Трудовые будни

— Я против, сэр. Со всем уважением, сэр, я просто не... — обращается Драко к невысокому коренастому мужчине лет пятидесяти. Тот сразу же поднимает руку вверх. — У меня нет на это... — Со всем уважением, Малфой, но это не обсуждается, — перебивает Малфоя его непосредственный начальник Роберт Тэтчер. — Ты уже сколько лет в Отделе Тайн? — Драко хмурится, поджимает губы и скрещивает на груди руки, всем своим видом демонстрируя протест. " Я не буду учить новичков. Не буду, и все на этом. Точка." Тэтчер удовлетворенно улыбается и кивает. — То-то же. У всех твоих коллег уже давно есть стажеры. — Малфой открывает рот, чтобы возразить, мол его коллеги сами недалеко от стажеров ушли, но Тэтчер не позволяет ему и слова сказать, он повышает голос и продолжает: — Не знаю, с какой стати я столько времени оттягивал это, Малфой. Умеешь ты зубы заговорить... Он проводит ладонью по волосам с проседью, приглаживая их, и отворачивается. Смотрит на золотой котел, стоящий неподалеку, на ингредиенты, лежащие на полках. Драко кидает быстрый взгляд в сторону часов, отмечая, что через девять минут ему необходимо помешать зелье против часовой стрелки восемь раз, а еще через минуту — по часовой три раза. Затем поворачивается к Тэтчеру и возражает: — Это просто смешно. Зачем мне нужно обучать несмышленых идиотов, которые даже не знают... — Малфой! — вновь прерывает его Тэтчер. Драко замолкает, раздраженно выдыхает и зло смотрит на начальника. Видно, что ему так и не терпится высказать все, что он думает о Тетчере. Прихвостень Кингсли. Бюрократ и идиот. Хорошо, не идиот. Тэтчер умен, даже очень, иначе бы не занимал столь высокий пост в Министерстве. Государственная служба требует многого от человека, интеллект не последний аспект, влияющий на выбор претендентов на то или иное вакантное место. По крайней мере именно так пробивался сам Драко. Связи отца уже не могли спасти. Фамилия перестала быть пропускным билетом в успешную жизнь. Единственное, на что не могли закрыть глаза при отборе на стажировку в Отдел Тайн — так это на результаты выпускных экзаменов Хогвартса и Академии алхимии. Они впечатляли. Как и личная рекомендация Фламеля. — Я не хочу, — упрямо возражает Драко. Отворачивается и уже собирается уйти, как слышит: — Ты будешь. — Он резко тормозит и медленно оглядывается. — Нет, не буду. — Будешь, Малфой, будешь. — Тэтчер уже открыто веселится. Улыбается в тридцать два зуба и с явным вызовом на него смотрит. Драко сжимает кулаки, делает глубокий вдох и пытается успокоиться. Каким бы Тэтчер ни был, он все же его начальник, и именно он решает, получит ли Драко грант на исследования в этом году или же нет. Сукин сын. По какой-то неведомой Драко причине, Роберт его невзлюбил с первого дня. Злобный тип. Поттер говорит, что Драко параноик с навязчивыми идеями. Ну да, ну да... Сам-то он вообще как маггловский хиппи. С позитивом по жизни. Двадцать семь лет, а он все еще играет в плюй-камни с Уизли. И как можно воспринимать его слова всерьез? Параноик звучит обидно. Особенно из уст Поттера: — Ты превращаешься в законченного параноика... А Тэтчер его и правда ненавидит. — У меня работа. Я не собираюсь отвлекаться на... — Роберт бодро ударяет ладонью по поверхности стола, на который сейчас опирается, и довольно смотрит перед собой. — Почему вы улыбаетесь? — Стажер, Кристан, парень, безусловно, очень талантливый, но несколько... необычный, что ли. Он стажировался пару месяцев в ирландском Министерстве. Теперь он у нас, — между делом отвечает Роберт. Драко вздрагивает и выдыхает. Невольно представляет себя с безумными глазами с безумной улыбкой на лице, вокруг него — младенцы, он сам держит младенца, кормит его из бутылочки, приговаривая: Плазменные тела выражают себя через тело медиума обретают форму предстают конкретными персонификациями... Творение оживает в теле Великого Магического Агента - Вселенной, и Человек проявляется во множестве индивидуумов... Вокруг дети. Их так много. — И я наконец нашел того, кому направить Кристиана. — Ненавижу детей. Драко переносит вес на левую ногу, собираясь сделать шаг вперед, но передумывает и остается стоять на