Истина где-то...

Республиканский фрегат "Солнечный ветер". Местонахождение: вблизи системы Муунилинст Статус: неизвестен.

Челнок для начала облетел фрегат, давая им возможность рассмотреть его со всех сторон. Спасательные капсулы были на местах, что в очередной раз давало убедиться, что экипаж скорее всего погиб в полном составе. Но больше всего Анакина заинтересовали пробоины в корпусе корабля. Они были шире, чем обычные следы ударов турболазеров. По краям их шла сеточка из мелких прожогов и оплавлений металла. - Похоже на активную плазму, - сказал джедай, разглядывая изображение на мониторе. - Активная плазма? Что это такое? – спросила Асока. - Рекс, ты можешь дать справку? – обратился учитель к клону-капитану. - Активная плазма, - произнес Рекс, - Иначе говоря, жидкая плазма. Сверхперегретый ионизированный газ под большим давлением. Флот Республики проводил опыты по его применению в качестве оружия. Признано неэффективным в отсутствие достаточно мощных накопителей. - Я все равно ничего не поняла, - Асока покрутила головой. - Жидкую плазму считают очень перспективным видом вооружения, - пояснил Анакин, - представь комок плазмы, похожий на тесто. Попадая в броню, он не отражается, а прилипает к ней и прожигает насквозь. Дефлекторы могут его удержать, но ненадолго. Проблема только в одном, нужно стрелять с близкого расстояния и иметь возможность накопить плазму под большим давлением в специальном резервуаре. В лабораторных опытах все получается, но создать действующее орудие пока не выходит. - Наверное, кто-то сумел, - сказала Асока, - Учитель, а откуда вы все это знаете? - Присутствовал на испытаниях, - Анакин пристально смотрел на монитор, - Сенат не дал денег на дальнейшие эксперименты. Они зависли напротив самых крупных пробоин, в глубине которых виднелись внутренние переборки фрегата. - Действительно похоже на активную плазму, - повторил свои слова Анакин. - Но если сепаратисты изобрели новое оружие, почему они оставили фрегат здесь? Почему не уничтожили его целиком? – удивилась Асока. Рекс согласился с ней. - Она права, генерал. - Думаю, ответы мы найдем на борту, - Анакин направился рундукам и вытащил скафандр, - Высаживаемся. Асока не любила скафандры. Монтралы упирались в шлем, шипение воздушного клапана напоминало о том, что между ней и смертью стоит лишь тонкая оболочка, да и скафандр был довольно тяжел для шестнадцатилетней девушки. Ей приходилось прибегать к помощи Силы, чтобы не терять природную ловкость и грацию движения. Челнок закрепился абордажными захватами на корпусе фрегата, клоны подвели штурмовой рукав. Со скрежетом и свистом сработал каркасный резак, и полутораметровый блин дюрастила выпал внутрь, открывая проход. Навстречу им не понеслись бластерные разряды. Отряд рассыпался по отсеку. Двое клонов заняли позицию у дверей. - Рекс, что на сенсорах? – в комлинке скафандра голос Анакина звучал куда как басовитее. - Содержание кислорода минимальное. Температура минус шесть градусов, - доложил капитан. - Гравитация есть, странно, - Анакин прошел к панели доступа у дверей. Асока озиралась по сторонам. Отсек, в который они попали, находился по левому борту фрегата. Здесь размещались ремонтные мастерские. Осветительные панели не работали, и вокруг царила темнота, пронизываемая лишь лучами нашлемных фонарей. Станки и верстаки выглядели механическими чудовищами с множеством когтей и щупалец. - Забираем данные из бортового компьютера, - Анакин копался в панели доступа, сняв верхнюю крышку, - И возвращаемся назад. - А если есть уцелевшие? – спросил Рекс. - Если найдем, заберем, конечно, - уверенно сказал Анакин. Панель доступа окрасилась в зеленый цвет, и двери открылись. - Первое отделение в двигательный отсек, - распорядился Рекс, - Второе отделение в центральную часть корабля. Третье отделение, охранять зону эвакуации. Я с генералом иду на мостик. Чем дальше они углублялись в недра фрегата, тем больше Анакину не нравилось то, что он видит. Не было почти следов абордажа. Если дроиды обездвижили фрегат и высадились на борт, то где следы боя? С правого борта, возможно, всех выбросило в космос при разгерметизации, но эти отсеки почти не пострадали. Экипаж должен был оказать сопротивление. - Стоп, - шедший впереди Рекс остановился. Поперек коридора лежал труп солдата. Видно было, что клон умер сражаясь. Его рука до сих пор сжимала рукоятку бластера, но само оружие было рассечено пополам. Его ствол с частью ствольной коробки лежал отдельно неподалеку. Через белую броню