Стану солнцем

На следующий день. POV Кисе Рёта: Вчерашняя съёмка затянулась. Мне пришлось пробыть в студии допоздна. Сразу после того, как я отработал необходимые мне деньги, я вернулся домой. Правда, было уже утро. Я сразу же завалился спать. Проснулся я лишь ближе к полудню и сразу же поехал к Куроко-чи, перед этим заскочив в супермаркет. “Тецу нужно хорошо питаться, чтобы у него было достаточно сил бороться с болезнью.” По дороге мне пришла от него СМС-ка: “Нам надо серьёзно поговорить. Встретимся у меня дома через полчаса.” Я улыбнулся. Куроко-чи хочет меня видеть. Он ждёт меня. “Я счастлив.” Я был так взволнован, с нетерпением ожидая встречи с Тецуей. “Интересно, что он хочет мне сказать?” Доехав до его дома с большим бумажным пакетом продуктов в руках, я постучал в дверь. Позади раздался голос, – Кто там? - Куроко-чи, это я – Рёта. На улице был мороз и падал снег. Дверь тут же распахнулась. На пороге стоял Куроко в миленьких спортивных штанах и домашней футболке. “Какая прелесть.” - Привет, – всё это странно. Голос Тецу был печальным. Он отвёл от меня взгляд, как если бы был совсем не рад тому, что я пришёл навестить его. - Что-то случилось? Ты не рад меня видеть? - Нет, я ведь сам тебя позвал. Заходи, – мне кажется или у него слегка красные глаза? Он плакал? - Я принёс тебе кое-что вкусненькое, – с улыбкой до ушей пролепетал я, входя внутрь дома. Внутри было просторно, но темно. Куроко вновь потупил взгляд, замявшись, - Ты же знаешь, что тебе не обязательно всё это делать для меня, правда? - Ну что ты, Куроко-чи, я счастлив тебе помогать, – радостно ответил я, улыбаясь. В одной руке я держал здоровенный пакет, а другой изо всех сил пытался разуться. Тецу вызвался помочь, – Ладно, давай я возьму продукты, а то не ровен час и ты грохнешься прямо у порога. - Нет-нет, Куроко-чи, тебе нельзя носить тяжести и напрягаться. Это плохо повлияет на твоё здоровье, – не успел он даже дотронуться до пакета, как я тут же его отдёрнул. Я самостоятельно внёс продукты в кухню, – Ты можешь помочь мне их разобрать. Тецу тяжело выдохнул. У него что-то случилось? Почему он так печально на меня смотрит? - Твой холодильник, небось, опять пуст, – открыв дверцу его холодильника, я полностью убедился в том, что не ошибся, – Ты что, решил голодать? Тебе стоит более трепетно относиться к своему питанию. От этого зависит твоё здоровье. Ты пьёшь довольно сильные препараты. Они не будут усваиваться, если ты не будешь есть. К тому же, разве не ты учишься готовить? Я думал, тебе это нравится. - Да, очень, – Тецу подошёл к столу, и мы вместе начали разбирать покупки, - На недавнем занятии по кулинарии я научился готовить рагу из крольчатины. Правда, я едва чуть ли не спалил кухню, но это пустяки, – хихикнул Фантом. - Я рад, что тебе весело. Надеюсь, что первым, кто попробует твоё творение из кролика, буду я. - Боюсь, что тебя вывернет наизнанку, если его буду готовить я. Мои умения в готовке ещё не настолько идеальны, чтобы без опаски предлагать мою стряпню другим, – наконец-то он улыбнулся. - У меня крепкий желудок, – ответил я, и мы оба засмеялись. Наполнив холодильник до краёв, мы сели вместе за стол, попивая кофе заваренный Тецуей. Между нами повисло неловкое молчание. - Кисе-кун, мне нужно с тобой серьёзно поговорить, – он старался начать разговор, как можно осторожнее. - Конечно, о чём? – моё поведение было непринуждённым, но вскоре всё кардинально изменилось. Тецу замялся, - Вчера вечером мне на мобильный позвонил твой менеджер, Кая-сан. Я замер. Моя улыбка погасла. Я стал серьёзнее. - Кто, прости? – неловко спросил его я. Мне от чего-то стало страшно. - Она рассказала мне о твоих проблемах на работе. - Что именно она тебе сказала?! – прикрикнул я, не сдержавшись. - О том, что ты отказался от выгодного контракта из-за меня, отнекиваешься от командировок по той же причине, – без утайки Тецу всё выложил. Я видел, как он нервно теребил край своей футболки, – Обо всём. “Я убью тебя, Кая. Зачем она вообще треплется об этом? Как она посмела обсуждать мои ничтожные проблемки с работой, когда Куроко-чи борется с неизлечимой болезнью. У него сильные боли. Он едва справляется с приступами, а эта тупая стерва напрягает и расстраивает его. Ну, что за идиотка.” – я крепко