Почему нужно слушаться старшего брата

— Кирилл?.. — он тоже не ожидал этой встречи, был заметно удивлен, но узнал меня с первого взгляда. — Марат, — я поприветствовал его кивком головы, пытаясь отойти от крайнего изумления. Вот так сюрприз. Мало в моей жизни случайностей, оказывается. — Вы знакомы? — опешила Лариса. Бедная девушка, для неё это выглядело ещё более странно. И со Стасом-то я знаком, и с представителем заказчика знаком… Ненавижу это неоднозначное и пошловатое слово, но я как многостаночник какой-то, ей-богу. Никакая репинская «Не ждали» не могла сравниться с возникшей ситуацией. Мы втроем стояли и глупо пялились друг на друга. Лариса ничего не понимала, Марат старался справиться с неловкостью, а я судорожно продумывал, какую выгоду могу извлечь из этой внезапной встречи. В моем стиле. «Что ж, Кира, ты хотел приоткрыть тайны прошлого своего брата, это твой шанс, лови его», — подумал я и одним глотком допил горячий и крепкий эспрессо. Плевать, что там была почти полная чашка, а я обжегся, я этого не заметил. Что ж, игра усложнилась и перешла на новый уровень, отлично. Сыграем? — Приступим к работе, Марат… Каримович? — я специально назвал его по имени-отчеству и помедлил, ожидая реакции. Только тогда я ощутил, что сильно обжег рот и горло, но все равно постарался сосредоточиться на вошедшем госте, а не на саднящей глотке. Марат не сильно изменился внешне, он казался именно таким, каким я его запомнил в последний раз, когда он пришел на днюху к брату за пару лет до этой неожиданной встречи. Среднего роста, худощавый, узкоплечий. Шатен с вечно взъерошенными волосами и темно-голубыми глазами чуть навыкате. Меня удивило, что при всем своем высоком положении замдиректора немаленькой фирмы он не пытался этому положению хоть сколько-нибудь соответствовать и выглядеть важно. Очевидно, он был свободен от социальных предрассудков, а вместе с ними и от необходимости соблюдать формальный дресс-код. Марат был одет в черное короткое пальто, свободную белую рубашку навыпуск и темно-синие джинсы. Все это смотрелось на нем очень гармонично и придавало представителю компании особый шарм, которого точно не добились бы деловой костюм и галстук, будь он одет в них. — Кир, ну что ты, в самом деле… Можно просто Марат, мы ведь с тобой уже так давно знаем друг друга, — стушевался он. Мне удалось смутить Марика в первые пять минут, вот это победа! Я очаровательно улыбнулся, кивнул ему и повернулся к Ларисе, которая приобрела вид уличной кошки, на которую только что вылили ушат помоев. — Кирилл, объясни мне, как так получается, что ты знаешь всех на свете? — спросила Лара. Она прищурилась, но прозвучало это всё равно довольно жалко. — Лариса, с удовольствием представляю тебе Измайлова Марата, он с моим братом в одном классе учился. Мы действительно давние знакомые, лет десять уже знаем друг друга, не верится даже. Как же летят годы, да, Марат? — я начал объяснять Ларисе, а потом обратился к Марику. — Извини уж, я только сегодня узнал твою фамилию и отчество. — Да, Кир, — он улыбнулся уже смелее, — годы летят. Очень рад, что буду работать именно с тобой, со знакомыми всегда приятнее иметь дело, не правда ли? Я с энтузиазмом кивнул и повел рукой в сторону Лары: — Это моя начальница, Лариса Владимировна. Если позволит, можешь называть ее просто Лариса, — я представил Марату Лару, сдавленно хихикая над ее растерянным лицом. — Очень приятно, Лариса Владимировна, — Марик галантно наклонил голову. В этих тонкостях он знал толк, и, в отличие от корпоративной культуры, явно их соблюдал. Впрочем, если вместе с присвоением должности дядюшка ему не привил основы делового этикета, это уже их семейные проблемы. — Кирилл прав, можно просто Лариса, — моя начальница опомнилась от удивления и заулыбалась. — Тогда зовите меня просто Марат. — Хорошо, просто Марат, — уже откровенно смеялась Лара. — С чего начнем? Я с умилением наблюдал, как обстановка вылилась не в напряженно-официальную, как ожидалось, а в теплую дружескую. И все просто потому, что