Смерть не любит никто

      Вольф убедился в том, что дочь ушла достаточно далеко, и разлил остатки зленнга по кубкам. Закурив последнюю сигарету, он выбросил смятую пачку в камин. Всё заканчивалось: выпивка, сигареты, терпение, способность постоянно прощать жене её глупости. Даже силы, чтобы ещё раз её отругать и высказать все свои добрые мысли насчёт её личности. Да и что бы это изменило? Как показала практика, даже попав в петлю вечности, существо не становится умнее и мудрее, если само этого не хочет. Никакие высшие силы не сделают того, что каждый должен сделать для себя сам. Так же, как и магия не решит твоих проблем — она только прибавит к ним множество других, даже такая, победившая ту, пред которой все равны. Она лишь играет дьявольскую шутку и в очередной раз доказывает своё величие. Ведь вечная жизнь будет извиваться и гореть внутри тебя, настанет момент, когда ты будешь молить смерть прийти за тобой, а она лишь покажет тебе неприличный жест. Какое же жестокое наказание эта стагнация момента — терпеть этот придурковатый характер, пожиная плоды своего же выбора. Вечно.… Вампир-офицер сейчас от всей души завидовал живым людям, которые могут найти покой и умиротворение в холодной могиле или печи крематория.       — Вольф! — окликнул его Люцингерг. — Я для кого тут распинаюсь уже несколько минут? У меня голова гудит уже неимоверно от этого всего, а дел ещё невпроворот! Обсудим позже, что теперь будем делать и с теми ребятами, особенно с магом. Нужно всех предупредить, чтоб были осторожны, ибо объявился охотник на нас. Если я сейчас же не займусь просмотром и подписью документов и указов…       — Конечно, иди, — отмахнулся Вольф. — Если честно, я не в лучшем состоянии. Тоже хочется немного собрать в кучу всякие мысли. Единственное, скажу насчёт мага: не принимай скоропалительных решений. Лично мне он не показался агрессором или желающим причинить серьёзный вред всему нашему миру. Он всего лишь защищался, так как Элли напала на них.       — К чему ты клонишь? — Король задумчиво развернулся у двери. Когда шурин называл жену приторно-ласковыми именами, а сам при этом был спокойнее удава — это явный звоночек к тому, что в душе у него зреет бомба замедленного действия.       — Гораздо интереснее было бы перетянуть его на свою сторону. — Вольф философски качал ногой. — Ты только подумай и представь, каким бы он мог быть мощным союзником. Разве наши маги знают все эти ухищрения? Уверен, что его знания могли бы пригодиться.       — Я подумаю над этим, — Люцингерг покачал головой и удалился, громко хлопнув дверью. От стены даже отлетел кусок штукатурки.       Вольф откинулся в кресле, делая пару последних затяжек дыма. Он посмотрел на Элару, неподвижно лежащую и постанывающую. На её лице отображалась вселенская боль, а повязка, пропитанная лечебными составами, уже опять потемнела от крови. Офицер хмыкнул. Нет, кровопотеря, если её так можно назвать, тоже не грозила их виду — утерянная кровь так же регенерировалась гораздо быстрее, чем её потеря поставила бы под угрозу «жизнь». Созерцание картины наводило вампира на самые разные подозрения и мысли. Он решил дать волю одной из показавшихся ему удачной. Выпрямившись и заломив руки, он в последний раз сурово глянул на страдающую супругу и направился к выходу.

***

      Король твёрдыми и уверенными шагами двигался в сторону своих покоев, игнорируя всё происходящее вокруг него. Сослаться на дела было лучшим, что он смог придумать, чтобы просто никого и ничего не видеть и спокойно в тишине переварить всю информацию, а потом уже решать, как быть дальше. Напряжение во всём теле достигло критических отметок. Отвык он уже от того, чтобы события сыпались как из рога изобилия. Ну где и чем он так прогневил создателя, чтобы сестра настолько портила ему жизнь? Почему она не могла направлять свою любознательность в иное русло, кроме слежки за окружающими? Недостаток внимания и любви сначала со стороны родителей, а потом и мужа возымел настолько пагубные последствия?       Люцингерг с грустной улыбкой вспомнил пару историй ещё из их детства, когда выходки сестры чуть не стоили беды, благо всё обошлось, и получили они лишь наказание от родителей. Шли годы, молодая фройлян становилась всё более странной, перепады настроения пугали и настораживали, выходившие из-под её кисти картины больше наводили на мысли, что это творчество далеко не здорового психически человека. Но выходки и глупости до поры до времени носили несерьёзный характер и вызывали лишь смех. С каждым разом они становились всё чудеснее и чудеснее. Стоило всерьёз задуматься после того случая с Хильдой. Теперь сестрица наделала дел куда серьёзнее.       За размышлениями Люцингерг и не заметил, как достиг своей спальни. Он небрежно скинул с себя мантию и без сил рухнул на кровать. Выпитый зленнг отдавался глухими ударами в голове. Король вытянулся. Сколько раз давал себе зарок больше так не пить? Последние несколько лет ему даже удавалось не злоупотреблять. И вот опять, пожалуйста. Как же от таких новостей не употребить настойки?       — Я к вам, Ваше Величество. — Потайная дверь открылась без стука. Король резко привстал, хотя сразу же прекрасно понял, что так войти в его личную опочивальню могла только одна личность. — Соизволите уделить мне хоть немного вашего королевского времени?       — Аридана, я сейчас немного на взводе. — Люцингерг устало сел на кровати и сжал виски. — Неужели это не может подождать?       — Не может, милый, — ласковым голосом промурлыкала вампиресса, садясь рядом. — С выходкой Элары мы должны срочно что-то решить. Да, кстати, она имеет последствия, которые мы ещё можем исправить.       — Как ты воскресишь фрау? Или твоё магуйство дошло и до таких высот, что теперь ты стала некромантом? — хмыкнул Люцингерг, снимая перчатки.       — Убитую девушку мы не вернём. Но парень тот ещё жив. — Аридана взяла короля за руку и потянулась к его лицу. Она соблазнительно провела языком по его щеке и резко остановилась. Люцингерг похотливо глянул на неё и притянул к себе ближе. — Мы должны ему помочь.       — С чего это вдруг у тебя такая доброта проснулась? — не понял Люцингерг, уже вовсю развязывая дрожащими пальцами шнурки на корсете.       — Подожди, — вампиресса мягко остановила его руку. — Сначала я хочу с тобой серьёзно поговорить, рассказать тебе кое-что и озвучить свою просьбу. Ты позволишь?       — Конечно, — король немного остудил свой пыл.       — Как говорится, я начну с конца — с озвучивания просьбы. Дай мне антидот.       — С какой стати? Его осталось совсем мало, и это уникальная вещь, которую не так-то просто снова получить. По закону мы не имеем права расходовать его бездумно.       — Извини, милый, а Элара повела себя умно? Разве мы не обязаны теперь исправить то, что она натворила? Наступившие последствия в случае огласки не будут плачевными? Иногда за ошибки приходится платить очень высокую цену, и это тот случай. Поставь себя на место овдовевшего парня.       Аридана перебирала в руках белоснежные волосы и дразнила короля прикосновениями к шее и такими, казалось бы, невинными поцелуями.       — То есть? — Люцингерг сделал движение чуть вперёд и приоткрыл рот, надеясь поцеловать свою десницу в ответ. Но та быстрым движением опустила ладонь на его губы.       — Вспомни. Что ты чувствовал, когда потерял Хильду? Что ты хотел сделать с Торой в те секунды, когда принимал решение в тайнике?       — Я желал ей всего самого плохого. Чего ещё можно хотеть для суки, что издевалась над моей любимой?       — Тебе дана была эта возможность, — выгнувшись, вампиресса сократила расстояние меж собой и королём и закинула ногу ему на колени. — Благодаря мне ты не только жив, но ещё имеешь корону и полное моральное удовлетворение.       — И с этим не поспоришь, — Люцингерг пробежался пальцами по ажурному чулку сверху вниз и расстегнул застёжку туфельки. В следующую секунду она полетела с Ариданиной ноги и с глухим звуком приземлилась.       — Вот теперь проведи аналогию, — согнув ногу в колене, соблазнительница поставила её на бедро своего любовника. Он с улыбкой посмотрел на открывшееся его взору зрелище и потянулся отстёгивать чулок от пояса. — Поставь себя на его место: как бы ты поступил, окажись в такой ситуации? Представь себе во всех красках: какая-то сука убила твою жену. Ты на грани жизни и смерти, ты жаждешь что-то сделать и отомстить.       — Понимаю, — промычал Люцингерг, отправляя чулок вслед за туфелькой и расстёгивая свой ворот.       — Ты был почти в такой же ситуации, — Аридана сама распустила шнурки на корсете и облизала губы. Король, не спуская глаз с её груди, уже трудился над вторым чулком. — Тебя лишили любимой женщины, твоя жизнь висела на волоске.       — Да, именно так и было. — Наконец обнажив ноги своей любовницы, Люцингерг похотливо начал гладить её бедра. Повелитель целого мира сейчас ничем не отличался от пьяного пирата в кабаке, что тискал местную шлюху.       — И тебе был дан шанс отомстить и жить. — Жрица любви одним движением скинула корсет и уперлась грудью в щёку Люцингергу. Он совершенно не собирался сдерживать свой порыв, чтобы начать её страстно целовать. Аридана прищурилась и улыбнулась, ощутив пальцы любовника в своём естестве. — Для тебя это была древняя магия, а для Вовки, отравленного твоей сестрёнкой, таким шансом станет антидот.       — Я сомневаюсь, что он побежит убивать Элару. — Люцингерг поднимался поцелуем от груди к шее. — Хотя, если и побежит — его право.       — Что это с тобой? Тебе совсем не жалко сестрички? — Аридана расстегнула пуговицы на королевской бархатной куртке. Когда было покончено с последней из них, вампиресса спустилась к штанам, уже ощущая напряжение члена.       — Ты знаешь, уже не особо. — Король нетерпеливо задрал Аридане юбку, уложил её на спину и начал торопливо расстёгивать штаны. — Я уже смирился со всеми вариантами развития событий. Начиная от того, что она не выживет от ранения, и заканчивая тем, что об инциденте все узнают. Не думаю, что за такое её погладят по головке. После вчерашнего я в полной мере убедился, какой же она позор нашей семьи. Я на многое закрывал глаза, но это перешло все границы.       — Итак? Ты позволишь взять антидот? Ты дашь парню шанс… — Аридана не договорила — её рот был закрыт коротким поцелуем, после которого Люцингерг закинул ноги любовницы себе на плечи и резко вошёл в неё. Вампиресса вскрикнула и закрыла глаза.       В очередной раз так закончились переговоры наедине. Началось это ещё несколько лет назад, в её рабочем кабинете. Тогда они катастрофически разошлись во мнениях насчёт выплат придворным. Если Аридана считала, что служанки имеют право регулярно получать новую красивую одежду, то Люцингерг с этим был категорически не согласен. Разумеется, он был уже далеко не трезв (да, впрочем, как и во многие разы их дружеского секса) и с пеной у рта доказывал своей деснице её неправоту и недальновидность.       — Пойми ты, — злился король, — нет у меня никакого желания смотреть на то, как полуголые девки ходят по дворцу! Ты здесь решила бордель устроить?       — Я даже не сказала, о какой одежде пойдёт речь, а ты уже сделал выводы, — опешила Аридана. — Хотя… что у кого болит, — она вежливо улыбнулась. Люцингерг озадаченно уставился на неё. Потом вспылил:       — Жалования более чем достаточно для них! — рявкнул король и стукнул кулаком по столу. Глаза его метали молнии, а руки тряслись. В этот момент Аридана кое-что поняла, как она сама посчитала.       — Слушай, милый, — замурлыкала она, подойдя к Люцингергу и приобняв его. — Ты когда последний раз был с женщиной?       — Тебе-то какое дело? — ещё больше разозлился король.       — Самое прямое. — Вампиресса заметила, как руки вампира непроизвольно тянутся, чтоб обнять её в ответ. — Сколько времени прошло с последнего раза? Это важно.       — Та ночь перед моим перевоплощением, — неожиданно спокойно ответил Люцингерг. — Последняя моя ночь с Хильдой.       — Вот видишь. — Аридана отстранилась и прилегла на стол, дерзко расставив ноги и проведя руками по грудям. — Тебе же просто необходима разрядка. Можешь это сделать.       — То есть?!       — Если ты хочешь прикинуться недотрогой, то прекрати эти глупости. Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Не подумай ничего плохого, я же не отношения (она томно закатила глаза) и уж тем более не свадьбу тебе предлагаю — мне это не нужно. А вот послужить на благо короне ради того, чтоб повелитель был удовлетворен и доволен, — это я с радостью.       — Ты хочешь сказать, что… — король сейчас очень сильно напоминал озадаченного кота.       — Именно. Бери меня, как пожелаешь. Я со своей стороны максимально буду стараться доставить тебе удовольствие. Все-таки меня обучали этим вещам, да и не привыкать мне. А если всё это помножить на наши тёплые дружеские отношения, получается прекраснейший союз. Ну что скажешь, милый?       Люцингерг смотрел на свою подругу, уже почти лежащую на столе в вызывающей позе, и ощутил возбуждение. Даже остатки хмеля с него вылетели. Он подошёл к Аридане и провёл рукой по нежной коже. Желание ещё больше усилилось.       — Раз уж сама предложила, то не откажусь, — с этими словами король раздвинул вампирессе ноги…       Из пучины воспоминаний Аридану вывел громкий рык. Люцингерг уже вовсю заполнял её семенем. Закончив, он скинул с плеч её ноги и перевернул Аридану к себе спиной.       — Хорошо, ты меня убедила. — Король вошёл в неё сзади, пьяно и довольно хохотнув. Он взял любовницу за грудь и притянул к себе. Ощутив кожей её лилейную спину и холодные крылья, он прошептал ей на ухо: — Забирай, как я закончу с тобой.       — Спасибо. Но ведь дело в том, что на счету каждая минута. Давай я отнесу ребятам лекарство, потом вернусь, и делай со мной всё-всё, что хочешь.       — Я хочу сейчас, — Люцингерг начал двигаться всё резче. Аридана закрыла глаза и поддалась навстречу толчкам, желая закончить скорее. Ибо она-то знала, что пока король не удовлетворит свои желания, то не отпустит её. Но вот незадача: сейчас он был сильно пьян, а это означало, что он мог не успокаиваться несколько часов. В некоторые из подобных моментов он был настолько ненасытным, что никакие чудеса искусства любви, ведомые Ариданой в совершенстве, не помогали почти сутки…       — Хильде очень нравилось, когда я делал так, — король навалился на вампирессу, придавливая её своим телом к кровати. — Даже сейчас я её представляю на твоём месте, впрочем, как и всегда. Настанет день, когда она станет моей королевой. А теперь вот сюда…       Аридана стиснула зубы, когда член оказался в её анусе. Она помянула пропавшую цыганку незлым, тихим словом. В такие моменты казалось, что это секс втроём. Хотя что тут жаловаться: за свою работу она многого повидала, и Люцингерг был далеко не самым ужасным и капризным клиентом. За ним не только страшных извращений не водилось, он ещё и ей старался удовольствие доставить. А уж то, что любовь свою постоянно поминает, так чего же ещё от него было ожидать. Поддаваясь на все манипуляции и выполняя любые желания Люцингерга, она думала только об окончании процесса и о том, как бы не опоздать к бедному Вовке. Но секс всё продолжался и продолжался, пока не раздался осторожный стук в дверь.       — Ваше Величество, — голос служанки Мими прекратил процесс. — Я, конечно, дико извиняюсь, но вы срочно нужны. Очень важное дело.       — Спрячься, — шепнул король Аридане, мгновенно скидывая её с себя и быстро застегивая штаны. Вампиресса ланью метнулась за большой шкаф. — Что там у вас, Мими? Я уже отдыхаю!       — Ещё раз простите, повелитель, можете отдать приказ наказать меня. Но…       — Зайди! Что ты из-за двери мямлишь? И по делу, а то точно прикажу наказать!       Быстро закинув вещи Ариданы под свою мантию, Люцингерг попытался сделать вид, что тихо-мирно отдыхал. Мими зашла и низко поклонилась.       — К вам посетительницы, — объяснила служанка. — Говорят, дело очень срочное. Ожидают вас в тронном зале.       — Хорошо, — немного сбавил раздражённый тон король, выпроваживая служанку. — Пусть ждут, сейчас выйду.       — Нужно пойти посмотреть, — вылезла из укрытия Аридана, убедившись, что шаги Мими затихли.       — Пожалуй, — согласился Люцингерг, надевая куртку. — Одевайся и идём смотреть на эту срочность. Решим вопрос — и неси ребятам антидот.       Полностью одевшись в парадный наряд, король быстрым шагом направился к своему тронному залу для приёмов. Чуть растрёпанная Аридана пошла следом. Достигнув места назначения, Люцингерг распахнул дверь и хотел уже должным образом поприветствовать гостей. Но от увиденной картины у него пропал дар речи и зашевелились волосы. Как и у подошедшей десницы.