сжал ладони в кулаки. - Тебе не стоит об этом волноваться. Мои попытки убедить Тецую оставить эту тему рухнули, как только он зло закричал, – Перестань!! Я испуганно вздрогнул. Впервые я увидел, как Тецу кричит. - Куроко-чи, ты ч-чего? - Не веди себя, как ребёнок, – он подскочил с места и вылил недопитый им кофе в раковину. Тецу злился сам на себя из-за того, что не мог меня переубедить, – Я думал, что ты помогаешь мне в свободное время по собственному желанию, а не в убыток своей карьере и личной жизни. У тебя хоть девушка есть? - Ах, Куроко-чи, тебе это интересно? – я игриво улыбнулся, приподнимая бровь. - Прекрати паясничать! – рявкнул Тецу, стоя напротив меня, – Я чувствую себя отвратительно, когда думаю о том, что тебе приходится многим жертвовать ради меня. - Ты не прав, – я поспешил его перебить, - Я ничем не жертвую. Мне нравится о тебе заботится. - Кисе-кун, я не морская свинка. Мне не нужен постоянный присмотр, чтобы выжить. Я могу проводить время один. Ты не должен оставлять свою работу лишь из-за меня. - Куроко-чи, но я хочу быть с тобой, как можно дольше, ведь работа может подождать, а ты нет, потому что ты можешь в любой момент…, - я начал быстро тараторить, боясь пропустить даже малейшую мысль. Но меня перебил Тецу. - …Умереть? Да? – он не выглядел расстроенным. Кажется, Тецу действительно смирился со своей болезнью. - Исчезнуть, – поправил его я, тяжело выдохнув, – Я не хочу, чтобы ты говорил о смерти. А вот я не мог похвастаться такой выдержкой. Потому, что я действительно боялся, и этот страх во мне был сильнее всего. Мне было тяжело говорить это, и каждое слово отдавалось болезненной дрожью в сердце. - Ты боишься, что я умру, а тебя не окажется в этот момент рядом? – попытался уточнить Фантом, складывая руки на груди. Я усиленно пытался подобрать слова, чтобы описать свои тревоги, - Нет. Я знаю, что… эм… пока рано… ну… ещё не время для этого, – но, у меня это плохо получалось. Я боялся сказать слово “смерть”. - У меня ещё есть год или полтора, – голос Тецуи был обыденным. Он не испытывал никакой неловкости от этого разговора, а ведь это именно он сейчас должен расстраиваться. - Ты этого не знаешь! – резко возразил я, крича, – Ты не можешь быть уверен в том, что у тебя есть этот год. - Верно, никто не знает, - спокойно подтвердил он, – Прошло всего несколько месяцев после того, как я узнал о своём диагнозе. Большую часть этого времени я провёл борясь сам с собой, со своими мыслями, чувствами, страхами, болью, гневом и постоянной тошнотой из-за привыкания к сильнодействующим препаратам. - Это время было тяжёлым для тебя, – я с сожалением посмотрел на него. - Не только для меня. Для нас обоих, – он перебил меня, – Я знаю, тебе тоже было непросто, хоть ты и не говорил никогда этого прямо и не показывал своей тревоги, – его губы расползлись в искренней полуулыбке, – Кисе-кун, ты не можешь провести то время, что у меня осталось у моих ног, подтирая мою блевотину. Ты не должен забывать, что у тебя есть и своя жизнь: работа, семья, друзья… любовь. Мне не нужна твоя жертва, – а вот сейчас мне стало больно. Почему он не даёт мне заботиться о нём, – Я лишь хочу, чтобы ты понял, я не умру за один день, и это не произойдёт внезапно. Ты же прочёл так много литературы про мою болезнь, ты то уж точно должен знать об этом. Ты сам сказал, что у меня достаточно времени для того, чтобы исправить свою жизнь, но в тоже время ты не должен губить свою, – он положил свою руку на мою ладонь и легонько сжал её. - Ты прав, я боюсь, что с тобой может что-то случиться в моё отсутствие, но ты не можешь меня за это винить. Тебе было так плохо, и я всё это видел. Я наблюдал за твоими страданиями все эти месяцы и… это тяжело. Что, если я уеду, а у тебя случится приступ, что, если ты не сумеешь себе вовремя помочь? Твоя болезнь непредсказуема. Лучше, чтобы с тобой кто-то находился, иначе мне будет неспокойно. “Он что, моя мамочка?” - Мы даже не пробовали. Я справлюсь. Дай мне шанс. Слава Богу, мы живём не в каменном веке. У нас есть чудо-техника: телефоны и пейджеры. Я всегда могу быстро набрать номер моей больницы и вызвать бригаду скорой помощи. Меня тут же доставят в отделение онкологии. - Не смеши меня, Куроко-чи, – хмыкнул я, отнекиваясь, - Во время