Второй шанс или новое испытание

POV Кларк

      Холод пронизывал ноющее от боли тело до самых костей, пока я пыталась убедить саму себя, что я вне сознания. Что я просто сплю и ничего не чувствую, ни о чём не помню, ничего не знаю. Представляла, как будто бы меня нет и никогда не было, и всего, что случилось до. Но перед глазами все равно вспышками боли появлялась Лекса, которая просто охватила мой разум. Я стала одержима тем вечером и собственной виной, и это заставляло ненавидеть саму себя ещё больше.       У меня не было ни малейшего понятия, где именно я нахожусь, вокруг было очень темно, и лишь тоненький луч света падал на землю прямо у моих ног. Предположительно, меня держали в одной из пещер землян. До того, как очнуться, я вновь страдала от миражей своего разума, которые проигрывали на повторе всё, что было связано с Командующей. Все её движения, взгляд и голос, даже запах её кожи и каждая грань её татуировок надежно спрятались в моей голове, чтобы вновь и вновь напоминать мне о произошедшем. Временами мне становилось смешно от собственной боли, это уже явно напоминало истерию. Я сходила с ума, и даже это меня не беспокоило.       — Ну что, Кларк, — из темноты прозвучал знакомый голос, — ты готова рассказать всё о своих друзьях? Я не ожидала, что кто-то нарушит молчание прямо сейчас, но это не меняло дела — мои мысли не может заглушить никто.       Запястья ныли от наручников, и мои руки специально сковали за спиной, чтобы сидеть было ещё тяжелее. Они испытывали меня, дожидаясь, пока я сдамся и расскажу всё, что знаю о Полисе. Разбитая губа начала болеть сильнее прежнего, как и остальные ссадины по всему телу, а от холода становилось ещё противнее. Однако, говорить поводов не было, особенно с людьми Пайка.       — Ты делаешь себе только хуже, Кларк, — темный силуэт приблизился, и я увидела, что это был Беллами. Но его глаза больше не напоминали мне о том человеке, который стоял со мной на войне и после неё. Я больше не видела в нем ничего, что было связано с человечностью. — Сколько землян сейчас находится в Полисе? — спокойно произносит он, пока я смотрю на него со всей ненавистью, которая ещё во мне осталась.       — Что с тобой случилось, Беллами? — я не планировала говорить, но этот вопрос вырвался из моих уст. — За что ты борешься?       — Я борюсь за свой народ, в отличие от тебя, Кларк, — строго ответил Блейк, глядя прямо в мои глаза. На моём лице всплывает истерическая улыбка, я больше не могу слушать весь этот бред.       — Кажется, ты борешься за то, чего давно уже нет, — несмотря на боль и невыносимый дискомфорт, мой тон голоса удивительно спокоен и безразличен.       — Зря ты так, очень зря. Могла бы сохранить себе жизнь, — игнорируя все мои высказывания, Блейк сострадательно покачал головой.       — Пускай защищает свою подружку-дикарку, — вдруг произнес Пайк, который всё это время стоял где-то вдали, — это всё равно не спасёт ни её, ни подругу-аборигена. Мужчина сделал пару шагов вперед и поставил свой грязный ботинок на мою ногу, буквально вдавливая её в землю:       — Говори, девчонка. Просто скажи, сколько землян в Полисе, сколько деревень ты знаешь, какая у них тактика и слабые места? — я подняла свой взгляд и лишь посмотрела в глаза Пайка, не собираясь говорить ни слова. И он понимал это по моему взгляду, поэтому разозлился и взмахнул рукой, давая знак Беллами.       — Прости, Кларк, — произнес парень перед тем, как ударил меня по лицу. Я вновь почувствовала теплую кровь на своих губах, хотя боль почти не давала о себе знать. Я уже настолько с ней смирилась, что принимала как должное. Затем последовало ещё несколько ударов, которые в основном были направлены на лицо.        — Сколько ещё ты протянешь, Кларк? — ненавистно прошипел Пайк. — Я уже со счета сбился, сколько дней ты упираешься! Ты дура или что? Я ведь не хочу тебя убивать, мне просто нужна информация. Теперь, когда дикарка мертва, я должен немедленно выступить против землян. Она мертва, Кларк! Теперь вряд ли кто-то вообще постоит за тебя.       — Она не дикарка,— грустно произношу я. — Вы ничего о них не знаете.       — Конечно не знаем, это ведь не мы жили в лагере врагов, — вдруг вмешался Беллами, который явно ненавидел меня.       Я уже перестала считать количество ударов и глупых вопросов, и больше не произнесла ни слова. Выбившись из времени, у меня даже не было подозрения, сколько я уже нахожусь в этом месте, но лишь одно радовало: ничего не может длиться вечно.       Пока я в очередной раз молча задыхалась от осознания происходящего, меня вновь оставили в покое. Но я прекрасно знаю, что это ненадолго, ведь с каждой минутой они теряют время. Периодически рядом со мной оказывались новые заложники, в основном земляне, которых тоже пытали, но в скорости их забирали обратно. Не хотелось верить собственным глазам, и понимать, что мои люди превратились в настоящих бесчувственных зверей, которым и даром не нужен мир.

