Помнишь меня?

Усаги второй день не выходила из комнаты и почти ничего не ела. Луна не могла добиться от неё вразумительного объяснения, и даже начала волноваться. Икуко Цукино тоже не находила себе места. Она никогда не видела, чтобы её дочь из-за чего-либо так переживала. Для её солнечной девочки не существовало ни одной проблемы, которую нельзя было решить лимонным пирогом. Но даже от него Усаги отказывалась. На четвертый день Рей пришла навестить подругу. — Усаги, — тихо позвала она. — Рей? Что ты тут делаешь? — удивилась Усаги, выползая из-под одеяла. — Пришла извиниться, — Рей мягко улыбнулась. — Извиниться? За что? — Усаги растерянно захлопала глазами. — Ну, в последний раз я была слишком резка с тобой. Я не хотела тебя обидеть, просто… — Рей замялась, подбирая слова, — Наверное, это прозвучит странно, но я боюсь за тебя. — Боишься за меня? — переспросила Усаги, пораженная несвойственным поведением подруги. — Да, боюсь за тебя и за Ами. Но за тебя особенно. Мне иногда кажется, что ты не осознаешь, насколько всё серьёзно. Не понимаешь, что от наших действий зависит не только наша жизнь, но и жизнь других людей. Вместо того чтобы тренироваться, ты бегаешь по магазинам, часами играешь в автоматы и как бы между делом сражаешься с монстрами. Каждый раз, когда я узнаю о новом нападении, у меня замирает сердце от мысли, что я опоздаю, что не успею тебе помочь и увижу твоё растерзанное, окровавленное тело. Или тело Ами. Рей на секунду замолчала, облизала пересохшие губы и тяжело вздохнула прежде, чем продолжить. — Я думала, что если тебя поддразнивать, ты начнёшь относиться к нашей миссии серьёзно. Мне казалось, что если ты перестанешь тоннами лопать сладкое, безостановочно ржать над мангой и попадать в нелепые ситуации, то мне не надо будет о тебе волноваться. Но я была неправа. Прости меня. — Рей… — Усаги не знала, что ответить и просто крепко обняла подругу. Усаги помнила, что и в прошлой жизни Рей старалась казаться сильной и непобедимой, но на самом деле она за всех очень переживала и больше других поддерживала лунную принцессу в самые трудные моменты. — Я тебе обещаю, что ни с кем из нас ничего плохого не случится. Мы обязательно справимся, — успокоила её Усаги. — Тогда хватит валяться в постели! С чем ты тут справляешься? С силой притяжения? Похоже, она побеждает, — с хитрой улыбкой заметила Рей, и они обе рассмеялись. Усаги ещё раз порывисто обняла Рей, прежде чем ускакать в ванную. Уса чувствовала, что должна взять себя в руки. В конце концов, помимо горьких, терзающих душу воспоминаний, были и приятные, и даже полезные. Усаги понимала, что ради Рей и остальных она должна найти способ всё исправить, пусть, даже если придётся делать это в одиночку.