месте. — Ты будешь его обучать. Не только его, но, поверь, Малфой, ты еще тысячу раз пожалеешь, что препирался со мной. — Я не препирался, — тут же идет на попятную Драко. Роберт подходит и добродушно хлопает его по плечу. — Ты и сейчас препираешься. Все, Кристиан на тебе. — Что-то ему не нравится его тон. Не нужно быть гением, чтобы понять... — Не хочу Кристиана, — выпаливает Малфой. Роберт понимающе кивает и усмехается, подтверждая его страхи. Драко невольно представляет этого Кристиана. О Мерлин... — Можно выбрать стажеров? — с надеждой спрашивает и делает шаг вперед. — Можно было, — отвечает Роберт и сразу добавляет: — Сейчас нет. Ты слишком конфликтный, Малфой. Ничему тебя жизнь не учит. — Я не конфликтный! — выпаливает Малфой. Тэтчер одаривает его скептическим взглядом, и Драко невольно вспоминает все острые ситуации в коллективе, возникшие по его вине. Ну не только его, в конфликте, как говорят, двое виноваты. По крайней мере, так всегда считал отец, и Драко с ним полностью согласен. — Кристиан с остальными стажерами подойдет через два часа, пока они на третьем уровне. Можешь пока морально подготовиться. — Он ведь закончил Академию? Он зельевар? — вслед ему кричит Драко. Не хватало только тянуть на себе сынка какого-то высокого чиновника, пожелавшего пристроить сына в Отдел Тайн. Тэтчер выходит, не удостоив его четким ответом. Полукивок можно воспринимать, как: Разумеется, закончил. Разумеется, с отличием. Совсем как ты, Малфой. Никто не хочет его брать, потому что боятся столкнуться с силой его могучего интеллекта, но ты же, Малфой, ты же не боишься... — Малфой, сделай лицо попроще, не конец света, — внезапно раздается веселый голос Долгопупса. Драко резко разворачивается, морщится и шипит в ответ: — Если не нравлюсь — отвернись. Тот закатывает глаза и усмехается: — Если? А кому ты вообще нравишься? Кому-кому — Поттеру он нравится. Драко громко вздыхает, закатывает глаза и, бросив короткий взгляд на свой стол, замечает лежащие на нем папки. Чертовы стажеры! Он смотрит на папки, затем на зелье и снова на папки. Подходит к котлу, дожидается сигнальных чар и принимается аккуратно помешивать содержимое котла. А мысли невольно возвращаются к вечно растрепанному Поттеру, который до сих пор, несмотря на должность и людей под его началом, может пойти на работу в мятой одежде с заспанным лицом и наспех уложенными волосами. Драко улыбается и слышит: — Малфой, что это у тебя на лице? Что-то такое... что-то... — Отвали, Долгопупс, или я запорю зелье, над которым мы оба работаем. Он снова смотрит на папки, и улыбка потихоньку гаснет. А затем, чтобы хоть как-то отвлечься, он представляет себе улыбающегося Поттера, когда тот по-пьяни посвящал его в рыцари ордена Тамплиеров. Они праздновали наступление Нового Года, выпили две бутылки огневиски, трахнулись. И лежа в кровати, обнаженные, потные и запыхавшиеся, обсуждали книгу, которую читал Гарри. Что-то маггловское, что-то историческое. Малфой и не помнит, как так вышло — еще минуту назад он ласкал смеющегося Поттера, а потом оказался стоящим перед ним на коленях. Поттер приложил пустую бутылку к его плечу и торжественно, прерываясь на смех, декламировал: "Вы, господин рыцарь, должны поклясться, что никогда не посвятите свой орден ни дьяволу, ни духу, а только одному Богу, что вы возненавидите всякий блуд, разврат и все нечистое и не опозорите ваш орден такими пороками, что вы придете с вашими дарами на помощь ко всем достойным и нуждающимся в них, что вы не требуете этой чести ради мирской роскоши или высоких чинов, что..." Мерлин, остановить этот словесный понос смог только великий Минет. Поттер вообще быстро отвлекается, если начать к нему всячески приставать. Драко снова улыбается, отмеряет двадцать три минуты, накладывая очередные сигнальные чары, и, несмотря на свое нежелание, берет папки в руки. Посмотрим, кого мне Тэтчер послал... * * * — Малфой! — окликает его Невилл. Драко отрывается от рассматривания многократно увеличенной капли неустойчивого зелья, которая уже начинает испаряться, недовольно смотрит в сторону Долгопупса, и натыкается взглядом на улыбающегося Миллера — придурка-гриффиндурка на пару лет старше Малфоя. Тот стоит, облокотившись на стену, и одним своим довольным видом вызывает дикое желание наслать на него какое-нибудь неприятное заклятие. Придурок. Вечно всем улыбается, со всеми дружит, всем доволен. Эта его жизнерадостность как минимум странная. Ну не может человек семь дней в неделю, целый день ходить с улыбкой от ушей. Наверняка наркотические зелья гонит у себя в подвале. Или проводит незаконные тесты над людьми. Миллер снова ему улыбается и подмигивает. Точно что-то незаконное. Не то чтобы Драко был сильно против, ему все равно, чем занимаются коллеги в свое нерабочее время, но так уж вышло, что ярлык "главный негодяй" повесили именно на него, и с этим нужно что-то делать. Определенно. — Мерлин! Малфой, ты глухой? Встречай пополнение. — Попол... Что? — зелье благополучно испаряется, но прежде чем снять защитную сферу Малфой уничтожает любые возможные остатки. — Поздравляю, Малфой, ты стал куратором! — Драко смотрит в сторону выхода и на секунду прикрывает глаза. Черт, черт, черт... Он открывает один глаз, утыкается взглядом в группу ребят в белых мантиях и стонет. Мерлин. — Так, все кто ко мне, перейдите в аудиторию "213". — Стоящие у дверей стажеры недоуменно переглядывается. Драко встает и грозно спрашивает: — Вы все еще здесь? Нужен сурдопереводчик? Или?.. Какие проблемы? — Мистер Малфой? — немного недоверчиво интересуется девушка. — Мистер Малфой, — коротко отвечает Драко. Он выходит из-за стола, надвигается на стажеров, и те как-то быстро покидают лабораторию. — Мерлин, Малфой, помягче. Я к тебе привыкал весь Хогвартс и то не всегда могу выносить. — Не лезь, Долгопупс. Лучше скажи, где отчет? — Невилл указывает на длинный высокий стол, на котором все еще стоит котел, и отворачивается. Малфой никогда не признает это вслух, но герболог из Долгопупса вышел отменный. Он находка для Драко с его исследованиями. Вот работать с той же Лавгуд ему не комфортно. Она умная, но, порой, несет какой-то бред. А, порой, вообще не реагирует ни на что. Просто вырубается и стоит, размышляя о своем. Странная она. Хотя Драко не исключает возможности, что они с Миллером на пару варят запрещенные зелья. Один вечно улыбается, другая постоянно залипает на что-то... Драко поправляет мантию, хватает отчет и, преодолевая несколько метров до двери, стремительно выходит из комнаты. Аудитория "213", как правило, используется для внутренних экзаменов, различного рода тестов. Ею также пользуются для проведения лекций и семинаров. Удобная аудитория. Уже на подходе Малфой слышит Их. Шум, не принятый в Отделе, выдает место их локализации не хуже, нежели поисковое заклятие. Чертовы стажеры. Малфоя всегда раздражали мартышки Долгопупса. Наблюдая за тем, как они постоянно ошибаются, тормозят работу и просят о помощи, он думал, что его самого никогда не постигнет участь "наставника". О, Мерлин. Н-А-С-Т-А-В-Н-И-К. Слово-то какое мерзкое. Драко тихо незаметно входит, смотрит на вальяжно развалившихся на скамейке парней, которые громко рассказывают какие-то анекдоты, девчонки стоящие рядом с ними как-то неестественно смеются над каждой шуткой, парень с прыщами, длинными волосами, сидит особняком, ни на кого не смотрит, ни с кем не говорит. Один лопоухий паренек стоит поодаль, вглядывается в зачарованное окно, наблюдает за дождем, протягивает руку и закрывает глаза, что-то произнося. Вид за окном меняется. Дождя нет, перед ними горы, ясное небо. Неплохо, чары иллюзии просто так не наложить. В Министерстве есть специальный департамент для контроля за бытовыми заклинаниями, вроде иллюзий, температуры воздуха, концентрации кислорода и т.