***

      Яна от неожиданности схватилась за сердце и отпрыгнула от незнакомки на пару шагов, чуть не проглотив сигарету.       — Ты совсем охренела так подкрадываться?! — спросила девушка, едва переводя сбившееся дыхание. Она нашла в себе силы обернуться и осмотреть ту, что так напугала её. Судя по крыльям, к ним в гости заглянула очередная вампиресса. Её волосы цвета льна были откинуты назад и закреплены на висках заколками-перьями. Из-под них виднелись большие серьги-кольца. Под расстёгнутой чёрной лаковой курткой с высоким воротником фигурку вампирессы обтягивало короткое пёстрое платье с глубоким вырезом. Шею украшали ошейник с черепом и блестящие бусы, спускающиеся почти до живота. Завершали образ высокие гольфы и симпатичные туфельки с ремешками и металлическими пряжками.       — Извини, — вампиресса опустила ярко накрашенные глазки в пол. — Я что-то не подумала. Ну что же, для начала давайте познакомимся? Меня Импала зовут, а вас? Многое я про вас слышала, но вот имён не запомнила.       — Импала? — Алка справилась с дрожью в руках и закурила следующую сигарету. — Аридана нам про тебя рассказывала. Ты же дочь Вольфа и Элары, так? Но, хоть убей, я не так тебя представляла. В её рассказе ты была такой милой и наивной маленькой девочкой, а я вижу перед собой стильную модницу, — Алка с заинтересованным прищуром оценивала образ.       — Что же она вам такое рассказывала? — Импала звонко рассмеялась. — Чем же это моя скромная персона оказалась такой значимой?       — Про себя, про вампиров в целом, про твою семью и тебя, как вы такими стали, — начала загибать пальцы Алка. — Всего понемногу.       — Тогда понятно, — вампиресса одёрнула куртку. — Боюсь даже представить, в каких красках и как она выставила меня в ваших глазах неразумным дитём. Но всё ведь меняется — столько же лет прошло. Только вот многие считают, что время для меня и остановилось на этом моменте. Я очень надеюсь, что вы не пойдёте по стопам моих родителей, и не будете считать меня недоразвитым дебилом, с которым ни о чём нельзя говорить и уровень развития которого остался на уровне восьмилетней девочки. Так будем знакомиться?       — Яна, — девушка протянула Импале руку, — очень приятно. Ты что, ни в коем случае. Как же можно делать такие выводы, даже не зная человека?       — Я поняла. Дай угадаю: это ты встречаешься с тем, кого Аридана зовёт красавчиком? Острым на язык и хамоватым парнем в куртке-косухе, который пьёт алкоголь почти так же, как мой почтенный дядюшка? Высокий такой, красивый очень?       — Да, — опешила неформалка. — Откуда ты это знаешь?       — После возвращения Аридана делилась впечатлениями со служанками, — игриво хихикнула Импала. — Так как она делала это вслух, то информация не могла пронестись мимо меня. За столько лет скуки и одиночества в этом дворце мне приходилось самой себе придумывать развлечения. В частности, узнавать всё, что говорят, и всё, что творится вокруг. Так, а ты, беленькая-блондинистая, встречаешься с этим смешным любителем травки, вашей этой дурь-травы, постоянно отпускающим не всегда смешные и уместные шуточки? Тебя как зовут?       — Алка, — девушка слабо улыбнулась и последовала Яниному примеру вежливости, добавив от себя импровизированный книксен. — Да, и насчёт меня ты чертовски права. Послушай, мне очень нравится твой прикид. Глядя на него, ни за что не скажешь, что ты не следишь за модными тенденциями. Девочки современности передавились бы за такую лаковую курточку или же некитайские стильные туфли, — она уважительно опустила глаза к ногам вампирессы.       — Не была бы уверена, то не говорила бы ничего, — загадочно улыбнулась Импала. — Вот этого не знаю: любые вещи, которые я захочу, мне довольно быстро доставляют слуги.       — Кто бы сомневался, золотая девочка, — иронично фыркнула Яна. — Не в обиду, но я догадываюсь, как живут принцессы во дворце.       — Я днём к вам заходила, так вы спали все, — Импала не потеряла дружелюбности, несмотря на язвительную реплику. — Удалилась и решила повторить попытку попозже — папа мне всегда говорил, что будить людей это невежливо. Но как только до меня дошли некоторые слухи, я поняла, что визит к вам нельзя откладывать. Последние обстоятельства и узнанные мной новости далеко не радужные.       Импала озабоченно выдохнула, сморщив носик и посмотрев куда-то ввысь.       — Может, пройдём в дом? — предложила Алка, поёжившись и перебив неловкое молчание. — Здесь холодно.       — Поддерживаю, — согласилась Яна и перевела взгляд на гостью. — Пройдём?       — Конечно! — обрадовалась та. — Или вы подумали, что я зашла просто на крыльце с вами постоять?       Без долгих разговоров все трое направились к гостиной, где находились остальные. Яна зашла первой и оглядела происходящее. Олег храпел на диване, Стив задумчиво курил свою трубку у камина. Вовка сидел в кресле, откинув голову назад и вытянув ноги. Ника суетилась вокруг него, меняя компрессы и поднося горячее вино, как и советовала Аридана.       — Ого, — округлила глаза Импала, зайдя за Яной. — Так значит, это всё правда.       — Приветствую, — Стив встал и оторвался от трубки. — Это что, к нам теперь каждую ночь будет заходить вампир?       — Ещё одна крылатая? — Ника отдала брату кружку и подошла ближе. — Какими судьбами?       — Целью моего изначального визита к вам были знакомство и разговоры, — Импала села на диван и сложила крылья на спящего Олега, отчего тот заворочался. — Но сейчас я знаю и вижу, что вам нужна моя помощь. Поэтому неформальное общение стоит оставить на потом.       — Да, — выдохнула Яна, — она бы нам очень не помешала. Невыносимо смотреть на то, как друг мучается, а мы ничем помочь не можем.       — Почему же не можете? — подняла брови Импала. — Я ведь именно за этим к вам так и торопилась: помочь вам получить антидот у моего дядюшки. Как ты себя чувствуешь? — вопрос явно был адресован Вовке.       — Просто отлично, разве не видно? — парень выпрямился и мрачно посмотрел на спрашивающую. — Ты кто, зачем пожаловала?       — Это тебя пытался защитить от матушки тот маг? — вопросом на вопрос ответила принцесса. Она оценивающе и заинтересованно изучала взглядом тяжело дышащего парня. — И твою жену она убила?       — От матушки? — снова опустил глаза Вовка, скрипнув зубами. — Значит ли это, что ты…       — Всё верно. О случившихся у вас событиях я знаю из скандала родителей. Всё началось несколько часов назад. Я сидела у себя в комнате и читала книгу. От моего занятия меня оторвали раздающиеся в коридоре гневная ругань отца и хнычущий плач матери. Понятно, опять поругались. Я посмеялась, думая, что всё как всегда, приоткрыла дверь и выглянула в коридор: мама в крови, отец орёт на прислугу, чтоб те привели врача. Служанки побежали исполнять приказ, а отец, пересыпая речь эмоционально окрашенными фразами, рассказывал матушке о её умственных способностях и что-то о том, что наконец-то она получила по заслугам за свою привычку лезть не в свои дела. В суете никто не обратил внимания на мою приоткрытую дверь, и весь разговор мне был прекрасно слышен. Вот служанки привели лекаря, после прибежал дядюшка. Он был в ярости и потребовал от всех объяснений. Родители, перебивая друг друга, рассказали о вас. Кто-то из вас очень наступил на матушкино самолюбие, и она полезла мстить. В итоге убила девушку и отравила парня, который теперь при смерти. Но не тут-то было — кара настигла её практически моментально, ибо с ребятами этими был маг. Таким образом матушка и напоролась в прямом смысле этого слова на какой-то особенный нож, отчего рана у неё не зажила. Дядюшка разозлился не на шутку, уже не знаю, на что больше: на мамину выходку или саму ситуацию. Отец выдохнул и закурил. Матушку занесли в родительские покои, следом в них скрылись и отец с дядей. Мне стало ещё интереснее, и я проскользнула к двери, чтобы послушать то, что, по их мнению, не для моих ушей. Выслушав и оценив всю ситуацию, я пришла к выводу, что матушка была очень не права, совершая такой отвратительный поступок, и я приняла решение вам помочь. Такое своеобразное извинение.       Импала сделала вдыхательное движение и затрепетала ресницами, как бабочка крыльями.       — Аридана уже в курсе событий, — Стив подбросил в тлеющий камин ещё пару дров, отрывая взгляд от ночной гостьи. — Она тоже, как узнала о том, что произошло, сразу бросилась на выручку. Сказала, что Люцингерг ей уж точно антидот отдаст. Уж не знаю, что ей ведёт: доброта к нам или же желание запрятать грязное бельё подальше.       — В этом мы схожи — её мотивы всегда оставались для меня тайной за семью печатями, — покачала головой Импала. — Ну что я вам могу сказать? Это вполне реально, что Аридана антидот достанет. Да вот только не успеть может, ибо знаю я об их маленьком секрете и неофициальных отношениях. Как она будет выпрашивать.       — Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась Яна, садясь рядом. Импала игриво дёрнула себя за серьгу и потёрла металл в белых пальчиках.       — Для начала давайте вспомним, кто у нас Аридана по профессии. Разве бывают бывшие мастера своего дела? После акцентируем внимание на факте, что Хильда не объявляется с тех пор, как отвела меня в замок. Дядюшка с Ариданой проводят много времени — дела государственные у них. Что из этого следует?       — Вот, честно признаюсь, сразу так и подумал, — Вовка поднял голову и даже попытался засмеяться. — Что неспроста отношения у них настолько близкие. Можешь не рассказывать подробности — они и так ясны.       — Ага, ты прав. Причём дядюшка искренне уверен, что об этом никто не знает, что они прекрасно шифруются и скрывают свою дружбу организмами. Как бы не так. Не нужно обладать талантом наблюдательности, чтоб не слышать смеющихся за спиной служанок, обсуждающих тональность стонов и новые сексуальные позиции в королевской спальне. Нужно быть слепой, чтоб ни разу не заметить, как выходят они из рабочего кабинета: Аридана поправляет юбку, а у дядюшки блестят глаза, и он с удовольствием шлёпает свою десницу по заднице. Кстати, один случай меня очаровал до глубины души. Я тогда засиделась в библиотеке — приключения героев романа затянули меня, я не могла оторваться от чтения. И слышу я звук осторожно открывающейся двери. Сидела я в самом дальнем углу, заметить меня входящему было не так-то просто. Наверное, по правилам хорошего тона нужно было оповестить зашедшего о своём присутствии, но что-то мне так не хотелось ни с кем общаться, никого видеть. Да и кто это мог быть, чёрт подери, кроме кого-то из служанок? С этими мыслями я юркнула под стол, как мышь. Пусть прислуга сделает свои дела и уйдёт, не приставая ко мне с лишними вопросами. Какого же было моё удивление, когда я услышала голоса дядюшки и Ариданы. Речь шла у них о новых ощущениях и неопробованных местах. Это меня заинтересовало, и я приподняла краешек скатерти. Каюсь, ребята, их занятиям любовью я тогда насладилась от души. Добрая треть из происходящего была для меня совершенно неизвестна. Признаю, что Аридана — мастер своего дела и элитная жрица любви. Королевская. Ой, ладно, что-то я отвлеклась. К чему я это всё? Ребята, неизвестно, сколько дядюшке заблагорассудится драть свою шлюху, — Импала раздражённо сплюнула, будто испытывала к королевской деснице истинное презрение. — Исходя из этого, я предлагаю вам другой вариант, который, в принципе, и хотела предложить с самого начала.       — Я сплю или что здесь происходит? — Олег разлепил глаза и привстал на диване. — Леди, а вы кто?       — Ух ты, тот, кого Аридана зовёт красавчиком, восстал из царства морфея, — повернулась к парню Импала, озадаченно на неё уставившемуся. — Приятно познакомиться, я дочь Элары и племянница короля.       — Ничего себе, — неформал уронил челюсть, рассматривая красавицу. — Отлично выглядишь. Я-то тебя совсем ребёнком представлял. Меня, кстати, Олегом зовут.       — Вы сговорились все, что ли? — бросила на него кокетливый взгляд вампиресса. — Почему устоялось такое мнение насчёт меня, что я так же законсервируюсь и не изменюсь?       — Извини, не хотел тебя обидеть, — улыбаясь, Олег пригладил пятерней растрёпанные волосы.       — Вот можешь же быть культурным, когда захочешь, — Стив схватил из камина полуобгоревшее полено и направил в лицо оппонента. — Но я пока не вычислил процент вероятности.       — Господа хорошие, — повысила голос Импала, — вам не кажется, что ваши разборки сейчас немного не уместны? Вы желаете выслушать, что я предлагаю сделать?       — Что ты предлагаешь? — Яна нервно откинула с лица волосы и поправила воротник.       — С дядюшкой нужно применять куда более радикальные методы, если мы не хотим опоздать. В чём-то Аридана выбрала правильную стратегию — он редко отказывает женщинам, нуждающимся в чём-либо, ибо воспринимает их по рангу даже выше себя. Пускай он и стал повелителем целого мира, честь и моральные принципы его не подверглись изменениям. Женщин он очень уважает, любит и ценит. Всех.       — Что же тогда? — перебил Олег.       — Кто-то из вас отправится со мной в Эркинланд, — сложила руки на коленях вампиресса, — и попросит у него антидот лично, с глазу на глаз. Желательно, чтобы этот кто-то был женского пола, — Импала подняла руку в сторону уже вскочившего с дивана Олега.       — Дорогой, успокойся, — Яна обняла попытавшегося взбрыкнуть жеребца. — Давай хоть дослушаем поступившее предложение, а потом будем решать.       — Я очень настаиваю, чтобы со мной пошли девчонки. Что я вам говорила? Дядюшка в глубине души совершенно незлобный и очень галантный к прекрасным фрау. Появление эффектной блондинки или фигуристой барышни с рыжими волосами произведёт на него неизгладимое впечатление. Особенно если попросить, как я скажу, где-то улыбнуться, эдак похотливо посмотреть. Возьмём в расчёт ещё то, что с такими просьбами к нему ходят не каждый день.       — Насколько это опасно? — в голосе Олега слышалась тревога. Он прижал к себе Яну крепче. — Каков шанс и риск провала твоего плана?       — В любом случае вы ничем не рискуете, — Импала встала и начала выхаживать по комнате, то складывая, то расправляя крылья. — Я представлю вас как своих гостей, а закон гостеприимства свят, мы — не исключение. Так вы согласны?       — Да, — кивнула Алка. — Что нам остаётся? Вовку надо спасать. Если мы сможем провернуть всё так, как ты говоришь, то я буду только рада.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — Яна подняла лицо с груди Олега. — И выбор у нас невелик. Я берусь.       — Я тоже согласна, — пьяный голос Ники только усугубил обстановку. — Брат всегда спасал меня, а сегодня я его спасу наконец. Я тоже пойду.       Малолетняя алкоголичка встала на ноги, её сразу же накренило в сторону, словно деревце от ветра. Это не остановило её упрямых попыток: она даже сделала несколько шагов, упрямо пыталась стабилизировать своё положение на одной позиции, но с поставленной задачей справлялась из рук вон плохо.       — Ты сейчас пойдёшь только спать! — стрельнул глазами в сестру Вовка и стукнул по подлокотнику кулаком.       Сказал как отрезал. От его взгляда и грозного тона в этот момент Импала слегка поёжилась. Вот парень сейчас на грани жизни и смерти говорил так твёрдо и уверенно. В былые времена такому лишь выдали бы два медяка и путёвку через Стикс. Каким же он был во всей красе при такой выдержке и силе характера? Импала дёрнула шеей, ненароком рассматривая черты того, чью жизнь она решила спасти. Тёмные кудри рассыпались по плечам, резко контрастируя с бледной кожей лица. Под миндалевидными глазами пролегли тёмные круги, на лбу и шее выступила испарина. Импала откровенно залюбовалась аккуратной формой губ, острым подбородком, родинкой над бровью, даже глубоким старым шрамом на скуле. Вовка нравился молодой вампирессе всё больше и больше, она сильнее укрепилась в желании того, чтоб он жил. Может, когда-нибудь он оценит её усилия? Взгляд скользил ниже: по широким плечам, бицепсу с татуировкой, цепи и напульснику на запястье, длинным пальцам. Какой оригинальный перстень на безымянном персте правой руки… Импала виновато закрыла лицо ладошками, словно стыдясь собственных не совсем приличных мыслей. Вот честное слово, не знай она, что парень буквально несколько часов назад потерял жену, предложила бы ему другой метод спасения. Вампиресса попыталась собрать в кулак своё самообладание, но шальным мыслям не запретишь приходить. Свой мир грёз тем и прекрасен, что в нём лишь ты хозяин и окружающие тебя образы играют по написанным тобой правилам.       Закрыв глаза, принцесса представила, как эти потерявшие цвет губы касаются её шеи, а пальцы перебирают волосы. Как же захотелось запечатлеть этот образ в вечности и сделать своим. Импала тряхнула головой — видение прошло. Нет, сейчас это совершенно глупо, и убитый горем Вовка вряд ли осчастливит её своими объятиями. Но ведь мёртвой девушке муж больше не нужен, а её смерть не означала то, что в масштабе вечности этот прекрасный парень теперь обязан принять обет безбрачия. Помечтать — это хорошо, да не всегда желания совпадали с реальностью. Но тем не менее стремление сделать хоть что-то хорошее для проникшего ей в сердце парня только укрепилось.       — Ника, ты никуда не пойдёшь! — злился Вовка, видя, как сестра разлила вино на ковёр и уже роняла голову ему на плечо. Пьяное чудовище кое-как сидело рядом на подлокотнике кресла. — Иди спать, алкодемон!       — Младшие сёстры существуют, чтоб портить жизнь, — Импала философски улыбнулась, подошла вплотную и взяла Вовку за руку. Склонившись над ним, она прошептала ему на ухо: «Я сделаю всё, от меня зависящее, чтобы ты жил».       — Спасибо, конечно, — парень от шока крепко сжал ледяную руку спасительницы. — Но почему ты мне помогаешь, что тобой ведёт?       — У меня тоже есть чувства, — так же тихо ответила вампиресса. — Ладно, не будем терять время. Пожалуйста, держись!       С этими словами Импала села на корточки, крепко обняла Вовку и чмокнула его в щёку. Произошедшее вызвало у всех присутствующих немалый шок, а самый большой, конечно же, у Вовки, по глазам которого было видно, что он даже не знал, как на это отреагировать: то ли оттолкнуть неожиданную, но столь желанную гостью, то ли поблагодарить. Он лишь слегка коснулся спины и крыльев Импалы и коротко чмокнул её в нос.       — Мы идём? — Яна встала и пошла к выходу. — Только я плащ возьму и чуток в порядок себя приведу.       — Это точно, — хихикнула Алка. — Раз уж нужно понравиться королю, то следует навести сногсшибательный марафет.       Девушки рассмеялись и на секунду забыли о тех испытаниях, которые им предстояло пройти. Только стоило им выйти за порог гостиной, как Ника с грохотом полетела с подлокотника на пол, приземлившись пятой точкой кверху. Её брат на это смачно выругался, отстранил от себя Импалу и попытался встать. Но стоило ему подняться на ноги, как он схватился за голову и со вскриком рухнул обратно в кресло. Тело парня выгнуло от страшной боли, повязки на его руках сильнее покраснели, дыхание участилось.       — Плохо дело, — прошептала Импала, помогая ему устроиться поудобнее и вновь беря за руку. — Антидот нужен срочно. Принесите хоть ещё вина ему — это Аридана правильно посоветовала.       — Чуваки, — Вовка обратился к Олегу и Стиву, — уложите кто-нибудь, пожалуйста, эту достопримечательность на диван.       — У меня ребро болит, — отозвался растаман, вставая с кресла у камина, — но ладно уж, как-то постараюсь.       — Я тебе вина принесу, — Олег метнулся в сторону кухни.       Стив же подошёл к Нике и, проклиная всё на свете, не без труда поднял её за обе руки. Та что-то пыталась пьяно возражать и сопротивляться, но парень крепко перехватил её поперёк туловища и придал небольшого пинка для того, чтоб шевелилась. Направив алкашку в сторону дивана, он продолжил свои действия, предавая Нике ускорения. Когда с заданием было покончено и безжизненное тело вальяжно раскинуло все конечности по своему лежбищу, растаман стянул с девушки сапоги и посмотрел на Вовку. Тот, на удивление, лишь по-доброму рассмеялся.       — Извини, если я с ней слишком грубо, — криво улыбнулся в ответ Стив.       — Всё прекрасно, — отмахнулся Вовка. — Ей для порядка иногда полезно находить синяки на теле после того, как так нажирается. Это ты извини, что напряг. Но я правда не могу сейчас ничего делать.       — Ой, да какой труд, — Стив поправил вылезшую из джинсов рубашку.       — Часто она у тебя так? — Импала, помимо разговора, деловито завязывала волосы в хвост.       — Регулярно, — Вовка дёрнулся, задел ногой бутылку и чертыхнулся. — Я давным-давно к этому привык, и есть даже несколько готовых методов, как себя вести в каждой ситуации. Они же все как по лекалу.       — А что-то изменить? Как-то научить её культурнее употреблять алкоголь? — вампиресса снова опустилась на пол перед парнем и сложила руки у него на коленях. Стив вежливо закашлялся, наблюдая такое. — Может быть, тогда стало жить бы всем проще, и за неё ты так не переживал?       — Ты думаешь, я не пробовал вот прямо ни разу? — Вовка подозрительно покосился на то, как девчонка трётся головой о его руки, словно кошка. — Она неисправима. Слушай, ну ты чего?       — Извини, — Импала взглянула парню в глаза и провела ладонью по его груди. — Просто ты мне очень нравишься, я… Или тебе неприятно?       — Я за тебя очень рад, — фыркнул Вовка и перевёл взгляд на вернувшегося Олега с вином. Его друг быстро оценил обстановку, покачал головой в недоумении, не зная, то ли смеяться, то ли плакать над абсурдностью ситуации. Наглость их гостьи просто зашкаливала: ну как так можно совершенно не уважать чувства только что овдовевшего парня? Будь его воля или же будь он на Вовкином месте, давно бы уже послал к чертям собачьим. Хотя кто знает? Не говори гоп. А уж осознав то, что сейчас от леди зависит весь исход дела, умерил свой пыл высказать всё, что о ней думает. Поведение Вовки Олег расценил как шок от происходящего и нежелание лишний раз двигаться в таком состоянии.       — Милая фройлян, — ласково начал парень, подавая другу кружку с глинтвейном, — вы, смотрю, тут время не теряете. Клинья уже вовсю подбиваете?       — Олег, не начинай, — одёрнул друга Вовка. — Ну соскучилась девчонка по общению, она же сразу это сказала, как пришла. Меня она не напрягает. Если бы напрягала, я бы ей это сказал. Да, я знаю, все твои мысли крутятся возле одного места. Можешь поверить мне на слово — сейчас мне не до этого.       — Смотри сам, — выдохнул Олег и закурил. — Но зуб даю и даже золотой: как только оклемаешься, так пуще старых времен…       — Импала, мы готовы идти, — в гостиную вернулись Яна и Алка. Они обе причесались и подкрасились.       — Идите уже, — вот тут Вовка уже столкнул вампирессу со своих коленей. — И извиняйте, что провожать вас не иду.       — Не переживай, всё будет хорошо, — Яна попыталась хоть немного подбодрить товарища и обняла его. — Мы принесём антидот.       — Вот в ком, а в тебе я не сомневаюсь, — улыбнулся ей друг её любимого.       Стив приблизился к Алке и обнял её сзади. Та быстро поцеловала его и потянула к выходу. Яна хлопнула Вовку по плечу и последовала за парочкой. Олег догнал её и взял за руку. Только эти четверо удалились, Импала ещё раз чмокнула в щёку того, в кого влюбилась с первого взгляда, и что-то прошептала ему на ухо. Вовка слабо улыбнулся, сжал на прощание её руку и невидящим взором наблюдал за тем, как эта добрая фея пошла за его друзьями.       Оставшись в одиночестве, парень шумно вздохнул и откинулся на кресле. Странная гамма ощущений накрыла его с головой, заканчиваясь в районе груди ледяным комом. Вовка оскалился от приступа удушья и вертепа мыслей. Нет, он не воспринял всерьёз юную и романтичную особу. Вот лет так пять-шесть назад, в другом месте и обстановке он бы с радостью вёл с ней приятную беседу, рассказывая разные интересные истории и, может, даже ответил на этот флирт. В былые времена, до женитьбы, такие барышни были для него в порядке вещей. Сейчас — дополнительный раздражитель, как сорванная с раны повязка. Такое горе никак не смогло бы пройти бесследно. Как же хотелось остановить эти удары сердца, отдающие болью в район затылка. Импала, откуда ты взялась на покалеченную душу, и что это за акт благотворительности? Такая милая, наивная, верящая в добро, справедливость и любовь, олицетворяющая добрую фею из сказки. Почему же столь очаровательная юная фройлян совершенно не пробудила тёплых чувств? Отчего хотелось лишь умереть? В благодарность за сочувствие стоило её наградить хотя бы ответным поцелуем, но холодные щёки девушки вызывали лишь отвращение. Сил не оставалось даже на банальный жест вежливости. В мозгу нарастал жар, пелена тумана накрывала глаза как одеялом. Вовка тяжело вздохнул и попытался уйти в забытье, которое приносит зыбкий сон. Но стоило закрыть глаза, как различные воспоминания и образы начали всплывать в раскалённом горячкой сознании. Всякие картины из жизни, из просмотренных фильмов и прочитанных книг. К правой ноге прикоснулось что-то холодное и поползло вверх. Вовка сделал резкое движение, чтоб скинуть с себя этого неведомого червя или змея. Подобная субстанция стала делать попытки подняться по спине. Несколько сильных рывков в стороны не помогли избавиться от неприятных ощущений, силы быстро покинули парня. Последнее, что он увидел, пропадая для этого мира, — это улыбающуюся ему Зину, зовущую его к себе. Отвратительная рана с её шеи никуда не делась, а только стала больше и чернее; заострившиеся черты лица пугали так же, как и окровавленная одежда. Жена отвратительно скалилась и манила пальцами. Вовка схватился за грудь, и сознание покинуло его, оставляя за собой лишь густую и липкую черноту.

