорты, чтоб отпустило и вся любовь разом исчезла, но он упорно молчал, крепче обнимая девушку, не теряя надежды ее успокоить. - Поль, не плач. Поезд ушел. - попросил девушку он. - Я был в корне не прав. Извини. У меня жестокии методы, которые к любимой девушке применять нельзя. Сейчас, как никогда раньше ее слезы плавили. Плавили сердце, плавили чувства, плавили мысли. - Не бросай нас с Марком, Ваня, пожалуйста. - захлебываясь слезами, просила бывшего мужа Пелагея. Ивану только и оставалось, что ежесекундно стирать дорожки соленой воды с ее лица и срывающимся голосом обещать, что не бросит и, что будет к ним заезжать, что не забудет про своего сына. И в данный момент его абсолютно не удивила эта странная просьба от свободной девушки, которая, вроде как, вернулась к своему бывшему. Хотя упоминать того явно не стоило. Целуя Пелагею в лоб, Иван требовательно развернул ее к машине, по пути отмечая, что девушка сильно замерзла, вот только трясло ее вряд ли от холода. Быть сволочью для мужчины оказалось непозволительной роскошью. - Поль, куда вас отвезти? - пересиливая себя, спросил у девушки Телегин, наблюдая, как она не с первого раза смогла пристегнуть ремень безопасности. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, Иван столкнулся с серьезно-вопрошающим взглядом сына, который терпеливо ожидал родителей в машине, коротая время за мультфильмами. - А как насчет чего-нибудь выпить? - Прости, я с недавних пор не пью. Как насчет пиццы и совместной прогулки? - этот вопрос скорее был адресован Марку, который еще не знал, что его горячо любимые мама и папа больше не приходятся друг другу никем. Словно вместе поужинать - это нормально для людей, которые только что развелись, а шли до этой жизненной точки через дебри нереальных скандалов. - Да. - радостно отозвался Марк, мгновенно отложив в сторону айпад. Конечно же, он понимал, что случилось, хотябы потому, что успел прогуглить функции ЗАГСа и прекрасно знал, зачем туда вдруг понадобилось взрослым. Мальчик не считал нужным высказываться вслух, ожидая дурацких спешных объяснений, ведь от него в итоге ничего не зависило. - Вань, вот раньше ты убирал бутылку вина, а сейчас что случилось? - успокаиваясь, пыталась шутить Пелагея. - Я зверею, когда пью и это мне не нравится. - явно не собирался шутить Иван. - И мне было очень хреново на следущий день. - Это потому что ты убирал бытулку вина в Москве. - дополнила Поля. - Знаешь, я убирал ее везде. - расслабился наконец Иван. - Безалкогольную тогда надо брать. - на полном серьезе сообщила Поля. Телегин лишь улыбнулся и на ходу поправил выбившуюся прядку ее волос, про себя отмечая, что счастлив из-за того, что им все-таки удалось сохранить теплые отношения. Марк быстро объелся пиццей и, заявив что с него хватит, убежал в игровую комнату своего любимого кафе, чтобы прокатиться со знакомой горки. Пожалуй его первым сознательным воспоминанием стал, как раз проведенный здесь однажды выходной день. Когда мальчик неуклюже проходил полосу препятствий, под строгим контролем папы, а потом весело скатывался по спиральной трубе прямо в руки к Ивану, заливисто смеясь, и вызывая непроизвольные улыбки у взрослых. Сейчас мальчик вырос и со всем справлялся сам, а родители больше не улыбались, глядя друг на друга. В такие моменты именно память придавала сил, застявляя продолжать верить в чудеса. Изредка поднимая на маму и папу глаза, Марк вытирал скопившиеся в них слезы, упорно не желая подавить виду, что уже давно все понял. От мысли, что сегодня возможно их последний совместный день сводило и выворачивало наизнанку маленькое сердечко, но от судьбы все равно не уйдешь. - Вань, помоги мне помириться с мамой, это, конечно уже наглость, но она меня ни слышать, ни видеть не хочет. - утыкаясь взглядом в бокал с вином, попросила Пелагея. - Интересно почему? - с усмешкой спросил Иван. - Она считает, что я все это заслужила. - развела руками в стороны Поля, ощущая резкий прилив эмоций. - Даже я уже считаю, что не заслужила. - накрывая руку девушки своей, сообщил Иван, а после предложил. - Давай все вместе к ней заедем на чай и расскажем, что не держим друг на друга зла. По идее я должен еще и извиниться перед твоей матерью за то, что обижал ее дочь. - Спасибо. - немноглословно поблагодарила Ваню Поля. - Пока не за что. - отозвался он. - Пойду заберу Марка с этой штуковины, а то не успеем купить торт. С облегчением вздохнув, девушка быстро допила вино, наблюдая, как Телегин подбрасывает сына в воздухе, а после ставит на ноги, запихивая мальчика в куртку. Да, правильно говорят, что мы начинаем ценить только, когда потеряем. Хотя между Полей и Иваном осталось странное взаимпонимание. Она по-прежнему наощупь искала в нем общие решения. Он по-прежнему их предоставлял. Визит семьи Телегиных в полном составе стал для Светланы Геннадьевны сюрпризом. Правда в этот раз приятным. Марк первым бросился в объятия к бабушке, позабыв о ссоре в их последнюю встречу и лично отдал ей в руки торт. За окном уже давно стемнело, кошка Марта пряталась за диваном, а мальчик просто наслаждался обществом дорогих людей рядом, не отвлекаясь на мелочи. Кроме Марка к сладкому никто не притронулся, будучи занятыми решающим и последним разговором, окончательная расставляя все акценты над "ì" Светлана Геннадьевна вняла всем словам зятя и долго обнимала дочь, извиняясь перед ней за все неосторожно брошенные слова. Конечно же, сверэмоциональная Пелагея не выдержала накала страстей и разрыдалась, утыкаясь бывшему мужу в грудь, а после пригубляя пару чашек горячего чая с ромашкой, под насмешливые взгляды все того же бывшего мужа. Атмосфера в загродном доме напоминала новогоднюю. За окном лежали сугробы снега, а семья весело смеялась на кухне с доморощенных шуток, испытывая нереальное облегчение, как будто гора с плеч свалилась, от востоновившегося мира. И безусловно на душе потеплело у каждого. Ведь семья - это самая надежная опора, где пожалуй каждый должен понимать и поддерживать другого. Выходя на улицу в пледе, Пелагея принимала последнее важное решение в эту ночь, от которого хотелось выть, но оно было правильным. Отправляя смс Билану, девушка уверенно доставала из пачки сигарету и поджигала ее, не сводя глаз с ночного неба, заранее предугадывая, что Иван скорее всего отправится на ее поиски и может быть отругает за минутную слабость, но это не имело значения. - Дай мне одну. - внезапно раздался голос Вани за спиной. Стряхивая пепел и протягивая ему пачку, Пелагея и не пыталась скрыть своего удивления. Витало в морозном воздухе что-то, что заставило всех измениться. И это что-то оказывало услугу, чернильной кляксой определяя финал.