Плюс два

- Однако классно, да? Артур украдкой облизывает губы. Он бы с радостью переключился на созерциние предмета в руках Барахлюша, но мысли его упрямо возвращались к Селении. Их прервали. На самом пике. Артур готов расплакаться. Девушка совсем уже взбесновалась, ее темпы были как раз такими, как нужно, щеки раскраснелись, губки раскрылись, обнаженные груди сильно встряхивались при каждом прыжке, из ее ротика уже начали доноситься стоны приближающегося оргазма, а сам Артур уже представлял, как он зальёт её, как она начнет извиваться и пытаться сдержать крик... И тут этот стук в дверь. Бюш, сам того не зная, опять не дал им закончить начатое. Оно может и к лучшему - если Селения забеременеет, такой скандал начнется... Помимо воли, Артур расплывается в мечтательной улыбке. Его милая жена будет оплодотворена и станет носить его ребенка. "А ведь еще бы одну минутку" , - с тоской думает Артур. Интересно, чем сейчас занимается Селения? Может быть удовлетворяет себя после неудачно оборвавшегося сношения. Артур неслышно сглатывает. С каким бы удовольствием он бы посмотрел на это. Надо набраться наглости и попросить ее устроить ему такое представление... - Ты меня слышишь вообще? Артур виновато качает головой. - Прости Бюш, я сегодня что-то сам не свой. - Да я уж вижу, - саркастически сощурившись, кивает Бюш. - Опять целовались... Ну, можно это и так назвать. Он еще до сих пор помнит губами нежную кожу ее сосков, и как парой нажатий зубов заставлял ее вскрикивать, жмуриться, намокать... Боже, она так намокла, что когда прыгала, хлюпало больше и громче обычного. А когда она опустилась перед ним на колени... А сейчас она наверняка творит всякие непотребности в одиночестве. Бедняжка, он бы с удовольствием помог ей... - Что ты, я просто очень устал, - отмахивается Артур, в красках представляя, как аккуратные тонкие пальчики Селении намокшие от смазки терзают собственный клитор, как она закатывает глаза от удовольствия, как язычок ее бесконтрольно высовывается за пределы ротика... Бюш пожимает плечами. - Ты прав, прости. Я же тебя из кровати вытащил... "С дивана в гостиной, если быть точным". - Ладно, тогда иди домой. Украткой Артур выдыхает. Великий Лес, благослови неведение Бюша! - Ну уж нет, он мне нужен, и домой он не пойдет. Он едва подавляет улыбку, когда Селения подбегает к ним. Вся такая встревоженная и взбудораженная. Артур много раз видел это выражение ее лица, когда им приходилось отвлекаться от их занятий. Барахлюш сочувствующе смотрит на друга. Мол, крепись. Артур изображает благодарный кивок признательности. Серьезно, он очень любит своего друга, но это не мешает ему любить и Селению... Любить во всех отношениях. Глядя в спину удаляющемуся Барахлюшу, парочка покорно выжидает, когда он скроется за поворотом. Дождавшись, Артур, расплывшись в улыбке, поворачивается к Селении. - А теперь расскажи мне... - медленно проговаривая слова, произносит он. - За каким таким делом я тебе нужен. Он уже видит ее без одежды. Обнаженные груди и бедра... Так и хочется потрогать их, начать переминать пальцами, сжимать... Она берет его за руку. Его ладонь гладкая и уютная. А пальцы такие ловкие и юркие. Селения чувствует новый прилив желания, когда подушечки его пальцев начинают потирать тыльную стороны ее ладони и кожу между пальцами. - Нам просто не обходимо закончить, - она улыбается. - Чтобы успокоиться...и вновь заняться делами. Да, действительно, у нас впереди еще много дел, - задумчиво отвечает Артур, встречаясь с ней взглядом. Он ухмыляется одним кончиком губ. Ночью-то точно... Селения продолжает разглядывать его лицо. Эти темнеющие от страсти глаза... Хочется сразу же зарыться руками в его шевелюру, приблизить свое лицо к его, поцеловать... Сначала медленно, потом ускоряя движения языка и губ... Жадно захватывать его рот... В такие моменты хотелось съесть его. Съесть целиком...и при этом дать съесть себя. Такого желания брать и одновременно давать Селения не испытывала ни с кем другим. Его глаза всегда так много обещают...и при этом все обещания исполняются. Практически невероятный уровень близости - вот что она испытывала рядом с ним. И эта его ухмылка... Селения не знает, почему, но когда он так улыбается - с неприличным намеком, но в то же время с преданностью моль-моля... Она и подумать не могла, что можно было чувствовать себя одновременно полновластной хозяйкой и вернейшей рабой. И при этом испытывать от последнего такой восторг. - А почему не дома? - Артур наклоняется к ее уху и шепчет, щекоча её кожу. - Дома уже не интересно? - он касается губами ее уха и неожиданно кусает. Девушка тихонько вскрикивает, сжимает его ладони, но подается еще ближе к нему, доверчиво прильнув к его груди. Одна его рука опускается к ее животу и начинает гладить кожу чуть выше ее брюк, другая поднимается к груди и немного залезает под одежду... - Артур, - тихонько произносит Селения просительно. - Тут нас могут увидеть... Он послушно отпускает ее, но в движении этом столько неохоты, что она отсоединяется лишь на расстояние ладони. Селения берет его за руку. - Пойдем, - ласково зовет его она, обхватил обоими ладонями его ладонь. - А дома нас все время прерывают... А я хочу... - Хочешь закончить? - напрямую договаривает за нее Артур, сжимая одну из ее ладоней. Кожа ее рук мягкая и теплая... - Ты была так близка... Наверное решила немного успокоить себя... Селения качает головой. - Нет? - искренне удивляется Артур. - Нет, - со вздохом подтверждает она. Артур чувствует себя польщенным. Он поглаживает ее пальцы, представляя, как она пытается довести себя до оргазма...и не может. Как она, постанывая, меняет позы, закусывает губки, терзает свои клитор и соски...