солдата проходил длинный ровный и тонкий разрез от удара от плеча до бедра. Кровь выступила наружу и запеклась на дюрапласте. Рекс нагнулся над погибшим братом и снял с его брони табличку с личным номером. Анакин тем временем присел на корточки и осмотрел рану, убившую солдата. - Никогда не видел такого, - признался он. Его ученице стало немного не по себе. Анакин знал, что за год этой войны Асока видела немало смертей, но почему-то именно сейчас она ощущала приступ тошноты. - Это не световой меч, - заметила тогрута. - Вибромеч, - предположил Анакин, - Спецназ-дроиды такими пользуются. Какая-то новая модификация, видимо. Идем дальше. Чем ближе они подходили к мостику, тем больше встречали убитых клонов. Как и положено бойцам, все они до конца сражались и погибли, не выпуская оружия из рук. - Генерал, - подал голос Рекс, - Меня смущает одно. - Да, Рекс. - Это не бластерные попадания. Капитан указал на дыры в броне солдат. От краев пробоин расходились трещины. - Пулевое оружие? – Анакин дернул бровью. - Обычные пули не пробивают броню. - Еще одна модификация? - Верпинский дробовик не такая уж инновация, - Рекс говорил глухим голосом. Видно и ему было не по себе. - Для дроидов вполне, - заметил Анакин. - Если это были дроиды, - сказал Рекс. Анакин задумался. Ему не нравились загадки. На борту фрегата он уже встретил их достаточно. Пулевое оружие, вибромечи. Для дроидов чересчур. Сепаратисты экономят на вооружении, бластер всяко эффективнее, а программировать дроидов, способных пользоваться холодным оружие и вовсе накладно будет. Абордажную команду вполне можно скомплектовать из обычных супердроидов и дройдеков. - Заберем данные из бортового компьютера и все узнаем наверняка, - решил он. Они подошли к дверям, ведущим на мостик фрегата. Здесь лежали еще пятеро убитых солдат. Двери были закрыты. Анакин остановился перед ними. - Там кто-то есть, - вдруг сказал он. Асока призвала Силу и тоже почувствовала на мостике живое существо. Раненое, усталое, почти обессилевшее, но живое и в сознании. Анакин нажал на кнопку, и дверь скользнула в сторону. Мостик был уничтожен. Среди тел членов экипажа в серых форменках, валялись обломки дроидов, куски вырванных с проводами консолей. Словно какой-то варвар бездумно уничтожал все вокруг себя. Даже осветительные панели зияли рваными дырами. Только свет звезд освещал мостик фрегата, подсвечивая отвратительную картину разрушения. Возле капитанской консоли свернулся в позе эмбриона человек в сером мундире. К его лицу была прижата дыхательная маска. Видимо, он услышал, как открылась дверь, потому что вдруг приподнял голову. Анакин отшатнулся, Асока издала всхлип. Рекс замер, нацелив на человека оружие. Лицо офицера было покрыто порезами. Кровь залила его грудь, волосы на голове слиплись от крови. Издав стон, он попытался встать, но не сумел. Асока бросилась к нему, доставая из поясной сумки запасной кислородный баллон. Когда она присоединила штуцер дыхательной маски к баллону, раненый сделал несколько глубоких вдохов. Коснулся рукой плеча девушки и открыл глаза. В них мелькал страх. - Уходите, - простонал он, - Уходите. Кругом смерть. Смерть. Страдание. Я видел страдание. - Успокойтесь. Асока прикоснулась Силой к его разуму, чтобы его успокоить, но ощутила такой мощный удар страдания, боли и ужаса, что сразу прервала контакт. - Боль, - говорил человек, - Боль. Истина в ней. Истина… Я познал ее. - Вам нельзя говорить, - повторила Асока, касаясь его снова Силой. - Нельзя, да, - согласился раненый. Тогрута бросила взгляд на учителя. Тот копался возле одной из консолей, наименее поврежденной. - Пара секунд, - сказал он. Рекс застыл возле дверей, держа обе руки на кобурах своих бластеров. Он был в недоумении. - Медпакет, - потребовала Асока. Рекс сорвался с места и протянул ей плоский контейнер. Асока вытащила иньектор и зарядила в него ампулу с гемостатиком. Потом прибавила еще и успокоительное. Все это она вколола человеку. Тот сразу расслабился и снова принял позу эмбриона. Но его продолжала бить дрожь. Двери на мостик захлопнулись. Скафандр Асоки оповестил девушку, что внешняя атмосфера пригодна для дыхания. Она посмотрела на учителя. - Аварийное питание, - пояснил тот, - Еще работает. Хватит и на пару дней. Кто тут у нас? Рекс провел над человеком сканером, встроенным в перчатку брони. - Лейтенант-коммандер Самири Каго. Двадцать три года. Назначен капитаном фрегата «Солнечный ветер» две недели назад. - Он ранен, учитель, - Асока пластырем из медпакета залепляла