Лишь тьма

В дверь аккуратно стучат. Хэнк. Эрик рассержено рычит, но Чарльз говорит: — Входи, Хэнк. Все в порядке. — Я закончил с Логаном, профессор. Он в своей комнате. — Она устроила его? — спрашивает Чарльз. Хэнк кивает, не решаясь при Магнето рассказать о «странностях» гостя. Серые глаза последнего внимательно наблюдают за ним. — Отлично. Я, пожалуй, пойду, а ты, будь так добр, обработай Эрика, — с этими словами, Чарльз выехал из гостиной, оставляя Хэнка и Эрика вдвоем. «Сбежал», — думает Эрик. Зверь кладет на стол комплект одежды Эрика, которая так и осталась в шкафу его комнаты перед отъездом. Магнето с ностальгией смотрит на нее. Хэнк вздыхает и смачивает кусок ваты в перекиси, но Эрик выдергивает ее у него из рук и грубо говорит: — Я справлюсь сам! Хэнк закатывает глаза и выходит из гостиной, оставляя Магнето зализывать свои раны самостоятельно. Леншерр вызывает у него лишь раздражение и у него нет ни малейшего желания проводить с ним лишние минуты. Вместо этого он выходит в коридор и думает, было, пойти на кухню и выпить чаю с профессором, но слышит дверной звонок. Его сердце болезненно екает. На негнущихся ногах он идет к двери и смотрит в глазок. Рейвен. Блондинка с голубыми глазами. Он нетерпеливо открывает дверь. — Привет, Хэнк! — улыбается она. Она ведет себя так, словно ничего и не произошло, — думает Хэнк. Сердце болезненно екает и в горле застывает ком. Рейвен, увы, не девушка, которую он когда-то полюбил, нет, она женщина. Но Хэнку кажется, что он готов полюбить ее и такой, но ему не придется, потому как чувства, когда-то казавшиеся запертыми, горят в груди огнем. — Привет, — смущенно здоровается он. Он слышит как катятся колеса Чарльза и отходит в сторону, давая Рейвен пройти. Та входит в дом и оглядывается. — Здесь ничего не изменилось, — изрекает она. Хэнк кивает, вспоминая полчаса работы Золушкой в этом особняке, пока Чарльз разговаривал с Магнето, а Логан вырубился у себя. Ему не жаль потраченного времени. Он знает, что профессор ценит его. — У меня никого кроме тебя не осталось, Хэнк, — хрипит Чарльз, когда его, в который раз пьяного, пахнущего женскими и мужскими духами, забирает из ближайшего бара Хэнк и усаживает в машину на заднее сидение, — Ты единственный, кто не бросил меня. Спасибо тебе, Хэнк. Хэнк хочет было ответить профессору, но тот уже похрапывает, очевидно, заснув. — Рейвен, — кивает головой Чарльз, не зная как к нему относится его сестра. Но руки Рейвен обнимают его и он едва сдерживает слезы. Рейвен плачет, ее руки дрожат. Чарльз неловко обнимает ее в ответ. Спасибо, Хэнк, — благодарит профессор и отстраняется от Рейвен, — Эрик в гостиной. Я заблокировал его силы, поместив контроль над ними на самый нижний уровень его сознания. Теперь он не сможет ими воспользоваться. Только если убьет меня. Рейвен кивает, очевидно, думает Хэнк, глуша порыв сказать «Эрик бы никогда не убил тебя». От Магнето можно ожидать чего угодно. Хэнк испытывает злобу по отношению к нему. Этот урод пытался убить Рейвен. — Мистик, — коротко говорит переодевшийся Магнето, выходя из гостиной. Руки Рейвен сжимаются в кулаки. Она смотрит ему в глаза и не видит в них ничего человеческого. Только пустоту. — Меня зовут Рейвен. Мистик мертва, Магнето, — сквозь сжатые зубы говорит она. Магнето насмешливо приподнимает бровь, будто знает о ней все. «Лгунья» — висит между ними в воздухе. Она с вызовом смотрит на него, но тот лишь фыркает и идёт обратно в гостиную. Он понимает по ее глазам, что девчонка что-то задумала. — Похоже, вы все открыли клуб «Мы ненавидим Магнето» и не предупредили меня об этом, — говорит он из гостиной, показывая, что ему было прекрасно слышно все, о чем говорили Чарльз и Рейвен. Эрик щёлкает пультом и включает телевизор. Листая каналы, он натыкается на новости. Боливар Траск арестован. Магнето и Мистик в розыске. Превосходно. — Ты говорил, что для того, чтобы остановить Траска нам нужно будет убить его, — безэмоционально говорит Чарльз, въезжая в гостиную. Эрик вздрагивает от неожиданности. Он привык к тому, что может ощущать металл инвалидного кресла Чарльза. Это все равно, что отрубить правую руку или лишить способности ходить… Чтож, иронично, Чарльз. — Иногда и я ошибаюсь, — нейтрально говорит он, — Мистик вновь скрывает себя, как ты и хотел. — Я виноват перед ней. Но и она передо мной не