Стану солнцем

Всю следующую неделю Кисе тщательно готовился к предстоящему Дню Рожденья друга. За день до праздника парень поехал в Гинзу. Парень хотел купить себе новый галстук, чтобы произвести на родителей Куроко хорошее впечатление. “Почему у меня все галстуки с идиотскими рисунками? Я хочу надеть что-нибудь стоящее, чтобы выглядеть взрослее. Я должен произвести впечатление умного, стильного парня.” – именно так думал Рёта, рыская у себя в шкафу. Кисе видел предстоящую встречу с родителями Тецу для себя неким экзаменом, в котором его будут оценивать по всем возможным параметрам: <<характер, сила, остроумие, надёжность>>. И ему хотелось получить высшую оценку по каждому из аспектов. Парень искренне верил в то, что раз он присматривает за их сыном, то они, как добропорядочные родители, должны хотя бы убедиться в его разумности. Внимательно рассматривая галстуки в магазине и примеряя их, Рёта крутился возле зеркала, недовольно хмурясь. - Не этот, – буркнул он, откидывая неприятный фиолетовый галстук в сторону и прикладывая к горлу другой, – И не этот! – чем больше Рёта выбирал, тем сильнее злился. По его мнению ни один из представленных предметов гардероба не был достоин того, чтобы надеть его на столь важное для него торжество. Заметив нервозность клиента, одна из продавщиц подошла к модели, – Простите, вам что-нибудь подсказать? - Да, у вас есть ещё галстуки? - Это довольно старые модели. Хотите взглянуть на новую коллекцию? – предложила вежливо девушка, указывая на другую стойку. Рёта пошёл за ней. Женщина вынула галстук красивого мятного оттенка, - Как насчёт этого? Думаю, зелёный вам идёт. Он подходит к вашим ярким глазам. “Такой больше Мидорима-чи бы подошёл. Он обожает зелёный.” - А есть что-нибудь менее юношеское? Я хочу выглядеть солидно и серьёзно, чтобы мне доверяли, – Рёта старался, как можно точнее описать свои внутренние переживания. - Понимаю. У вас какая-то важная встреча? - Ну~у, в общем да. Для меня это очень важно, – ответил блондин, а продавщица побежала к совершенно другой стойке. Вернулась она уже с новым галстуком в руках, – Вот, это то, что нужно. Её руки приложили к горлу Рёты тёмно-коричневый галстук, больше смахивающий на песочный цвет. Парень смотрел на себя в зеркало, мысленно представляя себя в костюме, - Мне нравится, – улыбнувшись, сказал он, – Я возьму. - Спасибо за покупку, – весело пропела девушка, отдавая сдачу. Расплатившись, Кисе побежал в кондитерскую, где заранее ещё три дня назад заказал торт с любимым Куроко бисквитом. - Вот, возьмите ваш заказ. Всё сделано так, как вы просили, – кондитер протянул коробку с тортом Рёте. Заплатив за него, он собирался возвращаться домой. Стоя на станции, ему показалось, будто он увидел знакомое лицо в толпе. “Это невозможно. Она просто не может здесь быть.” – блондин испуганно метался глазами по пирону, ища ту, что совсем недавно ему, казалось, он углядел. Рёта сейчас был похож на психопата, ищущего объект своей страсти, маниакально ища лицо той, кого давно уже мечтал и в тоже время боялся увидеть. Когда вдалеке промелькнули длинные локоны брюнетки, он вздрогнул, остановил минутное дыхание, – “Неужели это действительно она?” - Нет,… не может быть. Она сейчас должна быть в Лондоне, - сам себя убеждал баскетболист. У парня были смешанные чувства. Он не знал, чему верить. Быстро достав свой мобильный, Рёта набрал телефон старшей сестры. Та ответила не сразу, но в приподнятом настроении, – Ало, братец? - Юки, мне кажется, я схожу с ума, – нервным голосом залепетал блондин. - Что случилось? – обеспокоенно спросила девушка на другом конце провода. - Мне показалось, я видел Амиру. - Этого не может быть, Рёта, – Юки попыталась остановить истерику брата, - Она в Лондоне уже два года. - Я знаю, что она не может быть в Японии, но почему-то меня не оставляет