Плохой долг

— Киносеанс закончен, — сказал Игорь и выключил экраны мониторов, по которым беспрерывно и закольцовано всё крутилась и крутилась сцена изнасилования Вари. — Теперь мы поиграем в другие игры.       Он снял ослабевшее тело Вари и пинком отбросил его прочь. Она попыталась встать, но зашаталась. Затекшие ноги не смогли удержать вертикальное положение. Взмахнула руками, словно пытаясь нащупать в воздухе невидимый поручень, и грохнулась на пол, распластавшись в нелепой позе.  — Какая дохленькая. Прямо противно смотреть. Слишком быстро расклеилась, — протянул Игорь, лениво тыча носком ботинка в ребра Вари. — Так неинтересно. Плохая, негодная игрушка. Моя секс-рабыня должна быть выносливой, должна с достоинством терпеть любую боль и неудобства. Ничего, это дело поправимое. Впереди у нас ещё много свободного времени. Я буду тренировать тебя как следует. По своей специальной программе. Терпение и труд — всё перетрут. Путь будет тернистым, но в конце концов я тебя натаскаю. Я сделаю из тебя подходящую игрушку, которая будет мастерски удовлетворять все мои нужды и капризы. Под моим чутким руководством ты станешь крепкой и выносливой.       Игорь схватил Варю за волосы так, что она взвыла от резкой боли.  — Переезжаем на другое место, — сказал Игорь и толкнул Варю по направлению к конструкции из труб.       Варю снова приковали за руки и за ноги в стоячем положении. Только кандалов и наручников в этот раз показалось недостаточно, поэтому Игорь вдобавок использовал ремни, чтобы зафиксировать колени, локти, талию и шею. Теперь даже чуть-чуть пошевелиться стало невозможно.  — Папа соизволил немного отдохнуть, поэтому снимать эту сцену будут с одного ракурса, — сказал Игорь и поставил одну из камер напротив обездвиженного тела Вари.       Игорь отошёл за конструкцию и скрылся из вида. Раздалось металлическое позвякивание и радостные смешки. Варя вздрогнула — ничего хорошего это не сулило. Наверное, какими-то железячками её будут в этот раз мучить. А она надеялась, что ей дадут передышку: предложат воды, сводят в туалет. Эти люди же планируют её насиловать, а не убить. По крайне мере Варе очень хотелось в это верить.       Очень скоро Игорь вернулся, играясь с длинной иглой, ловко прокручивая её между пальцев. Предчувствие не обмануло Варю: звуки и правда не сулили ничего хорошего.  — Это мой тайный порок. Я просто обожаю иглы, — сказал Игорь и погладил Варю по щеке. — Знаешь, сколько отверстий в теле человеческом? Давай сочтем их вместе… Уши — два отверстия, — подушечки пальцев Игоря сжали мочки ушей Вари. — Теперь глаза. Хотя это закрытые отверстия сомнительного свойства, но мы их тоже посчитаем. Еще плюс два, итого — четыре, — пальцы Игоря переместились с подрагивающих век на кончик носа. — Две ноздри — шесть. Рот — семь, — постукивания ногтем по зубам обозначили рот. — Ниже пупок, но это совсем замурованное отверстие, не будем его включать в наш перечень, так как это очевидно брак, — средний палец покрутился в тупиковом отверстии пупка и двинулся ниже. — Влагалище, которое я совсем недавно познал — восемь, — выбравшийся из впадины пупка палец ткнулся во влагалище и покрутился внутри. — Уретра — девять. И последняя дырка, — неугомонный палец лег на анальное отверстие, но не стал протискиваться внутрь. — Итак, твое тело природа создала всего лишь с десятью естественными отверстиями. Это прискорбно мало, на мой взгляд. К счастью, это дело поправимое. Я проделаю побольше новых отверстий. Исправлю тебя на свой вкус. Ведь долг рабыни — всеми способами удовлетворять желания хозяина. Какими бы эти желания ни были. Твой внешний облик должен соответствовать моим фетишам, всегда помни об этом. Это твое единственное призвание. С огромным удовольствием я буду постепенно преобразовывать твое тельце, затачивая, точнее компостируя его под свои стандарты красоты. Можем считать, что кастомизация живого товара началась.       Резким движением Игорь поднёс иглу близко к лицу Вари, так что она даже зажмурила глаза от страха.  — Боишься, что тебе выколят глазёнки? — посмеиваясь, спросил Игорь. — Не бойся. Быть может, потом, когда они мне наскучат, а пока я собираюсь проделать дырочку в твоем носике. Ну же, открывай глаза, я хочу их видеть.       Варя послушно открыла глаза и с ужасом наблюдала, как Игорь размахивает перед её лицом иглой. Мышцы на руках и ногах напряглись, но из-за кандалов и ремней невозможно было даже чуть-чуть пошевелиться. С отчаянием она вспомнила, как недавно по дурости переступила порог этого злосчастного дома. Почему тогда она не доверилась своей интуиции и не распрощалась навсегда с этой ублюдочной семейкой психопатов? Почему совершила такую ужасную ошибку и осталась тут? Ведь тогда всё можно было так легко исправить. Всего лишь сказать: «До свидания, я передумала, я ухожу». И она бы вернулась домой целой и невредимой.  — Игла довольно толстая, поэтому будет реально больно, — предупредил Игорь, примериваясь острием иглы к носу Вари. — И постарайся держать голову ровно. Дёрнешься — порвешь носовую перегородку. Себе же только хуже сделаешь.       Варя напрягла шею, чтобы зафиксировать голову прямо. Бессознательный ужас бултыхнулся вниз по телу, растекаясь холодной тяжестью. Обращаясь незнамо к кому, Варя молила отложить на попозже грядущий страшный момент.       Резкая боль ударила в лицо, когда толстая игла пронзила носовую перегородку. Варя сперва вскрикнула, а потом принялась глухо стонать, задыхаясь из-за стесненного спазмами горла. В отличие от специалистов, делающих пирсинг, Игорь ничуть не стремился ослабить страдания. Наоборот, ему хотелось извлечь максимум боли и насладиться чужими мучениям.  — Ничего, ничего. Красота, как известно, требует жертв, — сказал Игорь и похлопал ладонью по щеке Вари. — А теперь украшение. Все девушки любят, когда им дарят украшения. Держи мой первый подарок в честь нашей долгожданной встречи.       Насладившись проделанной работой, Игорь выдернул иглу и начал вставлять большое кольцо в кровоточащее отверстие в носовой перегородке.  — М-м-м… Вроде неплохо получилось. А теперь добавим немного антисептика, — сказал Игорь и коснулся ваткой свежей ранки.       Новый всплеск жгучей боли в носу. В глазах колыхнулась напирающая темень. По едкому водочному запаху Варя догадалась, что антисептиком был этиловый спирт.  — Хочешь полюбоваться на себя? Один момент, я сейчас принесу зеркало, — сказал Игорь и отошёл в сторону.       Не хотелось Варе глядеть на отражение. Страшно было увидеть свое лицо и понять, что она и правда расклеилась, что она смотрится жалкой и сломленной сейчас. Пока еще можно было надеяться, что она держится с достоинством, что страх её не слишком заметен. И эта вера помогла бороться с проклятым Игорем и его чертовым папашей. При столкновении же с материальной зеркальной поверхностью такой светлый внутренний образ с героическим профилем раскололся бы вдребезги.       Она скосила глаза и постаралась направить взгляд на довольную физиономию Игоря, губы которого расплылись в глупой улыбке.  — Смотри, я сказал! — прикрикнул Игорь и больно ущипнул Варю за плечо.       Из глубин поблескивающего зеркала на Варю уставились широко распахнутые от ужаса глаза. Покрасневшие опухлости от пролитых слез, на лбу параллельные полоски сморщенных складочек. Ошеломленное от испуга лицо, разбитое ударом страха. В носу торчит кольцо, на губах пятнышки крови. Так вот какой она стала.  — Ну что, понравилось украшение? — сказал Игорь и рассмеялся. — Я подарю еще много таких милых безделушек. У тебя еще столько свободного места для дырочек и модификаций. Есть куда приложить силы.       Кончики пальцев Игоря коснулись сосков Вари, испытывающе пощекотали грудь и переместились ниже. Прикосновение ладони с омерзительно живым холодом рептилии, трогающее бедро.  — Ты осознала свое положение? Теперь ты моя секс-рабыня и должна во всем повиноваться мне. Скажи, что всего будешь служить мне. Скажи, что я твой хозяин. Скажи, что любишь меня, — негромко проговорил Игорь.       