***

Нефрит наблюдал за своей следующей жертвой. Звёзды указали на молодого фотографа, Такахито Шинокава. Нефрит с презрением смотрел, как растерянный парнишка, запинаясь и краснея, отвечал на вопросы репортеров. Нефрит не видел в фотографе ничего особенного, но звёзды никогда его не подводили. А значит, надо тщательно подготовить ловушку и избавиться от назойливых воительниц. Нефрит не считал их достойными противниками — слишком юные, неопытные, слабые. Убивать их собственноручно было ниже его достоинства, когда при правильном раскладе и третьесортный юма справится с этой задачей. Неудачник Джедайт всего лишь не учёл обстоятельства, за что и поплатился. Нефрит злорадно ухмыльнулся. Токио ему нравился намного больше подземелья Тёмного Королевства. Нефрит не сомневался, что добившись благосклонности Королевы Берилл, сможет здесь остаться. Легко и быстро справившись с подселением демона, Нефрит наслаждался скоростью и маневренностью мощного автомобиля в свете красного заходящего солнца. Воспользоваться телепортом было бы проще и быстрее, но отказаться от удовольствия погонять Нефрит не мог. Не сбавляя скорости, он ехал по одной из тихих улочек города, когда внезапно на дороге появилась девушка. От неожиданности, а не чтобы спасти девушке жизнь, Нефрит вывернул руль и ударил по тормозам. Со скрежетом и свистом машина пронеслась мимо, едва не задев пешехода, и остановилась в нескольких метрах. Нефрит не знал, зачем остановился и вышел из машины. Угрызения совести, жалость или раскаяние ему были не знакомы, но что-то толкнуло его сделать эту глупость. Макото возвращалась из магазина, когда её чуть не сбил дорогой автомобиль. На секунду она растерялась, а когда попыталась увернуться, тонкие ручки тяжелого пакета оборвались, и содержимое выпало на дорогу. Мако, едва сдерживая слёзы, уставилась на разбитые яйца, высыпавшийся из порванной пачки рис и раскатившиеся по всей дороге овощи. Большая часть продуктов была безнадежно испорчена, а денег купить новые у неё не было. Она стала быстро собирать то, что можно ещё было спасти, пока уцелевшие продукты не оказались под колесами проезжающих автомобилей. — Решил полюбоваться или поиздеваться? — зло бросила она стоящей у машины мужской фигуре. Мако страшно хотелось хорошенько заехать по физиономии этому высокомерному, избалованному болвану. Более того, она была достаточно сильна, чтобы как следует приложить его об асфальт. Но по собственному опыту она знала, что ничем хорошим для неё это не закончилось бы. У богачей везде связи. В итоге она же и окажется виноватой. Нефрит молча наблюдал, как высокая шатенка в джинсах и серой толстовке судорожно пыталась собрать разбросанные продукты в пакет с порванными ручками. Зрелище было жалкое, и по логике вещей он должен был презирать человеческое существо ползущее фактически у его ног. Но вместо этого Нефрита охватило совершенно незнакомое чувство. Он не мог его ни понять, ни описать, ни сравнить с чем-то, что он раньше испытывал. Ощущение было очень необычное и на удивление приятное. Появившийся из-за поворота автомобиль прервал самоанализ Нефрита. На долю секунды он растерялся, потому что девушка упорно игнорировала приближающуюся машину, лишь быстрее собирала продукты. Неожиданная тревога, что девушка не успеет вовремя уйти с дороги, заставила Нефрита схватить её за руку и оттащить к тротуару. От резкого движение пакет выскользнул из её рук, и то немногое, что она успела собрать, оказалось под колесами проехавшего мимо автомобиля. — Ну, что ты наделал?! — в отчаянии крикнула она, глядя на продуктовое месиво. — Жизнь тебе спас! — бросил Нефрит. — Жизнь он мне спас. Ха! — буркнула себе под нос Мако, вырывая руку. — Скорее обрёк на голодную смерть. До пособия оставалась ещё неделя, а холодильник был пуст. Никаких сбережений у Макото не было, а друзьями или хотя бы знакомыми в новом городе обзавестись она пока не успела. Конечно, не считая долбанного «спасителя». Мако повернулась, чтобы уйти до того, как слёзы злости и обиды обожгут глаза. Она не разрешала себе плакать, ведь