чувство, будто это действительно была она. Черты лица, цвет глаз – всё так же, как и у Амиры, только волосы стали чуть длиннее. - У тебя что, уже глюки начались? – насмешливо спросила она. - Может быть, я не знаю. Теперь я уже ни в чём не уверен, – нервно ответил форвард, продолжая искать потерянную знакомую. - Послушай, брат, я знаю, что вы с ней не очень хорошо расстались, но прошло уже два года. Я думала, ты уже перестал гоняться за её тенью. - Я тоже так думал, – печальным голосом ответил Рёта. Он был рад в своё время избавиться от этой женщины. Когда-то нынешний ловелас Кисе Рёта сума по ней сходил. Он всюду следовал за этой простой девушкой по имени Амира, бредил ею. И даже после того, как та уехала на другой континент, порвав с ним все связи, форвард продолжал скучать по ней. Прошло два года и чувства Рёты подостыли, про-крайней мере ему в это искренне хотелось верить. - Думаю, ты права, я зря себя накручиваю. Её не может здесь быть, – обречённо, на выдохе произнёс он в трубку. Он давно смирился с тем, что она ушла, - Прости, что отвлёк тебя своим глупым звонком. - Нет, что ты, я понимаю. Пока, – Юки первая бросила трубку. Рёта продолжал стоять на пироне, пропуская поезда мимо себя. Его больше не волновало то, что он может опоздать или вовсе не вернуться домой. Сейчас его волновал лишь вновь посетивший его “призрак” девушки, которую он когда-то любил. POV Куроко Тецуя: Нехотя надев смокинг, я поехал на свой собственный праздник по случаю моего Дня Рождения. Настроение у меня было упадническим. Мне совершенно не хотелось праздновать этот день и уж тем более видеться с кем-то, строить гостям счастливые улыбки, поддерживать с ними разговор. Мои родители жили на окраине Токио в небольшом особняке. Внутри повсюду горел свет. Праздник был в самом разгаре: музыка, море еды, красивые цветочные украшения в виде композиций, расставленных повсюду. - Сынок! – первым мальчика заметил Шуса, – Ты приехал. А, где твой друг, про которого ты мне говорил по телефону? - мужчина был в сером дорогом дизайнерском костюме без галстука. Все гости, наверное, завидовали ему и лишь сам Тецу знал, что этот костюм - единственная приличная вещь в гардеробе у нерадивого отца, причём далеко не новая. Это серое мешковатое “чудо” мужчина носил уже третий год. - Он сказал, что приедет чуть позже, – ответил мальчик, замечая, что прямо ему на встречу идёт его мать в новом и, небось, безбожно дорогом чёрном платье с глубокими вырезами на бедре и груди. Женщина выглядела роскошно, как если бы она сейчас баллотироваться в президенты собралась, в её руке был бокал шампанского. - Тецу, сынок, наконец-то ты приехал. Пойдём, я тебя познакомлю со своим бизнес партнёром, – женщина, совершенно не упоминая о недавней ссоре с сыном, повела его к гостям. Парень вежливо и тактично всем улыбался, принимая поздравления с шестнадцатилетнем. “Когда всё это кончится?” – подумал мальчик уже через полчаса после того, как приехал в родной дом, – “Как много гостей. Она что, всех своих коллег по работе сюда пригласила? Это вообще мой День Рожденья или её? Ходит со мной под ручку, показывает меня всем своим друзьям, попутно хвастаясь тем, что я отличник, спортсмен, играющий в баскетбол и подающий большие надежды парень. Я что, шут? Почему она выставляет меня напоказ, как какое-то чучело, набитое ватой в прихожей?” - Мама, может, хватит? – запротестовал я, вырывая свою руку из её хватки. Отойдя от неё на несколько шагов, я быстрыми движениями начал поправлять свой костюм. Исуи задумчиво разглядывала сына, – Сынок, у тебя всё нормально? В последнее время ты как-то изменился. - Я не изменился, – сказал лишь бы отвязаться, - Всё нормально. - Знаю, ты считаешь, что я не замечаю такие вещи, но я вижу. Что с тобой происходит? – она настаивала на ответе, что сильно злило мне. Я