Почему нужно слушаться старшего брата

Эпиграф к главе: Прочь из моей головы! Наугад в темноту, c середины концерта, Сквозь толпу, сквозь охрану, сквозь двери, сквозь парк, Чтоб чуть-чуть постоять над водой на мосту. Прочь из моей головы! Здесь и так кавардак. Разбросав фотографии, выбросив вещи, Уничтожив улики, Все диски отправив в мусорный бак. Прочь из моей головы! Твой новый бойфренд пробил все пароли, Вскрыл все твои ящики, прочитал мои письма к тебе. Ни хуя себе! Ни хуя себе! Прочь из моей головы! Босиком, кувырком, с чемоданом в руке Или БЕЗ чемодана в руке — налегке, вдалеке, Пока я по тебе не проехал катком. Прочь из моей головы! Над Москвой на метле, через тернии к звездам, С буквой "У" в левом верхнем углу, В треугольнике равностороннем на заднем стекле. Прочь из моей головы! Оборвав провода, спутав карты, фигуры сметая с доски, Разбивая шлагбаумы на полном ходу, Оставляя разрушенными города. Из моей головы, где сферой становится плоскость, Где то горит фейерверк, то тлеет свечка из воска, Где музыка Баха смешалась с полотнами Босха И не дружат между собой полушария мозга. Где крутится строчка одна днём и ночью: "Вали из моей головы очень срочно!". И вместе с собой забери о тебе мои мысли, Чтобы Богу не показалось, что мы в этом мире слишком зависли. Сплин "Прочь из моей головы" Предупреждение: осторожно, гет с проституткой. Домой я приперся не выспавшийся, злой и голодный. На часах было три, сейчас меня ждет разбор полетов. Отец, конечно, уже забыл, что такое ремень, но вот поорать он мастер. И его мало волнует, что мне уже двадцать. Ну и семейка... Папаня считает, что я должен сидеть дома и пыриться в учебники круглосуточно; брат — дичайший гомофоб. И только мама бывает нормальной, защищает меня от этих тиранов. Ну, ничего... Я еще покажу им, как меня третировать. Не, нахрен, я слишком жалкий. Я даже с привязанностью к Стасу ничего сделать не смог. Гомофобина моя родная, хоть ты из меня эту дурь выбей, а? Кстати, о брате. А вот и он. Открыл мне дверь, презрительно прищурился, увидев меня, фыркнул и ушел. К себе. А я стоял столбом, размышляя, почему брат дома, и почему мне не открывает хотя бы мама. Что, всё совсем плохо, да? Осторожно прошел в коридор и позвал, вжимая голову в плечи: — Мам, пап! — Родителей нет дома, — донесся голос Сергея из его спальни. Я возликовал. Ну, хоть скандал отложился на неопределенное время. — А когда они уехали и когда вернутся? — проорал я закрытой двери. Серый проигнорировал мой вопрос. Я мысленно послал его к черту и заперся в ванной. Минут пятнадцать умывался, пытаясь очистить рот после всего клубного "великолепия". Я ужаснулся: и как мог в таком виде целоваться со Стасом? И ведь оба забыли о том, что неумытые свиньи. Значит, это было неважно. Потому что всякие условности не для таких поцелуев... Такие поцелуи выжигают в голове огромную дыру, сквозь которую вытекает мозг, как это у меня и случилось. Не думать о Стасе, не думать. "Не увязай дальше в этой трясине", — мысленно умолял я себя. Бесполезно. Поцелуй преследовал меня и тогда, когда я наполнил ванну теплой водой и опустил в неё свое усталое тело. И это было в двадцать раз хуже, чем до того, как я решил принять ванну. В воде, ласкающей обнаженную кожу, все ощущения-воспоминания усилились. Рука сама потянулась вниз, в воду, но я вовремя отдернул её и посмотрел с отвращением. Нет, ни за что не опущусь до того, чтобы дрочить. Да ещё из-за кого? Из-за мужика, так его растак... Я протянул руку к валяющимся на полу джинсам и достал телефон. Долго думал, прежде чем набрать Амалию. — Алло, — голос казался раздраженным. — Привет, детка, — а мой грустным. — Привет, Кир. Что ты хотел? — Амаль, мне опять...хреново. — Что, опять секс нужен?! — Амалия будто не поверила. — Ты издеваешься, Кирилл? Нет! Я не хочу! Ты сегодня ночевал у него, что же не воспользовался? — это прозвучало так язвительно, что я похолодел. — Амаль, ты же всё понимаешь, — заныл я. — Нет, Кирилл! Я ничего не понимаю! Ты сходишь с ума по Стасу, но категорически не желаешь с ним трахаться. Я не хочу, ты понял? Понял меня? Если тебе нужно срочно кому-то присунуть, езжай к Стасу, или какую-нибудь из своих девок попроси! А вообще, у парней на такой случай есть правая рука. Я не она, не путай. Или закажи себе проститутку, в конце концов! Хватит меня использовать! — и подруга бросила трубку. Я в шоке уставился на телефон. Я