эту роскошь могут позволить себе лишь те, у кого есть близкие или друзья. Нефрит почувствовал, что новое, необычное и приятное ощущение ускользает от него вместе с девушкой. Он понимал, что необъяснимое желание остановить её было абсолютно иррациональным, но ничего не мог с собой поделать. — Подожди. Не убегай так быстро, — примирительно сказал Нефрит, догоняя девушку и улыбаясь самой обольстительной улыбкой. — Ну, что ещё? — недовольно ответила она и замерла, впервые за вечер глядя в лицо новому знакомому. Стоящий перед ней молодой человек был не просто красив, а умопомрачителен — правильные, благородные черты лица, обворожительная улыбка, красивые волосы, идеальная, накаченная фигура, модная одежда, дорогой одеколон. Её сказочный идеал детства воплоти. Только вот взгляд обрамленных густыми ресницами голубых глаз был пугающе холодным. Внутренний голос твердил, что надо бежать. Но разве это возможно, когда подкашиваются колени? Нефрит тоже растерялся. Он успел заметить, что девушка была высокой и обладала соблазнительными формами, которые не могла скрыть даже мешковатая толстовка. Но её лицо показалось Нефриту особенно красивым — аккуратный прямой нос, красиво очерченные скулы, пухлые губы и большие, ярко-зелёные глаза, которые запали если не в самую душу, в наличие которой Нефрит сильно сомневался, то уж без сомнения навсегда врезались в память. Он был уверен, что всего за мгновение запомнил каждую черточку этого удивительно красивого лица. Или он видел девушку раньше? Но где? Странные мысли и чувства переполняли Нефрита. Пришлось приложить усилия, чтобы взять их под контроль. — Я так и не представился и не извинился, — бархатистым голосом произнес он, — Меня зовут Масато Санджойн. — Очень приятно, мистер Санджойн, — Мако смущённо поступила взгляд, — Я Макото Кино. — Очень приятно, мисс Кино, — галантно кивнул Нефрит. — Можно просто Макото или Мако, — улыбнулась она, и у Нефрита перехватило дыхание, как будто он получил под дых. — Что ж, Мако, хочу принести свои искренние извинения за причиненный ущерб и готов искупить вину. Буду очень признателен, если ты согласишься поехать со мной в магазин, выбрать любые продукты, чтобы я мог за них заплатить и тем самым загладить свою вину. Макото несколько секунд колебалась. Здравый смысл и гордость в один голос вопили, что соглашаться ни в коем случае нельзя. Но как можно отказать живому воплощению всех твоих грёз, да ещё и на голодный желудок? Поэтому она лишь кивнула в знак согласия, заворожено глядя на Нефрита. Те пару минут, что они ехали до магазина, Мако любовалась красивым профилем её нового знакомого, его уверенной и немного пренебрежительной манерой вести машину. Её сердце подпрыгнуло и остановилось на пару мгновений, когда Масато Санджойн неожиданно посмотрел на неё с полуулыбкой. Но эйфория, грозящая перерасти во влюбленность, быстро улетучилась, стоило Мако увидеть их отражение в стеклянных дверях супермаркета. Пропасть между ней и Масато была заметна невооруженным глазом. Он старше, богаче, успешнее. Наверняка, он из хорошей семьи, и у него много друзей, приятелей и просто знакомых. Если бы не обстоятельства, он бы и двух минут не простоял рядом с растрепанной, усталой, обычной девочкой. Но Масато ей нравился, очень нравился, даже несмотря на исходивший от него едва заметный холод. Поэтому Мако решила притвориться, что они друзья или даже влюбленные, которые пришли в магазин за продуктами, чтобы потом вместе приготовить ужин. Какое-то время Масато просто наблюдал, как Мако выбирает и складывает в тележку продукты, но вдруг неожиданно вмешался в процесс. — Почему ты берешь этот рис? Я не силен в приготовлении пищи, но даже мне очевидно, что кроме клейкой массы из него ничего не получится. — Он самый дешевый. И если знать несколько секретов, то рис получится вкусным и рассыпчатым, — весело отозвалась она, направляясь в следующий отдел супермаркета. Мако не собиралась извлекать выгоду из сложившейся ситуации и покупать дорогие продукты, раз не ей за них платить. Когда она ходила за