порезы на лице офицера. - Тогда забираем его и уходим, - Анакин достал из пояса записывающий стержень и засунул его в порт данных. Неожиданно молодой офицер вскинул голову. Глаза его горели диким огнем. - Вам не уйти. Нет-нет-нет, - быстро заговорил он, - Они сказали, никто не уйдет. Они заставили меня. - Они? – воскликнул Анакин, - Кто они? - Они. Чудовища. Они заставили меня, - тело офицера содрогнулось, - Заставили послать сигнал, - он вскрикнул и скорчился, как от боли, - Истину примут все. Истина в боли. Боль наша жизнь. Жизнь – это боль. Познаешь боль, познаешь и жизнь. Избавьте меня от нее! – вдруг закричал он. Асока с помощью Силы прижала его к полу. Офицер уставился на нее. - Джедай, - произнес он, - Ты бессилен. Бессилен против них. Беги. Беги. Иначе они заберут тебя. Асока вставила в иньектор еще одну ампулу успокоительного и вонзила иглу в шею офицера. - Беги, - повторил человек, засыпая, - Беги. - Он сошел с ума, - сказал Рекс. - Возможно, - Анакин прошелся по мостику, - Возможно. Он протянул руку, и в его ладонь скользнул чужой световой меч, прилетевший из вахтенной «ямы». - Меня беспокоит другое, почему Оби-Ван не сказал, что на борту «Солнечного ветра» был джедай? И если его меч здесь, то где его тело?

***

      Однажды, когда ему было шестнадцать лет, Анакин вместе с Оби-Ваном участвовал в расследовании нескольких убийств. Полезный опыт, который, как считал Кеноби, всегда необходим. Анакин испытал с помощью Силы всю гамму чувств, оставленную на месте преступления эмоциями, как жертв, так и преступника. Это было познавательно, и очень неприятно. Будь его психика менее устойчива и не укреплена такими способами, как тренировки, он, быть может, начал страдать от ночных кошмаров или чего-то подобного.       Его детство прошло на Татуине, и там ему приходилось видеть насилие не раз. Ощущения и впечатления не прошли для него даром. С тех пор Анакин повидал еще больше. Ему и самому приходилось убивать. И это было трудно, несмотря на ситуацию или пресловутую джедайскую эмоциональную отрешенность. Подчас убить было единственным выбором в сложившемся положении вещей. Трудное решение и трудный выбор.       Только один раз он убил бездумно и жестоко. Там же, на Татуине, и долго плакал, лежа на песке среди разрубленных тел тускенов. Он пережил тот миг и с тех пор ни разу не позволял себе выходить за рамки. Более того, он научился использовать кипевшую внутри ярость в бою. Держа ее под контролем, он приобретал гораздо большую связь с Силой. Многое изменилось.       Когда он увидел отблеск света на полированной рукояти светового меча, валявшегося на полу, Анакин, недолго думая, призвал его в свою руку. Для этого ему пришлось открыться Силе гораздо больше, чем он рассчитывал. Каскад эмоций, оставленных погибшими на мостике людьми, проскользнул в его разум. Они боялись, они ощущали боль и гнев, они надеялись на спасение. Ни капли эмоций, оставленных врагами, Анакин не ощутил. Ничего.       Враг всегда оставлял след в Силе. Анакин видел то, что сделали захватчики с лейтенантом-коммандером, и уже это наводило на мысль, что тут поработали не только дроиды. Командира фрегата пытали живые существа. Они были обязаны испытывать чувства. Любое живое существо, тем более разумное, испытывает чувства. Они остаются в Силе. Их можно прочитать. Но на мостике не было ничего от захватчиков. Они пришли ниоткуда, и ушли в никуда. Анакин не верил в столь их полное безразличие и хладнокровие. Так не бывает.       Или бывает все же? Неужели несчастный Самири Каго повредился в уме именно после встречи с таким противником?       - Быть может, мастер Кеноби не знал, что на борту джедай? – подала голос Асока, отвлекаясь от раненого офицера.       - Возможно, - Скайуокер сделал себе заметку сразу же по возвращении на «Меченосец», связаться с Оби-Ваном и спросить, - Рекс, - обратился Анакин к капитану, - Прикажи солдатам обыскать корабль. Тщательно.       Пока Рекс передавал приказы взводу, Скайуокер внимательно изучил то, что осталось от главной командной консоли. То, что он увидел, ему не понравилось. Джедай засунул правую руку внутрь приборной панели и с силой вырвал что-то изнутри.       Асока присмотрелась к вещи, что держал в руках учитель.       - Блок памяти?       - Дроиды забрали бы его, - сказал Анакин, рассматривая квадратный величиной с ладонь кусочек пластика и металла, - Фрегат набит информацией. Самые новые коды доступа, пароли, шифры, частоты связи флота.       