а кончить у нее не получается. - Бедная моя, - ласково произносит мальчик, чувствуя новый прилив возбуждения, воображая, как девушка выгибается, подаваясь всем тазом вперед, к своей руке, от нетерпения зажмуривая глаза, приоткрывая ротик, может быть даже в забытьи произнося его имя... - Пришли, - вздыхает девушка, сжимая его руку и решив по-видимому полностью проигнорировать его жалость Артур оглядывается и хмыкает. - Пустырь,- подытоживает он свои наблюдения. он вновь подходит к Селении вплотную со спины и возвращает руки на прежнее место. - Мракос хотя бы догадывается, как земля возле его кузней может использоваться? Селения отвечает что-то неразборчивое - она опять вернулась в нетерпеливое состояние желающей кончить девушки. Сгорая от желания содрать с нее одежду, коротко оглянувшись и убедившись, что они со всех сторон окружены густыми кустами мха, медленно приспускает с нее брюки. Опустив их чуть ниже ее попки, он, чувствуя, как член буквально рвется из штанов, запускает ей руку между ножек. Нижнее белье она не одела... "Должно быть, не выдержала и, быстро одев все, что под руку попалось, выбежала искать меня..." Такую самоотверженность следует поощрять! - Совсем влажненькая, - тихо говорит на ушко Селении Артур, погружая пальцы в ее мокрую дырочку и мягко целуя ее в раскрасневшуюся щеку. - Бедняжка...так хотеть трахаться... Вместо ответа девушка скоро и неспокойно дышит. Довольно улыбаясь, Артур задирает ее одежду, обнажая ее грудь, через плечо не без удовольствия наблюдая, как, встряшнувшись, мягкие и округлые булочки его жены освободились от тисков. Соски ее набухли и, розовенькие и нежные, заманчиво и невинно стояли. Это всегда было так мило, женственно...и очень возбуждающе. Это выглядело так, как если бы она подошла к нему со спины и, подергав за край рубашки, краснея, не решаясь взглянуть ему в глаза, с нежной и обожающей улыбкой предложила бы отдаться ему. Как это в итоге и случилось у них месяц назад. Артуру нравится это воспоминание. Особенно душу ему грела мысль, что большая часть инициативы тогда исходила от его милой Селении. Заставив девушку нагнуться и выставить свою попку и жадно текущую щелочку навстречу ему и уже погружая в ее мягкую, горячую и шелковистую плоть свой член, Артур в красках вспоминает этот случай. Артур во все глаза смотрит на нее. Он ведь не ослышался? Селения поднимает на него взгляд, но тут же отводит и, прокашлившись, повторяет еще тише, покраснев еще больше и начиная нервничать: - Сделай меня женщиной...пожалуйста... Сглотнув, Артур поднимается с дивана, на котором месяц спустя будет учить Селению скачке, и подходит к ней. Подойдя, он кладет руки ей на плечи и, легонько сжав их и заглядывая ей в глаза, ласково говорит: - Ты чего, милая? Смутившись окончательно, девушка качает головой и опускает ее еще ниже. Судорожно вздохнув, она зажмуривается и очень тихо произносит: - Очень тебя прошу. Беда в том, что Артуру для уговоров достаточно было одного раза. Он уже мысленно раздел ее. Тем более, что единственное, что было на ней, ночная рубашка, едва прикрывавшая ее ниже живота да и потом, это-то он уже делал. В палатке, неделю назад. А потом, спустя чуть меньше двадцати четырех часов, он тоже раздел ее, а она обслужила его своим ротиком, доведя до исступления и самого яркого оргазма в его жизни, усиленного осознанием того, КТО доводит до него. И больше они об этом не говорили. Артура так и подмывало спросить Селению - ненавязчиво и так, чтобы ее не обидеть - хочет ли она еще. Спали они в разных кроватях. И едва ли Артур, расстроенный таким положением дел и успевший опять передумать уже множество причин этому, знал, как ждала его по ночам Селения, сгорая от нетерпения, испытывая невероятное желание удовлетвориться. И при этом даже не думая запустить руку к себе в трусики и сделать все самостоятельно. Потому что единственный, кто ее возбуждал, лежал на диване в соседней комнате и мучился примерно тем же. И, прострадав так почти неделю, Селения уже готова была пойти на все, чтобы только оказаться с ним в одной постели. И вот перед сном, в одной ночной рубашке. она подошла к нему и прямо сказала, чего хочет. Чувствуя, как подрагивают ее губы, она расстегивает первую пуговицу. - Нет уж, я сам, - хрипло произносит Артур, убирая ее руки, и она, не сдержавшись, облегченно и радостно вздыхает и неуверенно-счастливо улыбается. - Хорошо, - не зная, что следует говорить в таких случаях, кивает девушка, послушно убирая руки за спину. Она поднимает на него взгляд, и Артур, воспользовавшись этим, накрывает ее губы своими и запускает свой язык в ее рот. Довольно и коротко простонав внутрь его нечто нечленораздельное, девушка, зажмурившись от удовольствия и кружащего голову счастья, радостно начинает отвечать. Селения чувствует, как одежда, и без того очень тонкая, все меньше и меньше касается ее кожи на груди, а потом и на животе...и ниже. Артур отсоединяется от ее рта, и обильная нить их слюны, сорвавшись, падает ей на подбородок и между уже обнаженных грудей. Его пальцы легко расстегнули пуговицы свободного покроя рубашки, и сейчас её тело было лишь слегка прикрыто. Вновь проникнув в ее рот своим языком, Артур слегка отодвигает края рубашки и накрывает ладонями немного прохладные упругие груди его девушки. Затем легонько сжимает их... Коротко и негромко постанывая внутрь него, Селения протягивает руки к его рубашке и быстро вытягивает тесьму. Теперь делать это очень просто. Заставив оторваться от ее губ, она снимает с него рубашку и лениво расцепив пальцы кидает ее на пол, им под ноги. Руки Селении тоже слепо начинают исследовать тело Артура и, не зная, где лучше всего задержаться, неумело, но как можно нежнее и заботливее гладят его по груди, животу. Оторвавшись от нее снова, Артур быстро спрашивает: - И где ты хочешь, чтобы мы сделали это? - он сдавливает ее груди, а затем, сместив пальцы, обхватывает ими ее соски и начинает их неторопливо перетирать между пальцами. - На моей кровати, - с готовностью отвечает девушка, чувствуя, как между ножками у нее уже здорово намокло, и из ее киски заскользил тоненький ручеек по внутренней стороне бедра. Селения приглушенно стонет - Нравится, когда тебя унижают? Он хлопает ее трижды и, испытывая невероятное желание сделать с ней что-нибудь еще пошлое, Артур хватает ее обоими руками за попку и сжимает эти аппетитные булочки. - Давно пора оприходовать эту дырочку, правда милая? Она такая узенькая у тебя...твоя попка. Интересно она так же обрадуется моему члену как и твоя первая дырочка? Расскажи мне, что случилось когда я лишил тебя девственности? - Я...я кончила.... - Да - он снова хлопает ее по попке. - И кто же ты после этого? -...похотливая сучка? - Какая ты умница...ты такая замечательная... Ох, да! Он наклоняется и начинает быстро-быстро и грубо натирать ее взмокший клитор. - Ого, хочешь и сейчас кончить? Ах ты маленькая давалочка... Да, я разрешу тебя сделать это...