покупками, то автоматически складывала стоимость выбранного в уме, поэтому, подходя к кассе, Мако с точностью до йены знала, сколько нужно заплатить. Такая жизнь научила её ценить деньги — свои и чужие. — Знаешь, я привык брать всё самое лучшее. А раз я плачу, то и выбирать тоже буду я, — несколько высокомерно заявил Санджойн. — Но это неправильно, — попыталась запротестовать Мако. Но он уже успел ловко увести у неё из рук тележку и принялся наполнять её на свой вкус. Пару секунд Мако постояла в растерянности, но потом решила, что пусть это будет приятное дополнение к её игре, и хоть один вечер она не будет ни о чём волноваться или принимать решения. Санджойн в прямом смысле накупил целую гору продуктов, которые с трудом влезли в пять больших пакетов. Мако радовалась тому, что почти всё могло долго храниться, ведь она и представить не могла, как можно выкинуть еду. Новый знакомый довёз её до дома и даже галантно помог донести пакеты до двери в квартиру, хотя Мако и сама бы справилась. Пришло время прощаться, но она так не хотела, чтобы её маленькая безобидная игра заканчивалась. Не хотелось оставаться в пустоте и тишине новой, ещё необжитой квартиры. — Спасибо вам, мистер Санджойн, за помощь и продукты. Может быть, если у вас есть время и желание, вы согласитесь остаться на ужин? — с надеждой глядя в красивое лицо мужчины, спросила Мако. — Я думаю, юной девушке не стоит приглашать в дом малознакомого человека, — хищно прищурившись, сказал Нефрит. — Я могу за себя постоять, — добродушно улыбнулась и пожала плечами Мако. — Весьма самонадеянное заявление. — Вовсе нет, — широко улыбнулась Мако, открывая дверь в квартиру. — Это может стать самой большой глупостью в твоей жизни, — оскалившись в подобии улыбки, произнес Нефрит, проходя вслед за Мако в темноту её квартиры. Он мог убить её одним движением или, даже вовсе не прикасаясь — просто заблокировать сигнал её мозга о дыхании, и смотреть, как она корчится на полу, синея и задыхаясь. Он мог забрать её жизненную энергию, всю, до капли. Или лишить её воли, сделав своей марионеткой. Нефрит мог придумать сотню способов, как убить Мако, или заставить страдать. Но к своему удивлению он осознал, что любая мысль подобного рода вызывала у него отвращение. Нефрит с любопытством следил за шатенкой, беззаботно порхающей по малюсенькой квартирке. — Ну, иногда глупости становятся самыми приятными воспоминаниями, — в очередной раз пожав плечами, ответила Мако. Она явно не замечала подтекста в словах нового знакомого. — А иногда глупость становится единственным правильным решением. — Не может быть глупость правильной. Глупость есть глупость. У неё нет, и не может быть ничего общего с продуманным, стратегически верным решением, — презрительно фыркнул Нефрит. Мако лишь вздохнула и печально улыбнулась в ответ. Она и Масато жили в разных мирах, неудивительно, что думали они тоже по-разному. Но она не огорчилась. В конце концов, сегодня она была не одна, у неё был гость и возможность насладиться подобием тёплого, дружеского ужина в компании самого красивого мужчины, которого она когда-либо встречала. Пока Мако ставила на огонь воду, чистила, шинковала и терла ингредиенты для задуманного на ужин блюда, Нефрит лениво с небольшой долей пренебрежения рассматривал интерьер маленькой квартиры. Старый диван грязно-зелёного цвета, выцветшие шторы, вытертый ковёр посередине комнаты, кофейный столик со сколотым углом, несколько горшков с чуть увядшими цветами, холодильник, плита, несколько дешевых кухонных шкафов — вот и всё убранство гостиной совмещенной с кухней. Была ещё дверь, по-видимому, ведущая в маленькую, унылую спальню. — Ты живёшь одна? — скорее констатировал, чем спросил Нефрит. — Да, — Мако надеялась, что гость не заметил, как дрогнул её голос. — Только вчера переехала, поэтому не успела здесь навести красоту. — Красоту? — уточнил он, изогнув одну бровь. По его мнению, это убогое место по определению не могло быть красивым. — Ну знаешь, всё хорошенько отмыть и расставить всякие мелочи, — улыбнулась Мако. — Понятно, — устало