***

      Все звуки затихли уже довольно давно, впрочем, чувство времени — это точно не то, чем можно было похвастаться в данный момент. Дождь противно барабанил по насквозь промокшим рубашке и джинсам. Гулкие удары в голове до сих пор стучали набатом, словно оповещая этим весь остальной организм об общей плачевности состояния. Как же пошевелиться? Стоило подняться и совершить какие-либо более разумные действия, чем валяться в грязи, но это было выше возможностей. Правая половина лица нестерпимо горела, рёбра кто-то невидимый зажал в тиски, а колючий кустарник, окружающий тело, создавал ассоциации с железной девой. Во всяком случае, острые шипы, впивающиеся в кожу при малейшем движении, уж точно не делали приятного массажа.       Серёга осторожно приподнялся на локтях, словно проверяя, цел ли хребет. По лицу противно хлестанула оказавшаяся рядом неизвестно откуда ветка рябины. Со стонами и ругательствами, стараясь поворачиваться к колючкам спиной, защищённой кожаной жилеткой, парень всё же вылез из объятий колючих джунглей. Пальцы до сих пор крепко сжимали пистолет. По голове словно ударили кувалдой, внутри раскатился противный холод. Пришлось посидеть так ещё пару минут перед тем, как предпринимать попытки подняться на ноги. Удача, один шаг, второй. Каблуки противно чавкнули, утопая в противной жиже. Резкий глубокий вдох заставил вскрикнуть от боли в лёгких.       — Ребята, есть кто живой? — старание позвать товарищей было скорее для себя, нежели с расчётом на успех. Сколько прошло времени и что с остальными? — Куда вы все делись?       Покалеченный байкер, хромая, поднялся на дорогу из оврага, в котором он и нашёл себя. Ледяные капли противно обжигали раны на лице и руках. Серёга попытался утереться, но лишь больше размазал грязь по лицу рукавом, превратившимся в грязную тряпку. Выругавшись, парень сплюнул и осмотрелся по сторонам. Дождь уже практически смыл и смешал с грязью лужи крови и следы драки, но, к сожалению, не все. Взгляд то и дело зацеплялся за клоки волос и одежды, промокшие рассыпанные сигареты, разлетевшиеся пустые гильзы. События начали отматываться в памяти подобно кинопленке.       Элара, будь она неладна и проклята всеми сущностями, снова осчастливила своим визитом. Только вот теперь итог был куда более плачевный и стоил жизни друзей. Серёга закусил губы и зарыдал, как кисейная барышня, вспоминая, как эта ведьма сорвала кусок кожи с Зининой шеи, словно это была шкура для выделки.       — Мило. Ты вспомнил, как выделали красненькую лисичку? — от ехидного женского голоса вновь перехватило дыхание. — Право, жаль было такой чудный хвост на её платье, а теперь он канул в вечность. Эх, я хотела забрать его, чудный бы вышел воротник.       — Кто здесь? — Серёга заметался, шумно сглатывая и пытаясь унять дрожь в руках. «Макаров» чуть было не выскользнул из слабеющей и мокрой кисти. — Оставь меня в покое!       Собеседница звонко рассмеялась. Из-за деревьев раздались неторопливые шаги. Серёга проверил боезапас: два патрона. Негусто.       — Я читаю твои мысли, можешь даже не пытаться скрыться. Не переживай, я не буду с тобой играться. В отличие от Элары я очень голодна.       Байкер чуть попятился, разглядывая приближающийся силуэт довольно высокой и худой женщины. Огненно-рыжие волосы, аккуратно заплетённые в косы, платье с корсетом, сшитое словно из старых мешков и залатанное кусками кожи. Но при этом какая вышивка украшала подол…       Незнакомка подошла почти впритык и подняла на парня глаза, густо обведённые чёрно-зелёной тушью. Обворожительно улыбнувшись, она взмахнула руками и обнажила клыки. Серёга выстрелил в неё скорее на автомате, поняв, что эта ночная леди явно шутить не намерена.       — Что с твоим лицом? — вампиресса ловким движением увернулась от выстрела, словно играясь с ним. Её скорость и грация и рядом не стояла со скудными и неуклюжими действиями Элары. Выходит, это куда более страшный монстр?       Наплевав на боль в вывихнутой ноге, Серёга так рванул вперёд, как не бегал никогда в жизни. Страх и паника придали скорости и адреналина, пистолет в руке показался бесполезным куском пластмассы и железа. Но далеко ли можно убежать от таких тварей, которые жаждут крови, при этом являясь и быстрее, и сильнее многих зверей? Куда уж тягаться с ними раненому?       В челюсть прилетел удар и отбросил почти обратно в овраг. К нещадно жгущему лицо ожогу прибавилась парочка выбитых зубов. Серёга с трудом сгруппировался ничком и уже даже не взвыл, а благим матом завопил от адской боли. Полчерепа словно засунули в мясорубку. Повреждённая нога ещё больше вывернулась в суставе. Окровавленные пальцы разжались, пистолет вприпрыжку полетел куда-то вниз. Серёга прохрипел, пытаясь прочистить горло, и откинулся на спину. Ещё раз это сделать не удалось — шею обхватила удавка, перекрыв кислород. Неужели это конец?       — Крена, — петля затягивалась крепче, — ты опять играешь с едой?       — Осторожно, не повреди мне одежду, охотник, — вампиресса грубо обхватила жертву поперёк туловища, — она мне пригодится…       Слова слились в один сплошной неразборчивый каламбур. Серёга ещё чувствовал, как его несут куда-то, слышал, как они переговариваются меж собой. Им нужна одежда и еда.        «Это изгои, которыми нас пугала …», — мысль, промелькнувшая в голове несчастного байкера в последние минуты сознания…