давай же кончай... - Артур... - Ну же. Селения несмело берет его за руку и ведет к своей кровати. Неожиданно на полпути Артур подхватывает ее на руки и, поднося к кровати, аккуратно кладет ее поперек нее, боком к подушке. Присев рядом с ней он, не долго думая, быстро расстегивает самые нижние пуговицы и открывает полы рубашки. Замерев, Артур зачарованно разглядывает открывшийся ему вид. Он не знает, носят ли минипуты нижнее белье - когда он раздевал ее в первый раз, то не помнил, чтобы оно на ней было, но это могло оказаться случайностью. Но на ней и сейчас не было трусиков. Ее лобок, покрытый темно-коричневыми с рыжиной волосами, немного выдавался вперед, как будто поддразнивая. Проглотив свое нетерпение, Артур, не произнося ни слова, просовывает ладонь между ножек девочки и заставляет ее развести их пошире. Дрожа от смущения и жгучего возбуждения, Селения покоряется, демонтрируя свою маленькую блестящую дырочку. Артур гладит ее по внутренним сторонам бедер, не без удовольствия отмечая, как под его руками она дрожит и раздвигает свою хорошенькие ножки еще сильнее. Более того, оказалось, что по ножкам ее еще во время 'разговора' их языков потекло, и теперь Артур размазывает этот крохотный прохладный ручеек по ее бедру. Размазывая, он приближает свою руку все ближе к ее писечке. Наконец он случайно касается ее, и Селения, безмолвная и смущенная, издает тихий стон. Артур переводит взгляд на ее лицо, краем глаза наблюдая, что делают его руки. Он нащупывает маленькую, всю в соке, горошинку между ее похотливо раскрывшимися губками. Селения прикрывет глаза, высовывает кончик языка и довольно выгибается ему на встречу. - О, да... - хрипло простанывает она, отчаянно краснея. - Пожалуйста, еще... Артур с удовольствием начинает натирать пальчиком ее писечку, и скоро девушка, совсем забывшись, берет обеими ручками свою грудь и принимается сжимать ее. Через некоторое время Артур устает и перестает терзать маленький и беззащитный клитор девушки. Возбужденная до последней степени, селения быстро встает и, одним движением откинув Артура на кровать, не долго думая, опускается на пол и неловко расстегнув его брюки , вытаскивает из них его уже порядком настрадавшийся член. Не спрашивая ни разрешения, ни его мнения, Селения наклоняет свое личико к нему...и начинает методично неспешно вылизывать. От самого основания его члена до самого кончика. Довольный, Артур считает за лучшее дать сделать ей все самой. Язычок девушки, тонкий и розовенький, мягко порхает по его головке. Отодвинув крайнюю плоть, она касается им уздечки его члена, а затем раскрывает пошире ротик, и головка его члена поглощается ее мягкими и ласковыми губками. Глаза Артура поневоле закрываются. - Слушай, - сквозь наползающие волны удовольствия произносит он. - Давай попробуем...делать это одновременно. Селения освобождает ротик, напоследок вновь лизнув его. - Как это? - спрашивает она, искренне не понимая. - Разве так можно? Ничего не отвечая, Артур подтягивает её к себе и вкрадчиво говорит: - А теперь повернись. Зардевшись, Селения подчиняется. Она как-то автоматически текла, когда он говорил ей что-то приказным тоном, а сейчас он еще и требовал таких неприличных вещей. Девушка снова наклоняет голову и приникает ртом к его подрагивающему от нетерпения члену. Впрочем, капли смущения испаряются мгновенно, когда пальцы Артура раздвигают ее половые губки пошире и принимаются вновь натирать ее клитор. Язычок ее становится быстрее, а движения - необузданнее. И она стала получать удовольствие от процесса куда больше - это слышно по ее нетерпеливым постанываниям. Ее ротик издает легкий вибрации с каждым стоном, доставляя дополнительные ощущения. Представить невозможно, как ей хорошо сейчас! Ее ножки слегка подрагивают, и щелочка совсем намолка и теперь блестит. Артур с восторгом смотрит, как с нее медленно стекают ручейки. По ее бедрам, тягуче и призывно. Он в красках представил, как там мягко, тепло, обволакивающе... От таких мыслей любой перевозбудится. - Селения, я... - Ага, - похотливым голосом перебивает его девушка, на время отрывая свой ротик от его члена и водя по нему ладошкой. - Этого я и хочу. Она вновь принимается за него, плотнее сжимая губки и ускоряя движения языка. Артур ускоряет движения пальца, закрывает глаза и сводит брови. Ох, этот шаловливый язычок! И эти губки! Какая же она молодец! И вся она так непривычно беззащитна и мила. И, главное, так возбуждена... Больше не контролируя себя, он судорожно впивается в мягкую податливую плоть ее попки и начинает изливаться ей в ротик. Уже осведомленная о сути этого процесса, Селения не выпускает сперму наружу, чтобы та как в прошлый раз запачкала ей лицо, а начинает глотать. Ее ротик набивается до отказа, и она послушно проглатывает ее, чтобы получить порцию еще на полглотка. Выдохнув как после хорошо проделанной работы, девушка, сообразив, что ее муж... ее муж, ее муж! Селения едва сдерживается, чтобы не начать довольно и радостно хихикать. Так вот, сообразив, что ее муж - нет об этом просто нельзя не думать без восторга - немного не в том состоянии, чтобы продолжать ласки, она встает и снова поворачивается. На лице Артура застыло блаженное выражение признательности. Но ему так хорошо, что он и слова вымолвить не может. Во всяком случае, когда он раскрывает рот, то не может ничего внятного произнести. Селения слишком довольна проделанной работой, чтобы расстраиваться из-за таких пустяков. Да, она пока не кончила. Но Артур ведь это знает и наверняка учитывает. Просто сейчас ему так хорошо - ее стараниями - что он не может достойно продолжить. С обожанием глядя ему в лицо, она ложится рядом, уютно примостившись у него подмышкой и собственнически завалив на него ногу и руку, обнимая его. Селения чрезвычайно гордится результатом: Артур выглядит чрезвычайно удовлетворенным и счастливым. - Ты у меня такой хороший... - сообщает она ему, пока ее ладонь изучающе продвигается по его груди, поглаживая ее. - Мне так приятно с тобой... Выдохнув, Артур выбирается из сладкой неги и открыв глаза смотрит в раскрасневшееся лицо девушки, на котором застыли страсть и всепоглошающая любовь. А еще просьба. Только ему хочется, чтобы она ее озвучила. Он вновь начинает