вздохнул Нефрит. Он не понимал, зачем остался. Да и светские разговоры о никчемной жизни этой девчонки его раздражали. Он не понимал, как можно радоваться такому убогому существованию. — А где твои родители или родственники? — У меня никого нет. Так получилось. Но только не надо сочувствующих взглядов, пожалуйста, — спокойно, но твёрдо попросила Мако. — К тому же это ведь не навсегда. — Не навсегда? — растерялся Нефрит, даже он не умел воскрешать мёртвых, поэтому было непонятно, на что надеялась девчонка. — Ну, когда-нибудь я обязательно выйду замуж, и у меня снова будет семья, — мечтательно улыбалась Мако, не отрываясь от готовки. — Может быть, у моего мужа будет много родственников, братьев, сестер… Или у нас будет много детей. А может, всё сразу. Тогда у нас будут шумные совместные вечера, большие весёлые праздники… Так обязательно будет. Когда-нибудь. Прости, что-то я совсем тебя утомила своими мечтами. А у тебя есть семья? — Нет, — равнодушно бросил Нефрит. — Для меня она была бы лишь помехой и обузой. Семья только усложняет жизнь. К тому же, мои враги могли бы использовать мои привязанности против меня. Его слова заставили Мако растеряться. Она не хотела видеть в мужчине своей мечты холодного, расчетливого, жестокого человека. С другой стороны, они вряд ли когда-нибудь снова встретятся. Возможно, для неё это к лучшему. Мако засуетилась, накрывая стол к ужину, стараясь избавиться от неприятного осадка после их разговора. — Приятного аппетита, — Мако заметно волновалась, приглашая мужчину мечты к столу. Нефрит брезгливо посмотрел на большую порцию дымящийся еды, красиво выложенной на простой белой тарелке. Будучи демоном, он не испытывал потребности в пище, поэтому ходил в рестораны из праздного любопытства. Кроме того, ему нравилась атмосфера роскоши и пафоса, царящая в лучших ресторанах Токио. Есть в маленькой, убогой квартирке Нефриту не хотелось. Он уже было открыл рот, чтобы озвучить мысли вслух, но слова застряли в горле, когда он увидел обиду и огорчение в огромных зелёных глазах напротив. Внутри что-то кольнуло. — Спасибо. Выглядит вкусно, — соврал Нефрит, поражаясь тому, что он делает, и отправил кусочек мяса в рот. К его удивлению приготовленная Мако еда оказалась намного вкусней дорогих и изысканных блюд, что он пробовал в ресторанах. Мако заулыбалась, увидев с каким аппетитом и удовольствием, Масато Санджойн поглощал ужин. — Красивые сережки, — заметил Нефрит, пытаясь поддержать беседу, хотя, по его мнению, они совсем не подходили к наряду девушки. — Спасибо, — Мако машинально коснулась сережки в виде маленькой нежно-розовой розочки на левом ухе. — Мне их папа купил. Мне тогда было лет шесть. Я увидела их в витрине магазина и влюбилась с первого взгляда, хотя у меня даже уши проколоты не были. Я так плакала, упрашивая папу их купить, что он не выдержал и уступил, хотя они были довольно дорогие. Несколько лет я просто любовалась этими сережками, потому что они мне были велики. Сама не знаю, почему они мне так нравятся. Её простота, наивность и открытость казались Нефриту жалкими и нелепыми, но приятное чувство, неожиданно поселившееся внутри при их знакомстве, предательски расползалось в сердце. Нефрит не понимал природу этого ощущения, но подумал, что оно может таить в себе угрозу, поэтому решил, что вечер, как и общение в целом, пора было заканчивать. — Спасибо за ужин, Макото. Ты отлично готовишь, —Нефрит поднялся из-за стола. Мако чуть покраснела от комплимента, улыбнулась и проводила гостя до двери. После ухода Санджойна квартира вновь погрузилась в тишину. Мако постаралась занять себя домашними делами, чтобы не думать о пустоте в жизни и душе. От встречи с Масато у неё остались смешанные чувства. С одной стороны, её необъяснимо к нему тянуло. С другой, он её пугал, заставляя внутри всё сжиматься под холодным, иногда презрительным взглядом голубых глаз. Жизненного опыта Мако было достаточно, чтобы понять, что новый знакомый обладал непростым, возможно, даже жестоким характером, но это не мешало ей мечтать о новой встрече.