сорвался, - Ты можешь строить из себя мать, но не забывайся. Не переоценивай свои силы, ладно? Исуи вновь получила не тот ответ, который ждала. Ей казалось, что она постепенно теряет контроль над сыном. Подсознательно женщина понимала, что мальчик как-то изменился: он стал бледным и каким-то пустым. Причины она не находила или же просто не хотела искать. - Тецу, ты подстригся? – подметила она, стараясь угадать причину моих изменений. - Да, ещё в октябре, – хмыкнул я, разглядывая гостей. Среди них я заметил тех, кого совершенно не ожидал увидеть, – Мама, что здесь делает Поколение Чудес? Это ты пригласила их? Зачем? - Как это зачем? Они ведь твои друзья, а сегодня твой День Рожденья, – Исуи хотела сделать приятно сыну, заодно и помириться с ним, но на её удивление меня это не обрадовало. - Ты что наделала?! – я повысил голос, – Мы сейчас в очень плохих отношениях друг с другом. Я почти не общаюсь с сокомандниками. - Я думала, тебе будет приятно, – несвязно пробормотала беловолосая, оправдываясь, – Я хотела сделать тебе сюрприз. - Мама, прежде чем делать мне такие “сюрпризы”, поинтересуйся для начала, хочу ли я этого или нет, – потребовал я, чувствуя, как с каждой минутой всё вокруг становится только хуже, – Если у тебя ещё сегодня для меня есть “сюрпризы”, то ты лучше меня сразу предупреди, - гаркнув это, я нацепил на лицо фальшивую радостную улыбку и поплёлся к сокомандникам. Момои-сан была, как всегда, громче и резвее всех. Поздоровавшись со всеми и выслушав очередную порцию язвительных шуточек от Дайки, я, наконец, сумел от них вырваться. “Чем дальше праздник, тем несчастнее я себя чувствую.” – именно это я испытывал, стоя в гордом одиночестве на своём собственном Дне Рождении. Все вокруг веселились, и лишь я один подпирал скучающе стенку в углу зала. Меня не интересовала музыка, не привлекали угощенья, даже гости в конец осточертели. Единственное, чего я в тот момент желал, так это убраться от туда, как можно скорее. Примерно в середине вечеринки к празднику присоединился Рёта. - Куроко-чи, я прибыл к тебе с подарочком! – он весело прыгнул на меня с объятьями, – Так что с праздничком тебя. Приторно цокнув, я похлопал друга по спине, – Спасибо, – вяло поблагодарил его я. У меня просто не было настроения на какие-либо нежности. Я чувствовал себя чужим посреди собственного праздника, но, собираясь сюда ехать, я был готов к этому. - Что-то я не слышу радости в голосе, – приторно подметил он, пристально смотря мне в лицо. Я не собирался углубляться в детали своего пессимистичного настроения, – Раз уж ты приехал, то поешь хоть. Повар всё очень вкусно приготовил. На кухне сегодня весь день разделывали туши, – я указал на шведские столы, стоящие по периметру зала. Все они были завалены едой. Рёта взял тарелку и, наложив немного еды, стал на ходу всё это поедать, – Действительно вкусно, – он облизывался, а я, глядя на это, впервые за весь сегодняшний день улыбнулся, – Куроко-чи, а ты ничего есть не будешь? - Я не хочу, – коротко ответил я, мучаясь от тошноты вызванной лекарствами. У меня совершенно не было никакого аппетита, – Кстати, тут всё Поколение Чудес. Их мама пригласила, – Рёта едва не подавился, – Как доешь, иди, поздоровайся. Неприлично будет, если ты их проигнорируешь. - Я не знал, что они тоже здесь будут, – тихо произнёс он, глядя на стоящих вдалеке друзей по команде. - Я тоже не был в курсе. По идее это должен был быть сюрприз, типо я радоваться должен, – поведал я, сморщив лицо в неприятной гримасе. - А, что твои родители? - Папа шампанское глушит, а мать лебезит перед своими заграничными партнёрами, – я презрительно фыркнул, – Пойдём, я тебя им представлю. Рёта сразу начал нервничать, приглаживая по-быстрому свой костюм. - Пап! – окликнув отца, я подвёл Рёту к нему. Шуса на вид выглядел намного моложе, чем он есть на