я оказался знаком с навязанным нам представителем компании Наядова. Значит, Марат его племянник. По матери, выходит, потому что фамилия другая. Как интересно складываются обстоятельства… Марат меня знает, относится ко мне хорошо, это видно. Даже несмотря на то, что случилось между ним и моим братом, что бы это ни было. Работать со мной и Ларой Марик рад, он сам сказал. А если рад Марик, то рад будет и его дядя, то есть Радмир Наядов. А если Наядов будет удовлетворен, то руководство посмотрит на нас с Ларой под другим углом. Значит, работу нужно выполнить идеально, чтобы семейка Наядов-Измайлов помогла мне и моей начальнице с продвижением. Шикарный случай подвернулся. Да еще можно выведать у Марика подробности его ссоры с Серегой, чтобы потом манипулировать братом с помощью этих сведений. Определенно, это судьба. Спасибо моему руководству. Пока я, погруженный в свои мысли, смотрел в одну точку, Марат и Лариса уже склонились над огромной папкой, принесенной Маратом, и что-то горячо обсуждали. Я еще раз улыбнулся своим корыстным планам и присоединился к ним, сходу внося коррективы в их разговор, который только вполуха слушал. Оба уставились на меня с удивлением, ну вот почему, спрашивается? Разве они не знают, что я талантливый? Не за красивые глаза же меня взяли на работу. А за что тогда? За отличный перформанс на стажировке в этой же фирме на втором курсе и за один очень удачный проект, который мне удалось продавить с помощью Ларисы, работать под началом которой меня же потом и определили. Пока большинству студентов приходится годами доказывать, что они не хуй с горы, моё руководство разглядело во мне самородок и принялось отшлифовывать. За работой и спорами с Маратом и Ларой я практически забыл о Стасе, но он напомнил о себе, появившись в обеденный перерыв в дверях нашего офиса. Я мельком взглянул на его лицо, пытаясь увидеть следы его близкого знакомства с моим братом. Синяки виднелись, но слабо, и я еще раз мысленно поблагодарил свою гениальную маму. — Кирилл, мы идем обедать? — нетерпеливо спросил Стас, игнорируя Лару и присутствие чужого человека в кабинете. — О, а это Стас, наш веб-дизайнер и мой друг, — я улыбнулся на слове «друг», насколько позволяло воспоминание об утренних «играх» руками. — Стас, позволь представить тебе Марата Измайлова, друга моего брата. — Вы футболист? — удивился Стас, попавшись на ту же удочку, что и я. — Нет, — рассмеялся Марат, — я заместитель основателя фирмы «Наядов Маркет Ресерчерс» и по совместительству его племянник. — Ого! — Стас, по-видимому, тоже был наслышан об этой фирме и её владельце. — Очень приятно! Ваш дядя был пациентом моей матери. Видел его, когда приезжал к ней в больницу, он привёз ей такой огромный букет цветов, что весь персонал приходил смотреть. — Неужели? А ваша мать?.. — не договорил Марат. — Светлова Ольга, кардиохирург. — Точно, она сделала дяде сложнейшую операцию и справилась блестяще, хотя прогнозы были неутешительные, — вспомнил Марик и улыбнулся еще шире. — Тогда мне вдвойне приятно познакомиться с вами, Стас. Ваша мать — великий человек, передавайте ей огромный привет и благодарность от нашей семьи. — Хорошо, спасибо, — Стас дружелюбно улыбнулся в ответ, а затем жестом указал на выход. — Так мы идем обедать? Я чуть было не расхохотался на этом вопросе, все-таки прав мой брат: Стас помешан на жратве почти так же, как и я. — Ох, как тесен мир! — Ларисино изумление превысило возможную допустимую норму. Еще бы, все вокруг друг друга знают, одна она не в теме. Мне снова стало смешно. Ну и денек! — Да уж, Лариса, на нашу долю сегодня выпал не один сюрприз, — поддержал я начальницу, сочувствующе потрепав ее по плечу. — Я думаю, мы пойдем обедать все вместе, — тоном, не терпящим возражений, заявил я, параллельно раздумывая, что заведение такого класса, как «Шоколадница», не подойдет для обеда с заместителем Наядова. Пришлось срочно перебирать в уме все рестораны в радиусе пары сотен метров. В итоге, я остановил свой выбор на одном итальянском