возбуждаться. Артур представляет, как эти хорошенькие податливые губки раскрываются, и девушка все тем же нетерпеливым голосом умоляет его проникнуть в ее горячую бурлящую шелковистую щелку. Грязно просит проткнуть ее, порвать... Он уже представил, как он приказывает ей лечь под него и хорошенько раздвинуть ножки... И как она, истекая все больше и становясь все более похотливой охотно позволяет ему вставлять свой член в ее мокрую дырку. - Ого, - восторженно мурлычет она, протягивая свою ручку к его поднимающемуся члену. - Я смотрю, я недостаточно удовлетворила тебя? - Мне всегда будет мало, - возражает Артур, с удовольствием оглядывая ее обнаженное тело. Он становится серьезным. Это будет их первый раз и, несмотря на его похабные мысли, он должен сделать это как можно более пристойнее. Чтобы она чувствовала в нем опору. И чтобы позволяла делать это с собой и в последствии. А он хотел - очень хотел - чтобы она давала ему делать с ней, что он только захочет... Испробовать с ней все мыслимые и немыслимые позы, накончать на и в разные части ее тела,... Боже, он хочет ее всю - без остатка! Каждый кусочек ее тела. Съесть ее, смакуя и поглощая необратимо. А потом снова и снова. И так до бесконечности. Артур обхватывает ее руками и, перевернув на спину, нависает над ней. - Разведи ножки, милая, - шепчет вновь возбужденный заманчивыми картинами в его голове, шепчет он, глядя на оробевшую девушку с преданным и восторженным блеском в глазах. Он наклоняется к ней и целует в губы, долго и с наслаждением. - Я хочу исполнить твое желание. Селения не может отвести взгляда от его глаз. Таких темных, притягательных...они заполнены любовью и желанием. Он и впрямь так сильно любит ее, как говорят ей эти глаза? Они буквально кричат о том, как же он дорожит ей... Обладателю таких глаз хочется отдать все что он только попросит... - Да, конечно.... Она раздвигает дрожащие слипшиеся друг с другом из-за выделиашейся смазки ножки... Артур медленно оседсет на нее... Ее намокшие бедра чувствуют кожу его напирающего тела... Артер берет ее ноги за лодыжки и кладет себе на плечи... - Я слышал, это несколько больно... - предупреждает ее он, лениво поглаживая ее ножки. Краем взгляда он видит выражение ее лица... Ему никогда не приходилось видеть в нем столько нажежды, любви...а этот счастливый блеск в глазах! Неужели его милая жена действительно так хочет его? Это правда, что она, такая железная и неприступная, подошла к нему и без всяких намеков с его стороны, предложила себя... - Пожалуйста, возьми меня, - чувствуя, как счастье переполняет все ее существо, умоляюще произносит Селпения - умоляю тебя, сделай это со мной... Неважно, насколько будет больно, я просто хочу, чтобы ты сделал меня абсолютно своей... - Приказ принцессы для меня закон... - шепчет Артур и начинает медленно вводить в свою жену свой член... Замерев от страха и восторга, девушка чувствует, как головка - самое крупное, что она могла бы только представить вставить в ее киску - раздвигает ее половые губки, проникает дальше. Селения сдержано всрикивает. Чувство было такое, будто ее разрывали изнутри. Именно что разрывали. - Ох, так туго - судорожно дыша, признается Селения, когда головка его члена полностью погружается в ее лоно. - Такой большой... - Потерпи, милая... - ласково заглядывая ей в глаза, просит Артур, останавливаясь, чтобы она привыкла, сдерживаясь изо всех сил, чтобы только не продолжить проникновение. Она была невероятно узкой! Он-то думал, что ее ротик хорош! Правда самое начало было как будто несколько ребристым. Чувствуя головокружение исследователя и жгучее желание разом ввести член до конца, Артур продвигается еще вперед. Девушка зажмуривается и сжимает плотно губы, чтобы не закричать. Чувствуя себя негодяем от того, что он как будто один получает от этого удовольствие, он останавливается. - Прости, так больно? Селения открывает глаза и быстро качает головой. Она берет обе его ладони, спелетает с ним пальцы и заставляет его опереться на них, закинув руки себе за голову. - Пожалуйста, продолжай, - нежно просит она, преданно заглядывая в его потемневшие глаза. - я сказала правду: я хочу быть твоей и ради этого готова немного потерпеть, - она улыбается этой своей ангельски счастливой улыбкой. - поцелуй меня и продолжай, очень тебя прошу. Глядя в ее лучистые и радостные глаза, Артур нависает над ней и приникает к ее губам. Они прохладные и влажные, так по-женски невинно доступны - одному ему. Подумать только, холодная и неприступная Селения, которая когда-то за малейшую вольность била его по рукам, лежит сейчас под ним, вся такая доступная, радорстная, мечтающая только об одном - отдаться ему. Дать изведать каждый кусочек ее тела, каждую впадинку, каждый холмик... Все свое девственное тело, которого касалась лишь она сама...и при этом она еще и счастлива... Сложно не гордится таким. Но Артур сейчас больше сосредоточен на выражении ее лица. Ей вроде бы и больно, но с каждым мгновением, черты ее разглаживаются, проступает спокойствие и удовлетворение. Решив не заострять внимание на чрезвычайно приятных ощущениях, которые он испытывает, Артур с выражением сосредоточенности и едва сдерживаемого удовольствия на лице продвигается дальше и упирается в преграду. Селения, закрыв глаза и беспокойно сведя брови к переносице, выгибается ему навстречу. Не очень четко произнеся его имя в полузабытьи, она раздвигает ножки еще шире, и Артур не выдерживает. Он немного выходит из нее, но лишь для того, чтобы было где разогнаться и с размаху вводит свой член в нее, прорвав тонкую перегородку. Глаза Селении широко раскрываются, она хочет закричать, но все ее крики уходят внутрь Артура, страстно целующего ее. Но это не самое удивительное. Артур начинает двигаться в ней: то вынимая, то с размаху вставляя свой член все глубже и глубже. 