Страх Вари дошел до критической точки и полыхнул гневом. Словно липкий ком поднялся по горлу и вывалился наружу  — Отстань от меня, урод. Тебя ненавижу. Я никогда не буду любить тебя. Отпусти меня. Тебя посадят в тюрьму, — тонким голосом выкрикнула Варя.       Такая реакция не смутила Игоря. Самодовольно улыбаясь, он сказал:  — Я так и знал, что ты дерзкая девчонка. Прекрасно. Будет интересно тебя воспитывать. Ох, как же я люблю наказывать дерзких девчонок. Строго наказывать. Зря ты сопротивляешься. Так ты просто добавляешь себе лишних страданий. Если ты примешь роль моей игрушки, то твоя жизнь сразу станет проще. Просто смирись с этой ролью и стань моей верной рабыней.  — Нет! Такого не будет никогда, — закричала Варя.  — Что же… Тогда наступило время тебя наказать, — сказал Игорь.       Он отцепил ослабевшее тело Вари с вертикальной конструкции из труб и потащил на узкую скамью. Варя попыталась сопротивляться, но силы были слишком не равны. Жилистые руки ухватили её под мышки и резко дернули вперед.       Игорь положил Варю на узкую скамью. Руки вытянул и зафиксировал кандалами. Вторая пара кандалов зажала щиколотки.  — Ваше здоровье! — сказал Игорь и поднял открытую бутылку пива.       Игорь сделал парочку щедрых глотков, явно наслаждаясь вкусом напитка и предвкушением скорой расправы. Быстро выпив половину бутылки, он набрал в рот пиво и с фырчаньем распрыскал его по голой спине и ногам Вари.  — Вот раз! — произнес Игорь, и плеть легла на забрызганные пивом лопатки. — Вот два!       Второй удар тоже лег на лопатки, но наискось. На спине Вари появился красный крест из вспухших линий. Третий удар пришёлся на поясницу. Только тогда Варя заорала, хотя готовилась перенести порку молча и со стиснутыми зубами. Но боль оказалась слишком сильной.  — Ори на здоровье. Всё равно никто не услышит. Твои крики и стоны лишь делают мое удовольствие ярче, — сказал Игорь и продолжил наносить удары, приговаривая: — Вот так. И вот так. По попке по розовой.  — Пожалуйста, хватит! Хватит! Я буду делать всё, что вы прикажете! — взмолилась изнемогшая от боли Варя.  — Конечно, будешь. Куда ты денешься. Но тебя всё равно нужно наказать. К тому же мне нравится сам процесс. Не забывай, что главная обязанность рабыни — удовлетворять любые желания хозяина. Иногда хозяин будет пороть тебя просто так, потому что хочет послушать, как ты забавно визжишь. Потому что это меня забавляет. Видела бы ты сейчас свою зареванную мордашку! Как отличается от той горделивой физиономии, с которой ты зашла к нам в дом. Как ты задирала нос тогда, помнишь?       Сделав еще пару десятков ударов, Игорь остановился и засопел, пытаясь совладать с дыханием. Притомился в процессе, немного устал. Стал сдавать темп в конце. Тело Вари вдоль и поперек было исполосовано плетью.       Игорь отвязал обессилевшую от боли Варю и дернул за кольцо в носу, заставив её податься вперед.  — Видишь, какая удобная штука, — сказал Игорь и потянул за кольцо.       Хотя Варя пребывала уже полубессознательном состоянии от невыносимой боли, ей пришлось неловко волочиться на четвереньках дальше. Так добрались до стены. Просунув палец в кольцо, Игорь вёл Варю. В стене торчала пара кандалов, которые защёлкнулись на щиколотках Вари.  — Поднимайся, я сказал, — Игорь пнул Варю в бок и заставил встать на ноги. — Видишь, какая удобная штука это колечко. Сейчас мы заставим тебя принять нужную позу с его помощью.       Игорь прикрепил к потолку цепочку и соединил её с кольцом в носу Вари. Отрегулировал высоту так, что Варя теперь стояла с задранной головой.  — Если устанешь, то можешь присесть. Но тогда порвешь себе носик, — сказал Игорь и тихо рассмеялся. — Так мы будем тренировать тебя на выносливость. Ладно, я пойду. Скоро вернусь. А может, нескоро, как знать.       