ресторанчике, маленьком, но умеренно дорогом и уютном. Следуя за Маратом к выходу из здания, я краем глаза заметил, что Стас попытался обнять и поцеловать Ларису. Меня вмиг замутило от отвращения к нему, к ней и к себе. Но вдруг она оттолкнула его, указала на впереди идущего Марика и повертела пальцем у виска. Точно, а я и забыл, что они скрывают свои отношения на работе. Впрочем, это неважно, все равно Стас мне не достанется, нечего даже его ревновать. — Что у тебя с лицом? — прошипела Лара, обращаясь к Стасу перед выходом с КПП. — Подрался, — беспечно отозвался он. — Идиот! — судя по тону, Лариса была в бешенстве. — Позорище. — Прекрати, — фыркнул Стас тоже шепотом. Я заинтересованно прислушивался, но потом мы вышли, и парочка перестала цапаться. В ресторане мы разместились довольно уютно. Я сидел напротив Марата, между Ларой и Стасом. Я не понял, почему, но девушка сделала так специально. Почему она не хочет сидеть рядом со своим бойфрендом? Определенно, у них что-то не ладится. У меня появилось еще более острое желание узнать, что именно. Мы разговаривали о работе, о нашей фирме и фирме Наядова. Точнее, говорили они. Я только слушал и молчал до тех пор, пока не получил свою привычную чашку эспрессо и не закурил. Кое-что отбило мне охоту говорить в процессе обеда. Стас заказал пасту, но ел так неаккуратно, что на верхней губе у него осталась капелька соуса. Меня эта капелька неожиданно возбудила, и моя рука, забыв, что должна получать импульсы от мозга, а не от половой системы, сама потянулась стереть капельку пальцем. Однако, стоило руке подняться в воздух, как наконец включился мозг. Меня бросило в жар, когда я подумал, что Лара и Марик могли увидеть, как я касаюсь губ Стаса, смотря на него при этом так, как какой-нибудь африканский каннибал смотрит на убитых врагов племени. То есть в полной готовности сожрать… Мне стало стыдно и жарко. Поднятой рукой я поспешно дотронулся у себя на губах до того места, где Стас испачкался, а другой рукой швырнул ему салфетку и прошипел: — Вытри. — Что? А, спасибо, — он улыбнулся и вытер рот. Чертов придурок. Чертов сексуальный придурок! Даже его испачканная морда вызывает у меня бурную реакцию, что уж говорить об остальном. Я помешался. Или влюбился. Впрочем, это одно и то же. Я нервно курил и запивал едва ли не каждую затяжку глотком кофе, когда Марат обратился ко мне: — А как там… Сергей? — он помедлил, прежде чем назвать имя моего брата, и я понял, что ему это стоит усилий. Что ж так? Тоскуем по похеренной дружбе, Марик? Сам виноват, кретин, что такого другана потерял. Ну, зато это сокровище все время было со мной, за что я Марату благодарен. — Я думаю, не стоит обсуждать моего брата при моих коллегах, Марат, — я сделал особое ударение на его имени. Мои слова ясно давали ему понять, что я намекаю на неформальную встречу вне рабочего времени. Марат был далеко не дурак и сразу просек мой намек. — Хорошо. Как насчет завтрашнего вечера? Мы могли бы посидеть где-нибудь после твоей работы и поговорить. Значит, ему тоже требовался этот разговор. И про брата он неспроста спросил. Ему нужен был я и всё, что я мог рассказать о Сером. Становилось все интереснее. Я взглянул на Стаса. Он наградил Марата недобрым взглядом. Ха! Расслабься, Стасик, он меня не на свидание приглашает. Стоп. Стас, что, ревнует? Ревнует меня к Марику? Вот это номер! Нихера ты не имеешь права меня ревновать, мудила, у тебя Лара есть. С ней и оставайся. Чего удумал, урод. Внезапно мне захотелось заржать на весь ресторан. Вся ситуация была такой комичной, что я еле сдерживал улыбку. Мы походили на клубок интриг и хитросплетений чувств. Я влюблен в Стаса, а он меня точно хочет, но встречается с Ларой. Лара вроде не особо-то и рада этим отношениям, вон как злится на Стаса. Стас ревнует меня к Марату. Марат пока еще темная лошадка, но хочет узнать о моем брате, значит, их дружба с Серым Мариком до сих пор не забыта. И мне невероятно хотелось распутать этот клубок… — Ну так как? — нетерпеливо спросил Марат, так и не дождавшись