меньше, — Чарльз старается не смотреть в глаза своему врагодругу. Сказать сейчас «Я никогда этого не хотел» — лицемерие. — Как и годы назад, ты находишь оправдания себе и своим поступкам, — Эрик выключает телевизор. Тупая коробка с говорящими головами. Магнето хочет поотрывать их все. Чарльз трёт виски. Голова раскалывается. Он не смотрит на Магнето. Корит себя за то, что не рассмотрел раньше то, насколько они разные. Истинные мотивы Эрика. «Я знаю о тебе все!» — заявляет он тогда. Может быть. Но человек, что сидит перед ним незнаком ему. Серые глаза с жадностью смотрят на него, ожидая агрессии. Ожидая ссоры, драки. Хоть чего-то. Но Чарльз не может дать ему этого. Он слишком устал. — Я устал, Эрик. Я прошу тайм-аут. Я не могу больше вынести этого. Я думал, что когда мы снова будем все вместе, все будет как раньше… — тихо говорит Ксавьер. Язвить не хочется. Не хочется кричать. Хочется спать. — Ты в своем уме?! — яростно спрашивает Магнето, вставая с дивана и приближаясь к Чарльзу, — Ты притащил меня сюда против моей воли и ожидаешь, что все будет как раньше?! Как раньше, Чарльз?! — руки Магнето больно сжимают плечи Чарльза, но тот просто смотрит на Эрика и ничего не говорит. Ярость Эрика утихает, оставляя только горечь. Он вновь садится на диван. — Ничего не будет как раньше. Слишком поздно. — Ты прав, — бесцветным голосом отвечает Чарльз, признавая поражение. Эрик растерянно смотрит на него. От того, что Чарльз согласился с ним не легче, только хуже. Эрик ощущает как сквозь пальцы сыпется песок времени, что он потерял, — Но я не отпущу тебя, друг мой. Слишком уж много зла ты причинил. — Это месть? — внезапно догадывается Эрик, — Это твоя месть мне, Чарльз? — Тебе легче так думать? — спрашивает он, но после кивает, немного подумав, — Что же, в таком случае это месть. Но Эрик не верит в это. Слова тени Чарльза Ксавьера улетают в никуда. — Ты говорил, что больше никогда не залезешь в мою голову, — Эрик цепляется за это подобно утопающему. Часть Эрика, которую тот невольно похоронил в себе поднимает голову, надеется, черт ее дери, что Чарльз повернет назад, что придет к нему, что скажет «Мы на одной стороне, Эрик». — Ты говорил, что мы на одной стороне. Что мы братья. Посмотри на нас, Магнето. Мы враги, друг мой. Смогу ли я уснуть этой ночью, зная, что есть человек, желающий убить меня, дабы освободить свою силу? — губы Чарльза складывают слова. Эти слова понятны по отдельности. Понятны вместе. По отношению к Чарльзу… они попросту неприменимы. — Я не убью тебя, — мотает головой Эрик. Неужели Чарльз настолько глуп, что думает, будто Эрик может сознательно навредить ему? Эта мысль подкрепляет гнев Эрика. — Нет. Ты найдешь того, кто это сделает и будешь смотреть, — Чарльз хочет уехать. Сбежать вновь, но Магнето не дает ему это сделать. Он кладет руки на подлокотники кресла Чарльза и наклоняется так, что между ними остается пара сантиметров. Ярость буквально витает в воздухе. Он не знает, что ты чувствовал, — говорит Феникс, — Он бросил тебя и считает, что у тебя все было хорошо. Покажи ему правду. Пусть увидит, кем ты стал. Я не могу. Ты силен, Чарльз. Сильнее его, сильнее Мистик. Ты кукловод. Люди — куклы. Нет. — Ты думаешь обо мне так? — тихо спрашивает он. Ему кажется, что еще чуть-чуть и он сойдет с ума. Покажи ему свою боль, Чарльз! Чарльз ничего не говорит. Вместо этого он прикладывает два пальца к виску Эрика. Слишком яркий свет. Эрик смотрит на себя самого. Куба. Пляж. «Я уже был в руках людей, выполняющих приказы». Пуля. Мойра. «Мы братья, Чарльз». Все ушли. Память Мойры. Школа. Вьетнам. Одиночество. Алкоголь. Женщины. Хэнк. Сыворотка. Ноги. Габриель Хэллер. Голоса. Логан. Ртуть. Освобождение из тюрьмы. Рейвен. Предатель. Голоса. Чарльз и он в старости. Стадион. На него с высоты птичьего полета падает стадион. Стражи. Смерть людей. Много смертей. Речь Магнето. Логан. Хэнк. Рейвен. Пуля. «Он твой, Чарльз». Когда Чарльз убирает руку, тело Эрика дрожит, в голове шумит. Ему кажется, что в нем живут две личности. — Эрик? — звучит его голос. Нет, голос Чарльза. Эрик — это он. Зубы стучат друг о друга, а глаз нервно дергается. Он не сразу понимает почему стоит. Его ноги не ходят. Нет, ноги Чарльза не ходят, не его. Он садится на пол и стискивает руками виски. Слишком много воспоминаний. Голова болит. — Эрик, прости, — извиняется