'Это так вульгарно, так по-животному... - в пьяном полубреду думает Селения, открыв глаза и глядя в глаза Артуру. - Боже, как приятно! Не хочу, чтобы он останавливался! Как же хорошо! Он так глубоко, я так глубоко никогда не была... Толчки становятся сильнее и член проникает все глубже. - О да... - хрипло стонет девушка, от наслаждения закатывая глаза и дрожа всем телом от этого непередаваемого ощущения заполненности между ее ножек. - Боже, как же это здорово! Умоляю, не останавливайся! Ей бы вообще хотелось, чтобы он не останавливался никогда. Его член упомрачительно приятно натирает ее изнутри, заполняет ее дырочку, проходя все дальше и дальше. - Какая же ты узкая там, - не вполне соображая, отвечает ей Артур, вгоняя свой член все быстрее и быстрее в нее. И все-таки долго он так не продержится. Девушка так эротично изгибается над ним, а лицо ее так возбуждающе-похотливо! А эта ее нежная киска! Кто бы мог подумать, что трахать любимую девушку будет настолько приятно! Там все так нежно, мокро узко... Вот только он сейчас кончит. Серьезно, дольше терпеть уже просто нереально. Вот бы обкончать эту неудовлетворенную дырочку! Ввести свой член до упора и обкончать ее! Может быть она даже... - милая... - Кончи на меня, - полупьяным голосом просит девушка. Ее груди при каждом ударе соблазнительно трясутся и трутся о его грудь. - давай. Я хочу, чтобы ты кончил от моей писечки, пожалуйста! Ах, Артур, да, сделай это со мной. После таких слов сложно сдержаться, особенно когда имеешь буквально минуты назад девственную девчушку, которая уже так довольно стонет под тобой. Сделав над собой колоссальное усилие, он все же вынимает свой член из ее трепещавшего в нетерпении лона и изливается на нее. Сперма заливает ее лобок, животик и пара капель приземляются ей на волосы и раскрасневшиеся щечки. - Прос..., - расстроенно начинает было Артур, но прерывает сам себя, наблюдая за руками Селении. Девушка, возбужденная произошедшим соитием с воим возлюбленным, собирает сперму с груди и лица на один свой пальчик и, точно пробует какую-то невероятную сладость начинает смаковать свой измазанный его спермой пальчик... При этом она смотрит ему прямо в глаза - призывно и похотливо. Вылизав его, она набирает новую порцию... Завороженный этим эротичным представлением, Артур словно загипнотизированный смотрит на ее розовенький язычок и заалевшиеся губки, которые, причмокивая, аппетитно и чрезвычайно эротично потчуются его семенем. Селения еще и начинает постанывать - хрипловато, нетерпеливо, немного ерзая на месте... Когда остается уже совсем немного, Артур, ожидающий, что его милая и такая возбужденная жена проглотит и эту последнюю порцию, предварительно естественно просмаковав каждую капельку, с удивлением и восторгом наблюдает, как пальчик девушки меняет направление и идет вниз, к груди...потом к ее животику...еще ниже... Селения грязно и непристойно раскрывает ножки, особенно возбужденная жадным взглядом своего мужа, который не может отвести от нее взгляда, и ее намазанный спервой Артура палец касается ее половых губок. Стоны девушки становятся нетерпеливее, но довольнее... - Мы не пойдем спать, пока я не кончу от твоего члена, - шепчет она, прямо на глазах Артура просовывая испачканный пальчик немного внутрь киски. - К тому же я хочу еще... Мне было так хорошо... - она опускает взгляд. - Да и ты тоже хочешь, как я посмотрю, - лаская взглядом его вновь стоящий колом член, говорит она. - так возьми же меня снова... Артура не надо просить двапжды тем более после такого. Да нужно быть деревянным, чтобы глядя, как твоя сперма проникает внутрь мокренькой киски возлюбленной, да еще и с помощью ее же пальчиков, не возбудиться. Но теперь он уже может чувствовать себя хоть немного хозяином, так что диктовать условия будет тоже он - Хорошо... Только теперь мы сделаем немного иначе... Артур заставляет ее перевернуться, и Селения, не вполне понимающая, зачем это, послушно выполняет его приказ. Тем более, что от осознания того, что Артур позволяет себе помыкать ей, заводит ее еще сильнее. Сейчас она хотела быть его игрушкой, его рабыней, которую он будет использовать так, как посчитает нужным. Все мысли вылетают из ее головы окончательно, когда Артур заставляет ее встать на колени, опереться на руки. - Выставь посильнее свою попку, милая... - пьянея от собственной безраздельной власти, приказывает Артур, вставая тоже на колени и по-хозяйски кладя руки ей на попку. - Вот так... Скажи мне, как сильно ты хочешь этого. Смущенная, немного расстерянная и безумно возбужденная развратностью происходящего, Селения, чувствуя, как одна из рук Артура проникает между ее ножек и принимается размазывать недавние остатки спермы по ее писечке. - Артур, я хочу этого очень-очень сильно! - Настолько, что стоишь сейчас в такой позе? Она ведь такая развратная... Его пальцы нашупывают ее клитор - он стал уже учень большим и выпуклым двумя пальцами Артур принимается грубо натирать его. - Ох, да, мне так нравится стоять в такой позе перед тобой! И твои пальцы...ох, да, мне так хорошо! Артур не только видел как ей хорошо, но и чувствовал: по его пальцам уже потек вязкий горячтй ручеек смазки Селении... Он образовывал капли и уже капал на простыни. Член Артура стоит колом от всего происходящего. Подумать только, он поставил свою милую жену рачком, а она...кстати да, пора бы ей уже произнести это... - Так что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой? Девушка, уже слишком возбужденная, чтобы разбирать грязные слова и нет, похотливо дрожащим голоском отвечает: - Я хочу, чтобы ты трахнул меня! Очень хочу, чтобы ты снова порвал мою киску! Она переносит вес на локоть одной руки, ввставляя попку для взгляда Артура еще сильнее и одной рукой раздвигает свои половые губки. - Прошу тебя, проткни меня снова! О да! - Конечно, милая, довольно кивает Артур, пристраиваясь у ее попки. - сейчас я вновь трахну тебя. И он с размаху вгоняет свой член в ее киску. Селения, не сдерживаясь восторженно вскрикивает. - Да, Артур, да! Смазки в ее киске стало гораздо больше! Обеими руками сжимая ее мягкую попку, Артур со всех сил вгоняет в девушку свой член до самого основания. - Кончаю, - дрожащим голосом признается Селения. - Артур, я кончаю! - Отлично, - вновь сочно хлопнув ее по похотливо выставленной попке, сообщает Артур. - Мне нравится, когда ты кончаешь от члена. Это сразу же показывает, какая же ты на самом деле развратная, принцесса, - он дотягивается до ее грудей и принимается грубо переминать их, хищно вдавливая пальцы в ее плоть. Артур чувствует, как нежная шелковистая пизденка его жены начинает сжимать его член. - Какая же ты похотливая... Быть трахнутой тут, в чистом поле, да еще и кончать от этого... Какая же ты нехорошая