***

      Беллами и Пайк побаивались, что я могу умереть, так и не рассказав нужной информации. В последнее время я вообще почти не ела и не пила, так как больше не хотелось. Чувство голода попросту пропало. Но я не могла ничего рассказать, и не собиралась этого делать. Мне пришлось выслушать множество насмешек, множество оскорблений в сторону Лексы, но больше всего меня удивляла трансформация Беллами, которого попросту обманули, рассказывая сказки, в которые ему хотелось верить.       Склонив голову, я вспоминала первую встречу с Лексой. Я отчетливо помнила тот взгляд, в момент, когда она мне поверила, хотя могла просто сразу же истребить весь наш лагерь. Помню её голос, который был строгим и холодным, но она так и не смогла спрятать той заботы, которую проявляла ко мне. Её хладнокровие заставляло мою кровь стынуть, мне казалось, что она способна на всё. И это так и было, ведь на борьбе за свой титул она показала такую силу, которой мне прежде не доводилось видеть. Мне очень не хватает её, её голоса и даже тех кардинальных решений, которые она принимала. Перед глазами она всё так же стояла на коленях предо мной, когда поклялась в доверии. Великая Командующая стояла предо мной на коленях, страшный воин преклонился перед обычной девушкой... Она действительно дала волю чувствам.       Все мысли начали водить хоровод незадолго до того, как я вновь услышала какие-то шаги. Значит скоро всё повторится. Не поднимая головы, я просто продолжаю неподвижно сидеть, ощущая медленный уход сил из своего тела. Шаги утихли недалеко от меня, мгновение тишины вызвало необъяснимый страх:       — Кларк... Моё сердце остановилось, а кровь застыла в венах. Почему я слышу этот голос?       Одолевая собственный страх, приподнимаю голову и вижу до боли знакомый силуэт. Кажется, я сошла с ума, либо умерла. Это была Лекса. Я чувствовала её, хотя не видела лица.       — Спустя мгновение девушка скинула капюшон и наклонилась ко мне, ладонями обхватив окровавленные щеки:       — Кто это с тобой сделал, Кларк? — сильные руки Лексы сжимали мои плечи. Её глаза были наполнены растерянностью и ненавистью одновременно, но я не понимала того, что происходит. Абсолютно. Я больше склонялась к мысли о галлюцинациях, нежели о том, что это действительно Лекса. — Кларк, скажи мне хоть что-то. Ответь.       — Я сошла с ума, сошла с ума... — твердила я, как будто не замечая того, что на моих плечах руки девушки, которая умерла.       — Ты не сошла с ума, Кларк! — уже практически кричала Лекса, пытаясь привести меня в чувства. — Ответь, кто тебя здесь держит? Скажи, кто за этим стоит? — Командующая пыталась освободить мои руки, и наручники ещё больнее впивались в запястья, а из уст вырвался болезненный стон. Лицо пульсировало от боли, однако взгляд Лексы буквально пронизывал мои глаза, как будто она смотрела прямо вглубь моего сознания. По щекам бежали горячие слезы, надо было выдавить из себя хотя бы слово, но сил критически не хватало.       — Канцлер и Беллами держат меня здесь, — максимально уравновешенно произнесла я, не смотря на то, что моё дыхание становилось всё тяжелее. — Я не знаю, настоящая ты или просто плод моего воображения. Но в любом случае тебе нельзя здесь находиться.       — Ты вся горишь, Кларк. У тебя жар. Я не оставлю тебя здесь. Мне сказали, что сейчас поблизости никого нет. Я заберу тебя отсюда, — Лекса вновь начала пытаться освободить меня, но затем послышались чьи-то шаги.       — Нет... — едва шептала я. — Тебе нельзя здесь оставаться...