La santinelle

      — Ну… — неуверенно произнесла Петунья, встретив племянника на вокзале. — И как впечатления от первого учебного года?       — Атас, — емко констатировала Рикки, и Гарри невольно усмехнулся. — Давай, пупс, распиши в красках свои подвиги! Я уверена, твои родственники будут в восторге от тролля, трехголового пса, похода в Запретный лес и одержимого препода! Ах да, еще не забудь про доброго директора, который мало того, что пальцем не пошевелил, чтобы весь этот беспредел предотвратить, так, похоже, сам его и организовал!       — Ты думаешь?       — Да я почти уверена! Ты вспомни, как он тебе по ушам в больничном крыле ездил! «Ах, какая гениальная была идея с зеркалом, правда, мой мальчик? Ах, какой ты молодец, что поперся один в подземелье на встречу смерти! На тебе, деточка, кучу баллов в поощрение за нарушение всех возможных правил!»…       — Да, мне это тоже показалось странным… Но я никак не могу понять, для чего все это было нужно? Ведь если бы не камень, я бы ни за что не смог победить Волдеморта…       Рикки вздохнула.       — Подозреваю, все дело в этом треклятом пророчестве, из-за которого все началось. Даже самые умные люди подвержены суевериям, а у этого Дамблдора явно не все дома! Ну, или он талантливо прикидывается… это нам еще предстоит выяснить.       — А Волдеморт? Дамблдор считает, что он снова попробует вернуться…       — Этот может, — протянула Рикки, наморщив нос. — Давненько я не встречала субъектов, так отчаянно цепляющихся за жизнь. Но ты не заморачивайся, пупс! Будем решать проблемы по мере их поступления! И потом, ты ж все равно без приключений не сможешь — у тебя же шило в одном месте. Весь в меня! Так что не боись…       — Я и не боюсь. У меня же есть ты! С тобой не страшно!       — Мне с тобой тоже, — доверительно сообщила Рикки, округлив глаза. — Вот вообще ни капельки!       Это было чистой правдой. С Гарри Рикки было не страшно. А в том, что страшно ей, в основном, за него, она предпочла не признаваться. При чем не только Гарри, но и самой себе. Потому что испытывать подобные эмоции по отношению к подопечному было неправильно, непрофессионально, и вообще… Для хранителя не существовало худшего кошмара, чем привязаться к подопечному, именно поэтому подавляющее большинство ангелов никогда не вступали в контакт со смертными, предпочитая сопровождать их молчаливыми тенями.       Рикки всегда была неправильным ангелом. И ее это никогда не смущало. Но с тех пор, как она стала хранителем Гарри Поттера, где-то глубоко внутри то и дело мелькало смутное подозрение, что в этот раз ее «неправильность» может ей дорого стоить. Очень дорого.       — Так… что? — Петунья настороженно посмотрела на молчащего племянника. — Ответишь что-нибудь?       Гарри поднял на нее взгляд и широко улыбнулся. В его глазах сверкнули озорные искорки.       — Мне понравилось в школе, тетя! Хогвартс — по-настоящему волшебное место!