девушка... Селения обожает грубо, и он это знает. То, что с ней творится сейчас - результат совокупности грубой ебли, места, грубых слов и ласок... А еще - днем она это скрывала, но Артур уже успел догадаться - она с ума сходит от возбуждения, когда он ей командует. "А может вот сейчас обкончать ее? - чувствуя, что вот-вот изольется в эту сокращающуюся дырочку, думает Артур. Ему слишком хорошо в этой обжимающей его член со всех сторон щелке, чтобы даже задумываться о последствиях. - точно, уверен, она обрадуется, когда я ей скажу..." - Давай, кончай, - со всей силы вгоняя в ее обильно хлюпающую пизденку свой член, почти рычит ей на ухо, Артур, приподняв ее корпус и с наслаждением наблюдая, как глазки девушки закатываются, а из похотливо улыбающегося ротика высовывается язычок. - кончай, а я пока изолью свое семя в тебя. Селении уже кончает, поэтому она не столько осознает последствия плана Артура, сколько сам факт, что сперма ее любимого сейчас зальет ее киску... Ударит прямо в матку, густой белой струей. И он так грубо сжимает ее груди... Ох, как же она обожает трахаться с ним! - Да, да, сделай это, - не контролируя уже себя, умоляет девушка, подмахивая ему своей попкой. - Залей меня всю! Кончи в меня, Артур! - Как вам будет угодно, принцесса, - он больно закусывает кончик ее уха и, продолжая двигаться в ней, начинает кончать. Селения совсем точно сходит с ума. Сперма! Внутри нее ударила тугая струя спермы! Как это грязно, как пошло! Артур прав, она такая развратная! Совсем уже пьяная от оргазма, вся содрагаясь от этого превосходного чувства, она в полубреду находит губы Артура и сливается с ним в поцелуе - грубом поцелуе двух любовников, получающих одновременный оргазм. Продолжая ходить в ее узенькой и пульсирующей от продолжающегося затяжного оргазма киске, не прекращая терзать ее губы, язычок и сладенькие груди, Артур вынужден признать, что это самое прекрасное, что он когда-либо испытывал. Нет, серьезно, он сейчас сознание потеряет, если это продолжится хоть еще. Но выходить из горячей мокрой киски не хочется. И потом он ведь ответственнен перед девушкой, которую сейчас заливает спермой... Кстати говоря, по ее ножкам потекла его сперма. Вся не уместилась... и...если честно...это так эротично... Киска Селении расслабляется и только мерно пульсирует... Голова девушки только сейчас потихоньку начинает трезветь... Он в нее кончил! Ох, с ума сойти... То есть...нет, это очень плохо, очень плохо! Вот только почему он еще ходит в ней?... Внезапно одна его рука опускается к ее клитору. Девушка едва сдерживает вскрик и выгибается навстречу его руке. - Артур, что ты делаешь? - вновь начиная пьянеть, тихо восклицает девушка, впрочем с удовольствием позволяя ему делать это с ней. - Что я делаю? - он начинает покрывать поцелуями ее шею и плечи. - Какой странный вопрос, милая... Я только хочу вновь заставить тебя кончить... Ну-ка, давай опустимся на колени... Ты такая красивая, когда стоишь в этой позе... Селения, вновь забываясь в его руках, послушно опускается, а вместе с ней и Артур... Боже, он только что кончил в нее и до сих пор хочет еще. С ума сойти... Нет, нужно поговорить об этом. - Артур, послушай, нам нельзя так...если я забеременею... - Да, прости... - он нежно, потрясающе нежно целует ее в щеку, затем в плечо, спину и в самый верх попки, и девушка, растаяв, снова отдается ему в руки. - как же тебя люблю, Селения... Зажмурившись от удовольствия, девушка сосредотачивается на движении его пальцев. Более того, она чувствует, как его член вновь начинает твердеть... Он упирается прямо в ее попку... Ей вспоминается его предложение распечатать эту ее девственную дырочку, и по ее телу проходит новая волна блаженства. Ладно...пусть он снова кончит в ее писечку...подумаешь... Все равно он это уже сделал сегодня, так какая разница? К тому же, это так приятно. И как же ей сейчас хорошо! Проснувшись, Селения долго смотрит в потолок. Она ни за что бы не променяла их вчерашнее соитие, но это было уже очень опасно. Подумать только: сперма Артура сейчас в ней... После двух раз на пустыре они еще вернулись домой, где она в итоге сама набросилась на него, потому что не успела кончить во второй раз... И они испытали на прочность прикроватный столик, когда Артур усадил ее на него и принялся быстро и с неугасающим энтузиазмом иметь... И в итоге он ее удовлетворил, и онаив знак благодарности снова попробовала поскакать на нем и на этот раз удачно... А потом они пошли в душ и снова не выдержали...и кажется было еще много раз - Селения точно не помнит, дальше все было уже в полубреду, как-будто спрятано пеленой. Но каждый раз он изливался внутрь ее, и она охотно позволяла ему белать это. Боже, да она и сейчас бы не была против. Прижавшись поближе к Артуру, мирно посапывающему рядом с ней и нежно обхватившему ее обеими руками, прижимая к груди, Селения позволяет себе помечтать. Ну вот если она забеременеет, будет скандал...но зато Артур сможет совершенно безнаказано трахать ее в любое свободное время. Более того...ребенок... Селения тяжело вздыхает... Ребеночек. От Артура. Ее любимого Артура. Иногда на нее накатывало безумие, и она хотела только одного - получить от него животик и стать матерью его детей. Срочно и безотлагательно. Наверняка это и были те самые дни - те, что выпадают у девушки на один день в месяц, когда созревает яйцеклетка, и девушка может забеременеть. Селения сладко вздыхает. В этом слове было, конечно, что-то пугающее, но сейчас ей казалось, что ничего лучше и на свете нет. Нет, серьезно, что может быть прекрасней, чем носить его ребенка? Нужно немедленно оседлать его и снова выжать всю сперму из него. Селения замирает и прислушивается к себе... А вот похоже и этот самый день... Не факт конечно, но все же... - Ты так ароматно пахнешь, - проснувшись, сонно произносит Артур, невзначай утыкая нос в ее волосы. - Люблю, когда ты не душишься духами... Ты такая терпкая, вкусная... Его рука уже совершенно по-хозяйски - и это невольно очень заводит ее - продвигается к ножкам Селении и привычно раздвигает их. Девушка делает попытку сомкнуть их опять, но его ладонь уже начала ласкать ее, и девушка поддалась снова. В конце концов, это так приятно... Да, предложив тогда себя, она задаром отдалась ему в сексуальное рабство - не больше не меньше. Теперь уже больше не было ее воли. Была только его воля. И она знала тогда, на что шла. Знала, в кого превратиться и с каким удовольствием при этом будет выполнять свои обязанности. В сущности, это было уже ясно после того, как она легла к нему под одно одеяло в палатке. Уже тогда она понимала, что скоро ее тайные желания выплывут на поверхность, и от нее былой не останется и следа. И, если честно, она сейчас была в восторге от этого. Но все равно нужно поговорить. - Артур, - тихонько произносит Селения, раздвигая ножки пошире. - То, что мы вчера сделали... - Да? - медленно произносит он, нависая над ней. - Такого больше повториться не должно, - не очень-то твердо отвечает она, прикрывая глаза и улыбаясь. Когда он вот так вдавливает ее в кровать своим весом, касаясь своей кожей ее кожи, ей становится так хорошо! Уютно что ли... Боже, она бы все ему отдала. Все, что он попросил. Но пока все, что он хотел - это она сама. И для нее не было большей радости, чтобы давать ему то, чего он хочет. - Боишься получить животик от меня? - шепчет Артур, наклоняесь к ней и проникая в ее. - ты такая мокрая... - удовлетворенно произносит он, погружаясь в нее все глубже. Со вчерашнего не высохла? - Милый, - выдыхает она, когда он начинает быстро ходить в ней, каждый раз со всей силы вгоняя свой член в нее. - Пожа... Она недоговаривает. В дверь начинают стучать. - Принцесса Селения, - зовут голос из-за двери. Но девушка не может ни подняться и открыть дверь, ни даже просто ответить. Артур быстро накрывает ее губы и, схватив за запястья, начинает еще быстрее и жесче трахать ее. Селения пытается вырваться, но движения губ, языка и члена Артура лишь становятся яростнее, а руки его закидывают ее руки за голову. Задыхаясь от невероятно приятных ощущений в ее киске, она пытаясь думать логически панически пытается вспомнить, закрыли ли они дверь за собой вчера. Да, закрыли. Как и шторы на окнах. Она снова делает попытку вырваться, но все напррасно. Боже, Артур насилует ее в ее собственном доме, и никто даже не сможет ей помоч. Он может трахать ее хоть весь день. Никто даже не догадается. За дверьми стоит один из ее подданных, и даже не может предположить, что ее сейчас насильно имеют в пизденку! - Ого, - тихо восклицает Артур, все-таки отрываясь от ее губ. - Ты же сейчас кончишь, правда? Тебя заводит, когда берут насильно, да? И при этом чтобы нас вот-вот могли заметить... Ох, какая же ты извращенка! - Прекра... - начинает было она, но он снова затыкает ей рот своим. "Ох, он прав, - содрогаясь от каждого его толчка, думает она. - я сейчас кончу... Обкончаюсь от того, что он меня насилует... А еще он может излиться прямо в меня... Ох, снова... Нет, нельзя, чтобы это повторилось. Это так неправильно! Его сперма зальет мою матку, и...и я..." Она впивается ногтями в его спину. Она кончает! Боже, она кончает от мысли, что он насильно накормит ее пизденку спермой! - Какая ты у меня умница,- шепотом быстро произносит он, прикрывая глаза. Ее киска так обхватывает его член! Потрясающе. - может быть мне начать насиловать тебя прямо на улице? Какая похотливая принцесса... Как же мне с тобой повезло! Хочешь всегда и везде! Ты сказала, что больше не надо? Ну нет, твоя писечка сегодня захлебнется от моей спермы. Я вгоню ее тебе в самую матку... Он тоже начинает изливаться в нее. Все-таки вся эта ситуация и его приводила в восторг. И Селения так долго кончает! Ее глазки закатились, из ротика похотливо высунулся язычок... - Артур, ох, Артур! - тихим шепотом восклицает девушка, обвив его ногами за пояс, судорожно помогая ему двигаться в ней. Оргазм быд ярким и очень продолжительным. Ей показалось, что она сходит с ума от того, как ей хорошо. И сперма...его сперма внутри... Ох, как же хорошо, как же она счастлива! Дрожащими от изнеможения руками Селения пытается натянуть на себя брюки. Все ее тело истощено и пребывает в каком-то состоянии полудремы. Во всяком случае, одевание для нее сейчас это целое испытание. Наконец она надевает их и рассеянно-сонно смотрит по комнате в поисках верхней части своей одежды. - Дай, я тебе помогу, - голос Артура звучит ненавязчиво и по-доброму, но она все равно слышит в нем что-то страстное и заманчивое. Оказывается, верхняя часть все это время валялась у самой кровати, прямо рядом с прикроватным столиком, к которому Артур ближе. Он подходит к ней со спины и кладет руки с чашечками ее верхней части доспеха на груди Селении, а сам он склоняется к ее шее и начинает нежно пощипывать ее кожу губами. - Милый, нас ведь и вправду ищут, - каким-то счастливым тоном напоминает девушка, охотно подаваясь всем теломик нему. - И наверняка ждут... - Да, но я ждал тебя больше, вот и они все подождут, - жадно впиваясь в нежную плоть у самого начала шеи, недовольно говорит Артур. - к тому же, ты принадлежишь только мне... Какая же ты вкусная... - Таким образом, мы можем заключить, что... Артур внимательно смотрит в лицо докладчику, в ударных местах кивает, там, где слышит подобие шутливого тона, улыбается, в остальном же его лицо - сама внимательность и сосредоточенность. При этом он не слышит ни слова. Сексуальное возбуждение пропало, и сейчас все его внимание приковано к пуговице , находящейся у докладывающего минипута точно под подбородком, а мысли далеки от темы доклада. Сколько раз он в нее кончил? Ну, не то чтобы прям очень много... Но пальцев рук для пересчета похоже не хватит. И она лишь один раз оказала сопротивление. И то, смехотворное, возбудившее его тогда только еще больше. Он все-таки отрывает взгляд от пуговицы и поворачивает голову немного вправо, так, чтобы в радиус обзора попала Селения. Несмотря на его осторожность, девушка перехватываает взгляд и хмурится. Артур все-таки смотрит ей в глаза и чувствует, как уголок его рта приподнимается. Невозможно не приходить в восторг от мысли, сколько в ней сейчас его семени. Вот только. Он отводит взгляд, прикрывает глаза рукой и глубоко вздыхает. Докладчик заминается, закашливается и нервно продолжает говорить. Артур почти уверен, что бедняга периодически сейчас посматривает на него, пытаясь угадать, вызван ли его вздох разочарованием в его докладе или в чем-то еще. Но лучше он пока посидит с прикрытым лицом. Он не знает, сможет ли сдержать панический счастливый смех. У них может быть уже есть ребенок! Не исключено, что он вот прямо сейчас начинает формироваться в животе его любимой. Вообще сейчас сложно поверить ему, что такое возможно: рождение человека внутри другого человека. Внутри его Селении. Это же невероятно! И он будет лучшим доказательством их любви друг к другу. Вот только...