***

      На крыльце дома велись последние приготовления к походу. Олег курил, свободой рукой прижимая к себе Яну. Девушка склонила голову на широкую грудь, её плащ и волосы развивались на холодном ветру, она грела руки у любимого под косухой. Стив и Алка слились в продолжительном поцелуе. Импала терпеливо и задумчиво ковыряла носком туфли землю перед собой и ждала, пока обе парочки закончат.       — Будь осторожна, — Олег отшвырнул окурок и провёл рукой по Яниным волосам. — Не рискуй слишком сильно, если на то не будет необходимости. Старайся выбирать самые рациональные методы…       — Дорогой, я не тупая, — Яна сунула руки в карманы плаща и чмокнула в шею своего наставника. — Разные в жизни бывали ситуации, из разных крысоловок и ловушек жизни приходилось выбираться, поэтому я уверена, что и с этим заданием справлюсь. Не нужно лишних напутствий.       — Ну ладно, уговорила, — смягчился неформал. — Я просто совсем на взводе.       Олег тяжело выдохнул и посмотрел куда-то на небо.       — Всё, я пошла, — Яна крепко и коротко поцеловала любимого, а тот на мгновенье крепко обнял её. Напуск спокойствия и лёгкости выдало бешено колотящееся сердце. Девушка развернулась и уверенными, твёрдыми шагами пошла в сторону, где стояла Импала. Она размеренно шевелила крыльями.       — Алка! — позвала Яна подругу, стукнув ботинками. — Идём уже!       Вторая пара стояла в объятиях, их тела, казалось, стали одним целым. Растаман что-то шептал своей детке на ухо. Алка, услышав зов Яны, попятилась назад и кивнула. Прядь белокурых волос выбилась из только что уложенной причёски. Стив бережно и с милой улыбкой вернул локон на место. Поцеловав Алку ещё раз, он наконец выпустил её руку.       — Я надеюсь, великий Джа благословит тебя, — даже в такой ситуации парень сохранил свою моторику и чувство юмора.       — Конечно, не волнуйся. Ладно, меня ждут.       Алка подошла к Яне и взяла ту под руку. Импала что-то им сказала, сделала пару жестов, и они втроём ушли в темноту. За ними хлопнула калитка. Затихли шаги и голоса.       Стив несколько минут стоял в одной позе, сложив руки на груди и смотря куда-то ввысь. Наконец, резко развернувшись, он перевёл взгляд на своего давнишнего неприятеля. Олег сидел на перилах крыльца и нервно курил, так же молитвенно вскинув глаза к небу. Интересно, а о чём сейчас думает этот вечный задира и грубиян? На его лице выражение тревоги и волнения. Неужели даже такой человек может их испытывать? Разные жизненные убеждения, разная внешность, разный характер. Столько бахвальства на тему того, что он ничего и никого не боится, всё ему нипочём и по плечу. Жизнь любит преподносить уроки и показывать на наглядных примерах то, в чём мы считаем, что круче её. Ничего не боишься, парняга? Отлично, а если ты посмотришь на то, как будет на твоих глазах умирать твой друг, а твоя женщина в прямом смысле пойдёт к самому черту, чтоб это исправить? Как тебе такой поворот событий? И сейчас не проронишь даже скупой слезы?       Стив сунул руки в карманы штанов, продолжая смотреть на Олега, хлопающего себя по бёдрам и пинающего перила на крыльце. Может быть, это и есть тот момент, когда стоит проявить сочувствие и попытаться поддержать человека, забыв о тех вещах, которые выше мелочного бытового эгоизма? Стоит сделать первый шаг к перемирью? Жизнь-то она у всех одна. С этими мыслями растаман подошёл к Олегу и положил руку тому на плечо. Неформал посмотрел на него пустыми глазами.       — Что? — выдавил он сквозь зубы.       — Дай сигарету, — Стив решил начать разговор таким образом.       — Ты же не куришь человеческих сигарет, — но в карман Олег всё-таки полез.       — Верно. Но вот сейчас есть желание покурить именно человеческую сигарету. Послушай, я могу тебе чем-то помочь?       — Чем ты мне поможешь? Разве что составишь компанию, чтоб я не пил в одиночестве. Это сейчас моё единственное желание. Я в полной мере осознаю то, что я не могу ничего сделать, — Олег сильнее пнул стеклянную часть конструкции. Она с треском разлетелась под тяжёлым носком ботинка. — Извини, — неформал даже незлобно ухмыльнулся. — Битьё стекол с детства позволяло мне справляться со стрессом.       — Наши одинаковые эмоции в этот момент позволили тебе разглядеть во мне достойного собутыльника и собеседника? Горе сближает людей?       — Держи, — Олег протянул Стиву сигарету, выудив её из недр кармана. — А у тебя-то что случилось? Не твой один из ближайших людей при смерти, а ты понимаешь, что от тебя ничего не зависит. Теперь ещё думай, чтоб с Яной ничего не случилось и всё получилось у них. Ну вот почему оно так? И я же во всём виноват! Я же настоял на этой поездке…       — Ты серьёзно думаешь, у меня нет сердца, что ли? Что я не человек? — Стив задумчиво закурил и сел рядом. — Я так же, как и ты, переживаю за свою любимую женщину. На секундочку, она пошла туда же, куда и твоя. Я не бездушная скотина, которая может спокойно наблюдать за мучениями товарища. Если я создал себе такой образ весёлого укурка, коим ты меня считаешь, это не означает, что во мне нет ни капли сочувствия. Повторяю вопрос: чем я могу помочь? Отбрось глупую гордыню и прими тот факт, что сейчас мы все в заднице и вылезти из неё можно только вместе.       — Вот ты мне сегодня сказал, что я умею быть вежливым, когда захочу. В ответ на это хочу заметить, что ты можешь говорить не как идиот, когда захочешь, — неформал снова по-доброму улыбнулся. — Сочти это комплиментом, если пожелаешь. В ответ хочу сказать тебе: а ведь ты прав, укурок.       Олег отшвырнул окурок и встал. Он прошёлся по крыльцу и приметил около двери оставленную кем-то недопитую бутылку шнапса.       — Хорошая находка, — неформал взял её и открутил крышку. — Как раз самое оно, чтобы залить на душевные раны. Ты присоединишься?       — Пожалуй, — Стив поправил повязку на лбу и подошёл к Олегу. Тот же, не произнося никаких речей и долго не думая, сделал глоток из бутылки. Поморщившись, неформал протянул её своему недавнему объекту насмешек.       — Дурное у меня предчувствие, — растаман взял предложенный шнапс и пригубил огненной воды. — Так значит, ты выслушаешь моё мнение и мои доводы, как лучше перестраховаться? Оружием нужно запастись хоть каким-то на случай непредвиденных ситуаций. Вот почему-то подсказывает мне интуиция, что ещё придётся нам обороняться. Лишним точно не будет.       — Какой смысл в обычном оружии, если на этих вампирах всё как на собаках заживает? Вон же Вовка ничего не смог сделать далеко не самому сильному и умному их представителю.       — Всё равно, найти пару-тройку хороших ножей для метания будет отличной идеей. Ещё не забывай, что у нас есть какой-то неведомый сверток Костика. Нужно проверить, что в нём. Нам очень повезёт, если там окажется то волшебное вещество, которым он смазал кинжал. Я, между прочим, внимательно слушал рассказ Вовки и сделал несколько выводов. Первое — почему я настаиваю именно на дистанционном оружии. Помнишь, на чём Костик сделал акцент, что бить вампиров нахрапом не нужно? Нужно их или ослабить, или не подпускать, чтоб они не смогли отравить. Второе — это примерный список того, чего они боятся…       — Где ты здесь найдёшь рябину или можжевельник, умник? — Олег не упустил случая опять сказать грубость. — Насчёт ножей я не уверен, что они нам помогут. Качественно метнуть финку в цель не так-то просто.       — Ты уверен? — Стив прищурился и распахнул свой складень. — Не хочу хвастаться, но покажи мне цель, коли ты такой Фома неверующий.       Олег уже готовился посмеяться над тем, что казалось ему лишь дешёвой показухой.       — Попадёшь ровно в того наглого дьяволенка на беседке? Прямо в распахнутый рот?       Неформал сказал это с ухмылкой, но всё же в его глазах мелькнула искорка сомнения.       — Без проблем, — растаман на удивление принял предложение абсолютно серьёзно. Он за несколько секунд оценил расстояние, направление ветра, прикинул силу броска. Режик сверкнул в темноте и со свистом остановил свой полёт в кривой ухмылке ни в чём не повинной статуи. Олег, наблюдая за этим, и сам челюсть уронил. В таком же состоянии он следил за тем, как Стив с грацией кошки забрался на крышу, чтобы вернуть свой артефакт. Вытащив нож из металлического монстра, парень всунул его в карман и так же ловко спрыгнул оземь. Это действие вызвало у него несколько бранных слов в адрес болевшего ребра.       — Класс! — Олег наконец оправился от шока, вызванного увиденным зрелищем. — Почему я раньше такого за тобой не замечал? Ты ничего подобного никогда не делал.       — Прикажешь на каждом углу ножи швырять? — Стив схватился за бок и подошёл обратно. — По твоей правде, так надо себя вести? Если я, в отличие от тебя, по своей натуре мирный человек, это не означает, что в критической ситуации я ничего не смогу сделать. Холодным оружием я с детства интересовался, было что-то завораживающее и манящее для меня в катанах, русских мечах, всяких кукри, мачете и различных ножах. Читал на эту тему много литературы, от «Книги пяти колец» до пособий по ножевому бою. Поскольку я не владею большой физической силой, как ты, например, то начал всерьёз изучать именно метание ножей. В этом преуспел и научился многому, — Стив вежливо потупил взгляд.       — Вот никогда бы не подумал, — в глазах Олега мелькнуло уважение. Он переложил бутылку и протянул Стиву свободную руку. — Слушай, вот честно, извини меня за то, что я тебя всегда считал слабаком. Вот так взять и метнуть обычный складной нож с немаленького расстояния и точно в цель — это далеко не каждый сможет, и это отличный навык.       — Да вот всё равно других моих хороших качеств ты не замечаешь, — Стив ответил на рукопожатие, задумчиво улыбнувшись.       — За последние сутки много что изменилось, — признался Олег, нахмурившись и отхлебнув из бутылки. — Начиная с системы ценностей и заканчивая моим к тебе отношением.       — Я рад это слышать. Сейчас, я повторяю, мы в сложной ситуации, чувак. Нам стоит не ругаться, а объединить усилия, чтоб выкарабкаться из этого дерьма. Ладно, идём в дом, — Стив развёл руками. — Думаю, что наша помощь там сейчас необходима, учитывая степень трезвости Ники.       Олег не ответил на это — лишь молча последовал внутрь за тем, кого ещё сутки назад считал ничтожеством даже среди таких отбросов общества, каким являлся сам. Вот как же это интересно, иногда взглянуть на ситуацию с другой стороны. Открывается много интересных перспектив, о которых ты даже и думать не мог. Такой союзник, метающий ножи и довольно, как оказалось, здравомыслящий, а не несущий только свой наркоманский бред, мог бы очень пригодиться, и не исключительно в этом походе. Может быть, пора действительно изменить что-то в системе восприятия мира и не ставить на людях ярлыки по их одному раздражающему качеству?       Стив уже подошёл к дремлющему Вовке и приложил руку к его лбу. Некогда очаровательный бард, сейчас больше напоминавший зомби, по недоразумению заболевшего краснухой, с трудом разлепил глаза.       — Пойди, поройся на кухне, — растаман уже проверял пульс на запястье. — Поищи в ящиках уксус, ему нужно жар сбить — температура очень высокая.       — Что происходит? — Вовка проснулся от манипуляций над ним. — Чуваки, мне совсем плохо и мутит сильно.       — Так мы с Олегом и пришли оказать тебе очередную медицинскую помощь.       — «Мы с Олегом»? Странно от тебя такую фразу слышать, — Вовка даже выдавил из себя подобие слабой улыбки.       — Ты знаешь, что-то в нём всё-таки переменилось, я сам удивился.       — Чтобы произошли эти изменения, мне нужно быть при смерти?..        — Тут есть какие-то бутылки! — после минутного стука шкафчиков донеслось с кухни. — Только я на немецком ничерта не понимаю.       — На запах проверяй, — крикнул Стив. — Как будет уксус по-немецки я и сам дупля не отстреливаю. Это к Аллочке такие вопросы, эх. Тряпок ещё захвати по пути назад.       — Так, кажись, нашёл, — Олег вернулся в гостиную, держа стеклянный бутыль и остатки порезанного покрывала. — А он не испортился за это время?       — Это же кислота, срока хранения она не имеет. Да и мы же её не пить будем всё-таки.       — На халяву и уксус сладкий, — Олег деловито смочил жидкостью из бутылки тряпку и протянул её Стиву. Он взял её и начал обтирать раненого и постанывающего парня. Первым делом локти и запястья, потом — шея и лицо и в конце компресс на лоб. Завершив сие действие, Стив сходил на кухню и вернулся оттуда с большой кружкой воды.       — Держи, выпей залпом. Ещё обезвоживания не хватало.       — Спасибо, так мне хоть немного легче, — Вовка протянул обратно пустую ёмкость.       — Ты отдыхай, не волнуйся, — попытался подбодрить друга Олег. — Девчонки обязательно принесут лекарство, а мы пока что сходим в оружейную на втором этаже.       — А зачем она вам?       — Да так, на всякий случай. Ты спи давай.       Олег и Стив поднялись вверх по лестнице. Растаман попытался спросить о том, куда они идут, но неформал только отмахнулся от него, сказав, что он сам сейчас всё увидит. Когда они переступили порог гостиной-оружейной, то от увиденного зрелища Стив аж в ладоши хлопнул. Он сразу же подошёл к стеллажам и начал рассматривать по отдельности каждый экземпляр.       — Смотри, что я нашёл! — Стив достал из шкафчика под стеллажом чёрную коробку. Открыв её, он вытянул предмет и показал Олегу. — Это, кстати, кунаи — японские ножи. Идеально предназначены для метания.       — Прикольно. А смотри на мою находку, — Олег снял со стеллажа револьвер. — Помнишь старые вестерны? Это кольт «Миротворец», шестизарядный. Он когда-то был символом Дикого запада. Сейчас ещё патроны поищу.       Коробка с патронами нашлась довольно быстро и, зарядив барабан, Олег довольно сунул «Миротворец» за ремень. На стене висела целая коллекция охотничьих ножей. Олег придирчиво осмотрел их и выбрал экземпляр с самым широким лезвием. Пафосно взмахнув им, словно ассасин отравленным кинжалом, неформал убрал оружие в голенище сапога, развернулся и невольно захохотал — Стив, будто новогодняя елка, обвешался своими кунаями с ног до головы.       — А что, как писалось в одной книжке, ножей много не бывает. Ты закончил? Идём вниз, мы ещё кое-что забыли.       Парни спустились обратно на первый этаж. Стив сразу же взял с полочки в прихожей позабытый всеми сверток, который был извлечён из Вовкиных окровавленных и порванных вещей.       — Давай-ка осмотрим кулёчек Костика, — растаман разорвал верёвку с обёрткой. — Что тут за волшебное снадобье?       Олег с сомнением смотрел на манипуляции товарища.       — Ты уверен, что мы сможем им пользоваться? Наверняка же для этого нужны специальные знания и навыки. Вряд ли тут инструкция завалялась.       — Здесь сушёная трава вперемешку с хвойными иголками, — Стив внимательно рассматривал содержимое.       — Может, ты это скурить попробуешь? — первый раз за вечер Олег попытался пошутить. — Вдруг охотником на вампиров станешь?       — Откуда я знаю, что туда наше чародейство подмешало? Сам ещё траванусь, будете потом и меня откачивать… — Стив не договорил — его перебил стук в дверь.       — Неужели девки так быстро вернулись? — Олег направился в прихожую, чтоб открыть тому, кто пришёл. — Ах ты ж сука!..