номером не ошибся, случаем?.. Но Амалькин голос невозможно было перепутать с чьим-то чужим. Наверное, у подруги проблемы. Иначе она бы меня не отшила. Я, конечно, тоже хорош. Вперся со своими траблами в её жизнь, а мы ведь уже даже не пара. Я загрустил. Желание уже не было таким острым, но организм все равно требовал разрядки. Я позвонил еще пятерым девчонкам, у которых могло возникнуть желание переспать со мной по-быстренькому. Облом поджидал меня везде. Я швырнул телефон на коврик перед ванной и опустился в воду с головой. Проверив на прочность дыхалку, которая явно не чувствовала себя лучше из-за курева, я вынырнул и задумался. Пойти на поводу у своих желаний или сдерживаться и страдать? Вот приучили же меня с детства получать то, что хочу. Причем немедленно. Я стиснул зубы, поднял мобильник и набрал Ромкин номер. Ромку я знал с детского сада, он всегда был взбалмошным раздолбаем и в последнее время частенько прибегал к услугам именно того сорта девушек, к которому я собирался обратиться. Он считал, что это вносит разнообразие в его жизнь с молодой женой, с которой они поженились полгода назад. Впрочем, его жена Кристина, моя хорошая знакомая, тоже не отличалась супружеской верностью и наставила мужу рога прямо на свадьбе. Слава богу, не со мной. А я буду просить Ромку организовать мне встречу с красивой проституткой. Да я рехнулся! — Алё! — Ромыч, здорово! — О, какие люди! Кирыч, сразу могу сказать, что тебе чего-то от меня надо, просто так ты не позвонишь, засранец. Я поморщился. Этот придурок знал меня чересчур хорошо. Ну, да, нет у нас общих интересов, нет. И зачем мне ему звонить? — Ром, мне нужна проститутка, — недолго думая, сказал я. Роман крякнул от удивления. — Кир, ты серьезно? — Вполне. — А мне че позвонил? Я тебе сутенер, что ли? — усмехнулся приятель. — Ты знаешь, где я могу безопасно найти красивую и молчаливую девочку. Желательно, брюнетку с ореховыми глазами. Стройную, — говоря все это, я умирал от воспоминаний о Стасе. Зачем я заказываю девушку, похожую на него? Да просто свихнутый. Окончательно. — Ну и запросики. Ладно, подожди пару часов, мы тебе щас таку-у-ую девку подгоним! — заржал Ромка и отключился. Он не шутил насчет сутенера. Ну, или почти не шутил. Ромка уже облазил столько агентств с проститутками, что в каждом у него было по десять знакомых шлюх, их "мамочек" или сутенеров. Я подозревал, что они и ему приплачивают за прирост клиентов. Вот такие у меня друзья... Чего уж удивляться мне? Я вылез из ванны, вытерся и посмотрел на мокрую голову в зеркало. Плюнул в сердцах и не стал укладываться, похер на прическу. Пусть волосы так полежат, тоже полезно. Я знал, что, когда моя шевелюра высохнет, она станет похожа на ворох соломы, но мне не хотелось возиться с укладкой. Не до того. Надев домашние джинсы и толстовку, я постучался к брату. — Серый... Можно? — Ну, попробуй, — неохотно ответил Сережа. Я зашел к нему и огляделся. Серый сидел за компом и играл в какую-то поебень. — Чего тебе? — недружелюбно спросил братец. — Поговорить. — О чем нам разговаривать? — скривился Серый. — Ты когда-нибудь снимал шлюх? — я не стал долго тянуть и спросил сразу то, что меня мучило. Брат уставился на меня в изумлении, а потом покачал головой и сказал: — Ты меня своими вопросами в тупик ставишь. Было дело, когда в сауну с бывшими сослуживцами ездил. А что? — Я сегодня еду на встречу с проституткой, — безрадостно сообщил я. — Да ну? Неужели? А что же твои девочки? — оживился брат. — Всем не до меня. Даже Амалии. Вот и пришлось обратиться. — Выходит, ты не пидор? — был ли это вопрос или утверждение, я не понял. Но, отмахнувшись от мыслей о Стасе, кивнул. — Не пидор, Сереж. И ты прав, мне нужна постоянная девушка. Без регулярного секса жизнь превращается в ад. — Рад, что ты это понял, — сухо сказал брат. — А с этим Стасом у тебя чего? — Дружба, Серый, только дружба, — кого я убеждаю: его или себя? Уже не было сил анализировать свои чувства к Стасу, поэтому я отгонял даже намеки на что-то большее, чем дружеское отношение. Серый подозрительно прищурился, но промолчал. — Я прикрою тебя перед родителями сегодня. Хотя, они были злы, не увидев тебя утром дома. Даже мама обиделась, — известил он спустя пару минут. — Спасибо, Серый. С ними я как-нибудь сам разберусь. — А с кем не разберешься? — проницательно спросил брат. Черт, он видит меня насквозь. Мой родной брат с одного взгляда