Варя попыталась выпросить освободить её, но так и не смогла связать звуки в членораздельные слова, хотя очень старалась. Она начала приглушенно мычать, а когда смогла с трудом что-то внятно выговорить, то было уже поздно — Игорь покинул помещение.       Спина горела от раздирающей боли. Таких мучений у Вари не было никогда. Словно всю кожу по клочку содрали и криво пришили на живое мясо снова. Наложили кусочки как попало. Рвущий плоть блуждающий поток, предательски сигналя огоньком ложной надежды, как будто шёл на спад, но изгибался, отскакивал от плато и стремительно взмахивал вверх на новый виток страданий. От её сознания не осталось практически ничего. Один только забившийся в угол клубок примитивных рефлексов под контролем страха.       Тогда Варя решила подчиниться Игорю и Олегу. Точнее не подчиниться, а притвориться, что подчиняется. Не по-настоящему, разумеется. Всего лишь уловка. На время, чтобы усыпить их бдительность, чтобы дать им расслабиться. А как только возникнет момент, то она сразу сбросит маску послушной овечки и нанесет стремительный удар. Пойдет в атаку. «Атака», — шепотом проговорила Варя, облизала сухие губы и немного успокоилась. Ей понравилось, как в тишине решительно прозвучало это слово: «Атака». Ладно, пока она попробует покорно играть по правилам извращенцев, раз на их стороне сила. С силой не поспоришь словами. Главное — сохранить волю к сопротивлению и не просмотреть возможность сбежать. Нужно постоянно быть начеку.       Ноги Вари ослабли, но присесть она не могла. Кольцо в носу напоминало о себе всякий раз, когда колени хоть немного предательски прогибались. Вопреки устремлениям воли, Варя начала уже с нетерпением ждать, когда вернется Игорь и освободит её из этой мучительной позы. Вот так и действуют эти изматывающие издевательства: терзая тело, они переходят на целостность мысли, приучая думать про плохие вещи и переживать по поводу того, что сама представляешь в голове.       «Атака», — прошептала Варя еще раз, и перед затуманенным взором замелькали кадры десантной операции. Тревожная музыка сменилась на бравурную. Рослые мужчины в военной форме молодецки выскакивали с парашютами из несущихся вперед тяжелых вертолетов. Грозно ощерившись частоколом винтовок, бежал взвод солдат. Задрав дула пушек, ехали танки, взметая гусеницами столбы пыли. Артиллерийские батареи изрыгали град снарядов. Потом милитаристская картинка помутнела, подернулась рябью помех и уступила место сцене финального сражения из аниме «Tokyo ghoul», где люди изничтожали зомби. Герой прыгнул с небоскреба, полы его плаща стали эффектно развеваться, а за ним следом устремились верные соратники.       Когда Игорь вернулся, Варя через силу проговорила неровным голосом: — Пожалуйста, освободите меня. Я буду… Я буду делать всё, что вы скажете. Обещаю…       Содрогаясь от отвращения, она произносила эти слова, словно нужно было побыстрее выплюнуть что-то гадкое изо рта.       Игорь широко улыбнулся и сказал: — Вот они, первые шаги в процессе твоего перевоспитания. В процессе твоего становления как новой личности. Ты делаешь выводы для себя. Понимаешь, как нужно правильно себя вести. Меняешься к лучшему. Но это пока только начало. Начало долгого и тяжелого пути обретения себя.       Игорь взмахнул рукой и несильно ударил плетью по груди Вари. — Тихо. Молчи. Ты должна простоять в такой позе еще пятнадцать минут. Если я услышу хоть один звук, то ты снова получишь плетью и таймер опять начнет отсчет. А быть может, мне просто надоест с тобой возиться, и я сам выдерну кольцо из твоего носа, а потом трахну тебя, пока ты будешь верещать от боли и истекать кровью, как свинья на бойне. Посмотрим. Лучше молчи.       Игорь запустил таймер на телефоне и с комфортом устроился в кресле, начав читать книгу «Хороший врач» Клауса Дёрнера. Иногда он отрывал взгляд от страниц и смотрел на подвешенную за нос Варю, наслаждаясь её измученным видом. — Молодец. Будем считать, что с первым заданием ты успешно справилась, — сказал Игорь, когда прозвучал писк таймера. — За это тебе полагается заслуженная награда. В моем инструментарии есть не только кнут, но и пряник.       