***

      Импала вела девчонок через лес к склепу-входу в другой мир. Нужно было преодолеть пару километров через лесную чащу и старые могилы. Яна старалась поддерживать разговор с провожатой, а Алка постоянно вздрагивала то ли от холода, то ли от волнения. Вопросы от юной принцессы сыпались непрекращающимся потоком, было заметно, что девчонке катастрофически не хватает общения, что она пытается устранить свои пробелы в знаниях. Она с энтузиазмом расспрашивала обо всех деталях: как теперь живут люди, что изменилось за пятьдесят с лишним лет, как теперь устроено их мироздание и общество.       — Современные люди сейчас так одеваются и выглядят? — Импала с огромным интересом рассматривала Янин наряд. — Мне очень нравится ваш стиль и ваши наряды, вы такие классные.       Вампиресса щёлкнула пальцами в воздухе в знак одобрения.       — Таких, как мы, очень мало, не обольщайся, — степенно ответила ей Яна, крепче запахиваясь в плащ, который то и дело цеплялся за корни, камни, муравейники и прочие радости старого леса. — Нас и называют неформалами — мы вне принятых в обществе стереотипов и предрассудков. Поэтому если хочешь узнать от нас о современном мире, это будет довольно-таки сложно. Хотя что тут узнавать? Все как всегда: люди тупеют, гниют и совершенно не хотят думать.       — Как и было во все времена, — подхватила разговор Алка. — Инакомыслящих подвергали презрению и осуждению. Ими же невозможно управлять, пока не внушишь им свою идеологию. Вот вспомним, ещё во времена…       — Мне всегда было непонятно, почему так, — Импала заглянула любительнице истории прямо в глаза. — Неужели отвержение новых идей есть двигатель прогресса? Неужели не насмешка над серостью и устоями есть показатель интеллекта?       — Люди всегда странно относились ко всем хорошим вещам, — улыбнулась Яна. — Они настолько привыкли к насилию над собой, не могут вырваться из этого замкнутого круга, что ненавидят тех, кто смог отстоять своё мнение и жить свободно.       — Видишь, в обществе ничего не изменилось, — Алка выругалась, запнувшись о камень. — Так всегда было, есть и будет. Рабы больше всего ненавидят не своих хозяев, а тех, кто стал свободным, — процитировала она известное высказывание.       — Чем вы занимаетесь вообще? — Импала решила сменить философскую тему разговора.       — Лично я очень люблю танцы, — ответила Яна. — Увлекалась разными стилями от классической хореографии до трайбла, но больше всего мне по душе джаз-модерн, на котором я и остановила свой выбор. Участвовала в театральных постановках, в один из таких вечеров и с Олегом познакомилась. Помимо этого, люблю тяжёлую музыку, хорошие книги и изучаю неопознанные наукой явления, ведь нет ничего мистического, есть не до конца исследованное. Олег мой даже книжки пишет на эту тематику.       — Ух ты, — обрадовалась вампиресса. — И таких прекрасных деятелей в вашем обществе считают отбросами? Париями общества?       — Да, потому что это противоречит их житейским жлобским стандартам, — склонила голову неформалка. — Хотя сами в своей однообразной и штампованной жизни с удовольствием даже временами читают литературу на эзотерические темы и гороскопы, верят в заряжённую воду, пытаются говорить на умные темы, в которых ничерта не понимают, ходят поглазеть на красивые представления, злоупотребляют водкой под душевные песни. В своих квартирках занимаются разными извращениями, потом сами себя стыдятся и оправдывают. Абсолютно бездумно втыкают в ящик, называемый телевизором, считают мнения выступающих там людей авторитарным и правильными. Верят обещаниям политиков. И ненавидят тех, кто живёт не так, как они. Другой жизни и выхода за пределы зона комфорта они не понимают, — Яна шумно сплюнула и выругалась, сказав последнюю фразу.       — Так было всегда, во времена всех эпох и народов, — тихо добавила Алка.       — Воистину ваш мир странен, — задумалась принцесса. — Как же сложно понять людей. А ты, беленькая?       — Меня всегда интересовало прошлое нашей планеты, — Алка крепче сжала руку подруги. — Как по крупицам сохранившейся материи можно воссоздать образы древних существ, что когда-то населяли территории, на которых сейчас мы живём, как всё это было раньше. Природа образования минералов и драгоценных камней. Какие ранее были растения, животные. Как жили люди тысячи лет назад, что было тогда. Моя просто голубая мечта — хоть одним глазком увидеть бы вживую эти дела давно минувших дней. Ко всему этому, я ещё и девушка, поэтому ничего девичье мне не чуждо. Я очень люблю красивую одежду и способы создания новых образов, дизайн. Интересные украшения… да много всего ещё. Стив мой оружие всякое изучает, мастерски кидает ножи, играет на странной деревянной дудке, покуривает временами свою дурь-травку. А ещё парня добрее, нежнее и романтичнее я никогда в жизни не встречала.       Алка тепло улыбнулась и, мяукнув, обняла себя за плечи. Импала задумчиво переступила маленький кустик и посмотрела на готовую растаять девушку.       — Чем же плохи твои занятия и увлечения? Это же прекрасно — изучать такие вещи, которые далеко не каждому по разуму и способностям. Почему вас так не любят?       — Наши занятия не приносят нам огромных денег, — высказала свою точку зрения Алка. — Всех, кто не старается, чтоб их было как можно больше, считаются странными, ведь люди придумали, что в них счастье. А это некоторым недалёким личностям может показаться опасным. В том числе и власть предержащим.       — Это одна из причин, — перебила подругу Яна. — Ещё мы алкоголики, асоциальные элементы и вообще стыдный мусор общества, — она скривила рожу, карикатуря одного из тех, кому люди внимали с телевизоров.       — А тот товарищ, что умирает, и его… к сожалению… убитая жена, а также забавная сестричка? — Импала, наконец, задала вопрос про тайный объект своей симпатии.       — Те больше по музыкальной теме, — удовлетворила её любопытство Яна. — Вовка в мотоциклах ковыряется и в группе играет. Зина его музыку и стихи писала, рисовать пыталась что-то. Ника — хорошая пианистка, но немного озорная и сильно пьющая, поэтому просто мастер находить приключения на свою пятую точку.       — Я много разговоров про людей слышала в замке. Все они сводились к тому, что человеческое общество сгнило на корню и морально, и физически. С каждой эпохой, с каждым годом становится всё меньше тех, кто достоин дара вечности, — Импала поджала губы. — Вот слушаю вас и лишний раз в этом убеждаюсь. Ибо считаю, что там, где к деятелям искусства, музыки, литературы, науки относятся как к мусору, действительно не осталось ничего доброго и прогрессивного. Пусть даже и не официально признанных и не собирающих толпы фанатов. Так, мы пришли, — принцесса махнула рукой в сторону большого склепа.       — То самое место из рассказа Ариданы, — Алка оценила обстановку и сделала вывод. — Она в таких красках рассказывала про обращение здесь твоих родителей и первые их впечатления от другого мира.       Импала сделала пару шагов вперёд и плавно провела руками по двери склепа. Вокруг всё поплыло и заиграло яркими красками. Девушки попятились и зажмурились от нахлынувшего искажения пространства и изображения в глазах. Воздух как будто сгустился, из распахнувшейся двери потянуло могильным холодом. Сухая лоза винограда, свисающая с крыши, даже чуть покрылась инеем.       — Держите меня за руки, первые минуты будет довольно сложно, — Импала протянула верхние конечности обеим девчонкам. Те, справившись кое-как с головокружением, выполнили наказ принцессы. Далее, поддаваясь тяге и судьбе, они только переставляли ноги навстречу неизвестному.       — Итак, теперь мы в нашем мире, — голос Импалы донёсся словно из-под воды. — Да не бойтесь вы, открывайте глаза и скоро привыкните.       — Сколько времени прошло? — Алка размазала весь макияж, пытаясь прийти в себя. Дезориентация в новом месте не хотела проходить. Её шатало из стороны в сторону. Она застонала и потрусила головой.       — По человеческим меркам несколько минут. Для меня это перемещение проходит практически мгновенно. Хотя, если учесть то, сколько я до вас докричаться пыталась, то, наверное, даже больше.       — Куда теперь? — Яна согнулась пополам, пытаясь отдышаться и унять рвотный позыв.       — У вас же нет крыльев, поэтому придётся идти пешком. Я последний раз так ходила настолько давно, что уже и не помню, каково оно и насколько долго. Да не переживайте вы так, ещё чуток — и вы привыкните. Не отпускайте мои руки, если вам так будет спокойнее. Вперёд!       Найдя в себе силы сориентироваться в новом пространстве, Яна, а после и Алка разлепили глаза и последовали за проводницей. Первое, что они заметили, — это то самое непонятное и меняющее цвет мерцание в здешнем воздухе. Сконцентрироваться, чтобы рассмотреть детали вокруг, было чертовски сложно. Но в конце концов глаза привыкли и даже в этом полумраке начали проступать очертания предметов и окружающей обстановки.       — Сейчас мы в пригороде столицы, — поясняла Импала. — Здесь несколько ферм, снабжающих город продовольствием. Эту часть пути мы пройдём довольно быстро.       Перед всё ещё довольно затуманенным взором девушек представали картины, похожие на Средневековье. По крайней мере постройки были уж точно тех времен. Ещё удавалось рассмотреть причудливые деревья и растения, а также банальную чёрную грязь под ногами. Последнее виделось больше всего, ибо обе отчаянные спасительницы очень быстро предпочли смотреть под ноги и идти, подстраиваясь под темп Импалы. Казалось, что всё это тянется целую вечность, что этому путешествию не будет конца. Картинка перед глазами не менялась, словно они шли по беговой дорожке. Но это было явно меньшее зло, нежели постоянно ловить далеко не приятную эйфорию от агрессивной среды.       Импала всю дорогу что-то весело рассказывала и поясняла, но ни у Яны, ни у Алки не было ни желания, ни возможности слушать её, а уж тем более поддерживать разговор. В голове настолько всё сплелось в один плотный комок, что Яна уже и не знала, как с таким затуманенным разумом выполнять основную задачу, пытаться правильно поговорить с королём. Какой же он из себя, повелитель этого мира? Вживую, если к нему применимо это слово, а не как персонаж Ариданиной сказки?       — Эй, рыжая! — Импала тряхнула девушку за руку. — Очнись ты уже, мы пришли к замку. Ну ты даёшь, твоя подруга уже полпути как очнулась и обвыклась, а ты всё как зомби шагаешь.       Яна разлепила глаза и постаралась стоять прямо. Алка действительно уже не держалась так, как ребёнок за маму, а вполне себе бодро смеялась, что-то при этом даже рассказывая. Импала кокетливо складывала крылья и мило хихикала. Собравшись с силами, Яна нащупала в кармане пачку сигарет и закурила.       — Извини, — она выпустила дым и встряхнула головой. — Вроде и вправду мне уже лучше, а я даже и не заметила. Ты знаешь, я поняла, что этот ваш мир мне напоминает чем-то компьютерную игру…       — Нет времени на разговоры, заходим, — скомандовала вампиресса и двинулась во внутренний двор замка.       Все трое прошлись через двор и подошли ко входу во дворец. Импала поздоровалась с привратником, шепнула ему что-то. Он в ответ молча низко поклонился и открыл ворота. От его вида побежали мурашки по коже.       — Я, кажись, поняла, кто это, — шепнула Яна подруге. — Тот суровый дядька, что стережёт мир и покой здесь. Про которого правду никто не знает, типа и судья, и судебный исполнитель.       — Да, внушительно, — согласилась Алка, наблюдая за тем, как привратник чопорно лязгнул доспехами.       — Держитесь рядом со мной, — принцесса опять схватила девчонок за руки, мурлыкая себе под нос какую-то мелодию. — Во дворце легко потеряться — тут много хитрых устройств и потайных лестниц. Это я уже всё давно изучила, а вас где искать потом?       Дальнейший поход был очень похож на часть рассказа Ариданы про то, как Вольф и Элара первый раз шли по дворцу. Яна и Алка то и дело перешёптывались об этом, подчёркивая то, с какой же точностью Аридана описала этот витиеватый маршрут. Вот он и пункт назначения — тронный зал. Не узнать так ярко описанные те огромные двухстворчатые двери было просто невозможно. Импала распахнула их ногой, зашла вовнутрь хозяйским твёрдым шагом и позвала служанку.       — Мими! — её голос пронёсся как гром над сводами огромного помещения. Не прошло и минуты, как та, кого звали, предстала перед троицей. Она учтиво сделала книксен.       — Ваше Высочество, — главная прислуга склонила голову и покорно потупила взор.       — Приведи сюда дядю! Срочно!       Мими заметно смутилась и растерялась.       — Но он очень занят, госпожа. Я не могу отвлекать его от важных дел.       — Я тебе что сказала?! Дело величайшей важности, с дядей хотят переговорить две дамы. Вопрос жизни и смерти! — Импала упёрла руки в бока.       — Будет исполнено, — Мими ещё раз поклонилась и скрылась за дверью.       — Теперь ждём, — Импала вальяжно приземлилась на подлокотник трона и подпёрла кулачком подбородок. — Не волнуйтесь, всё получится.       Подруги стояли, взявшись за руки, и затравленно озирались по сторонам. Время тянулось, ничего не менялось. Хлопок двери рассёк наступившую скуку и тишину, как топор полено.       — Дядя! — голос Импалы вывел Яну из ступора. — Разреши представить мне своих гостей. У нас к тебе очень важное дело.       Импала чуть привстала и зашуршала крыльями. К этому шелесту добавился быстрый стук каблучков.       — Зачем ты привела их сюда? — знакомый картавый голосок заставил ещё больше насторожиться.       — Я не с тобой разговариваю. Дядя, будь добр, выслушай их.       — Аридана, что вообще происходит? — к говорящим добавился приятный баритон.       — Моим гостьям срочно нужна твоя помощь, дядюшка. Яна, ну вот час и пробил. Можешь озвучить вашу просьбу.       — Я немного не в форме сейчас, — мужчина вздохнул, — но положение обязывает. Когда что-то беспокоит милых дам в моём королевстве, я не могу оставаться глух к просьбам. Конечно, я вас слушаю.       Яна наконец оглядела вошедших. Она заметила удивлённую Аридану и рядом с ней вампира в чёрном и с небольшой диадемой на голове. Нервы сдавали, все заготовленные речи моментально вылетели из головы. Сопоставив факты и вспомнив все описания короля, она поняла, что вот он перед ней собственной персоной. Собравшись с мыслями, Яна на ватных ногах приблизилась к тому, от чьего решения сейчас зависела жизнь её товарища. Тот в своё время уставился на неё так, что она почувствовала себя голой под этим взглядом. Яна задрожала ещё сильнее.       — Приветствую вас, Ваше Величество, — от волнения девушка не узнала свой голос. Сократив расстояние меж собой и повелителем примерно до двух метров, она склонила голову. Растрёпанные волосы упали на лицо. — Не посмели бы мы вас беспокоить, если бы не привела нужда великая.       — Приятно познакомиться, прелестная фройлян, — Люцингерг подошёл вплотную и учтиво поцеловал Яне руку. От прикосновения ледяных губ сердце сжалось в камушек. — Полагаю, вы уже знакомы с тем, кто я есть. Так вот, прошу вас называть меня по имени и на «ты». Отбросим ненужную официальность и перейдём к делу. Если честно, то я даже уже немного в курсе вашей истории.       Яна с трудом справилась с колотившейся кровью в висках. Блузка противно прилипла к спине, во рту пересохло.       — Хорошо, извини…те, Люцингерг. Не для себя мне просить придётся, а для друга.       Аридана грозно посмотрела на эту фамильярную сцену, а потом на Импалу. Та с большим интересом начала изучать лепку на потолке зала, покачивая ножкой и играясь туфелькой.       — О чём же ты хочешь меня попросить? Позволь хоть увидеть тебя, — король мягко откинул с лица девушки волосы и рассмотрел ее. Серые глаза, высокие скулы и ярко накрашенные пухлые губы просто очаровали его, внутренности словно обожгло кислотой. Горячая вспышка заполнила нутро, сознание, разум. Мир перестал быть прежним.       — Твоя сестра напала на моих друзей, — Яна чуть попятилась от такого настойчивого взгляда. — Начну, пожалуй, с этого.       — На твоих друзей? — удивился вроде как Люцингерг. — Что произошло? Расскажи мне всё.       — Не валяй дурака, — Импала резко встала и в один прыжок оказалась около дяди. Вцепившись в его мантию, она продолжила: — Я всё знаю про этот случай, ты тоже прекрасно осведомлён, не ври! Компания ребят пожаловала к нам в гости без злых намерений, между прочим. А матушка проявила свойственное ей скудоумие и желание самоутвердиться за счёт более слабых существ.       — Мы обе из этой компании, — Алка набралась смелости подойти к королю. — Из-за Элары умирает наш товарищ, а та, кого она убила, была его женой. Они не заслужили такой судьбы. В твоих силах, о король Люцингерг, спасти жизнь хорошего человека.       Алка шмыгнула носом и вытерла увлажнившиеся глаза. Король нахмурил чело и занервничал — как же он не выносил женских слёз. Племянница сверлила его взглядом, не давая никаких шансов взвесить и переварить ситуацию.       — Отдай им антидот, я прошу тебя, — Импала продолжала теребить бархат, чуть не разрывая его коготками. — То, что произошло, неправильно и несправедливо. Этот парень должен жить.       — Зачем ты вообще в это полезла, милая? — Люцингерг от нестандартности ситуации не сразу восстановил в себе способность мыслить здраво. Он тряхнул волосами — неясный туман, заполнивший разум, немного улетучился. — Откуда ты обо всём этом знаешь?       — Сколько раз вам всем было говорить, что я не ребёнок? Что я вполне способна на серьёзные действия? Что я вижу и слышу гораздо больше, нежели вы считаете? Дядя, ты сам всегда терпеть не мог бессмысленного насилия и матушкиных выходок. Да, и я более чем признаю, что она — урод в нашей семье, за которого мы в ответе перед окружающими. Поэтому я и считаю, что мы просто обязаны подарить антидот ребятам, чтобы прекрасный музыкант, покалеченный мамой, смог дальше жить. Я пригласила девочек на аудиенцию к тебе…       — Нельзя так говорить о матери, — сухо бросил король, но тут же осёкся и поднял вверх брови. — Он музыкант, ваш друг?       Яна кивнула в знак согласия и почувствовала, как сердце уходит в пятки. Люцингерг не выпускал её руки, наоборот, только крепче сжимал. Взгляд вампирских глаз похотливо раздевал девушку; король томно наблюдал за вздымающейся грудью, трясущимися губами, крепко сжатыми округлыми бедрами. Больше всего в этот момент Люцингер боялся потерять лицо, схватить Яну в охапку и начать целовать. С сим желанием становилось всё труднее бороться.       — Мне ты уже пообещал им помочь, — дипломатично влезла в разговор Аридана. — Я ни за что бы ни подумала, что Импала тоже приложит к этому руку. Так что стоит поскорее с этим закончить.       — Вот видишь, сколько проблем из-за одной дуры, — фыркнула Импала. — Всех переполошила, все теперь разгребают последствия её глупостей.       — Не слишком ли ты критично о матери, дорогая? — сверкнул глазами в сторону племянницы король. Та отцепилась от его полы и вздёрнула нос.       — Что же критичного в правде? То, что она моя мать, не делает её пупом земли и живой боженькой для меня. Ладно, на эту тему можно говорить долго, сейчас стоит подумать о Вовке. Какое всё же твоё решение, дядя?       — Эх, ну раз уж вы все просите, — король вежливо смотрел поочередно на всех четверых женщин. Аридана скривила губы, показала кулак и сделала пару жестов, что, мол, быстрее. Алка утирала слёзы, Импала нервно притопывала ножкой. Яна держалась из последних сил, казалось, что она вот-вот упадёт в обморок.       — Крон! — Люцингерг в конце концов сдался под напором их просьбы. — Вы мне срочно нужны!       Мажордом не заставил себя долго ждать и предстал перед Его Величеством. Он поклонился, поздоровался с присутствующими дамами и поинтересовался у короля о том, какой будет для него приказ.       — Распорядись, чтобы сюда принесли антидот из сокровищницы, — Люцингерг продолжил разглядывать Яну. — Какая красота…       — Сию минуту, повелитель, — без лишних разговоров Крон метнулся выполнять распоряжение.       — Расскажи ещё что-нибудь о вашем мире, о вашей жизни, — венценосный вампир начал делать попытки завязать разговор с объектом симпатии.       — Тебе не кажется, что сейчас не время для романтических знакомств? — вместо Яны вопросом на вопрос ответила Аридана, ревниво посмотрев на девушку.       — Нечасто ко мне приходят такие прекрасные посетительницы, — Люцингерг сделал останавливающий жест в сторону своей десницы. — Так что я не упущу возможности познакомиться поближе.       — Как же так, ведь ты… — Аридана резко осеклась и закрыла лицо руками. В её памяти всплыл страшный секрет, который так тщательно скрывался все эти годы. Неужели от судьбы не уйдёшь и проклятие, висевшее над королём, свершилось? Живая девушка, которую он так жадно рассматривает. Мудрецы так и не нашли способа победить древнюю магию…       — Что же мне тебе рассказать? — после нескольких минут молчания Яна снова уставилась себе под ноги. — Сейчас мало что мне приходит на ум, кроме ужасной проблемы, которую нужно решить.       — Не переживай, красавица, — король оскалил клыки и снова сделал движение, чтоб взять девушку за руку. Та передёрнулась и сунула руки в карманы плаща. — Вон уже и несут ваше спасение. Я уже слышу их шаги.       Двери тронного зала распахнулись, и вошли двое слуг. Один нёс кованый ларец, украшенный лепестками из драгоценных камней и гравюрой с изображением змея, пожирающего звезды с неба. Второй любезным жестом вручил Люцингергу ключ, больше похожий на какую-то палочку мага.       — Давайте сюда, ребята, — Люцингерг взял ларец и принял из рук второго устройство для его открывания. Проведя нехитрые манипуляции с замком, король откинул крышку и показал содержимое Яне. — Забирай, милая. Теперь это ваше.       Яна и Алка уставились во внутренности распахнутого ящика. На сложной системе, похожей на каркас из проволоки и держащих лапок, примостился круглый графин, закрытый пробкой, примерно на две трети заполненный прозрачной жидкостью. Алка протянула руку к ёмкости и вытащила её.       — Спасибо тебе огромное, — поблагодарила она, протягивая пузырёк Яне. Та, немного замешкавшись, сунула его в карман плаща.       — Смажете этим раны, — дал напутствие Люцингерг, — и несколько капель добавите в вино, которое дадите вашему умирающему другу. Надеюсь, что всё обойдётся.       — Я бы это и так объяснила на обратной дороге, — хмыкнула Импала, хватая обеих девчонок за руки. — Мы слишком долго копались, нам пора в обратный путь да побыстрее. Я выведу вас обратно, ведь только вампир может открыть портал между измерениями.       Продолжая что-то говорить подругам, Импала с бешеной скоростью побежала по коридору, таща их за собой. Люцингерг парой коротких фраз дал понять ожидающим слугам, что те свободны. Когда за ними закрылась дверь, король направился к своему трону и развалился на нём, мечтательно закрыв глаза. Аридана смотрела на происходящее с тревогой и опасением. Интуиция подсказывала ей, что произошло то, что теперь очень сложно будет исправить и чего она так страшилась.       — Импала-Импала, дитя неразумное, — запричитала она. — Что ж ты наделала?       — Что она сделала? Привела ко мне эту очаровательную девушку, для которой я был бы готов сделать и больше?       — Неужели ты настолько слеп?! Ты забыл о проклятии, которого сам так боялся? — Аридана с силой тряхнула короля за плечи. — Очнись, ты понимаешь, что теперь нам придётся срочно искать метод решения этой проблемы?       — Прекрати ревновать. Я король и сам решаю, на кого мне смотреть. Вот надоешь мне — так вообще прогоню, — вампир насмешливо посмотрел на свою любовницу.       — Ты совсем идиот? Какая ревность может быть в такой ситуации, когда твоя жизнь поставлена под угрозу? Я очень сомневаюсь, что Яна будет с тобой, — Аридана шипела подобно аспиду.       — Это ещё почему? Я не вижу препятствий. Почему ты во всём видишь только плохое? — Люцингерг задумчиво сплёл пальцы под подбородком.       — Потому что то проклятье, наложенное на тебя глупостью Элары и хитростью Торы, возымело действие! Разуй глаза! Не нужна тебе на самом деле эта Яна, у неё своя жизнь, в которой для тебя нет места, и ты ждёшь свою дорогую Хильду уже много лет. По какой здравой воле один вечер мог изменить твоё мировоззрение?       — И правда ведь, — Люцингерг словно проснулся и встряхнул головой. — Что это на меня нашло такое? Нахлынувшие тёплые чувства к незнакомой девушке?       Король задумчиво замолчал и начал рассматривать коготь на мизинце. Аридана сжала кулачки и грустно покачала головой: определённо нужно что-то делать, пока Люцингерг ещё способен трезво мыслить.       — Приди в себя, только не напейся в этом процессе, — съязвила десница. — И давай уже срочно решать, как теперь быть.       — Что делать? — король встал и направился к своей потайной комнате, где принимал Вольфа и Элару в их первый день в его дворце. — Я так понимаю, выхода у нас два. Либо ты со своими оракулами срочно находишь метод избавить меня от этой заразы. Или же мне придётся искать способ сделать так, чтоб девчонка осталась со мной.       — Это не так-то просто, милый, — Аридана бросилась вдогонку. — Зуб тебе даю, что Яна просто так с тобой не пойдёт. Личная жизнь у неё более чем налажена, да и жених у неё замечательный. Мне парень очень понравился за красоту и остроумие.       — Красота и остроумие… Мне ты говорила то же самое, — запуская свою советницу вовнутрь и закрыв за ней дверь, Люцингерг взял графин настойки. — Небось не стенка, можно и подвинуть, если не найдём способа снять эту заразу. Хотя погоди. У меня появилась идея, откуда тебе начать поиски.       — Излагай, — вампиресса присела рядом.       — Маг, что пырнул Элечку, — король налил себе зленнга, и, не предлагая своей подруге выпить с ним, осушил кубок. — Его познания очень интересны и могут быть полезны. Ты ведь уже подружилась с этими ребятами, верно? Вот отправляйся и поговори с ними ещё раз. Расскажи о ситуации и о том, что теперь мне нужна помощь, а то в противном случае мне придётся применить… радикальные меры.       Люцингерг меланхолично пожал плечами и снова наполнил кубок.       — Люцик, ты напился уже! — выкрикнула Аридана. — Наши мудрецы ничего не знают о том, как снять проклятие. Почему ты думаешь, что тот парень знает?       — Я предложил, дальше думать тебе, — суровым взглядом вампир показал, что разговор окончен. Аридана прошлась взад-вперёд по комнате и сжала виски, будто у неё болела голова. Нет, определённо это только начало конца спокойной жизни.