понимает, что у меня в душе творится. Черт бы его побрал. Я сделал удивленное лицо, осознавая, что он сейчас все равно распознает мое вранье. Ну и пусть. — Не понимаю, о чем ты, — фыркнул я. — А как у тебя со Светкой? — и быстро перевел тему. — Нормально, — кивнул брат, не прекращая сверлить меня взглядом. И не стал обвинять в том, что я стрелочник, хотя он этого терпеть не мог. — Рад за тебя. Ладно, я пойду, — я скомкал разговор и встал. — Удачи тебе с девочкой, — хмыкнул брат. — Предохраняйся только, а то венеру лечить — это пиздец. — Сам знаю, не маленький, — огрызнулся я и ушел. С Ромкой я встретился через три часа у метро Бауманская, он проводил меня до какого-то высотного дома и назвал подъезд, этаж и квартиру. Я поблагодарил его и пошел по указанному адресу. Позвонил в домофон, дверь сразу открылась. В лифте я подумал, что зря приехал, но было уже слишком поздно отступать. В квартире меня встретил хмурый мужичок в кожанке. — За каждый засос, синяк и любое другое повреждение заплатишь свыше, — предупредил он меня. Я отрешенно кивнул, передавая ему деньги. — У вас есть два часа, — сказал мужик и покинул квартиру. Девочка, ждущая меня в спальне, оказалась хорошенькой, но на Стаса была похожа лишь указанными мной параметрами. Темные волосы, зеленовато-карие глаза, стройная. "Она — не Стас", — напомнил я себе. На ней выгодно смотрелось черное белье, бледная кожа прекрасно контрастировала с черными волосами. Она игриво спрыгнула с кровати, на которой лежала в соблазнительной позе, подошла ко мне и без лишних слов начала раздевать. Малышка оказалась шалунишкой и горячей штучкой, но я чуть ли не плакал, пока она прыгала на мне, изображая африканскую страсть. Меня не оставляли эмоции от поцелуя со Стасом. Это было совсем по-другому. С ним возбуждение возникло от первых касаний языка, с ней приходилось стимулировать все эрогенные зоны, и все равно было не то. Ну вот какого черта я думаю о Стасе, трахаясь с бабой?! Я попытался сосредоточиться только на сиюминутных ощущениях и на маленькой остренькой груди моей партнерши. Это помогло. Оргазм пришел так слабо, что, если бы тело не пронзила сладкая судорога, как обычно, я бы его и не заметил. Удовлетворение получилось какое-то с горчинкой, совсем не этого хотелось. Я кивнул девчонке слезать, легонько шлепнув по попе. Она грациозно подвинулась, сняла с меня кондом и хотела было приступить ко второй части оговоренного заказа, потянувшись своими пухлыми губками, но у меня уже не встало бы, я отстранил её, достал из валяющихся на полу джинсов сигареты и закурил. Девушка послушно легла рядом со мной и начала поглаживать мою грудь и бедро. — Зачем такому сладенькому мальчику, как ты, нужна проститутка? — спросила она, целуя меня в плечо. — Мне сказали, девочка будет молчаливая, — процедил я, проигнорировав ее вопрос. Малышка обиженно поджала губы, слезла с кровати и надела коротенький шелковый халатик. — Мы сегодня еще будем чем-нибудь заниматься? — спросила она по долгу службы, хотя я видел, что она оскорблена. — Нет, сейчас покурю и уйду, — ответил я, отвернувшись от неё. Куколка исчезла в коридоре, а мне показалось, что я услышал слабый всхлип. Выходит, я понравился этой девчонке, вот напасть. И теперь она думает, что не удовлетворила меня. Фак. Не люблю обижать людей. Да еще таких маленьких. Поборов лень, я встал и пошел в ванную. Куколка стояла у раковины и хмурилась. Я положил руки девочке на плечи, а она откинулась спиной мне на грудь. — Не обижайся, малыш, — шепнул я ей на ухо. — Ты была великолепна. Просто я думал о другом человеке. — Мы еще встретимся? — спросила девушка с надеждой в голосе и во взгляде. Я отрицательно покачал головой. — Вряд ли, малыш. — Это из-за того, что я шлюха, да? — её голос дрожал. Только истерики проститутки мне не хватало... — Нет. Всё дело во мне, ты не причем, — мне надоело её успокаивать, я развернулся и ушел одеваться. Когда я покидал квартиру, она порывисто обняла меня и поцеловала в губы легким поцелуем. Я не ответил, только крепко сжал губы. Целоваться хотелось не с ней. Девушка понятливо кивнула и закрыла за мной дверь, тоскливо глядя на меня. Легче мне не стало, только тело немного расслабилось. Мысли все равно пребывали в полном беспорядке. И одна особенно не давала покоя, хаотично дергаясь в мозгу: "Стас, Стас, Стас". Ну и что я там сегодня Серому доказывал? Брат, сверни мне шею, я пидорас.