***

После незапланированного знакомства с зеленоглазой шатенкой, Нефрит не мог выкинуть её из головы. Воспоминания об их встрече терзали его во сне и наяву. Его планы по уничтожению Сейлор воительниц проваливались один за другим. В один из вечеров гоняя по городу и размышляя над дальнейшей стратегией, Нефрит неожиданно понял, что подъехал к дому, где жила Мако. Он уже собирался уехать, когда заметил знакомую высокую фигуру девушки, возвращающуюся домой. К своему удивлению, Нефрит ощутил ноющее, тоскливое чувство в груди, требующее хотя бы ненадолго встретиться с Мако. Увидев Масато Санджойна, Мако удивилась, но задавать лишние вопросы не стала, а просто пригласила на ужин. Тревоги и опасения были побеждены радостью вновь видеть самого прекрасного мужчину. Очутившись в уже знакомой квартирке, Нефрит заметил, что Мако всё же удалось «навести красоту». Диван был застелен красивым вязаным тёмно-зелёным покрывалом, на окнах были новые шторы, ковёр отчищен, мебель отмыта, разные мелочи вроде декоративных свечей, подставок и посуды украшали помещение. Квартира дышала человеческим теплом. Нефрит и Мако провели вечер, болтая о разных приятных вещах. Она рассказывала о необычных блюдах, которые мечтала приготовить, об известных ресторанах мира, которые мечтала посетить, и о цветах, которые хотела бы увидеть или вырастить. А он рассказывал ей о звездах. Нефрит был удивлен, каким спокойным и приятным получился вечер. На следующий день Тёмный Лорд собрал всю информацию о Макото Кино, вплоть до её зубных снимков. Нефриту не верилось, что обычная девушка могла подчинить себе мысли и чувства одного из самых могущественных лордов Тёмного Королевства, не прибегая к магии. Это просто не укладывалось в голове. Нефрит подозревал, что в деле мог быть замешан рыжий поганец, Зойсайт. Несмотря на юный возраст, козни он строил не детские. Но ничего подозрительного в истории мисс Кино Нефриту найти не удалось. В какой-то момент он даже захотел убить зеленоглазую чертовку, чтобы избавиться от наваждения. Несколько дней Нефрит обдумывал эту мысль, которая начинала казаться всё более здравой. Привязанность к девчонке тяготила его, потому что он чувствовал свою уязвимость. Полный решимости свернуть Мако шею, Нефрит явился к ней на порог, но забыл о своём жестоком плане, стоило ему увидеть её улыбку и глаза. Не смог он устоять и против шоколадного пирога с вишней. Лёгкое прикосновение Мако к его руке, когда она убирала посуду со стола, заставило Нефрита усомниться в своей бездушности, что напугало его ещё сильнее. С ним что-то происходило, что-то несвойственное демону. Он понимал, что за это чувство ему, возможно, придется заплатить жизнью, а это в его планы не входило.

***

Нефрит запретил себе видеться или думать о красивой шатенке. Он боролся с этим наваждением, выплескивая злость на воительницах в матросках и на Нару Осака. Последняя особенно его раздражала. Нефрит презирал её глупую, никчемную влюбленность. Без каких-либо угрызений совести, даже, наоборот, с большим извращенным удовольствием он играл на её искренних чувствах. Но провал следовал за провалом. Воительницы с каждым днём становились более умелыми бойцами. Если не считать Сейлор Мун, конечно. Она даже с двух метров своей диадемой в него попасть не могла. Если бы не её подруги и вездесущий Такседо Маск, Нефрит давно бы прикончил девчонку, а потом и с остальными разобрался. Ко всему прочему, его и без того шаткое положение усугубляли козни гадёныша Зойсайта. Нефрит понимал, что находился всего в шаге от того, чтобы стать замороженной в полный рост статуей, подобно Джедайту. Нефрит тут же вспомнил обезображенное ужасом и отчаянием лицо четвертого Лорда. Если ему, Нефриту, уготована такая же участь, то он просто закроет глаза, но не позволит себе выглядеть так жалко, особенно перед лицом вечности. Нефрит отогнал мрачные мысли и сосредоточился на новом плане. Если он хотел остаться в живых, то у него не было шанса на ошибку. Нужно было найти священный Серебряный Кристалл