***

      — Что ты делаешь? — Стив бросился к Олегу и перехватил его руку, занесённую для удара. — Кто там пришёл?       — Доброго времени суток, камрады, — знакомый голос с немецким акцентом заставил невольно посмотреть в сторону гостя. Стив дёрнул рвущегося вперёд Олега на себя. — Не нужно агрессии.       Последняя фраза прозвучала как военная команда. Вольф мирно стоял на пороге, попыхивая сигаретой. Спокойствие настораживало и заставляло заподозрить подвох. Вампир флегматично повёл крылом и вскинул бровь.       — Не нужно агрессии, сволочь? — нагло выкрикнул Олег. — Зачем ты пришёл? Поиздеваться ещё больше?       — Тогда скажи, какова же цель твоего визита к нам? — Стив решил взять огонь на себя и попытался утихомирить назревающий конфликт. — Если твои намерения не несут враждебности?       Офицер вскинул ладони вверх в останавливающем жесте.       — Не стоит искать подвох там, где его нет, и усложнять простое, — произнёс Вольф, пристально смотря в глаза Стива. — Итак, вы позволите войти и с вами поговорить?        — Заходи, — сквозь зубы прошипел Олег, — я слушаю.       Гость шагнул в прихожую и легко отодвинул плечом желающего драки с ним неформала. Тот ещё раз попытался дёрнуться, но Стив подхватил его и за вторую руку. После прошептал что-то своему новоиспечённому товарищу. Олег насупился, отдышался и, откинув с лица растрепавшиеся волосы, подошёл к Вольфу и протянул ему руку.       — Так что за причина привела тебя к нам, герр служивый? Вот слабо я верю, что ты зашёл с нами кофе выпить.       — Я думаю, повод вам прекрасно известен, — вампир по-хозяйски двинулся в прихожую, закуривая сигарету. — То, что произошло, не оставило меня равнодушным.       — Никогда бы не подумал, что таким, как ты, свойственна сентиментальность, — Стив подкурил свою трубку и встал в дверях, скрестив ноги.       — Не стоит путать тёплое с мягким, — Вольф встал визави растамана, — а также вопросы чести с романтикой. — Пристально посмотрев на парня ещё в течение пары секунд, военный прошёл в когда-то свою гостиную.       — Так чего ты хочешь от нас? — Олег скривился и сцепил пальцы в замок.       — Для начала неси выпивку, — немец развалился на диване, толкнув спящую там Нику, и небрежно стряхнул пепел на ковёр. — Мою же выпивку. Но я не жадный и гостеприимный.       — Не стоит утруждать себя, — Стив в очередной раз выступил в роли миротворца. — Здесь есть ещё почти полная бутылка шнапса, прихваченная мной из коридора. Где ты, чувак, её и оставил после того, как мы вернулись с курилки. Сейчас я даже наполню… сколько бокалов?       — Я думаю, что три, — Олег немного успокоился и опустился в свободное кресло. Покрутив кольцо на пальце, он покосился в сторону спящего друга. — Вовка вряд ли к нам присоединиться, про Нику я вообще молчу.       — Без проблем, — растаман уже вовсю выполнял указания. Протянув один стакан Вольфу, а второй — Олегу, он поднял свой. — Ну что же, выпьем за второе, более мирное знакомство.       — Как бы хотелось, чтоб наше знакомство так и прошло, — Вольф, оскалив клыки, чокнулся с обоими парнями и выпил почти до дна. — Признаюсь, что, если бы не моя супруга, я бы это вам и предложил. У нас в последнее время очень и очень редко бывают гости. Живые люди в этих краях стали настолько редко появляться, что даже жаль. Жаль совершенно не узнавать, как меняется живой мир.       — Но получилось, как получилось, — с грустью заметил Олег, рассматривая свой стакан. — Не тяни кота за подробности, что ты хочешь нам сказать?       — Поговорить с вами я желаю, — вампир перекинул ногу на ногу. — Как бы странно и глупо это не звучало, но в первую очередь принести свои глубочайшие извинения за все выходки моей благоверной. Начиная от того, как она к тебе полезла прошлым вечером, — Вольф перевёл взгляд на Стива, — и заканчивая тем, что уже нельзя исправить. Это я виноват в том, что когда-то не особо тщательно выбрал себе жену. Какие же чудеса творят женские красота и обаяние с мужчинами.       — Этот прекрасный период, когда мы идеализируем образ, — Стив вскинул глаза вверх, словно вспоминая что-то из своей жизни, — а потом под обёрткой из восхищения оказывается кот в мешке.       — Мы с Фридом дружили с детства, — Вольф улыбнулся своим воспоминаниям, — а его сестрёнка практически всегда была рядом с нами. Такое нежное и романтичное создание с белокурыми локонами, рисующее прекрасные пейзажи. Я так влюбился в это нежное и прекрасное существо, хотелось оберегать сей хрупкий цветок, стать её рыцарем. Чудачества и странности я списывал на то, что прекрасная дама должна быть капризной. Вот в этом лишь моя вина. Я был просто на седьмом небе от каждого взгляда в мою сторону, от принятия знаков внимания, а уж первый робкий поцелуй…       Олег и Стив переглянулись, заслушавшись речами, уж точно не свойственными военному.       — Вы что, думали, что я родился таким строгим? — Вольф прыснул в кулак, как подросток. — Что мне совершенно чужда романтика, мне не нравятся женщины, и я вообще автомат для выполнения команд, а не мужчина? Вы бы знали, парни, как я радовался рождению нашей дочери, думал, что теперь у меня будут две принцессы. Но шли годы, всё менялось. Первые несколько лет я на многое закрывал глаза, но с каждым разом истерики и неадекватности в поведении жены всё больше меня настораживали. Если сначала я списывал на скверный характер и недостаток внимания, то последние годы всерьёз начал думать на прогрессирующую шизофрению. Показаться врачу Берта наотрез отказывалась, лишь больше плакала, что я придираюсь к ней и не люблю совсем. Если бы она знала, как ошибалась.       — Что ты хочешь этим всем сказать? — перебил Олег, стукнув ботинком по креслу. — Извинить твою Элару за то, что она убила жену моего друга?       Вольф молчал и грустно смотрел на дно стакана.       — Даже магия вечности не исцелила душевной болезни, — тихо прошептал он под нос, наконец перестав рассматривать рисунок на дне.       — Чувак, не нагнетай, — слабый голос Вовки заставил Олега выпрямиться. — Мне вот даже интересно послушать, что он скажет. Любая версия имеет право на существование. И дайте мне тоже выпить.       — Сей момент, — Стив наполнил ещё один стакан шнапсом и разлил его остатки остальным.       — Я, конечно, дико извиняюсь, что не встаю и не приветствую тебя должным образом, — Вовка привстал и подпёр кулаком подбородок, рассматривая гостя. — Это же с тобой мы дрались вчера? Много нам про тебя рассказала Аридана, двоякое мнение о тебе у меня сложилось. Послушать из первых уст твои истории было бы любопытно.       — А что мои истории? — развёл руками Вольф. — Я пришёл извинения принести за свою жену и сказать тебе, где… твоя. Всё-таки совесть у меня есть, равно как и уважение к женщинам. В чём-то сейчас мы равны: Элара тоже при смерти, и если ваш друг-чародей не скажет мне, как её вылечить, то я ничем не смогу ей помочь. Да, кстати, а где же он? Равно как и тот, что стрелял?       — Все, кто есть, перед тобой, — Олег не упустил шанса вставить своё слово. — Видимо, не судьба тебе узнать секрет исцеления.       — Где Зина? — от резко неожиданного тона Вовки Стив поперхнулся.       — В гараже, — деликатно опустил глаза вампир, словно ему неприятно или стыдно. — Гараж на заднем дворе, за домом, там я и спрятал тело…       — Как ты посмел, подонок, к ней прикасаться?! — овдовевший парень на эмоциях даже подскочил на ноги. — Каким же нужно быть… — поток отборной брани закончился чуть ли не падением обратно в кресло.       — Я прекрасно тебя понимаю, — Вольф опустил голову и закурил следующую сигарету. — Но поверь, что в той ситуации у меня не было выбора лучше.       — Да уж, потрясающий ты нашёл выход, — возмутился Олег. — Вот прибить бы тебя за такое.       — Послушай, ну она же уже мертва, ей всё равно, — немец попытался успокоить разбушевавшихся друзей. — Было бы лучше, если бы я там в грязи на дороге оставил? К мёртвым тоже нужно иметь уважение. Я не хотел, чтоб она лежала под дождём.       — Ладно, проехали, будем иметь в виду, — зло буркнул Олег.       — Вы точно не хотите поведать мне, где ваш друг-маг? — повторил вопрос офицер.       — Мы не знаем, честно, — Стив подошёл к окну, стукнул по подоконнику, выгнулся и сел на него. — Вовка вернулся без них, говорил, что, когда он очнулся, никого уже не было.       — Что же такое он применил супротив нас? — задал скорее риторический вопрос Вольф. — Я говорил с нашим придворным лекарем, что наблюдает Элару. Он оценивает состояние как очень тяжёлое и не может ничего обещать за исход. Воистину странно — я-то думал, для нашего врача не осталось тайн.       — Вот ты сам ответил на свой вопрос, — Стив поджал ноги под себя. — Если не знает врач ваш, то откуда бы знать нам?       — Но ваш Вовка и моя Элара в одинаковом положении, при смерти. Вы знаете о том, как спасти его. Могу ли я поинтересоваться у вас о том же для моей жены?       — Обязательно спасём, — с гордостью в голосе произнёс Олег. — А у тебя, служивый, пластинку заело? Мы не знаем.       — Это отлично, и я буду только рад за вас. Итак, а что мне делать?       — Такие вопросы стоит задавать Костику, а не нам, — Стив медленным глотком допил шнапс. Даже он начал закипать от этих попугайских речей.       — Хорошо, где найти Костика? — уцепился за последнюю возможность помочь супруге Вольф. — Не поймите меня неправильно, но где-то в глубине души я всё ещё переживаю за эту дуру, какой бы она ни была.       — Извини, но тут мы тебе ничем не поможем, — посмотрел на вампира Олег. — Где Ленкин клоун известно только чертям, что в его голове.       — Я вас понял, — офицер встал с дивана и поставил пустой стакан на столик. — Приятно было познакомиться. Жаль, что так не прошла наша первая встреча — проблем и ранений было бы куда меньше.       — Что теперь будешь делать? — задал вопрос ему Стив.       — Пока не знаю, — Вольф направился к выходу. — Придумаю какой-нить способ отыскать вашего мага или… тоже овдовею. Третьего не дано. Кстати, вы тут, смотрю, вообще времени зря не теряли, — вампир подошёл к растаману и приподнял когтём один из кунаев, — не только до моих запасов выпивки добрались, но и оружейную, что тут была ещё до нашего заезда, исследовали.       — Как же тут не попытаешься найти оружие, когда такие чудные вещи происходят? — ухмыльнулся Стив.       — На здоровье, мне не жалко, — Вольф в ответ пожал ему руку. — Что мне теперь, я живу в королевском дворце, у меня всё есть в избытке и навалом. Хотите поиграть — играйте. Мне-то что? Это даже не моё.       — Я за тебя очень рад, — выплюнул Олег.       — Всё, я ушёл, — вампир протянул руку Олегу, — приятно было с вами познакомиться. Удачи вашим фрау в переговорах с Люцингергом, хотя он никогда не славился несговорчивостью с женским полом.       — Иди уже, — неформал пожал ему руку и посмотрел исподлобья.       Вольф бросил последний короткий взгляд в сторону Вовки, щёлкнул каблуками и вышел прочь. Когда стук его ботинок затих и хлопнула входная дверь, Стив спрыгнул с подоконника и оглядел происходящее. Ника мирно спала на диване, укутавшись по уши в одеяло, Олег развалился в кресле и смотрел куда-то в одну точку. Вовка держался за грудь и тяжело дышал, жадно хватая воздух. Часы на стене пробили пять раз, за окном начинало светать.       — Ну где же вы там? — растаман прикурил свою трубку и крепко затянулся. — Надеюсь, у вас всё хорошо, девочки. Не придётся вас выручать из беды, и будет не слишком поздно для бедолаги.       — Эй, о чём ты думаешь? — шёпот Вовки вывел из размышлений. — Наверняка же о будущем, которое у тебя впереди. Меня заполняет пустая чернота, желание мести и конца бытия этой Элары, из-за которой всё это приключилось, которая отняла у меня всё.       — Крепись, — крикнул Стив. — Осталось недолго, я уверен. Антидот тебе поможет, мы с тобой.       — Обнадёживающий фактор, все эти домыслы и предположения, — Вовка хрипло хмыкнул. — Твою фразу можно понять очень двояко, и я скорее поверю, что это мне недолго осталось жить. Будь же ты реалистом и признайся, что эта затея может закончиться и плачевно. Да и, если честно, я не хочу жить.       — Не говори так! — выдохнул Олег и закурил.       — А то что? — от кривой ухмылки Вовки у его друга встал в горле ледяной ком. Мимика застыла в одной гримасе, хрипы прекратились, а сам он безвольно уронил голову. Остановить или предотвратить сей процесс уже никак было нельзя.       — Нет, чувак, не прикалывайся так! — Олег пулей подорвался ко второму креслу. — Зачем ты нагнетаешь обстановку ещё больше? Ну же, очнись!       Олег тряхнул безвольное тело за плечи и ударил друга по щеке. Эти действия не возымели никакого эффекта. Неформал закусил губы и осторожно припал ухом к груди.       Стив повёл себя гораздо более хладнокровно. Он отложил в сторону трубку, подошёл и проверил пульс. Несколько раз поменяв положение пальцев на запястье Вовки, растаман тяжело вздохнул и достал нож. Натерев его о штанину джинсов, Стив приставил лезвие Вовке к лицу. Подержав его так несколько секунд, парень закрыл глаза и тронул Олега за плечо.       — Это уже бесполезно, — как можно мягче попытался сказать он безутешному неформалу. — Дыхания нет.       — Как же так? — От досады Олег стукнул кулаком по подлокотнику кресла, резко встал и быстро выбежал из комнаты. — Это же несправедливо, так не должно было быть!       — Мы сделали всё, что могли, — попытался найти утешающие слова Стив. — Никто из нас не виноват — судьба и карма.       Олег на тот момент был уже далеко от гостиной. Слышались маты и звон бутылок в винном погребе. Растаман сел на диван и грустно посмотрел на мирно спящую Нику. Как же не хотелось ему её будить и «радовать» такой новостью, но он прекрасно осознавал, что придётся. Пока он размышлял над речью, что скажет девчонке, Олег вернулся с новой порцией коньяка. Налив два полных стакана, он протянул один Стиву.       — Три наливай, — тот ответил ему, указывая на Нику. — Надо же разбудить её.       — Кто этим займется? Ты? — нахмурился неформал, делая большой глоток. — Отлично, занимайся, а я пойду проверю гараж.       — Подожди, — Стив схватил Олега за руку. — Давай скажем Нике и потом пойдём вместе.       С этими словами растаман провёл рукой по Никиным волосам и пощекотал её по спине. Та заворочалась, что-то промычала и разлепила глаза.       — Зачем ты меня разбудил? — от неё, наконец, раздалась внятная фраза. — Я спала достаточно хорошо.       — Выпей сначала, потом скажем, — Олег поднёс Нике стакан. — Так тебе будет легче принять эту новость.       — Что же случилось? — Девчонка села, тряхнула головой и взяла поднесённый напиток.       — Не чокаясь, — объявил Стив, — и до дна.       — Так кто из вас мне объяснит, что за ерунда происходит? — взгляд Вовкиной сестры просто съедал с интересом, когда с коньяком было покончено.       Олег и Стив переглянулись и начали ей рассказывать наперебой, что произошло с тех пор, как бог пьянства Дионис забрал её в свою страну. Про визит Импалы, про решение подруг последовать с ней за антидотом, про Вольфа и разговор с ним. То, что девчонок до сих пор нет… и Вовки тоже больше нет. Услышав последнюю новость, девушка взвизгнула и резко соскочила. Но её порыв был остановлен крепкой Олеговой рукой.       — Не стоит дёргаться, эмоции сейчас ни к чему не приведут. Я тоже сначала психанул, но потом это прошло, и разум начал ко мне возвращаться.       — Что теперь делать? — на глазах Ники заблестели слёзы.       — Гараж надо проверить, — руки Олега дрожали, а сам он выпрямился, как по струнке. — Узнаем, не соврал ли немец насчёт того, что Зину туда положил, и поищем инструменты. Похоронить же надо Вовку.       — Вот так, прямо сейчас и сразу? Ну, это же… — Нике перехватило дыхание от такой идеи.       — Дико, да? — горько ухмыльнулся Олег. — А есть другие варианты? Мы далеко от цивилизации, единственным средством связи был Серёгин телефон, который всё равно не работал. Как ты предлагаешь поступить? Что делать с телом? Тащить на горбу или просто здесь бросить?       — Не знаю, — промямлила Ника и всхлипнула. — Как же так, как такое могло произойти? Я в это просто не верю, нет.       Она наконец встала и подошла к креслу, в котором Вовка лежал, как в глубоком сне. Девушка набралась смелости и коснулась его лица. Трупное окоченение ещё не началось во всех своих физических проявлениях, но уже было очевидно, что перед ней не живой человек. Какая-то особая энергетика окружала тело, которое покинула душа. Странный и ни с чем несравнимый запах смерти распространялся и проникал в сознание, сея там страх и панику. Если ты сможешь с ними справиться, то получаешь облегчение и спокойствие, как после любого шока или стресса, который вывел тебя из колеи. Вместе с таким потрясением уходят и мелкие переживания, и невзгоды, и ты чувствуешь себя чистым листком бумаги и только от тебя зависит, чем же его теперь заполнишь. Истерикой и слезами с битьём головой о стенку или осознанием факта и решительными действиями.       — Идём, детка, — голос Стива выдернул Нику из глубин сознания. Он взял её за руку и мягко потянул к себе. — Ты ему уже ничем не поможешь. Всё, что мы сможем сделать, — это похоронить их по-человечески. Олег прав.       Ника развернулась и посмотрела на друга брата, который сходил за косухой и совал в её карман тот самый недопитый коньяк. Она последовала его примеру и натянула курточку. Стив завязал дреды в хвост и поправил шнурки на ботинках. Закончив приготовления, все трое вышли на улицу — искать тот самый злополучный гараж, о котором говорил Вольф. Они посолонь обошли вокруг дома и очень быстро заметили большие железные ворота, что были не заперты.       — Вот, кажись, и то, что мы ищем, — Олег приоткрыл одну створку и заглянул вовнутрь. — Только там темно и я не уверен, что свет включается.       — Почему же нет? — удивился Стив, доставая свой фонарик на зажигалке. — Если это гараж, то значит они здесь машину свою ставили. С машиной нужно достаточно ковыряться, как ты это собираешься делать в темноте?       — Это-то я понимаю, — согласился неформал, — что когда-то освещение тут точно было. Но сейчас-то фиг знает.       — Так, это явно не то, — Стив ощупывал стены и освящал себе поле деятельности фонариком. — А вот если так? — он с шумом опустил вниз какой-то рычаг.       Яркая вспышка заставила всех троих на секунду зажмуриться. Но постепенно глаза привыкли к свету и внутренности гаража стали различимы. Львиную долю места в нём занимал чёрный «форд» и вспомогательные инструменты для него. Также стояли там какие-то бочки, коробки, тут и там валялись провода и тряпки. Из-под левого заднего колеса машины растекалась отвратительная лужа грязно-красного цвета.       Олег понял, что Вольф, похоже, не соврал, и пошёл посмотреть, что же там. Увиденная картина была зрелищем далеко не для слабонервных. За машиной виднелась куча, похожая на какие-то останки туши в скотобойне. Неформал, борясь с тошнотой и холодом внутри, приблизился вплотную. Из сплошного кровавого месива виднелись красные волосы и элементы одежды, по которым можно было понять, что это нечто было когда-то Вовкиной женой.       — Всё верно, — Олег вернулся к остальным и достал бутылку из-за пазухи, — Зинка, точнее то, что от неё осталось, там. Нет, тебе не стоит туда ходить и смотреть, — парень остановил рвущуюся в тот угол гаража Нику и протянул ей коньяк.       — Я Зинку, правда, терпеть не могла, — всхлипнула девчонка, поморщившись от вкуса крепкого алкоголя, — но смерти я ей никогда не желала. Почему же мне не стоит туда ходить-то? Я так понимаю, что она там в очень нелицеприятном виде. Так и будем отправлять в последний путь, даже не отмыв от крови? Брат всегда учил меня быть сильной и не сдаваться перед трудностями. Если я должна пройти такое испытание, если оно выпало мне, я всё сделаю достойно и в лучшем виде.       Олег даже опешил от появившейся смелости в голосе. Неужели шок творит с людьми такие странные вещи?       — Ну смотри, мать, — Олег увидел резон в её словах, — а ты справишься с тем, чтобы привести её, скажем так, в порядок?       — А у меня есть выбор? — кисло заметила Ника. — Я не хочу, чтобы она прямо в вот таком виде предстала пред богами своими. Нужно же отмыть и переодеть.       — Тогда занимайся, — неформал хлопнул её по спине, — а мы со Стивом будем думать о погребении.       — Чувак, я так подумал, — остановил его пыл Стив, — мы яму с тобой до утра копать будем. Плюс слишком грязно, если ты понимаешь, о чём я. Может, поступим иначе? Я, правда, не уверен, что дров в подвале на это хватит, а вокруг всё мокрое и хрен разгорится. Но всё же, а если собрать погребальный костёр и сжечь тела?       — Ладно, идёмте обратно в дом уже начинать все эти приготовления, — раздавал указания Олег. — Ты за водой и тряпками, а мы в подвал. Сейчас посмотрим там на дрова, на лопаты. Будем решать по ситуации.       Ребята, вяло обсуждая дальнейшие действия, молча двинулась в обратном направлении. Только они докурили на крыльце и хотели войти, как раздался лязг калитки.       — А вы нас встречать вышли? — радостный и до боли знакомый голос заставил обернуться и чуть не проронить слезу всех троих.