Игорь отцепил кольцо в носу Вари, и та сразу с облегчением села на корточки. Ноги совсем не держали её. Игорь похлопал её по щекам и раскрыл кандалы на ногах. — Вижу, ты устала стоять, бедняжка. Тогда позволим тебе передвигаться на четвереньках. Будешь ходить как кошка. Как котёнок, — сказал Игорь.       Он покопался в шкафу и вернулся с накладными кошачьими ушками, которые тут же водрузил на голову Вари. — Теперь ты стала маленькой киской. А киски ведь не говорят, правда? Они мяукают. Поняла? — склонив голову набок, сказал Игорь. — Мяу, — послушно отозвалась Варя. — Вот и славно. А теперь тебе надо покушать.       Игорь снова отошёл к шкафу, достал с полки миску и написал на ней маркером «ВАРЯ». — Теперь ты будешь кушать из такой мисочки. Конечно, ротиком, а не руками. Ведь кошечки не кладут еду в ротик лапками, верно? — сюсюкающим голоском произнес Игорь.       Игорь навалил в миску горку кошачьего корма и поставил её в угол комнаты. Он ухватился за кольцо носу Вари и потащил её к миске. — Можешь покушать. Хотя чего-то здесь не хватает. Наверное, слишком сухое… Ничего, это несложно исправить, — сказал Игорь, достал свой длинный тонкий член и пустил струю мочи в миску с кормом. — Вот теперь все порядке. Ешь!       Игорь надавил ступней на затылок Вари, так что ей пришлось пригнуть голову. Пересиливая себя, она стала поглощать омерзительную субстанцию из миски. Смесь кошачьего корма и мочи. После каждой порции рвотный рефлекс пытался вытолкнуть всё обратно, и лишь ценой неимоверного напряжения Варе удалось сдержаться. Накатывающий гнет страха подчинил себе каждый мускул, каждый нерв в организме, вынудив их сообща работать над унизительным приказом. — Вкусно? Видишь, как твой хозяин заботится о тебе, заботится о твоем питании. Он хорошо кормит свою кошечку, чтобы она росла здоровой и крепкой, — сказал Игорь. — А пока твой ротик занят, мы разомнём другую твою дырочку.       Игорь смачно сплюнул на два пальца и растёр слюну об анальное отверстие Вари. — Сюрприз, сюрприз. Ну-ка, котенька, приподними жопку. Сейчас мы тебе впихнём туда кое-что твердое, — сказал Игорь и стал грубо заталкивать в анус Вари рукоятку кнута. Варя закашлялась, дёрнулась в сторону и тут же получила удар ногой по ребрам и грозный окрик: — Не шевелись! Продолжай жрать из миски. Вот так, правильно. Ты должна помнить, что все твои дырочки принадлежат только мне одному. Что я могу пользоваться ими когда хочу и как захочу. И я буду это делать с большим удовольствием, буду вставлять тебе различные предметы и наблюдать за реакцией. Все твои отверстия — это моя частная собственность.       Загнав рукоятку кнута в анус на приличную глубину, Игорь отошёл в сторону и стал любоваться зрелищем. — Теперь у тебя появился милый хвостик, киска. Давай-ка, виляй им. Задери попку и виляй хвостиком. Дразнись. И продолжай есть из миски. Нравится? Тебе нравится? Мяукни! — Мяу… Мяу… — давясь слезами, жалобно простонала Варя. — Вот хорошо… Вот славно, — сказал Игорь и подошел поближе к Варе.       Он достал свой затвердевший член и принялся мастурбировать, не сводя глаз с Вари. — Так, подними своё личико, — приказал Игорь и стал активней онанировать, нашептывая еле слышно: — Моя милая, моя хорошая.       Игорь кончил на зарёванное лицо Вари и строго отчеканил: — Не смей стирать сперму с лица, пока я тебе не разрешу. Будешь ходить с ней до специальной команды. А теперь мы выйдем во двор. Хороший хозяин выгуливает свою домашнюю животинку. Пошли.       Варя как могла поспевала следом за Игорем, семеня на четвереньках по подземным коридорам особняка. Всякий раз, когда она шла слишком медленно, он дёргал за цепочку, сцепленную с кольцом в носу, и вспышка боли вынуждала Варю неуклюже прибавить скорость. Загнанная в анус рукоятка кнута делала передвижение отчаянно сложным и мучительным. К таким результатам и стремился Игорь — постоянно прибавлять разнообразных страданий. Менять их, чередовать, экспериментировать. Как только один тип ему приедался, он переключался на другой, упиваясь своей безграничной властью и по-дьявольски порочной изобретательностью.       