самом деле. Создавалось такое впечатление, что мой отец школьник старших классов. Его голубые глаза столкнулись с ярко-жёлтыми очами, – Познакомься, это мой друг, я тебе о нём по телефону рассказывал. Помнишь? - Кисе Рёта, – представился чересчур серьёзным тоном блондин, протягивая ладонь моему отцу. “Чё это с ним? Перед ним мой задрипаный папуля стоит, а не министр обороны.” Мужчина небрежно улыбнулся и сделал тоже самое в ответ, – Очень приятно, Рёта-кун. Я – Куроко Шуса. Мой сын говорил, что ты играешь с ним в одной команде по баскетболу. - Да, и мы ещё в одной средней школе учимся, – нервно ответил блондин, подмечая, что его руки начинают медленно потеть от напряжения. Шуса разговаривал с мальчиком однообразно, спокойно, с игривой улыбкой, без какого-либо напряжения. После, к ним подошла и Исуи, – Шуса, чем ты занимаешься? - Дорогая, я тут знакомлюсь с другом нашего сына, – мужчина указал рукой на блондина, – Его Кисе Рёта зовут. - Очень приятно с вами познакомиться, Исуи-сан, – вежливо поздоровался он, смотря на мою мать. - Мне тоже, – вальяжно ответила Исуи с напомаженными яркими тенями глазами. Её голос был высокомерным, но лишь до тех пор, пока она не вспомнила о том, что уже где-то слышала фамилию <<Кисе>> в сфере бизнеса, – Простите, ваш отец случайно не Кабуки Кисе? - Да, это мой отец, – подтвердил Рёта унылым голосом. Ему было не очень приятно осознавать тот факт, что его заметили лишь благодаря известным именам своих родителей. Ему хотелось, чтобы его оценили по личным качествам, особенно, если речь шла о родителях Тецуи. Женщина тут же заулыбалась, – Я, кстати, знакома с твоей матерью, Марикой. Она мне деловые костюмы шьёт, - её речь приобрела услужливый, мягкий характер. - Вот как, – он грустно ляпнул то, что ему первое пришло в голову. Парень вдруг понял, что произвёл на них впечатление лишь, как сын бизнесмена и известного модельера. Его это печалило. Заметив понурый вид друга, я поспешил всё исправить, – Ты не прав. - Что? – непонимающе спросил меня он, глядя мне в глаза, – О чём ты, Куроко-чи? Я пока ещё ничего не сказал. - А это и не нужно, у тебя на лбу всё написано, – я ему улыбнулся, – Не знаю уж, как моя мать, но отцу ты очень понравился. Я уверен. - С чего ты так решил? – в его речи появился проблеск света. Засияла надежда в его глазах. - Он тебе улыбнулся, обычно он не особо дружелюбен с незнакомцами. Да и смотрел он на тебя по-особому, – пояснил я ему, выходя из дома через чёрный ход. Я достал сигареты и стал курить, стоя под козырьком. Рёта вышел со мной, - Значит, ты у него доверие вызываешь. Мой папочка очень хорошо в людях разбирается. - Ты, правда, думаешь, что я ему понравился? – всё ещё недоверчиво спросил меня он. - Уверен, – решительно ответил я, делая очередную затяжку. - А твоя мама? Ей я понравился? - Я тебе по секрету скажу: ей вообще никто не нравится. Она – <<женщина скала>>, такую так просто не сломаешь. - Но ведь для тебя очень важно её мнение, ведь так? – он растянул губы в усмешке. - С чего ты это взял? - С того что она – твоя мама. Мама всегда остаётся мамой. Её мнение превыше любого другого. - Прекрати умничать! – гаркнул я, гася сигарету об асфальт. Он только ещё сильнее заулыбался. Понурив голову, я печально произнёс, – Она всё равно никогда не скажет мне, что на самом деле чувствует. Она постоянно прячется за всеми этими своими улыбочками, работой и никогда прежде не говорила мне, что действительно думает обо мне, об отце. Я постоянно чувствую её недовольство, её фальшь. Порой мне кажется, что я никогда не видел её настоящую и что всё, что она делает или говорит – ненастоящее, фальшивое. - Может у неё есть на то свои причины, - Рёта знал, какого это, не понаслышке, ведь он сам один из таких людей. Их с Исуи можно было назвать двуличными. Думали они об одном, а вот делали