***

      Спутанные волосы лезли в нос и рот. Возникало неимоверное желание избавится от этой неприятности, откинув их куда подальше. Но руки не чувствовались, словно они были замурованы и не составляли более одного целого с хозяином. По запястью вниз потекла противная холодная капля, напоминая о конечностях, почти потерявших чувствительность. Серёга с шумом кашлянул и дёрнулся. Жизнь заиграла в организме всеми красками даже не нотами, а целыми аккордами боли. Где-то рядом слышалась мелодия струнного инструмента, очень слаженная и необычная. Он словно играл сам по себе, или же неведомый музыкант был с ним одним целым. Буквально пару секунд прекрасных мыслей о музыке грубо прекратили новые спазмы в нутре.       Противный во рту вкус гари и металла вызвал судорогу в районе желудка. Серёга от души сплюнул, пытаясь избавится от мерзости. Судорога боли согнула хребет в бараний рог. Всё тело болело как после переезда катком от такого невинного и маленького телодвижения. Затёкшие руки оказались сомкнуты над головой. Серёга застонал, разлепляя заплывшие от синяков веки. Зрение и гудящий мозг нарисовали смутную и расплывчатую картину окружающей обстановки.       Изображение в глазах виделось под странным углом, как будто мир повернулся градусов так на сорок от линии горизонта. Требовалось закусить губы ради того, чтоб сделать хоть небольшое движение шеей. Небольшой оборот и осмотр того, что стало с его несчастным бренным телом, равно как и попытка понять, куда же закинула судьба нелегкая, чуть не отключили сознание в стремлении убедить себя, что это всего лишь страшный сон. Больно, очень больно. Вот ведь подстава, это точно не сон.       Ноги от бёдер до щиколоток были перемотаны грубой бечёвкой наподобие того, как перевязывают мясные рулеты. Ниже лодыжек чувствительность терялась то ли от пережатия тока крови, то ли от холода — сапоги исчезли в неизвестном направлении. Само тело оказалось привязано к каменному столбу так, что голова немного скашивалась набок, как у китайского болванчика. Серёга застонал и посмотрел прямо перед собой.       Неужели там, на дороге, ему полностью отшибло память, а после закинуло в машину времени? Небольшой кусок увиденной обстановки выглядел так, словно это средневековое укрепление поселенцев, всегда готовых к обороне. Тут и там разложено оружие, под навесами уютно устроились мешки на соломе, самые разнообразные инструменты и предметы быта и обихода. Два угла зданий выглядели довольно кустарно для современных реалий, но всё же добротно. Выше первого этажа их было не рассмотреть — вековые деревья алчно поглощали все, даже совсем небольшие кусочки звёздного неба, проглядывающие меж ветками.       Прямо перед Серёгой расселся тип, вальяжно закинув ногу на ногу и постукивая каблуками его же собственных казаков. Он играл на лютне и что-то негромко пел на неизвестном языке. Лица было не разглядеть за капюшоном и рыжеватыми волосами, спускающимися из-под него.       — Где я? Кто… ты? — Серёга дёрнул плечом, но тут же скривился от жгучей боли в локте.       — О, наш спонсор проснулся! — объявил бард, подскочив на ноги. — Мы уж боялись, что потеряли нашу свежую энергию. Налетай, ребята!       — Что вы делаете? Зачем ты взял мои сапоги? — Речь Серёги сейчас походила на нечленораздельные вскрики запаниковавшего ребёнка.       — Они тебе больше не понадобятся — ходить тебе вряд ли ещё придётся, — надсмотрщик учтиво приложил руку к груди. В темноте блеснули длинные когти. — Неужели ты спрашиваешь свинью, хочет ли она, чтобы из её кожи ты шил себе одежду? Полагаю, что нет, — ты просто берёшь её и всё. Вот так же и я…       — Ластор, хватит болтать, — издевательские речи барда оборвал высокий женский голос. Серёга сжался в комочек, когда его подбородок небрежно схватила маленькая и цепкая рука. — Так, посмотрим, кого мы тут поймали. Хм, симпатичный мужик. Наверняка от воздыхательниц не было отбоя? Ну что ж, придётся чуть испортить смазливое личико.       На бедного парня впритык сверлящим взглядом уставилась девушка азиатской наружности. Фарфоровое личико, чёрные глаза, миниатюрный красный рот, чёрные волосы, собранные в пучок. Просто ожившая мечта из японских фильмов. Не успел Серёга и моргнуть, как его щёку молниеносно рассекло насквозь ледяное лезвие. Кровь брызнула фонтаном, дама ликующе засмеялась, её лицо исказилось и стали заметны многочисленные старые шрамы. Японка жадно присосалась к повисшему лоскуту кожи, впиваясь в него клыками и кусая и без того зверски мучающую рану. Она быстро насытилась и снова пустила в ход лезвие. Теперь Серёга расстался с куском носа. Создавалось впечатление, что мучительнице доставляет удовольствие сей процесс. Где-то вдалеке раздались возгласы неодобрения.       — Немедленно прекрати, — адскую пытку прекратил низкий и спокойный мужской голос. — От живого будет больше пользы. Такое кровотечение убьёт его за несколько часов. Будь благоразумнее и рассудительнее.       — Почему ты всё время мне указываешь, что делать? Почему я не могу хоть немного развлечься? Что тебе дался, в конце концов, этот человечек? Я просто жажду изрезать эту физиономию, на которую так ведутся самки!       Под недовольные ругательства и крики разъярённого милого создания жжение на лице начало постепенно утихать. Кожу лица бережно обернула мягкая и тёплая ткань. Повязка, пропитанная снадобьем, плотно обтянула нижнюю челюсть и буквально заживила свежие порезы. Серёга хотел уже было от всей души поблагодарить заступника, как сильный укол в шею охладил его пыл.       — Через эту трубку мы сможем питаться им ещё какое-то время, — тот же голос было всё сложнее разобрать из-за наплывающего головокружения. — Это всех касается! Пьём лишь столько крови, сколько необходимо для поддержания организмов. Человек должен оставаться жив как можно дольше. Поить и кормить его, накинуть на него плащ, чтоб не мёрз…       — Бабу ему не привести? — недовольно фыркнула японка, злобно топнув ногой.       — Может, притащившие такой королевский подарок будут иметь хоть некоторые привилегии? Скарт, мы с тобой сделали почти всю работу, так нечестно, — Серёга краем глаза заметил знакомый силуэт той, что напала на него на дороге. Сейчас она скрестила руки и выжидающе смотрела попеременно на него и на наводящего порядки мужчину.       — Правила для всех и закон выживания един. Даже своей жене я не позволяю многих вольностей…       — Ах, так, это мои вольности, — неугомонная дама завизжала, как бензопила. — Хорошо, я сама найду себе добычу и оторвусь всласть! Подавитесь вы уже своим человечком!       Гневную тираду завершили хлопки крыльев. Кто-то в толпе засмеялся.       — Я всегда говорил, что гнев — плохой советчик.       — Будет тебе, брат, — рядом с Серёгой прошёлся широкоплечий и крепко сбитый мужчина. Его виски были забриты, а волосы заплетены в высокую косу. Что-то явно выдавало в нём северянина. — Хель с ней, давайте лучше подкрепимся!       — Пир нас заждался, — протянул бард, почёсывая козлиную бородку. — Теперь сей господин будет наливать нам, а не своим друзьям.       — Это точно, господин, — ещё один голос раздался словно из ниоткуда. Так же внезапно прилетел сильный хлопок по спине. Серёга бегло рассмотрел руку, скользнувшую по его плечу. На ней явно не просто так не хватало пальцев, но напрочь вылетело из головы, что бы это могло значить. — Я наблюдал за ними, как только они пришли. Вот этот от души угощал своих друзей. Чем же мы хуже?       — Ты хорошо поработал, Стилл. Итак, объявляю празднество открытым!       Серёга сменил весь спектр чувств и эмоций от озноба до броска в жар, пока вампиры, весело переговариваясь о своём, пили его кровь. Шум, гул, музыка и голоса уже не различались в сознании, полностью помутнённом галлюцинациями из-за болевого шока. Единственное, что Серёга ощутил отчетливо, — как один из этих упырей ловким жестом содрал с него жилетку и хвастался трофеем даме.        «Никогда не хотел так закончить жизнь, — пред глазами мелькало уже всё прошлое, — но сейчас я не вижу возможностей выпутаться из этой переделки. Не вешать нос! Обязательно случится чудо, и я спасусь. Только вот как? Наверное, я заслужил такой конец. Стоило мне быть милосерднее, менее жадным и высокомерным. Боюсь вспоминать, сколько раз я шёл по головам и сколько людей меня прокляли, пожелав сгореть в самом пекле ада. Вот, кажись, я в нём. Как же спастись и что с остальными ребятами?».       Голоса, окружающие его, становились всё мерзче, а самочувствие — хуже. К травмам прибавились слабость и холодок в области сердца. Позитивных мыслей для поддержки не осталось, реальность говорила, что это лишь утопия. Рассудок путался, мир виделся в иных, тёмных красках, изо всех углов ползли твари и липкой сетью окутывали душу, не пуская её на свободу. Оставалось лишь собирать волю в кулак и еле дыша просить мироздание о лёгкой и быстрой смерти. Выдохнув, Серёга услышал ещё какие-то звуки музыки и бесцветным взглядом уставился в небо.