вот только никому кроме него самого эта идея не по вкусу. И Селения выглядит напуганной. И эти сведенные брови... она явно думает сейчас о последствиях... В таком случае при разговоре с ней нужно первым заговорить о том, что так продолжаться больше не может. Иначе она саму себя съест, а заодно и им самим закусит. К тому же...вероятность того, что уже поздно что-то предпринимать, слишком велика. Он издает еще один вздох - тяжелее предыдущего. Докладчик сбивается и начинает что-то бормотать. Поняв, что нужно вывести его из заблуждения, Артур поднимает лицо и демонстрирует всему совету, члены которого уже начали нервно поглядывать на него, легкую одобрительную полуулыбку. Прямо на глазах Артура унылая физиономия докладчика преображается, и он, воодушевленный, продолжает рапортовать: - Однако же несмотря на все это... Артур ловит на себе взгляд Селении и смотрит на нее в ответ. С лица девушки пропало полуобвиняющее, полуиспуганое выражение. Сейчас она скорее как бы спрашивает его, все ли в порядке. Улыбка Артура ставится шире, в ней сквозят нежность и признательность. Он качает головой. "Нет, все хорошо, не обращай внимания". Девушка неуверено кивает и вновь возвращает свое внимание к докладчику. Артур тоже смотрит на него, но мысли свои направить на тему обсуждения не может. Он знает, что можно сколько угодно говорить о том, что пора это прекратить, но это вряд ли прекратится. Когда все это только началось, они занимались сексом буквально каждый раз, как оставались наедине. Это все дошло до того, что однажды они не выходили из дома целый день - благо, был выходной - только трахались и трахались... Потом они несколько испугались этого и договорились больше этим не заниматься. Но уже через несколько часов, стоило им только оказаться вместе наедине в их доме после рабочего дня, они, даже не поздоровавшись, набросились друг на друга как дикие звери. Именно тогда он научил ее скакать... Движения девушки были не очень быстры по-началу, но она очень быстро приноровилась, и уже скоро они стали задыхаться от их первого одновременного оргазма. Артур массирует себе веки. Вспоминая это, он возбудился, а этого сейчас не нужно. Он поспешно убирает руки от лица- дабы нервный докладчик не испытал новой приступ кашля и заикания. Что самое плохое, пойти ему за советом не к кому. У Бюша с Клепи ничего серьезного поцелуя не было, и то его вводит в краску, стоит только ему обо всем напомнить. Миро мог бы помочь, но тогда он все поймет. Артур аккуратно смотрит на Минима. Король мирно спит. Одна его седая бровь как бы задрана немного вверх, словно выражая сомнение рассказом докладчика, а губы сложены в легкой улыбке. Селения убьет его, если хоть малейший слух обо всем этом дойдет до отца. Мнение Максимильяна для нее значит очень много. И до этого она практически всегда радовала его, была идеальной. Кто же знал, что она могла быть такой плохой девочкой?.. Очень плохой... Да, есть еще Мракос, но тот все еще с мародерами, и... - На этом все, - с облегчением заявляет докладчик. Когда совет окончился, Артур хотел уже поговорить с Селенией, но его перехватил Миро и принялся спрашивать его о том и о сем. Пока он отвечал, она ушла. Затем начался обычный день в минипутсокй деревне. Достраивали новый район на северо-востоке, заканчивали чинить дома после нападения мародеров, решались вопросы с собирательством, заключались договоры с сообществами ремесленников... В общем он, выжатый как лимон, вернулся домой уже ближе к ночи. Селении дома не было. Он думал об их предстоящем разговоре целый день, а в итоге будет дожидаться ее. Она влетит, накрученная собственными мыслями до предела, и устроит ему взбучку. Но он понятия не имеет, где ее искать. Почему сегодня они ни разу не пересеклись? Может она специально избегает его? Артур садится в кресло и откидывается на его спинку. Сон наползает на него мощной стеной. Решив, что ничего уже изменить нельзя, он разрешает сну схватить себя. Селения, вся дрожа, открывает дверь. Обнаружив Артура спящим, она с облегчением вздыхает и, закрыв за собой дверь, проходит в ванную. Она достает вещицу, которую отчаянно пыталась достать в течение всего этого дня, и это было адски трудной задачей. Ни у кого попросить было нельзя, а найти, у кого такая есть, непросто. Если она беременна, то узнала бы уже сама это завтра, но ей нужно сейчас, иначе она не заснет. Отрицательно... Селения испытывает странное чувство. Она ведь должна быть рада, что ничего непоправимого не случилось, но... Весь этот день она тайно - даже для самой себя - мечтала, что внутри нее зарождается новая жизнь. Жизнь, подаренная ей ее возлюбленным. Девушка чувствует, что по ее щеке проскользнула пара слезинок. В раздражении утерев их, она выходит из ванны и подходит к Артуру. Он выглядит таким красивым, таким милым... Чувствуя боль в груди, девушка садится сверху ему на колени, лицом к нему и нежно целует в губы. Отлично, теперь можно сделать вид, что проснулся. Артур громко вздыхает, как вздыхают все люди, если их сон прервать и, отчаянно строя из себя сонного. Обнаружив перед собой ее влажные от слез глаза, он забывает о представлении и хмурится. - Селения, ты... - Я не беременна, - грустно сообщает девушка дрожащим голосом. Она поджимает губы . - Надеюсь, ты счастлив. "Чего?!" Нет, ну вот как это понимать? Решив проигнорировать ее последнюю реплику, Артур поднимает руки к ее лицу и утирает соленые капельки, текущие по ее лицу. - Милая, ведь ты сама этого боялась. - Я знаю, чего боялась, - раздраженно отвечает она, зарыв лицо ему в плечо. Она сдавленно всхлипывает. - А вдруг с нами что-то не так? Вдруг я вообще не могу иметь детей... Ооооо... Это надо прекращать! - Милая, милая, ну что ты говоришь? - восклицает Артур, прижимая ее к себе. - Глупая, нам просто дан шанс не устраивать политический скандал, вот и все. Пройдет несколько лет, и как только нам можно будет, мы тут же заведем ребенка, вот увидишь, любимая.