совершенно другое. - Может и так, но я всегда думал, что между по-настоящему близкими людьми не должно быть тайн. “Раз Куроко-чи так думает, значит и я должен ему однажды открыться. Я обязательно покажу ему себя настоящего. Если уж мы по-настоящему дружим, значит, мы должны полностью доверять друг другу. Я должен ему открыться. Даже если он меня не примет, я заставлю его понять. Вот только нужно его как-то прежде подготовить.” - Куроко-чи, давай вернёмся в зал. Тут холодно, – мы оба зашли внутрь. На улице дух холодный ветер, да и снег ещё не растаял. Уловив подходящий момент, Исуи увела меня в сторону. Ей не терпелось со мной о чём-то поговорить, я понял это по её довольной улыбке и игривому настроению. - Сынок, скажи, у тебя есть девушка? – поинтересовалась она, косясь хитрым взглядом на меня. “Что-то мне уже не нравится этот разговор.” – я предвкушал очередное разочарование. - Нет, а что? – нехотя ответил я. Исуи облегчённо выдохнула, – “Вот и отлично, значит, он не будет против того, что у него с сегодняшнего дня появится невеста?” - она думала, что её план постепенно начинал сбываться. Решив начать разговор издалека, Исуи сказала, – Тецу, как ты смотришь на то, чтобы жениться? Я замер, едва находя в себе силы на ответ, - Мам, какое к чёрту <<жениться>>? Мне всего шестнадцать. - Отлично. По закону тебе уже можно завести семью! – воодушевлённо подметила беловолосая, а я изо всех сил старался её не ударить чем-нибудь. “Что за хрень она несёт?” - Мам, прекрати сейчас же этот разговор, иначе мы с тобой снова поссоримся, – сделав грозное предупреждение, я замолчал. Мне больше не хотелось говорить с ней. “Каждый раз, когда она открывает рот, мне хочется плакать.” Исуи, как всегда, не собиралась сдаваться так легко. Она настаивала на своём, и это предвещало новый скандал. Она быстро подозвала рукой отдалённо стоящую в углу зала девушку. У неё были длинные зелёные волосы, заколотые в красивую причёску, голубые большие глаза. На ней было коротенькое фиолетовое платье дорогого бренда, свежий маникюр. Сразу видно, что она из богатой семьи. Я её даже не замечал прежде, а вот моя мама, похоже, весь сегодняшний вечер ждала её прихода, чтобы представить её мне. - Сынок, познакомься с Кирой. Она дочь моего партнёра во Франции, – её буквально распирало от счастья. - Очень приятно, – я кинул эту фразу, как гранату. Мне было плевать на неё и ещё больше мне было плевать на мать, так рьяно старающуюся подсунуть мне незнакомку в жёны. Мне было не трудно её раскусить, но всё-таки где-то в глубине души я надеялся на то, что она не настолько сильно опустилась, чтобы “продавать” своего собственного сына, ища в этом свою выгоду. “Пусть всё это окажется сном. Я не хочу верить в то, что мама организовала помолвку без моего согласия.” - Меня зовут Кира Фермополис, – она элегантно подала мне руку для поцелуя. Этикет ещё никто не отменял, поэтому пусть и не с особым желанием, но я всё же поцеловал тыльную сторону её ладони. - Куроко Тецуя, – представился я, приторно улыбаясь. - Кира учится в национальной школе-академии “Святой Патриции”, – начала рассказывать Исуи, стараясь заинтересовать сына. - Не слышал о такой, – я старался быть вежливым с ней из последних сил. - Это частная школа для девочек, – пояснила Кира, улыбаясь мне. Дальше, она сморозила настоящую глупость, – Мой отец сказал, что возможно вы станете моим мужем, – я чуть не грохнулся. “Ей что, совсем наплевать на то, что сейчас здесь происходит? Нас тут как бы заблаговременно поженить собираются, а ей всё равно?” Кисе стоял совсем неподалёку, рядом с фуршетным столом, поэтому он всё слышал. Едва не подавившись котлетой по-киевски, он едва сдерживал себя от громкого выкрика: “Не бывать этому!” Почему-то сейчас он чувствовал себя совершенно не так, как должен себя ощущать человек с точным