***

      — А вы нас встречать вышли? — радостный и до боли знакомый голос заставил обернуться. Олег нервно раздавил в пальцах фильтр сигареты — вот и ещё одно испытание подоспело.       — Кисуль, вы вернулись! — Неформал отшвырнул окурок и бросился навстречу своей любимой. Подхватив её на руки, он оторвал Яну от земли и крепко прижал к себе. — С вами всё в порядке?       — У нас всё получилось, — Яна, борясь с перебоями дыхания и пытающимся её задушить в объятиях парнем, пыталась рассказать, как всё прошло. — Этот пафосный король действительно как из рассказа Ариданы, но, как оказалось, не такой уж и противный. Улыбнулась я ему пару раз — он и растаял. Посочувствовал и подарил нам антидот, он лежит у меня в кармане. Быстрее к Вовке, чего ждём?       Олег тяжело вздохнул, поцеловал Яну ещё раз и посмотрел в сторону Стива, который обнимал Алку совершенно молча. Понятно, не решился брать он на себя роль того, кто будет озвучивать печальные новости и огорошит девчонок тем, что их усилия были напрасны.       — Дорогая, я должен тебе кое-что сказать, — наконец собрался с мыслями Олег и посмотрел в глаза своей девушке. — Антидот уже не нужен.       — Как не нужен? — задала она глупый вопрос. — Ты хочешь сказать…       — Вы не успели. Вовка уже мертв, — со всей твердостью, на которую был способен, объявил парень. — Извини, хотя и не знаю, за что.       — Не может быть! — Яна опустила глаза, заблестевшие слезами. — Неужели жизнь настолько несправедлива?       — Всё может быть, — кивнул Стив, подтверждая слова Олега. — Смерть тоже имеет место в мире и к ней стоит относиться с пониманием, что ли. Не было бы смерти, кто бы ценил радость жизни и познал разницу? Ладно, это я загоняюсь. К нам тут Вольф заходил и поведал, где Зина. После той драки он спрятал тело в гараже. Да, детка, вот так. Мы даже уже нашли.       Алка судорожно сглотнула и безвольно опустилась на колени. Её волосы ужасно спутались и повисли паклей, на сапоги налипла грязь, а сердце в груди прыгало как заяц. Пару раз дёрнув плечами, девушка громко зарыдала.       — Что мы теперь будем делать? — всхлипывала она.       — Детка, слезами здесь уже ничего не исправишь, — наклонился к ней Стив. — Нужно набраться сил и достойно их погрести. Вместе.       — Как погрести? — Алка даже начала заикаться. — Вы собираетесь их просто взять и закопать?       — Мы хотели собрать костер и сжечь их, — ответил Олег. — Всё, что мы теперь сможем для них сделать. Это останется нашей тайной.       — Разве так можно поступать? — Алка тряслась от такого хладнокровия. — Не показывайте мне этого, я не смогу…       — Тебя никто и не просит, детка, — Стив ласково гладил её плечи. — Но, поверь, это лучшее решение, чем просто бросить всё, взять и сбежать. Нам нужно проявить всю силу нашего духа.       — Показывайте, что там и как, — Яна отстранилась от Олега и сделала пару шагов к дому, словно смирившись с решением парней и признав в нём толику разумности.       — Я уже решила, что займусь приведением в порядок трупа в гараже, — Ника сошла с крыльца и подошла к Яне. — Я бы не отказалась от твоей помощи. Нужно обмыть Зину от крови и переодеть из рванья.       — С окоченевшим трупом тяжело будет возиться, очень, — Яна сама обалдела, с какой лёгкостью она говорит о таких вещах. — Но куда же я денусь?       — Мы со Стивом соберём погребальный костёр, — Олег коротко чмокнул Яну. — Если внизу на него дров хватит. Яму рыть не хочется — достаточно грязно, гробов нет. Но если не будет иного выхода… — он печально повозил тракторной подошвой по грязи. — Слушайте, девчонки, вы всегда хотели, чтоб мы жили с товарищем растаманом мирно. Поздравляю, это произошло.       — Вот такой ценой? — подняла красные глаза Алка. Стив сделал утвердительный жест в знак того, что Олег говорит правду.       — За некоторые вещи придётся платить очень большую цену, — разъяснил он своей зарёванной подруге. — Иногда, чтоб произошли изменения, должна случиться беда. Что-то должно измениться для того, чтобы привычное положение вещей сменило течение и пошло иначе.       — Раз так, — Алка немного справилась со слезами, — можно я просто приберусь в доме и соберу хоть какой-то поминальный ужин? Даже это слишком тяжело для меня.       — Я сам хотел тебе это предложить, — погладил её по щеке растаман. — Во-первых, о живых думают в первую очередь и есть нам иногда надо. Во-вторых, именно с этим ты сейчас лучше всего и справишься, я в тебя верю. Олег, ну что идём в подвал оценивать количество дров? Нелёгкая и нечистая нам предстоит работа.       Ребята гуськом молча зашли внутрь дома и разбрелись согласно тому, как они распределили обязанности. Олег со Стивом полезли в подвал, Яна пошла на кухню набирать горячую воду; Ника побежала наверх за вещами и одеждой, а Алка отправилась в кладовую за продуктами. В стенах повисло напрягающее молчание, перебиваемое лишь бытовыми звуками. Как на поминках. Дом довольно скрипел половицами, шуршал шторами, урчал водой из крана. Словно довольно засыпая и давая людям перерыв от своей игры и иллюзии.       События происходили как в замедленном фильме. Яна флегматично держала кастрюлю над струёй воды, а воображение в это время рисовало ей картинки всякие абстрактные из прошлого, рождённые фантазией. Начиная от каких-то наивных детских воспоминаний вроде разбитых коленей и потерянных игрушек, заканчивая тем, во что и поверить нормальному человеку сложно. Другой мир, вечно молодые и вечно живущие вампиры, она стоит перед их повелителем и просит волшебное противоядие. Чёрт, да пару дней назад она сама бы решила, что такое бывает только в фэнтезийных сюжетах. Последние два дня в корне перевернули мировоззрение и взгляды на мистику. Как же жаль, что ценой таких знаний оказались жизни близких людей…       — Яна, дурья твоя башка! — хлопок по плечу вернул девушку в суровую реальность. — Вода же у тебя уже через край на пол хлещет из кастрюли, не видишь, что ли?       — Ой, и правда, — Яна убрала кастрюлю из раковины и начала убирать подручными тряпками следы потопа. — Ты нашла одежду и вещи?       — А то ж, — Ника продемонстрировала то, что у неё было в руках: зелёные джинсы, чёрную футболку и бутылку вина. На плече у неё сиротливо висела Вовкина гитара. — Выпьем для храбрости и пойдём, покажу тебе тот кошмар в гараже.       — Никогда не думала, что придётся побывать в роли помощника патологоанатома, — призналась Яна, с трудом ворочая полную кастрюлю. — Как-то не училась такому ремеслу.       — Я, думаешь, училась? — отрезала Ника, отпивая из бутылки. — Но придётся нам с тобой этим заняться. Вперёд, к гаражу.       — Гитару ты зачем принесла? — Яна тоже сделала глоток вина. — Чёрт, я аж смотреть на неё не могу. Не могу поверить, что она уже не дождётся хозяина.       — Цацки Зинкины тут же, — Ника выкладывала из рюкзака духи, украшения, тетради. — Это всё надо туда же положить.       — Куда туда же?       — На костёр, наверное. Ты же сама мне столько рассказывала про обычаи погребения наших предков. Как любимые и нужные вещи замуровывали или сжигали вместе с их обладателями. Ведь они ещё им понадобятся в другой жизни.       — Рассказывать и делать — не одно и то же. Но, наверное, ты права. Сделаем так, есть в этом свой сакральный смысл. Не зря же веками делали именно так. Только вот стихи Зинкины жечь не нужно. Вот уж что-что, а это стоит оставить как память.       — Пожалуй, — Ника сняла с плеча гитару и поставила её. — Оставим стихи, идём уже в гараж, эх.       Яна машинально подхватила набранную воду и так же неестественно поплелась следом за Вовкиной сестрой. То, что ей сейчас предстояло увидеть и чем заняться, полностью выводило её из равновесия. Она боялась не смерти и трупов — их-то видеть приходилось достаточно за свою жизнь. Вспомнилась автомобильная авария, случайно ими с Олегом замеченная, жертв которой подъехавшие специалисты отскребали от асфальта. Посмотреть и понаблюдать за сим действом было даже интересно. Близких хоронить тоже приходилось и неоднократно. Что-то другое сейчас не давало покоя. То, что придётся собственноручно прикоснуться к мёртвому телу? То, что это был близкий человек? Сама ситуация, в которой они оказались?       — Да бабкины подвязки! Ты чего как зомби себя ведёшь и совершенно не слушаешь, что я тебе говорю? Пришли же уже!       Голос Ники в этот раз был ещё более истеричным, Яна с трудом вынырнула из погружения в свои растрёпанные мысли и тряхнула волосами. Она огляделась вокруг и поняла, что уже стоит в гараже, а напротив неё лужа запекшейся крови. Яна сделала движение, чтоб поставить кастрюлю оземь, но Ника её остановила.       — Сюда неси! — была команда. — И да, вот, что нам предстоит сделать. Не скажу, что работка самая чистая и приятная, но факт её наличия имеется.       Поставив кастрюлю и намочив тряпку, Яна оглядела пол в той области, куда указала подруга. Увиденное заставило даже ущипнуть себя, чтобы убедиться в том, что это не кошмар. Поражала реалистичность того, как голова девчонки, которую она знала не один год, была повернута под неестественным углом, на остекленевших незакрытых глазах виднелись капли крови, волосы превратились в сосульки. Яна закашлялась и потянулась к бутылке, заботливо припасённой Никой. Та в своё время уже вовсю стягивала с трупа то, что осталось от одежды.       — Помогай, — Вовкина сестра протянула Яне тряпку. — Щас кровь с неё смывать будем, а потом оденем в чистое и целое.       Яна покорно кивнула и решила особо не заморачиваться, выполняя действия, от которых было уже никуда не деться. Следующий час жизни прошёл как в тумане: смывание с мёртвого тела крови и грязи, ещё два раза бегание за чистой водой, выбрасывание того, что было на Зине, в камин. Ника даже не потеряла присутствие духа и под конец притащила свою косметичку, чтобы накрасить покойнице глаза и губы. Когда был сделан последний штрих, она оглядела их с Яной совместную работу и даже вскрикнула. Зина лежала на только что сооружённой конструкции из ящиков аккуратно одетая, с чуть влажными волосами и накрашенная — ну совсем как живая. Стоило отмыть с неё и пола кровь, вправить ей голову и конечности, одеть в чистое — и картина, на удивление, стала пугать ещё больше. Как будто смерть признала свою ошибку и попыталась вернуть жизнь этой когда-то дерзкой, но по-своему очаровательной девчонке.       — Вы закончили? — в гараж заглянул Олег. Его щёки были перемазаны сажей, а руки исцарапаны. Сразу было заметно, что трудился с дровами. — Если да, то идёмте, а мы заберём Зину. У нас всё готово, дров хватило.       — Как видишь, — Яна обтирала руки и плащ. — Вот, берите.       — Мы собрали погребальный костёр, — Стив зашёл, держа в руках большое покрывало. — Полностью всё уже на него сложили, не хватает только…. Не дров. Дров там хватит с лихвой и на костёр, и на то, чтоб мы не замерзли. Сухой хворост для разжигания я обнаружил в вон том то ли сарае, то ли фиг знает, чем это было при жизни. Там куча какого-то сена…       — Меньше разговоров, больше дела, — перебил его Олег, отбирая и расстилая покрывало. — Давай побыстрей уже со всем этим закончим. Помоги мне.       Он взял Зину за ноги, а Стив — за плечи. Перекинув тело на предназначенную для переноски ткань, парни взяли её как носилки и двинулись к выходу, собирая ругательства.       — Зовите Алку, она там уже полы вымыла и на стол накрывать закончила, — дал девчонкам задание Стив. — Мы вас на улице за калиткой ждём.       Яна с Никой молча допили остатки вина, закурили и пошли в дом. Найдя Алку расставляющей тарелки на столе в столовой, они парой коротких фраз пригласили её последовать с ними. Она закончила своё дело, накинула найденную где-то теплую шаль, и все втроём девушки вышли на улицу, а потом и со двора. Примерно в двухстах метрах от забора возвышалась сооружённая конструкция, не заметить которую было просто невозможно. Сложенная из поленьев и готового полыхнуть в любой момент лёгкого хвороста, она будто звала к себе и всем своим видом показывала, что именно там их и ждут. Набрав полные лёгкие воздуха и закурив ещё одну сигарету, Яна взяла Алку за руку и пошла навстречу деревянному монстру. Стив на что-то накидывал покрывало, а Олег склонился над будущей крадой и шептал себе под нос последние напутствия для своего друга.       — И в лучшем мире спите вместе, — по мере приближения стали различимы его слова. — Извини, Вовка, что так оно всё вышло. Вину свою признаю полностью, я же уговорил тебя на этот поход.       — Ни в чём ты не виноват, — попытался успокоить неформала Стив. — Не ты же их убил, не ты же их на смерть послал.       — Но я всё это придумал. Острых ощущений захотелось да материалов для газетёнок, а авось для книги. Да, их сполна теперь, а вот они мертвы. Неужели это плата за знание, за дар?       — Дорогой, успокойся, — Яна подошла и обняла его сзади. — Все мы сделали всё, что могли, и никто не мог предвидеть такого. Пусть тебя успокоит тот факт, что, в конце концов, все мы смертны.       — Да уж, кисуль, утешила, — шмыгнул носом Олег и огляделся по сторонам. — Все пришли? Тогда можно поджигать факел.       — Подожди, — Ника подбежала практически в упор и глянула на мертвецов. Вовку и Зину уложили в обнимку и накрыли покрывалом. На их лицах была такая безмятежность, как будто они просто спят. Со стороны Вовки рядом лежала его гитара, а около Зинки — её вещи, чистые тетради. Парни потрудились на славу, нечего сказать.       — Посмотрите, как будто ничего и не случилось, — по лицу девушки потекла слеза.       Яна в это время два раза обошла кругом погребальный костер. На третьем разе она остановилась и склонилась над умершими супругами.       — Я верю, что есть вечная жизнь, — неформалка поправила воротник Зине и напульсники на Вовке. — Не только такая, как у вампиров этих, и что не обязательно становиться такими, как они, чтобы не умереть. Человек жив, пока жива память о нём, а я вас никогда не забуду, — она на секунду чуть прикоснулась к гитаре.       — Вовка, сколько же ты для меня в этой жизни сделал, — Олег стоял с другой стороны и держался за холодное плечо. — Только благодаря тебе я не потерял веру в себя, благодаря тебе у меня есть это рыжее чудо, которое просыпается каждое утро рядом, чему я несказанно счастлив. Спасибо тебе за всё, чувак. Будь счастлив в другом мире.       Ника, рыдая и без лишних слов, подошла и в последний раз поцеловала брата в лоб. Стив, опустив голову, одной рукой держал зажжённый факел, а второй прижимал к себе рыдающую Алку.       — Я не знаю, что и сказать, — у девушки была натуральная истерика. — Наверное, будет достаточно простого «покойтесь с миром».       — Я не так близко был знаком с ними, чтобы говорить длинные речи, — Стив передал факел Олегу, а сам взял стоящую рядом канистру с керосином. — Я искренне сочувствую горю вас троих. Но, наверное, не стоит затягивать уже и сделать то, что мы должны.       Растаман опрыскал горючим хворост и отошёл в сторону. Олег сделал жест девчонкам, чтоб они удалились и, убедившись в том, что все на безопасном расстоянии, кинул факел в самую большую кучу сухостоя. Пламя моментально объяло ветки и сухие дрова, оплетая собой погребальное сооружение. В последний раз удалось разглядеть тех, ради кого это было сделано, пока мощный огонь не поглотил их тела. Яна спрятала лицо на груди Олега, Ника упала на колени и приложилась к прихваченному вину, Стив успокаивал Алку и держался за лоб. Крада разгоралась всё ярче, затмевая собой приближающийся рассвет. В этот момент, казалось, время остановилось — даже сигареты перестали тлеть и сердца биться. Какая же огромная гамма эмоций переживалась каждым из участников, насколько же в такие моменты переворачивается мир с ног на голову. Неужели Олег ещё позавчера мог поверить, что Стив станет — в этом он уже не сомневался — ему товарищем? Вечно пьяная и весёлая Ника будет рыдать над могилой брата, которого она считала почти идеалом своим и знала, что он всегда вытащит её из трудной ситуации? Стив, странно относящийся к этой компании, настолько с ними сблизиться? Яна, осознающая, что их усилия были напрасны?       — Идёмте уже в дом, — Алка прервала это напряжённое молчание. — Я же поминальный ужин-то сготовила. Костёр уже и без нас догорит, а я сейчас в обморок грохнусь.       — Действительно ведь, уже почти утро, — Яна поддержала подругу, — и всё почти сгорело. Дорогой, давай воспользуемся предложением.       Подняв с земли рыдающую Нику и кое-как достучавшись до сознания Олега, стоявшего с каменным лицом, ребята пошли прочь от места погребения их друзей. Абсолютно молча они вернулись в тёплый и чистый дом, где не осталось никаких следов пережитых ужасов — окровавленная одежда сожжена, полы вымыты, на столе выпивка и почти остывшая еда. Алка попыталась выдавить из себя улыбку и созвать всех к столу, но её как-то не послушали и двинулись кто куда. Стив заглянул в гостиную, чтоб проверить камин, а также подкинул полешек в печку под лестницей. Олег, зайдя в столовую, налил пять полных стаканов шнапса и начал есть кашу с тушёнкой прямо из супницы. Яна заглянула в спальню, которую они заняли, и вернулась оттуда без плаща, но в тёплой кофте. Лишь Ника и Алка сразу уселись за стол, чтобы терпеливо подождать, пока все соберутся.       — Я, конечно, дико извиняюсь, — Стив отряхивался, присоединяясь к застолью, — но я трудился на благо общего дела. Всё-таки опять тут мерзнуть — это не комильфо.       — Тебя только и ждём, — Олег протянул товарищу стакан. — Итак, давайте помянем что ли. За последние сутки многое произошло и многое изменилось. Никогда бы не подумал, что высшие силы так надо мной пошутят — отберут одного товарища и дадут другого. Стив, прошу тебя, прости меня за все те гадости, что ты натерпелся от меня за все эти годы. В ситуации, в которой мы все оказались, я бы не справился без тебя ни морально, ни физически. Я издевался над тобой, считал тебя слабым и мозгом, и телом, не упускал ни одного шанса тебе об этом напомнить, а ты в критической ситуации и ко мне, и к Вовке отнёсся с добром. Я это ценю, но задаюсь вопросом — почему?       — Чувак, не грузи себя лишний раз, — Стив лишь добро улыбнулся и закрыл глаза. — Есть такой зверь под названием человеческий фактор. Мы с тобой уже об этом говорили: зря ты думал, что у меня нет сердца. Я рад, что ты увидел, что оно у меня не просто есть, а ещё и назвал своим товарищем.       — Не думала, что настанет день, когда я не буду рада этому, — Яна оторвалась от поедания консервы. — Сколько я просила всех богов о том, чтобы вы перестали ругаться и хотя бы мирно сосуществовали. Неужели Вовке с Зиной надо было умереть, чтоб вы это поняли?       — Лучше всего сейчас Ленке, — ни к селу ни к городу ляпнула Алка. — Дома, у Костика под бочком. Кинула и смылась, ну как это называется? Друзья познаются в беде, хороши друзья.       — Кстати, никто вообще не захотел даже подумать, а куда делся Серёга? — тихо спросила Ника, но её никто, казалось, не услышал.       — Подожди пороть горячку насчёт Ленки, — остановила её Яна, допив свой стакан. — Я уверена, что были у неё причины именно так поступить. Они пока для меня неясны, но скоро мы их узнаем. Дорогой, ты куда? — девушка увидела, как её любимый, доев свою кашу и выпив третий стакан шнапса, встал и направился к выходу.       — Я в душ и спать, — Олег на ходу снял футболку. — Устал я сильно и перепачкался весь. Освежиться и смыть с себя всю грязь и мерзость этого бренного дня будет отличной идеей.       Спустя буквально минут десять за разговорами ни о чём Алка пожаловалась на плохое самочувствие, и они со Стивом последовали примеру Олега, уйдя в спальню на втором этаже. Яна и Ника остались вдвоём.       — Завтра по-любому нужно уходить отсюда, — заломила руки пианистка. — Хватит с меня всех этих жёстких приключений и впечатлений. И смертей…. Слушай, я переживаю за Серёгу. Он-то вообще без вести пропал.       — Вот проснёмся и решим, как быть, — Яна допила последний шнапс и чмокнула подругу в щёку. — Наверняка они втроём, с Леной и Костиком, убежали. Все найдутся, давай не думать о плохом, а расползаться по койкам. Я чувствую, что алкоголь сильно ударил мне по мозгам — то ли от нервов, то ли от настроения.       — Да, ты права, утро вечера мудренее, — Ника встала из-за стола, и вместе они направились к выходу. Яна пожелала подруге спокойной ночи и отправилась в спальню, которую они с Олегом экспроприировали себе.       Ночник был зажжён, Олег ещё не спал и пытался даже читать книгу. Волосы на висках чуть влажные, полотенце висит на спинке кровати. Яна покачала головой, посетовав на неряшество, закрыла замок на двери и принялась раздеваться.       — Кисуль, я тут задумался, — Олег перевернулся на живот, отложил книгу и поправил кулон на шее, — а что вообще есть этот антидот хваленый? Он у тебя остался?       — Да, куда же мне его было деть? — Яна скинула блузку и расстёгивала джинсы. — Так в плаще у меня и лежит. Столько усилий и мучений ради него — и впустую. Ты знаешь, Аридана не соврала: их вампирский мир действительно тяжело воспринимать. И дезориентацию, и разные виды головокружений, и странную духоту я оценила всласть. Вот эта постоянная смена цветов в воздухе, из-за которой перед глазами всё плыло, и я не могла быстрее поспевать за Импалой.       — Пока ты не легла, — парень остановил любимую, что уже собиралась в кровать, — можешь мне хоть показать эту хвалёную цацу?       — А чего смотреть-то на него? — Яна удивилась, но просьбу выполнила. Достав флакончик из кармана плаща и передав его Олегу, девушка забралась под одеяло. — Знаешь, что было самым приятным, когда мы вернулись обратно? Облегчённо вдохнуть свежий воздух и увидеть звёзды на небе. Может быть, конечно, это было от такой разницы между условиями, но всё равно это уж слишком экзотично и непривычно.       Олег в это время выключил ночник — читать дальше уже совершенно не хотелось. Спальня погрузилась в полумрак, освещаемая лишь рассветом. Но этого вполне хватало, чтобы графин с антидотом сверкал в полутьме как запёкшаяся кровь. Кристально прозрачное содержимое плавно перекачивалось из стороны в сторону во время движений Олега им туда-сюда. Неформал сорвал пробку и попробовал на вкус неведомое и такое покрытое тайной вещество. Ничего особенного — солоноватый привкус с примесью металла. Вот эта непонятная штука могла спасти от смерти его друга? Ради неё девушка, с которой он собрался провести остаток жизни, ходила, как бы сказали в сказках, на край света или прямиком в ад? Что же в нём такого особенного, в чём заключается редкость и труднодоступность?       — Оставь ты уже в покое антидот, — Яна прижалась к любимому и поцеловала его. — Не хватало ещё, чтоб ты им отравился.       — Вроде он обратный эффект имеет, — первый раз за вечер лицо Олега тронула улыбка. Но он таки убрал ёмкость на прикроватный столик и обнял любимую. — Про плохие от него последствия Аридана не говорила       — Мало ли что она там говорила или нет? — Яна чуть выгнулась, ощутив на своей груди тёплые пальцы. — Кто ж тебе сказал, что она рассказала всё-всё? Тем более с той частью рассказа, что касается антидота, она как раз больше всего и темнила.       — Слушай, а прикольно было бы, — Олег всё настойчивее целовал шею и ласкал соски. — Искать антидот от антидота.       — Я уже ничему не удивлюсь, — после этих слов девушка тяжело вздохнула от удовольствия. Любимый уже вовсю тёрся о внутреннюю сторону её бёдер.       — Не говори больше ничего, — прошептал он Яне на ухо, слегка прикусывая мочку. — Разрядка сейчас необходима нам обоим. Положительные эмоции после всего пережитого.       — Да, ты прав, — таким же шёпотом ответила Яна, ощущая, как член погружается в неё. — Продолжай…

***

      После двух непродолжительных половых актов Яна мирно уснула у Олега на плече. Он прижимал её к себе и тоже пытался отключиться, но сон, несмотря на физическую усталость и алкоголь, как ветром сдуло. Глухие удары сердца отдавались в затылке, перед глазами стояли последние минуты Вовки. На фоне этих эмоций поднималась новая волна гнева, злобы и жажды мести за такую смерть друга и его жены.        «Я не могу просто так взять и уйти, — раздумывал Олег. — Элара, я собственноручно вырву твои мёртвые кишки! Как ты посмела так поступить, сумасбродная дура? Раз ты так сделала, без чести и совести напала на того, кому проиграла в честном бою, тогда почему это я должен соблюдать правила? За всё ты мне ещё ответишь, доберусь я до тебя».       За размышлениями парень постепенно начал засыпать. В глазах поплыли разноцветные круги, и стало видеться начало сна. Вой ветра за окном, тёплое одеяло и вновь навалившаяся усталость убаюкали в два счёта. Попытавшись прикинуть ещё какие-то хитрые планы и думая о том, что он собирается предпринимать в день грядущий, Олег провалился в глубокий сон.