д. Изменить изначальную настройку непросто. Мальчишка поворачивается, смотрит на Малфоя и широко ему улыбается. Драко кидает заглушку на дверь, усиливает голос Сонорусом и кричит: — Что здесь происходит? — Кучерявый парень с пшеничными волосами, находящийся ближе всех к нему, вскакивает и пятится, оказываясь ближе к остальным. — Ой. — Я сказал ждать. Я не думал, что нужно конкретизировать "ждать тихо". — Извините, мистер Малфой. — Плевать, что вы делаете и как громко, главное, чтобы вас никто не застукал за этим. Заглушку бросить может любой студент первого курса. Надеюсь, что это первый и последний раз, когда я сталкиваюсь с подобным проявлением кретинизма. Далее... Я ваш куратор на ближайшие два года. Обращаться ко мне можно исключительно "мистер Малфой" и "сэр". Это понятно? — Да. — Отлично. — Малфой подходит к ребятам, становясь напротив, в метре от них. Принюхивается и морщится. Подходит к кучерявому блондину с веснушками и стонет: — Мерлин, парень, ты обрызгиваешь себя одеколоном или принимаешь ванну в нем? — Блондин некрасиво краснеет. Пятнами. Драко отходит от него на пару метров. — Отныне тебе запрещено пользоваться чем-либо кроме дезодоранта. — Он окидывает стажеров недовольным взглядом и громко произносит, обращаясь ко всем. — Так, слушать внимательно. У меня очень чувствительное обоняние, и мне хватает того, что я нюхаю на работе. Не хватало еще и вашей вони. Всем все понятно? — Да, мистер Малфой! — раздается дружный хор голосов. Драко довольно кивает и произносит: — Хорошо. Сейчас представьтесь. У вас будет по полминуты, за которую вы должны успеть рассказать о себе. Чтобы избежать "Привет, я Стив, я люблю... увлекаюсь... мечтаю..." я начну первым, покажу, что ожидаю услышать. Ребята садятся на скамейки, занимая первый ряд. Драко вздыхает, смотрит на часы и приступает: — Драко Малфой, двадцать семь лет, учился в Хогвартсе, факультет — Слизерин. ЖАБА — десять "Превосходно" и одно "Удовлетворительно" по Маггловедению. Поступил в Академию Алхимии в общем наборе. Писал выпускную работу у Николаса Фламеля. Был принят в Отдел Тайн после окончания обучения в Академии. Занимаюсь разработкой новых зелий, теоретической алхимией. — Он смотрит на часы и кивает. — Как-то так. Понятно? Ребята кивают. Невысокая девушка-хохотушка, которая громче всех смеялась над анекдотами, начинает самопрезентацию первая: — Камилла Коллинз, двадцать два года, училась в Хогвартсе, факультет — Когтевран. ЖАБА — девять "Превосходно", одно "Великолепно" по ЗОТИ. Поступила в Королевскую Академию Зельеварения. Изучала свойства планетарного флюидного конденсатора, жидкого флюидного конденсатора, твердого флюидного конденсатора и элементарного флюидного конденсатора. Влияние базовых конденсаторов на свойства зелья... — Достаточно, спасибо. — Драко чуть наклоняется, опираясь локтями на колени, и довольно кивает. Хохотушка не так уж и глупа. С первого взгляда. — ЗОТИ вам здесь не понадобится, так что нет смысла смущаться. Мы люди науки, а не... авроры. Ребята улыбаются, чувствуют себя немного свободнее. Драко сразу же собирается, вспоминая, что дружить с ними он вовсе не собирался и подбадривать их ему вовсе не нужно. Он им не нянька. — Так, следующий. Выходит парень, тот самый, от которого за несколько метров разило каким-то резким запахом. Драко принюхивается. Нет, ничего нет. "Они обучаемы", — думает Малфой. — Скендер Янку, двадцать четыре года... — Акцент Янку режет слух. Хотя все же не так, как английский из уст человека, говорящего на Суахили. Когда Малфой был в Кении, ему потребовалось время, чтобы начать понимать английский. В их интерпретации. С этим ужасным акцентом и некоторыми помарками в речи. Поначалу казалось, что они с ним общаются на своем родном языке. — Учился в Дурмстранге, факультет — Гласиас. — "Гласиас — нечто среднее между Слизерином и Когтевраном. Неплохо". — Окончил с отличием, поступил в Институт зельеварения в Германии, изучал темномагические зелья. Стажировался в одной негосударственной компании по производству противоядий в Румынии. — Est enim volubilis pedibus et riunquam recto itinere… — произносит Драко, парень удивленно смотрит на него и заканчивает: — "Петляя разумом, к победе приближаюсь". Наш девиз, сэр. Не думал, что он вам известен. — Разумеется, известен, — говорит, растягивая слова, Малфой. Скендер кивает и отходит в сторону, освобождая место следующему. Кристина Стил, гордая обладательница четвертого размера груди и степени алхимика национального исследовательского института зельеварения, Джейкоб Филдс, растянувший выступление на две минуты, Питер Аттертон, неуверенный тихий парень, член гильдии зельеваров, Кристиан