ограниченным статусом: <<просто друг>>. “Почему мне так не хочется этого слышать? Наоборот, я должен радоваться за Куроко-чи.” – Рёта перекинул свой взгляд через плечо, с ног до головы разглядывая Киру, - “Девушка очень красивая.” – от этой мысли и её осознания Кисе почему-то только ещё больше впадал в депрессию. - Я не твой будущий муж, – чётко пояснил я ей, отчеканивая каждое слово, – Всё, что сейчас происходит – сплошная показная хрень. Я не собираюсь жениться, тем более, если этот брак организовала моя чокнутая мамаша. - Тецу! – Исуи повысила голос, но мне было всё равно. - Почему ты так категоричен? Ты же меня совсем не знаешь, – замявшись, сказала девушка, – Может быть, я тебе ещё понравлюсь. - А тебе самой не противно учувствовать во всём этом? – задав ей этот вопрос, я увидел, как её голова поникла. “Возможно, она сама не желает этого брака?” – я понял всё без слов, – “И от чего я решил, что она согласилась по собственной воле? Скорее всего, её так же, как и меня, никто не спрашивал её мнения по этому поводу. Я должен быть к ней снисходительней. Мы в одном положении. Вполне возможно, что у неё даже есть любимый человек.” - Прости, – я машинально извинился перед ней, осмысливая всё происходящее, – Я не должен был так с тобой говорить, – улыбнувшись, я протянул ей руку, – Давай потанцуем? Скоро начнётся вальс, - мне хотелось её как-то приободрить. Она положила неуверенно свою руку в мою ладонь, после чего мы оба закружились в танце. Кира расслабилась и даже улыбалась. Со стороны можно было подумать, что мы хорошо поладили, но я едва знал её, а она меня. Мы оба были, как две лодки посреди океана – наполнены до краёв безысходностью и одиноки. В каком-то смысле я понимал её. В конце концов, она тоже была вынуждена играть свою роль. Моя мать, глядя на танец, умилялась, а Рёта от чего-то злился. Ему не нравилось то чувство, которое он испытывал, смотря на меня с девушкой. “Они так хорошо смотрятся вместе. Почему они так долго танцуют? Кажется, им весело вдвоём.” – он чувствовал несвойственную для него злость, – “Почему я чувствую это? Почему так веду себя, словно я…” – он замер, не веря собственным мыслям, – “Нет. Неужели я влюбился в Куроко-чи?” Оттанцевав вальс, она дала мне свой номер телефона, – Позвони мне, если передумаешь, поболтаем, - я взял бумажку с её номером и, затолкав её себе в брюки, проводил девушку взглядом, пока та уходила. Она быстро уехала с вечеринки. Я подошёл к остолбеневшему Рёте, – Кисе-кун, ты чего? С тобой всё в порядке? Тот никак не отреагировал, кроме громкого взвизгивания, - А! – он очнулся, подпрыгнув на месте, – Прости, я просто задумался, – быстро протараторил он, намеренно избегая моего взгляда. - Я хочу уехать отсюда. - Оу, ладно, тогда пойдём, – он был растерян. - Нет-нет, ты можешь остаться, если хочешь, – я замахала руками, уговаривая друга поступить так, как хочется ему самому, - Праздник будет длиться до полуночи. - Я приехал сюда ради тебя. Если ты уедешь, то этот праздник потеряет свой смысл, – хмыкнул Рёта, выходя вместе со мной из особняка, – Послушай, давай сначала заедим кое-куда? - Куда? – удивлённо спросил его я. - Увидишь, – ответил он с таинственной улыбкой на лице. Мы сели в такси. Рёта назвал совершенно незнакомый мне адрес. Это была многоэтажка на краю Токио. Ночной зимний город был прекрасен, особенно если смотреть на него с тридцатого этажа. Когда мы зашли на крышу, я увидел усыпанные россыпью огни внизу. Всюду горел свет. Казалось, будто я смотрю на рой цветных светлячков, летающих повсюду. Посередине крыши был накрыт небольшой стол. Там, конечно, не было кучи изысканной еды, как на банкете у меня дома, но нежность, с которой всё это было приготовлено, пронизывала меня до самых глубин сердца. Всё было пропитано его стараниями. Я потерял дар речи, увидев эту красоту. “Никогда