Глядя на большие чистые помещения, Варя задумалась о том, кто их убирает. Не Игорь же с толстым папашей лично подметают и полы моют. Очень сомнительно, что они снисходят до такой грязной работы, да и времени на это слишком много уходило бы. Это же не одна комната в квартире. Всё отчистить, всё отмыть. Наверное, прислуга этим занимается. Тоже шанс как-то связаться с внешним миром, можно попытаться записочку оставить. Правда, как бумагу и ручку найти… А еще прислуга может не знать русского языка, такую возможность тоже нельзя исключать. Наверное, они как-то продумали безопасность.       Поднялись из подвала на первый этаж. Непросто было идти по лестнице на четвереньках. Колени ударялись об ступени. Прошли коридор, где по стенам развешаны фотографии. На это место Варя совсем недавно смотрела любопытными глазами гостя. Выбрались наружу и дошли до живописной лужайки с легкой белой беседкой. Папаша Игоря там уже вовсю суетился рядом с мангалом, занимаясь шашлыками. — А вот и мы! Я пришел и свою кису привёл! — поприветствовал отца Игорь.       Он выдернул из задницы Вари рукоятку кнута. — Давай, отчисти ртом. Да не кривься ты так, там только твоё собственное говно, — сказал Игорь, орудуя рукоятью кнута во рту Вари. — Уф… Еще чуть-чуть, и будет готово, — произнёс Олег Иванович и продолжил колдовать над шашлыком. — Подпрыгни, киса, — приказал Игорь и для пущей убедительности несильно пнул Варю по попе.       После порки и пыток Варя ужасно ослабла, но изо всех сил попыталась изобразить прыжок. — Молодчина. Заслужила награду. Так и быть, угостим тебя потом чем-нибудь вкусненьким, — сказал Игорь.       Повинуясь интуитивному импульсу, Варя скосила глаза на упаковку бутылок с пивом. Незаметно шевельнулись губы и автоматически еле слышно прошептали слово «Атака». Зыбкое предчувствие моментально обратилось в твердую уверенность. Теперь она знала, что делать. Варя действовала резко и не раздумывая, но её движения были точными и мощными. Так, словно она давно репетировала их, усердно готовилась к этому сценарию. Она вытащила полную бутылку с пивом обрушила её на голову Игорю, однако тот успел чуть шевельнуться, и удар пришёлся на стык плеча и шеи. Оставшуюся после разбитой бутылки пива «розочку» Варя что было силы врезала в тушу Олега Ивановича. С утробным басистым стоном он повалился набок, опрокинув мангал. Со всех ног Варя метнулась ринулась бежать к забору. — Блядь… — со стоном произнес Игорь, пытаясь сделать себе импровизированную повязку и остановить кровотечение. — Блядь! Блядь! Блядь! С тобой всё нормально? Сейчас я тебя посмотрю. — Как хорошо, что у нас в семье есть врач, — ответил Олег Иванович, пытаясь утешить шутливой интонацией взволнованного Игоря. — Ничего серьёзного, бывало намного хуже. — Ладно, сейчас я посмотрю на рану, — успокоившись, ответил Игорь. — Сам-то как? Встать можешь? Нужно идти её ловить. — Ничего, ничего, — Игорь смешливо прохрипел сквозь сжатые губы. — Полина как раз вышла погулять. Она ей займется.       Что есть сил Варя бежала по направлению к высокой стене, отделявшей участок от внешнего мира. Бежала, пока не увидела, что навстречу идет человек. Встала, как вкопанная, стала смотреть. Сначала она подумала, что перед ней девочка в белой маске, пока не поняла, что это закрывшая всё лицо бинтовая повязка. «Это Полина», — догадалась Варя. Та больная девочка, с помощью которой её заманили сюда. За которой она якобы должна была ухаживать. Вот и встретились. С неторопливой размеренностью Полина шла навстречу, немного прихрамывая на левую ногу. Впереди неё бежали три собаки-лабрадора: чёрный лабрадор, светло-жёлтый и коричневый.       Порыв ветра дохнул холодом на обнаженное тело. Заболел проколотый нос. Варе стало страшно.