Норд... Кристиан? Перед ним стоит тот самый лопоухий парень, который совсем недавно копался в настройках иллюзий окна. Драко невольно бросает взгляд на то самое окно. Горы. Все еще горы. — Кристиан Норд, двадцать два года, учился в Хогвартсе, факультет — Слизерин. — Слизерин?. Видимо на лице Драко отразилось то недоумение, что он сейчас испытывает. Норд кивает, довольный собой, а затем и вовсе начинает глупо улыбаться. — Да. Слизерин. Змеи, зеленый цвет... — Драко ощущает себя Северусом. Теперь он гораздо лучше понимает эту вечную раздражительность профессора. Раньше, в школе, он считал, что все это из-за отсутствия регулярного секса у декана. Теперь он не уверен. Если Драко до конца жизни заставят возиться с такими вот... как этот Кристиан, то регулярный секс не спасет его от постоянных неврозов. Черт. Не для этого он учился. — Продолжай. Что у тебя по ЖАБА? — Кристиан внимательно смотрит на его руку, частично покрытую грубыми кожными наростами, и Драко сразу же ее прячет. Непредвиденный результат эксперимента. Несмотря на защитный костюм и сферу зелье по силе вышло очень мощное. Малфой не уверен, когда именно спадет его действие. То, что Норд с таким озорным блеском смотрит на руку... нервирует. — Что у вас с рукой? — возбужденно спрашивает он. — Это эксперимент с... — Норд! — одергивает его Драко. Что-то в парне его напрягает. Что-то... непонятное, но определенно ощутимое. — Извините, мистер Малфой, мне стало интересно. — Он не выглядит виноватым, такое ощущение, что он в любой момент начнет улыбаться. — Я поступил в Академию Алхимии на конкурсной основе, учился у Кевина Уотсона. Изучал связь нестабильных элементов, маггловскую химию... — Конкурс? — Да. — Ладно, достаточно. Я спишусь с Уотсоном. И... — Малфой смотрит на стажеров и сообщает: — Я свяжусь с научником каждого из вас. В личных делах они указаны, но их заполняли девушки из Отдела кадров, они могли что-нибудь напутать. — Драко указывает на лежащий перед Скендером пергамент. — Чтобы избежать какой-либо путаницы вы напишите их на том пергаменте. Все ясно? — Да, сэр. — Теперь перейдем к правилам. Я по десять раз ничего повторять не стану, нарушите хотя бы одно... Со свету сживу. — Драко загибает один палец. — Начнем с основных. Никаких опозданий. Я специализируюсь на неустойчивых соединениях, сложных специальных зельях. Не можете быть пунктуальными, не можете следить за временем — не сможете работать здесь. — Он загибает еще один палец. — Субординация. Я ваш куратор. Я априори выше вас. Никаких возражений при моих коллегах, хотите внести предложение — дождитесь, когда мы останемся один на один. — Малфой загибает третий палец. — Внимательность. Осторожность. Техника безопасности. Мне насрать, как вы проводите свое свободное время, но здесь, в лаборатории, я в ответе за вас и ваше здоровье. Перчатки, респираторы, защитные костюмы... Обязательны, если зелье третьего или четвертого уровня опасности. Большинство зелий, с которыми я работаю, чрезвычайно... непредсказуемы, они требуют особого отношения. Увижу кого-то в ненадлежащем виде... — он обводит стажеров тяжелым взглядом и договаривает: — Повторяю, правил мало, но нарушите хотя бы одно, и я создам невыносимые условия для работы. Понятно? — Да, сэр. — Отлично. Теперь второстепенное, но также обязательное к выполнению. Запахи. Я уже высказался на этот счет. Шум. Я не люблю шум, не люблю хаос, крики, громкие споры... Если нужно покричать — найдите незанятую аудиторию. Оправдания к невыполненной работе. Их нет. Не сделаете работу — получите предупреждение, повторите свою оплошность еще раз — вылетите из стажерской программы. Я введу бально-рейтинговую систему, по результатам которой буду составлять отчет о вашей двухлетней работе. Учитывается все, но соответствие/несоответствие моим правилам в первую очередь. И напоследок... Я вас не хочу, мне вас навязали, не хотите нарваться на грубость — не лезьте ко мне со всякой херней в мое свободное от работы время. То бишь в обеденный перерыв... — Драко смотрит на часы и довольно кивает. — Который наступил две минуты назад. Так, у вас час. Ровно через час встречаемся здесь же.