прежде я ещё не получал столь замечательного подарка.” Внутри всё трепетало. Этот день был одним из лучших в моей жизни. Моё шестнадцатилетние было особенным. Даже зная о том, что мне никогда не исполнится семнадцать, я не грустил, мне не было больно, наоборот, я был счастлив. Это волшебное чувство я ощутил лишь благодаря Рёте. Это стало нашим началом – мы оба поняли в тот день, что уже не можем друг без друга. Горели свечи, стоял торт, сделанный и оформленный на смешную баскетбольную тематику, баклажка двухлитрового яблочного сока и два гранённых стаканчика, - вот набор настоящего счастливчика. Мне не нужны были дорогие подарки, ни нужны были гости, ни музыканты, ни застолье еды. Я просто хотел почувствовать себя живым. - Ну что, именинник, давай резать тор! – весело залепетал блондин, подталкивая меня к столу. Мы взяли нож и вместе отрезали два равных кусочка, при этом громко хохоча. - Вкусно, – облизывая пальцы, я отрезал себе ещё кусок торта. - Я рад, что тебе понравилось. Кстати, я тут краем уха услышал о том, что ты невестой обзавёлся, – как бы невзначай, типо он случайно упомянул, сказал Рёта. - А, ты про это? Не смеши меня, какая к чёрту <<невеста>>? – хмыкнул я, запихивая торт себе в рот, - Просто моей мамочке приспичило бизнес с моей помощью расширить. Решила раз у меня характер мягкий, то я вроде, как и не замечу внезапное появление в моей жизни какой-то бабы в сарафане. Ей крупно повезло, что я не стал сегодня прямо при её расфуфыренных гостях скандал устраивать. Да и девушке всё следует толком объяснить. - Что объяснить? - Ну~у, то, что у меня не может быть никаких отношений, ни с ней, ни с кем-либо другим, – ответил, как на одном дыхании. - Это почему?! – заголосил непривычно громко Кисе. Я даже испугался слегка, но после он поутих, осознав, что ведёт себя странно для данной ситуации. - Как это “почему”? Кисе-кун, ты что забыл, чем я болен? – он вздрогнул, - У меня не может быть будущего, ни с ней, ни без неё. Что я могу пообещать этой девушке? Год жизни со мной, от силы полтора? Какие перспективы ждут её со мной? Подтирать мою блевотину и сидеть сутками напролёт в больнице, так что-ли? Или может быть, возить меня на переливания? С УЗИ и обратно? - Разве жизнь ограничивается лишь этим? Можно полноценно жить и любить вне стен госпиталя, да, где угодно. Разве это важно? Если люди любят друг друга, то совершенно не важно, сколько продлится эта любовь и, где она пройдёт, важно лишь <<как>>. В конце концов, ничто не вечно. - Да, особенно я, – фыркнул я, попивая сок, – Я не вечен. - Никто не вечен. - Но моё время ограничено. - Любовь никогда не бывает безболезненной, Куроко-чи. Порой нужно испытать агонию, чтобы познать настоящую любовь и построить крепкие отношения. - Но нужна ли ей такая любовь? Я сильно сомневаюсь в этом. - Ей, скорее всего, нет, но возможно… есть кто-то другой, кто готов испытать нечто подобное, – Рёта поднял на меня глаза. Я понял, что он хочет мне что-то сказать, но, то ли не решается, то ли просто не может. “Куроко-чи, не отказывайся от чувств, которые тебе возможно суждено пережить. Ты не будешь жить долго, но пока ещё у тебя есть время и его ты должен прожить так, как хочешь сам. Не отказывайся от любви, которая у нас может быть. Я могу подарить тебе волшебное чувство любви, если только ты мне позволишь.” - Таких людей не существует, – горестно ответил я, – Иначе я бы не был так одинок. Мы вместе провели остаток вечера. Была зима, но я не чувствовал холода. Мне было тепло и хорошо. Разъехались мы лишь ближе к утру. END POV Куроко Тецуя. Тем же вечером, на другом конце Токио в районе Бункё, в родном доме Кисе Рёты сидело две девушки, одна из которых была его сестра – Юки, а вот вторую звали Амира. Они сидели в просторной шикарной гостиной и пили свежезаваренный домработницей кофе. - Мм, какой