от меня ответа. — Да, завтра подходит. Подбери меня после работы, если ты, конечно, не планируешь с нами весь день сидеть, как сегодня, — сказал я, глядя на развалившегося на стуле Марика. Ну никакого понятия об этике делового общения у человека! — Нет, — улыбнулся он. — Завтра я с вами проведу только первую половину дня, потом у меня дела. А после твоего рабочего дня можно куда-нибудь съездить. Рядом со мной, образно говоря, скрежетали зубами и хрустели пальцами. Стас, конечно, не радовался этим нашим договоренностям и вид имел недовольный. Кто бы мог подумать, что он станет вести себя, как ревнивый мавр? Вот идиот. Я позволил себе усмехнуться. — Пойдемте обратно? — предложил я, не в силах больше прятать усмешку. Марат заинтересованно посмотрел на меня, но возразил. — Сейчас, я только стаканчик бренди закажу. Не привык обходиться без дижестива. Да и потом, после думается лучше. Я охренел. Всё представление о Марате как о бизнесмене летело в тартарары в моих глазах. Он оделся на рабочую встречу так, словно в клуб с приятелями собрался. Он болтает с нами, как давний друг, хотя поставлен наблюдать за нашей работой и проверять нас на вшивость. Он сидит за столом, не раздумывая о том, насколько его поза прилична и соответствует ситуации. Он открыто говорит людям, с которыми работает, что собирается выпить, прежде чем продолжить работу. Я не понимал такого поведения Марата, и меня это привлекало в нем еще больше. От нечего делать я опять закурил, заказал дополнительный эспрессо, когда официантка принесла Марику бренди, и начал разглядывать бывшего друга моего брата. Марат выглядел расслабленным. Он сидел все в той же позе, перекатывая по столу бокал с бренди. Я мысленно отметил его длинные чувственные пальцы, которыми он обхватывал ножку бокала. На среднем пальце его правой руки красовалось кольцо с замысловатым узором. Дешевое и потертое, но явно символичное. Подобные кольца обычно покупают парными. Чтобы у второй половинки или другого близкого человека было такое же. Значит, у кого-то, кому Марат не безразличен, тоже есть такое кольцо. Сентиментальный Измайлов? Как интересно. Подняв глаза, я встретился с проницательным и смеющимся взглядом Марика. Он прекрасно понимал, что я его оцениваю, но ничего не говорил, позволяя мне рассматривать его дальше. Чем я и занимался безо всякого стеснения. Как и большинство татар, Марат отличался какой-то порочной красотой. Темные голубые глаза под пушистыми ресницами, красиво изогнутые в усмешке тонкие губы, прямой нос, аккуратные брови. Ничего в его облике не было тронуто стилистом, в отличие от того, что принято у людей его круга. Марик весь, до кончиков ногтей, был естественным. Я подумал, что, если бы не был так безнадежно влюблен в Стаса, и если бы осознал свою неопределенную ориентацию как-то иначе, то Марат, несомненно, привлек бы меня в сексуальном плане. Но теперь я просто разглядывал его, получая от этого исключительно эстетическое удовольствие. Собственно говоря, разглядыванием я и ограничился, меня куда больше интересовала «начинка», чем «оболочка». Мне хотелось узнать Марата получше, разгадать их с братом тайны, темные делишки их общего прошлого. Также мне было интересно, как развивалась их дружба, когда я был маленьким и нихрена не понимал в ней, в этой дружбе. А когда начал понимать, меня весьма заинтересовала психология человеческих отношений, понравилось разбирать все по полочкам: причины и следствия, мотивы и поступки. Хотя я и не понимал собственных по отношению к Стасу… А еще претендую на какое-то там знание психологии, наивный я мальчишка. Кстати, о Стасе. Я пялился на Марика еще и потому, что мне хотелось позлить Стаса, который поимел наглость меня ревновать. Да еще к кому! К другу моего старшего брата, пусть и бывшему другу. Если ты не принадлежишь мне, Стас, то и я волен делать все, что хочу. А хотел я разгадать новую загадку, попавшую мне в руки. Держись, Маратик, ты просто еще не понял, с кем связался. Любопытство кошку сгубило, говорите? Но я же не кошка.