Чарльз. Эрик не до конца понимает кто он. Он часто дышит. — Чарльз, — тихо хрипит он и на секунду пугается, что живет жизнью кого-то третьего. Руки слишком большие, тело непропорционально длинное... Или нет? — Эрик, я не думал, что так получится. Если хочешь, я могу стереть воспоминания и тогда… — Нет! Не трогай их! — в защитном жесте поднимает он руки. Его голос чуть выше шепота. Он боится того, что может сделать Чарльз. Что, если он сотрет не те воспоминания или подарит ложные. Что, если к завтрашнему утру Эрика Леншерра не будет существовать. Что, если… — Эрик, прошу, успокой свой ум, — руки Чарльза обнимают его. Сердце бьется намного быстрее обычного, а кожа бледнее мела. Прикосновения Чарльза успокаивают его. Чарльз осторожно гладит его по волосам. Самое ужасное, что воспоминания Чарльза ощущаются как его собственные и, судя по всему, потихоньку приживаются в его мозгу. — Черт! Чем я только думал? — спрашивает он сам у себя, пока Эрик дрожит в его руках. Он смотрит в никуда, лишь шумно дыша и сжимая Чарльза, стоя на коленях, пока Чарльз обнимает его, — Эрик, тебе нужно лечь. Эрик не сразу реагирует на слова Чарльза, неосмысленно смотря в сторону. Тот вновь зовет Эрика и он с помощью Чарльза медленно ложится на диван. Хэнк, пожалуйста, принеси воды. Хэнк приходит спустя пять минут. — Профессор? — удивленно окликает он, но вместо одного Чарльза, на него выжидающе смотрит еще и Эрик. Его глаза ничего не выражают. Он подает ему стакан воды и тот медленно выпивает его. — Спасибо, Хэнк, — говорит Магнето, четко копируя британский акцент Чарльза. Хэнк растеряно кивает и выжидающе смотрит на ошеломленного Чарльза. — Эрик, н-не мог бы ты посидеть здесь немного? — слегка заикаясь, просит Чарльз. Эрик задумчиво смотрит на свой стакан. — Эрик? — вновь спрашивает Ксавьер. Эрик отрывает свой взгляд от стакана и слегка сфокусированно смотрит на Чарльза. — Конечно, — кивает он и включает телевизор, принимаясь листать каналы. Чарльз и Хэнк выходят за дверь, осторожно смотря на него. — Что с ним творится? — шепотом спрашивает Хэнк. — Я облажался, Хэнк… — тихо говорит Чарльз, не в силах посмотреть Хэнку в глаза, — Я перекачал в него свои воспоминания за десять лет. Его мозг немного перегрузился. — Вы что сделали?! — в шоке переспрашивает Маккой. — Феникс вновь приходила ко мне. Она была в ярости от него. Сказала, что я, якобы, какой-то Кукловод. Я сопротивлялся, но она надавила на слабое место. Я слабый, ничтожный человек. Я пойму, если ты решишь уйти. Хэнк ничего не говорит, а лишь кладет руку на плечо Чарльза в жесте поддержки. — Спасибо, Хэнк, — говорит Чарльз и Хэнка передергивает. — То, как он сказал… Совсем как вы. — Я тоже слышал. Надеюсь, это побочный эффект. — А если нет? — Если нет, то будем что-то решать. Я не могу убрать эти воспоминания из его головы. Он в ужасе от такой перспективы. Или ты предлагаешь мне опять залезть в его голову, м? Я же так редко порчу все, к чему прикасаюсь! — Думаю, ужин будет незабываемым, — пожимает плечами Хэнк, — Мне и Рейвен нужно будет съездить в магазин. У нас в холодильнике мышь повесилась. — Хорошо. Возвращайтесь поскорее и возьмите другую машину. — Разумеется. Логан недавно проснулся и, думаю, тоже поедет с нами. Чарльз кивает и возвращается в комнату. Эрик все еще переключает каналы. — Если ты, — щелк, — сотрешь, — щелк, — хоть одно, — щелк, — воспоминание, — щелк, — я сотру в порошок, — щелк, — тебя, — зло говорит он и Чарльз еле сдерживает вздох облегчения. — Договорились, друг мой. Хэнк, Рейвен и Логан собираются в магазин. — Ну-ну, — скептически прищуривает серые глаза Леншерр. — Эрик, прости, что сделал это с тобой, — извиняется Чарльз, но Эрик резко втягивает носом воздух. — Не стоит. Я поделился с тобой своими воспоминаниями, ты своими. Мы в расчете. Смотри телек. Он успокаивает, — Эрик не отрывает взгляда от телевизора. Чарльз все еще смотрит на него и Эрик раздраженно говорит: — Да, я прощаю тебя, Чарльз. Чарльз с облегчением кивает и переводит взгляд на телевизор. Эрик украдкой смотрит на него, раздумывая о том, какая сила скрывается за этими голубыми глазами. И куда ее можно направить. Что-то внутри него, внутри его головы, говорит ему, что если в его руках будет Чарльз, то весь мир будет у их ног. Вместе, на одной стороне, они могут сотворить новый, совершенный мир. Мир без людей.