приступа ты даже не можешь свои таблетки проглотить, не говоря уже о том, чтобы добраться до телефона и кому-то позвонить. А что, если тебе станет плохо на улице? Люди бывают бессердечными. Они не будут знать, в какую именно больницу тебя везти, и как тебе помочь, возможно, что тебя даже могут просто бросить, даже скорую не вызовут. Нет, я не могу так рисковать. - Значит, я буду носить с собой медицинскую карту. Да, так и сделаем, решено, – Тецу изо всех сил старался меня убедить в том, что в моё долгое отсутствие с ним ничего не случится, и что он полностью справится с одиночеством, - Да ладно тебе, Кисе-кун, я ведь не единственный человек, кто страдает таким заболеванием. Другие же как-то справляются, мы просто не знаем <<как>>. Возможно, стоит посоветоваться по этому поводу с Аясе-сан? Она нам что-нибудь порекомендует, и мы сумеем найти способ быть порознь друг от друга и при этом не переживать. Я резко повернул голову в сторону, не желая слушать продолженье. “Куроко-чи, ты не понимаешь. Даже если мы найдём способ спокойно находиться на расстоянии друг от друга, то я всё равно не смогу полностью расслабиться и перестать волноваться за тебя.” - Ну? Как тебе идея? – Тецу протянул мне руку, - Попробуем? Я тяжело вздохнул. Меня гложили сомненья. Я не верил в то, что найдётся такой способ, при котором я буду чувствовать себя спокойно за жизнь Куроко и при этом находиться вдали от него. Но я был готов попробовать его поискать. - Была, не была, – махнув рукой, я с трудом, но всё же согласился, – Ладно. Давай хотя бы попробуем, но, если не получится… - Мы найдём другой способ, – вновь перебив меня, Тецуя налетел на меня с объятьями. “Кисе-кун, я молюсь о том, чтобы у нас это получилось, потому что иначе мне придётся оставить тебя.”

***

В тот же день я на всех парах прибежал в фото-студию к своему менеджеру. Вбежав в комнату, где меня ждала Кая, я порвался внутрь и, подбежав к ней, зарядил ей пощёчину. - Как ты могла?! – зло прокричал я, глядя сверху вниз на упавшую подругу, – Зачем ты звонила Куроко-чи? Он понял, что ты знаешь о его болезни. Ты позволила ему страдать, чувствовать себя беспомощным, слабым, больным. Мало того, что ты ему позвонила, да ещё и посмела с ним разговаривать об этом. Кто тебе вообще разрешал трепать о его состоянии? - Я-я хотела, как лучше, – она заплакала, – Это всё ради тебя! - Это вообще не твоё дело! – рявкнул я. Она даже подпрыгнула от страха, – Никто не просил тебя мне в чём-либо помогать. Мне вообще не нужна чья-то помощь. Как же вы не поймёте, меня не нужно спасать. Я сам захотел заботиться о Куроко-чи. - Ты не должен жертвовать своей жизнью ради него. Даже твой друг это понимает, – плаксиво ответила девушка, поднимаясь с пола, – Он хочет, чтобы ты был счастлив. - И напрасно. Потому что его в данный момент должно волновать лишь его здоровье, а не моя работа и счастье, – меня злило, что Тецу халатно относится к своему состоянию, про-крайней мере, я в это сам искренне верил, при этом я совсем не брал во внимание тот факт, что обо мне тоже могут хотеть заботиться. В тот момент я полностью погряз в страхе за жизнь своего друга. Свою собственную жизнь я отставил в сторону. - Рёта, твои опасения напрасны. Куроко-кун хочет показать тебе это. Ты должен доверять ему, чтобы он сумел довериться тебе, – она крепко сжала мои плечи руками, – С ним всё будет хорошо. Ты должен в это верить. Я знал, что она права, но, тем не менее, продолжал настаивать на своём, - Не лезь не в своё дело, Кая, – разозлившись, я раздражённо стукнул дверью, выходя из комнаты. “<<Верить>>? Разве моя вера сможет вылечить Куроко-чи? Сможет спасти его, если у него неожиданно случится приступ? Возможно, я боюсь за него чересчур сильно, но это только потому, что я просто не знаю, как можно просто довериться судьбе и полагаться лишь на случай. Типо, если повезёт, он каким-то чудом выживет, а, если нет, то уж не обессудь? Разве возможно учесть все варианты развития событий, на случай если Тецу действительно поплохеет. Возможно ли всё учесть? Конечно же, нет. И это пугает меня. Могу ли я довериться судьбе? Могу ли я поверить?” END POV Кисе Рёта. POV Тецуя Куроко: Постепенно мне удалось уговорить Рёту вернуться к прежнему темпу своей работы модели. Агентство