Он был прав. Захват фрегата мог иметь лишь одну цель. Намерение врага получить доступ к секретным данным. Кто бы ни напал на «Солнечный ветер», ему секретная информация была не нужна. Значит, не сепаратисты.       - Не нравится мне это, - призналась Асока, положив руки на бедра поближе к своим мечам.       - Мне тоже, Шпилька, - согласился с ней Анакин.       - Я про запах, - добавила Асока.       Девушка успела снять шлем и с удовольствием дышала не через систему подачи кислорода. Анакин тоже снял шлем и принюхался. Пахло паленой проводкой, горелым пластиком и прочими запахами поля боя, включая озоновую вонь после бластерной стрельбы.       Несмотря на ситуацию, Асока слегка скривила губы в улыбке.       - Чего смешного? – изумился Анакин.       - Я ваш падаван больше года, и вы не удосужились хоть что-то узнать о тогрутах? – сказала Асока.       - Если бы ты знала, сколько рапортов, донесений и приказов в день мне приходится читать, то не смеялась бы над моим незнанием.       - Ваши предки, учитель, лазали по деревьям, а мои охотились стаями в джунглях на крупную дичь. Я гораздо лучше вас вижу, слышу и нюхаю. Я запоминаю запахи. Когда я сняла шлем, я почувствовала запах, которого не встречала никогда, - пояснила Асока, - Запах свежий. На корабле были другие живые существа, не только люди.       - И что еще за трюки есть у тебя в запасе, Асока? – захотел узнать Анакин.       - Пока все, - развела руками девушка.       Не каждый день Скайуокер узнавал такие подробности о своей ученице.       По приказу Рекса через пару минут явились два клона с репульсорной каталкой. На нее положили бесчувственного офицера. Анакин и Рекс тем временем пытались координировать действия солдат, рыскающих, по лишенным энергии и нормальном давлении в системе жизнеобеспечения, внутренностям фрегата.       Доклады поступали краткие, лаконичные, совершенно в стиле клонов: людей, привыкших говорить на кондовом военном жаргоне. За выражениями, вроде «штурмовой вход», «множество УВБ», «массовые разрушения», «ИЗ в техническом коридоре», «следы массированного огня», скрывалась картина боя. Экипаж фрегата яростно сопротивлялся абордажу. С ВИДов солдат Анакин и Рекс могли видеть картинку. Разбитые замки дверей, трупы в белой броне и серых форменках, следы бластерных попаданий на стенах и полу, заваленные подручными предметами проходы, и ни одного из тел нападавших.       - Враги не могли не понести потерь, - Рекс все больше и больше хмурился, он всегда так делал, когда давал волю злости, - При таком противодействии.       - Вероятно, они забрали своих убитых.        Великая армия редко хоронила погибших. Часто на это не было времени. Дроиды же вообще не нуждались в погребениях. Если их и забирали с поля боя, то только таких, которых можно починить или пустить на запчасти. В этом вопросе армия клонов и армия дроидов друг от друга отличались мало.       Анакин оторвался от деки и взгляд его был таким, словно он желал срочно порезать что-нибудь на части.       - Не знаю, что тут произошло, но у меня есть пара вопросов к Оби-Вану. Рекс, возвращаемся на «Меченосец».       Клон-капитан кивнул. Одев шлем, он снова превратился в безликого бойца, готового выполнять приказы.       - Кто бы это ни был, мы их найдем, - обещал ему Анакин, - Найдем и накажем.       Он не стал употреблять слово «отомстим», потому что для джедая желать мести было опасно. Наказать. Да, так будет правильнее. Наказания бывают разные. В том числе и смерть.       - Не сомневаюсь, сэр, - Рекс обращался к Анакину по уставу только тогда, когда ситуация была действительно серьезной.       В душе клона Скайуокер ощущал гнев. Рекс редко позволял себе эмоциональное отношение к происходящему. Для клона смерть в бою была обычным делом. Их так учили. Их учили, что погибнуть в бою за правое дело – естественно. Рекс повидал немало сражений, в каждом из них погибали его братья. Но почему-то именно гибель экипажа фрегата в жестоком бою с неведомым пока врагом, послужила для Рекса толчком сбросить привычные ограничения. И Анакин мог его понять. Гневаться на сильного и храброго врага, что одолел в бою, с его точки зрения было справедливо. И справедливо было желать наказать, отомстить. Скайуокер сжал правую искусственную руку в кулак. Дуку лишил его руки. Когда-нибудь граф ответит за это.       - Учитель? – услышал он голос Асоки.       Очевидно, тогрута ощутила в Силе эхо его собственных чувств.       - Все нормально, - сказал Анакин, возвращая себя в прежнее спокойное состояние, - Все нормально.