вкусный аромат, – с улыбкой сказала брюнетка с длинными по пояс волосами. У неё были большие зелёные глаза с голубым отливом, красивая фигура, длинные ноги, в общем, прямо как модель с обложки. Амира в своё время училась в одной старшей школе с сестрой Рёты. Они с Юки сидели за одной партой. Девушки дружили. Даже не смотря на то, что Амира была старше Рёты на шесть лет, это не мешало им целый год встречаться, когда Рёта был на первом году обучения в средней школе. - Послушай, а ты уверена, что меня никто не увидит? Не хочется раскрывать свой приезд раньше времени, – брюнетка начала оглядываться. - Уверена. Родители сейчас в командировке, а Рёта сюда почти никогда не заходит. У него своя квартира есть в Синдзюку, – ответила Юки, попивая свой чай из чашки, – Амира, я, конечно, соврала Рёте, когда он мне позвонил, сказав, что ты не могла приехать, но больше я врать не буду. Он имеет право знать, что ты вернулась в Японию. - Юки, спасибо, что помогла мне. Только на тебя я и могу положиться в этой стране. Я оставила свою семью и друзей, когда улетала в Лондон. Мать мне до сих пор не может простить того, что я наперекор её мнению отправилась в одиночку заграницу, чтобы осуществить свою мечту стать фотографом. Так что на порог она меня не пустит, – хмыкнула она. После окончания старшей школы Амира уехала за границу в Лондон и лишь теперь вернулась обратно в Японию. Увлечённая фотографией она хотела стать профессиональным фотографом. В поисках давней мечты она улетела заграницу с тремя тысячами долларов в кармане и одним чемоданом в руках. Все считали её поступок глупым: её мать(отца у неё нет), Юки, но не Рёта. Он поддерживал девушку всеми силами до тех самых пор, пока Амира не променяла его на начинающего фотографа. Его звали Филипом. Она влюбилась в него по-настоящему, была на всё готова лишь бы остаться с ним навсегда. Прежде, она никогда не испытывала столь сильного чувства к кому-то. Девушка поняла, что именно это и есть настоящая любовь, а в Рёту она была просто по-юношески глупо влюблена. Амира выбрала Филипа, но Рёта по глупости своей и неопытности не простил ей этого, не понял её чувств. Он считал её предательницей. Искренне веря в то, что Амира просто играла с его чувствами, он решил отомстить – споив Филипа на одной из вечеринок, они переспали. Может именно из-за этого он и стал <<бисексуалом>>. Этот глупый поступок стал настоящей трагедией. Амира обо всём узнала и, разумеется, порвала всякие отношения, и с ним, и с Филипом. Тогда был большой скандал. Конечно, после Рёта об этом пожалел, но было уже слишком поздно – она улетела, сменила контактный телефон, поэтому связаться с ней вновь ему не удалось. Он винил себя последние два года, но ничего уже поделать нельзя. Парень долго переживал, но в итоге смирился с её отъездом, пока вновь не увидел длинные карие волосы на пироне. - Ты его простила? – пытливо спросила школьную подругу Юки, – Вы ведь тогда детьми были. Рёта так вообще можно сказать мальчиком был. Он ничего не соображал из-за страсти к тебе. - Он сильно страдал, когда я уехала? - Очень. Места себе не находил, – затараторила Юки, стараясь убедить подругу в том, что её брат действительно сожалеет о случившемся, - Постоянно пытался разыскать твой новый номер телефона. Он извиниться хотел. Согласна, он тогда глупо себя повёл, но теперь то он вырос, всё осознал. - Неужели? – приподняв бровь, с идиотничала брюнетка. - Да. Теперь он понял, что ты действительно любила Филипа, – все старания Юки смягчить удар были напрасными. Было сразу понятно, что она и не собирается его прощать. Она вовсе не для этого вернулась в Японию. “Прости меня, Юки. Я знаю, ты стараешься помочь своему брату, но я приехала в Токио лишь с одной единственной целью – отомстить ему за единственного мужчину, которого я по-настоящему любила.“