Почему нужно слушаться старшего брата

Новогоднюю ночь мы отмечали вчетвером, в нашем тесном семейном кругу. Новый год — семейный праздник, в конце концов. Тут уж я был традиционен в своих предпочтениях. Некоторые мои друзья, например Миха и Ромка, уже в старших классах норовили свинтить из дома, чтобы отмечать эту ночь с друзьями, лишь бы не с предками. Вот этого я не понимал. Может быть, только пока. Как не понимал и того, какой понт водить не дешевую машину, едва тебе исполнилось восемнадцать. Возможно, по части сексуального опыта мне было мало равных среди сверстников, но в некоторых других аспектах жизни я оставался подростком и полным профаном. Каждому своё, в принципе. Светлов тоже решил отметить с родителями, хотя я смутно помнил, что когда-то приглашал его провести время с нами. И даже не один раз приглашал. Я не расстроился, когда он сказал, что родители хотели бы видеть его дома, только пожелал счастливого Нового года и много не пить. Сильно по Стасу я не тосковал, потому что первого января меня ждало увлекательное путешествие в его постель. А пока я позволил себе наслаждаться отмечанием с родителями и братом: наряженная ёлка, праздничный стол с любимыми блюдами, которые мы готовили все вместе, толпясь на кухне и сталкиваясь задами, смеясь и разговаривая о разной ерунде. Ощущение покоя и уюта поселилось в душе, как раньше, как в детстве. Недаром говорят: твоя семья — твоя сила. Но к тому сюрпризу, который нам приготовил мой брательник, жизнь меня не готовила… После обращения президента и боя курантов, под которые мы, по традиции, пили шампанское и желали друг другу счастливого Нового Года, Серёжка странно затих. Он комкал салфетку, часто прикладывался к бокалу, и когда поймал мой полный недоумения взгляд, гулко сглотнул. «Сейчас что-то будет», — подумал я. И не ошибся. — Мам, пап, Кир, мне надо с вами поговорить, — начал брат с ноткой торжественности, обычно ему не присущей. На мгновение я подумал, что он сейчас признается, что гей. Ну, бисексуал, окей. Но нет, мысль была бредовая. — О чем, сынок? — С начала года я ухожу с этой работы. — Давно пора, — с облегчением выдохнул отец, который требовал этого у старшего сына с самой больницы. А мы с мамой нахмурились, потому что оба не поверили в то, что Сергей так просто поменял своё решение. — И где ты теперь будешь работать? Надеюсь, ничего столь же опасного, — непререкаемым тоном сказал папа. Серый усмехнулся. — Ну если только меня кто-нибудь из моих подчинённых убьёт за то, что отпуск не дам. Или канцелярским ножом в офисе порежусь. Менеджером я буду, пап. — Менеджером? Без образования? Сначала у брата напряглись желваки, но потом он расслабился и сказал: — За последние пять лет я заочно получил высшее по бизнес-администрированию и потом MBA. Мама тихо ахнула. Я ощутил укол боли, горечи и ревности, потому что мой брат, моя кровь, не рассказал об этом мне. Такому близкому мне… У нас у всех были противоречивые эмоции в этот момент. Тот факт, что Серый скрыл такую важную часть своей жизни от всей семьи, и скрывал так долго, нас будто обездвижил. Я вспоминал, как родители радовались, когда я поступил в универ, мы все отмечали это, они переживали со мной все мои сессии. А Серый проходил через всё сам, в тайне от нас. Работал, нет, даже пахал как вол, учился, строил отношения со Светкой и ни словом не проговорился о том, что у него есть личные и профессиональные амбиции. Он нам не доверял, потому что мы в него не верили, и это наверняка было больно. У отца на лице гордость боролась со стыдом и раскаянием. Он наверняка тоже вспомнил, как часто попрекал сына за нежелание учиться. “Вот к чему были все те серьезные книги у Серого на столе”, — подумал я. — “А я-то посчитал, что он просто библиотеку нашу домашнюю переставляет, какой позор…” — Почему ты нам не рассказал, сынок? — спросила мама ласково, со слезами в голосе. — Хотел сюрприз сделать, — развёл руками Серый. — И потом, вы так гордились Киркой, что я не стал в его лучи славы влезать. На этом месте меня окончательно расплющило. Я с грохотом отодвинул стул и свалил из комнаты под возмущённые