и вернуть благосклонность Берилл. К решению данной задачи Нефрит хорошо подготовился и, используя все свои магические силы и знания, изготовил Чёрный Кристалл, способный улавливать сияние Серебряного. Но для начала надо было избавиться от надоедливых девчонок. Очевидно, что среди его врагов Сейлор Мун была самым слабым звеном. Заманив её в ловушку, он бы смог избавиться от них, убивая по одному. Но нужна была приманка, а на её роль лучше, чем Нару, никто не подходил. Казалось, всё шло по плану. Нару с готовностью бросилась помогать Нефриту и, сама того не понимая, заманила Сейлор Мун в ловушку. Но мысль о том, что, даже зная о его демонической сущности, Нару продолжала его любить и помогать, никак не укладывалась в голове у Нефрита и мешала действовать хладнокровно, согласно заранее выработанному плану. В самый неподходящий момент, когда Нефрит был всего в полушаге от убийства Сейлор Мун, вмешался Зойсайт. Рыжий мерзавец похитил Нару, и вопреки здравому смыслу Нефрит не мог не броситься ей на помощь. Он сам не знал, как объяснить своё иррациональное поведение. Нару не вызывала даже отдаленно похожих чувств на то, что он испытывал рядом с Мако. Но уж слишком сильно Нару напоминала его зеленоглазую красавицу с её нелепыми мечтами о любви. Нефрит понимал, что совершает глупость и идёт в ловушку Зойсайта, но по-другому он поступить не мог. После короткой схватки с тремя демоницами Нефрит нес Нару по пустой улице ночного Токио, крепко прижимая к себе её худенькое, замерзшее тело. — Спасибо, что спас меня, — прошептала она, счастливо прижимаясь к его груди. — Не стоит меня благодарить. Я и сам не знаю, почему спас тебя, — признался Нефрит. — Я постоянно тебе врал. И скорей всего совру снова. — Ничего страшного. Пока ты со мной, остальное неважно, — Нару доверчиво прижалась к его груди. Нефрит не понимал, как можно так слепо верить другому человеку, несмотря ни на что. — О Боже, Нефрит, ты ранен, — воскликнула Нару, заметив довольно глубокую царапину на его руке. — Всего лишь царапина, — Нефрит даже не взглянул на руку. Но Нару настояла на том, чтобы обработать рану. А Нефриту нужно было собраться с мыслями, чтобы решить, что делать дальше. Но времени на раздумье не было. В парке, куда его завела Нару, чтобы забинтовать рану, на них напали демоницы Зойсайта. Нефрит пожалел, что оставил их в живых, спасая Нару. Теперь же его застали врасплох. Демоницы нападали все вместе, и в какой-то момент, прикрывая собой Нару, Нефрит пропустил удар. Одна из демониц насквозь пробила ему плечо острыми, словно копья, кореньями. В глазах потемнело от боли, и Нефрит не смог сдержать крик. Он понял, что из этой переделки живым ему уже не выбраться. Появился Зойсайт, наблюдавший за боем издалека, и подобрал выпавший у Нефрита Чёрный Крислалл. Зойсайт с презрением посмотрел на поверженного соперника, но решил проявить милосердие и приказал демоницам убить Нефрита вместе с девчонкой, чтобы не мучился. Нефрит не боялся смерти. То, что его жизнь может оборваться в одно мгновение, он знал всегда. Это была естественная часть его мира. Но то, что вместе с ним должна умереть наивная, преданно любящая Нару, почему-то казалось ему чудовищно несправедливым, а сил её спасти у него не было. Одна из демониц начала атаку, и Нефрит оттолкнул Нару в сторону, накрывая своим телом, чтобы защитить от неминуемого удара. Девушка упала и потеряла сознание, ударившись головой. Нефрит ожидал ощутить обжигающую боль от атаки демоницы, но её не последовало. Краем глаза он заметил, что Сейлор Меркурий успела предотвратить удар и устроила туманную завесу. Сейлор Мун и Сейлор Марс совместным ударом уничтожили демониц. Нефрит с облегчением выдохнул. — Марс, Меркури, надо отнести Нару домой, — Сейлор Мун дотронулась до подруги, чтобы убедиться, что та жива и лишь находилась без сознания. — Ты что хочешь остаться с ним?! — удивилась Сейлор Марс, кивая в сторону истекающего кровью Нефрита. — Одну я тебя не оставлю! — Пожалуйста, Марс, пожалуйста, сделай, как я