подыскало ему наиболее удобный график работы, чтобы он успевал, и работать, и посещать игры, и ещё для меня время выкраивать для того, чтобы заботиться обо мне. Через пять дней с нашего с ним разговора Рёта собрался на Хоккайдо в командировку. Он обещал вернуться через три дня, ведь именно тогда был Новый год. Мы хотели отметить этот праздник вместе, поэтому заранее договорились о том, что сразу после возвращения из своей командировки он приедет сразу ко мне домой, и мы вместе отпразднуем. Для нас обоих эта поездка имела особое значение – это был, как пробный экзамен на выносливость. Мы двое хотели узнать, проверить, возможно ли продолжать жить, как раньше, даже зная о моём диагнозе? По настоянию моего лечащего врача, Аясе-сан, мы заранее подготовились к неизбежному расставанию. Так сказать, на все случаи жизни. Он заехал ко мне, чтобы попрощаться. Мы стояли на пороге моей квартиры. Рёта уже собирался уходить. - Я собрал тебе бенто в дорогу. Может, ты захочешь поесть, – я любезно протянул ему упакованную коробочку с приготовленной мной едой. - Оу, Куроко-чи, спасибо, – с улыбкой до ушей Кисе налетел на меня с обнимашками. Он забрал коробку-бенто у меня из рук и осторожно уложил её себе в спортивную сумку, которую он брал собой в поездку, – Я вернусь через три дня. Постарайся не умереть за это время, – Рёта злобно ухмыльнулся, всё ещё злясь на меня за то, что я уговорил его поехать на работу. - Ну, ты и шутканул, – хмыкнул раздражённо я, ставя руки в боки. Он начал быстро обуваться в зимние сапоги, при этом ещё и успевая поучать меня. Ему хотелось учесть даже самые мизерные детали. - Холодильник? - Полон. Всё самое свежее и полезное, – игриво ответил я, поражаясь настойчивости Рёты в данном вопросе. - Мобильный? - Твой номер в начале списка, – я показушно повертел мобильник у себя в руке перед ним, - Скорая помощь на быстром наборе. - Лекарства? - Таблетки на видном месте. На всякий случай я всегда буду носить их с собой, - я вынул из своей школьной сумки специально купленный контейнер для лекарств, где всё было разложено по своим ячейкам и подписано, когда и сколько в какое время принимать. Он был полон. Кисе облегчённо выдохнул. “Вроде ничего не забыл. Теперь я могу ехать.” – подумал он, надевая наспех куртку и обматывая вокруг горла шарф. - А вода? – встрепенулся только-только успокоившийся Рёта. Он сегодня весь день на иголках. Боится, что что-то забудет. Я вынул и небольшую бутылочку воды, чтобы в любое время иметь возможность запить свои лекарства. - Она всегда со мной, – ответил я, стараясь успокоить чересчур разбушевавшегося, нервного друга. - Мерей давленье каждый вечер и не забывай о том, что порой после принятие микстуры у тебя начинает кружиться голова, – он наглядно мне всё показывал: где и что лежит. У меня были небольшие пакетики лекарства, больше похожего на жидкий мел. Производитель утверждает, что их курсовой приём замедляет рост опухоли. Но на вкус, должен признать, оно просто отвратительно. - Значит, я прилягу. Ничего страшного не случится, – улыбнувшись, я обнадёжил его. Я хотел доказать ему, что я могу справиться со всеми трудностями самостоятельно даже в минуту опасности. Он схватил спортивную сумку со своими вещами и собирался уже уходить, как вдруг в какой-то момент Рёта отдёрнул сам себя, будто что-то резко вспомнив. - И не забывай курить ни больше двух сигарет в день, – уточнил он, указывая пальцем на целый новый блок Marlboro. Он подхватил уже открытую упаковку моих сигарет, которых я ещё не успел скурить, с зажигалкой и вложил мне их в руку со словами, – Постарайся не попасться никому из баскетбольной команды. - Хорошо. Не переживай и езжай спокойно, – я ему улыбнулся. - Эх, если что, звони, – он сделал последнее предупрежденье, а после, напоследок крепко обняв меня, выбежал из дома. Его уже несколько минут ждал служебный фургончик, чтобы отвезти его в аэропорт. Я подошёл к окну и, выглянув наружу, увидел, как Рёта, сломя голову несясь к машине, машет меня рукой, при этом спотыкаясь. Я не смог сдержать смех. “Он действительно чудесный друг и человек прекрасный. Уж не знаю, почему он так скрытен в отношении своей семьи. Вполне возможно, что они плохие люди, но я его никогда не брошу, про-крайней мере, пока ещё живу.”