возгласы родителей и наверняка понимающий взгляд Серого. Мне надо было остыть. Ну, может, прорыдаться ещё. От осознания того, что мой брат супермен, а я так, мамочкин нытик. Но ничего из этого я не сделал и вернулся довольно быстро. Только постоял пару минут у кухни, переваривая. Серёжка посмотрел на меня насмешливо, — Ну-ну, не надо так бурно реагировать. — Ещё чего я буду реагировать, я в туалет ходил, — буркнул я, незаметно для родителей показывая брату фак. В том, что у меня с Серым ещё состоится приватный разговор, возможно даже с мордобоем, я был уверен. Он обязан со мной объясниться за годы лжи. — И где ты будешь работать? — справился с собой папа. — Друг детства пригласил в компанию своего дяди. Рассвет в моей голове не просто забрезжил, а вспыхнул с силой тысячи солнц. — Марат? — неверяще спросил я, уже зная ответ и ужасаясь этому. — Ага, — Серый кивнул и глянул на меня испытующе. Меня затошнило. — Вы же не ладили в последние годы, — удивился папа. — Да как не ладили, просто не общались. Потом Кирка по счастливой случайности начал с ним работать, подружился, потом мы на встрече выпускников встретились, потом ещё в больнице разговорились, и вот снова сошлись. От его «снова сошлись» и «счастливой случайности» у меня потемнело в глазах. Я понимал, что брат кидает эти двусмысленности только для меня, но зачем? Чтобы поиздеваться лишний раз? — Так что спасибо, Кирилл, ты косвенно нашёл мне работу, — Серый улыбался, как крокодил. В мордобое я был уже уверен. И этот крендель мне заливал об отсутствии вторых шансов, непереносимости одного присутствия Марата и прошедшем увлечении. Сучий потрох, а не брат! — Ох, не могу поверить, это же замечательно, — мама прижала ладони к щекам. — Лучшая новогодняя новость. Давайте отпразднуем! — Это ещё не все новости, — покачал головой Сергей, выглядя очень загадочным. «Ну вот теперь, теперь он точно скажет, что гей», — я внутри корчился от смеха над своими дикими идеями. Это было нервное. — Света беременна, через месяц у нас свадьба, — выдал брат как ни в чем не бывало. Мама схватилась за сердце, папа залпом выпил своё шампанское, а я не смог сдержаться и заржал во все горло, вынуждая родителей смотреть на меня, как на сумасшедшего. — Кирилл, перестань, — поморщился папа, — не вижу ничего смешного. — Он так радость свою выражает, правда, братец? — спросил Серый с улыбкой. Я не мог говорить, только кивнул, икая и размазывая слезы смеха. — Господи… — протянул я, когда ко мне вернулась связная речь. — Поздравляю. — Спасибо. Срок пока крошечный, но мы решили, что хотим ребёнка и оставим его. — Ну разумеется! — воскликнула мама. — Серьезное решение, сын, — папа похлопал его по руке. — Поздравляю. — Сереж, мы никак не помогли тебе с учебой, позволь нам помочь со свадьбой? — мама тоже потянулась через стол и взяла Серого за руку, перебирая его пальцы. — Спасибо, мам, в чем-то нам действительно не помешает помощь. А я знал, я прекрасно знал, что брат говорит это только затем, чтобы сделать маме приятно. Никакая помощь ему не нужна, он же железный, блядь… — А где вы собираетесь жить? — спросил отец. Без намеков, так-то. Хотя я его понимал. Не то чтобы я был категорически против Светки и младенца в нашей квартире, но будет довольно некомфортно ютиться тут вшестером. На крайняк — я всегда могу переехать к Стасу… Так, стоп, что-то я размечтался. — У Светы, у нее своя квартира. Поживем там, пока не обзаведемся чем-то более просторным. Думаем насчет ипотеки, но сначала надо на новом месте поработать хотя бы год, посмотреть, что к чему. Родители и Серый ещё разговаривали о том, какая кардинально новая жизнь ждала моего брата в новом году, а я налил себе шампанского и задумался. Говорить не хотелось. Точнее, хотелось, но с братом наедине. В конце концов, я поймал его взгляд через стол и незаметно кивнул на дверь. Серёжка сделал вид, что устал сидеть, и потянулся. — Мам, пап, вы не против, если мы с Киркой пойдем в Контру поиграем? — Что, прям в Новый год? — возмутилась мама. — Да ладно, а вы тут Голубой Огонек посмотрите, всё равно мы не большие фанаты телека. Я хихикнул