прошу, — взмолилась Сейлор Мун. — Нару может прийти в себя в любой момент. Ей не надо здесь оставаться. Рей нахмурилась, но помогла Сейлор Меркурию взвалить Нару на спину, чтобы отнести домой. — Захотела понаблюдать за агонией врага? — усмехнулся Нефрит. — Не говори глупостей! — Сейлор Мун аккуратно убрала прилипшую прядь волос с его лица. — Я не дам тебе умереть! Сдерживать слёзы у Сейлор Мун уже не получалось. А Нефрит с удивлением смотрел на воительницу. Он совершенно не понимал, что происходит, и почему она так из-за него переживала. — Боюсь, моя смерть неизбежна, — Нефрит спокойно смотрел перед собой. — Рана истощает мой энергетический запас, так что мне осталось от силы ещё минут двадцать. — Нет! Пожалуйста, не смей умирать! — Сейлор Мун непроизвольно сжала рубашку Нефрита. — Нам нельзя здесь оставаться. Кристалл телепортации, где он? Ты ведь всегда его носишь с собой. Дай его мне! — Откуда ты знаешь? — удивился он. — Потом объясню. Дай его, пожалуйста, — Сейлор Мун протянула дрожащую ладонь. Растерянный Лорд молча достал небольшой прозрачный камень из кармана брюк. Кристалл телепортации мог помочь переместиться лишь в то место, к которому был привязан. Но в крайнем случае, когда сил на другой вид перемещения не было, это могло спасти жизнь. Сейлор Мун боялась, что Зойсайт мог вернуться, а зная предусмотрительность Нефрита, была уверена, что у него должно было быть укрытие. Сейлор Мун взяла кристалл. Самостоятельно телепортироваться она не умела, но когда-то давно много раз сбегала из дворца при помощи такого вот кристалла, предусмотрительно подаренного ей Лордом Звёзд. Нефрит успел только рот от удивления открыть, когда понял, что Сейлор Мун умела отлично пользоваться его кристаллом для перемещений. У Нефрита, действительно, было убежище, если так можно назвать большой двухэтажный особняк с огромной немного заросшей прилегающей территорией. Большой любви к этому месту он не испытывал. Заброшенная церквушка, скрытая от любопытных глаз, нравилась Нефриту намного больше. Там никто не мешал общаться со звёздами, не считая Зойсайта, который умел появиться в неподходящий момент. Особняк же Нефрит использовал для отвода глаз, но на всякий случай установил магическую защиту по периметру. Надо было сразу телепортироваться сюда вместе с Нару. Но Нефрит не предвидел, что Зойсайт зайдёт так далеко. Теперь об этом было поздно сожалеть. Перемещение прошло не совсем по плану. Сейлор Мун и Нефрит должны были оказаться в огромной гостиной на первом этаже, а вместо этого упали на лужайку в десяти метрах от дома. Но Нефрит этому даже обрадовался, потому что мог видеть небо и звёзды. — Нефрит, как ты? — встревоженная Сейлор Мун склонилась над ним. Нефрит застонал от боли. Сил почти не осталось. Внутри всё горело, каждый сустав выворачивало. — Пожалуйста, потерпи чуть-чуть, — Сейлор Мун погладила его по лицу. В тот момент, когда она ухватила торчащие из плеча витиеватые деревянные корни, её тело как будто пронзили тысячи игл. Подавив крик, и крепко сжав зубы, она потянула их на себя. Нефрит громко застонал. Сейлор Мун не знала, откуда она взяла силы, но ей удалось вытащить острые коренья, и теперь на их месте зияла огромная рана. Тело Нефрита обмякло. — Нефрит, ты меня слышишь? — она наклонилась над Лордом. — Пожалуйста, Неф, не умирай. Я не могу тебя потерять! Я без тебя не справлюсь. Пожалуйста, Неф, не уходи. Сейлор Мун кричала и умоляла, гладила Нефрита по лицу, надеясь, что он отзовётся и откроет глаза. Но он был неподвижен. Жар отступил, и теперь Нефрит чувствовал, как вечная тьма тихо, шаг за шагом, подбиралась к нему. Он уже почти не ощущал собственное тело, лишь обволакивающий холод. Нефрит понимал, что реальность неотвратимо от него ускользала, и времени почти не осталось. Ему вспомнилась Мако и те удивительные чувства, возникавшие рядом с ней. Всё-таки надо было совершить глупость и пригласить её на свидание! Последнее, что ощутил Нефрит, прежде чем тьма поглотила его, были солёные слёзы Сейлор Мун на его губах.