от “Голубого Огонька”, который в свете последних месяцев звучал уже совсем иначе. — У тебя скоро ребенок будет, а ты сам как ребенок, всё в игрушки играешь, — сварливо прокомментировал папа. — Не будь занудой, — усмехнулась мама. — Дай ребятам пообщаться, с нами не так весело. — Ну что ты, мам, просто с тобой врагов не постреляешь, — я встал и поцеловал маму в макушку. — Мальчишки, — засмеялась она. И мы с Серым благополучно свалили к нему в комнату, пока из телека пел этот ужасный Киркоров. — Как тебя угораздило-то? — спросил я, тяжело опускаясь на кровать брата. Хотелось курить после всех его откровений. — Что именно? — ухмыльнулся Серый, понимая, что наговорил он много удивительного за одну ночь. — Сделать Светке ребёнка. — Я же тебе говорил, она приходила ко мне в больницу, и мы занимались тем, что иногда заканчивается беременностью. Тычинки-пестики, биологию помнишь, недавно же в школе был, — издевался брат. — Выходит, не зря тебе родители за отдельную палату платили. Сами того не зная, поспособствовали появлению внуков. А что ж вы без резинки-то? — Да ты знаешь, мне как-то не до этого было. Тебе когда Амалия секс предложила, ты тоже отказываться не стал, — фыркнул Серёга, садясь рядом со мной. — Не стал, — подтвердил я. — Как же мы докатились до жизни такой, бро, что у нас с тобой все настолько одинаковое. Что с бабами, что с мужиками… — посетовал я. Потом меня осенило. — Слушай, так она наверняка это специально сделала, вы же с ней расстались, а она решила залететь от тебя и таким образом вернуть. — Допускаю такую вероятность, — кивнул брат. — Но, как я и говорил, мне в тот момент не до этого было. — Так ты добровольно в эту кабалу влезаешь? — удивился я. — Почему кабалу? Возраст подходящий, меня наши родители ещё раньше сделали. И Света не самая плохая кандидатура для матери моих детей. К тому же, я ее давно знаю. — Она же тебя не любит. Ты слышал. Мы слышали. — «Ну что ты, как девочка, про любовь?» — передразнил меня брательник. — Я ее тоже не люблю, но привязанность есть, и этого хватит. Звучало так, словно брат — умудрённый годами и опытом человек, много переживший и повидавший. И не сказать, что у парня жизнь только начинается. — А ты уверен, что ребёнок твой? — Уверен, — нехорошо усмехнулся Серый. — Светлана хочет удобной и комфортной жизни замужем за надежным мужиком. Она не дура и прекрасно понимает, что ее не ждёт ничего хорошего, если она нагуляла ребёнка не от меня. — А ты, конечно же, проверишь отцовство? — спросил я, подтверждая свою догадку. — Конечно. Чтобы показать Свете её место, понял я и подумал, что с моим братом эта бабенка ещё натерпится, его тирания видна невооруженным глазом. Готова ли Света к такому ради сытой жизни с сильным самцом и его хорошим набором генов? — А к Марату тебя как занесло? — Мы после больницы виделись пару раз, поговорили о жизни. Мар рассказал о вакансии и предложил подумать. Я подумал. — И как же ты собираешься держаться, работая с ним? Можешь не врать хоть сейчас, что он был просто увлечением? Я же знаю, у тебя к нему не всё прошло. — Не буду врать, — улыбнулся Серый. — Я и не собираюсь держаться, Кирилл. — Это как? — опешил я. — Меня впечатлили твои слова о том, что можно иметь всех, и я подумал: черт с ним, жизнь одна. Теперь мой секс со Светкой подогревает фантазия о том, как я разложу Марата в его же офисе, — Серый осклабился, ему нравилось меня смущать, а я попытался не краснеть и не представлять эту картинку с моим братом в такой роли. Фу-фу. У меня теперь тоже культурный шок. — Вот так мой мелкий сучонок-брат в очередной раз научил меня жизни, — вздохнул Серый. — Доволен собой? — Бля, я даже не знаю, что сказать… А Марат о твоих планах знает? У него же тоже свадьба скоро. — Пока не знает, но скоро я его проинформирую. Плевал я на его свадьбу. По-моему, я заслужил немного… Хм, если не счастья, то удовольствия от жизни так точно. Твоя философия, мелкий ты гедонист. Прозвучало как оскорбление и так нелепо, что стало смешно. Я подвинулся к Серёжке, обнял за плечи и сказал, посмеиваясь: — С Новым годом, дурила. Пусть у нас всё будет хорошо.