Airplanes

      Лиам проснулся из-за солнечных лучей, которые изо всех сил старались ослепить его. Он все еще заворачивался в одеяло Тео, закрывающее нижнюю половину его лица. Тео на кровати натянул покрывало себе на голову, оставив торчать сверху только несколько пучков каштановых волос.       Лиам потянулся, с маленьким довольным стоном разминая спину. Он не мог с уверенностью сказать, что предпочитал описанную кровать пикапу Тео. Пикап Тео был на самом деле довольно комфортным, но иметь возможность нормально вытянуться — это то, чего ему не хватало всю прошлую неделю.       Лиам снова согнулся, зарываясь лицом в одеяло, и испустил тихий облегченный вздох, когда спрятал глаза от ослепительного сияния солнца.       — Я должен дать вам двоим еще немного времени наедине? — послышался голос Тео, хриплый и мягкий.       Лиам вскинул голову, встречаясь взглядом с Тео и стягивая одеяло до груди. Глаза Тео были затуманенными после сна, а губы скривились в чем-то, что, наверное, должно было стать самодовольной ухмылкой, но вышла скорее ошеломленная усмешка. Половина волос Тео лежала ровно, а другая — спуталась и топорщилась.       — Ты не шутил, когда сказал, что думаешь, что я пахну замечательно, да?       — Заткнись, я просто закрывался от солнца, — буркнул Лиам, и улыбка Тео стала еще шире.       — Значит, ты взял мое одеяло только что? Ты не спал, обнимая его?       — Я не обнимал его.       — Я проснулся раньше тебя, Лиам.       — Постель воняет чьей-то мочой, ладно? Я из-за этого не мог уснуть, поэтому мне пришлось использовать что-то, чтобы заглушить запах.       — Верно, — фыркнул Тео. Лиам сузил глаза, но Тео не стал давить на него, просто потянулся на кровати, хрустя суставами. — Ты голоден?       — Конечно.       — Тогда готовься, парк скоро открывается. Я схожу в душ, а потом пойдем, — сказал Тео, спрыгивая с кровати и направляясь в сторону ванной. Лиам остался там, где был. Его глаза задержались на постели Тео, пока он пытался убедить себя, что начать двигаться — это хорошая идея. — Лиам, держи! — Лиам едва успел повернуться и поймать ткань вовремя. Он опустил на нее глаза, а потом снова посмотрел на Тео, оставшегося без футболки. — Если тебе нужно что-то, чтобы «заглушить запах», пока меня нет, — протянул Тео.       Щеки Лиама покраснели, и он, скомкав футболку, запустил ей в Тео, но тот увернулся, сделав медленный шаг в сторону, и она с мягким ударом врезалась в стену.       — Пошел ты! Не всем приятно спать в запахе жидкостей, которые выделяют тела других людей!       — Тогда ты, наверное, больше не захочешь заворачиваться в мое одеяло, — заметил Тео.       — Что… — Тео подмигнул. — О, чувак, гадость! — вскричал Лиам, пытаясь сбросить одеяло, но это привело только к тому, что он скатился с кровати.       Тео со смехом скрылся в ванной.       Лиам испытывал очень большой соблазн прикончить несколько бутылок воды, только так он мог отплатить Тео той же монетой — неожиданно ворваться в ванную, чтобы справить нужду, пока он пытается помыться. Он бы, наверное, даже сделал это, но он не был абсолютно уверен, что слышал, как Тео закрылся занавеской.       Так что вместо этого, пока Тео принимал душ, Лиам потратил время, сидя на одном из скрипучих стульев и читая чат стаи, куда Мейсон добавил и его тоже. Он говорил правду — там действительно в основном грызлись Джексон и Стайлз, быстро стреляя друг в друга короткими сообщениями даже в то время, пока Лиам пытался наверстать упущенное.       Еще ему пришло одно сообщение от отчима, попросту говорящее «сказал маме, будь осторожен», и одно от мамы — «кушай овощи».       *       — У вас есть что-нибудь с овощами? — спросил Лиам, угрюмо глядя на официанта. Пальцы Тео выстукивали ритм по столу.       — У нас есть черничные блинчики, — ответил официант.       — Хорошо, можно мне немного, пожалуйста?       — Это все?       Лиам даже не успел открыть рот, чтобы сказать «да», как официант пошел прочь.       — Он кажется дружелюбным, — прорычал Лиам, и губы Тео растянулись в небольшой улыбке.       — Ты знаешь, что черника — это ягода, правда? — уточнил он.       — Да, но она достаточно полезная и при этом остается вкусной, — пожал плечами Лиам, и Тео выгнул бровь. — Черника полезная, и нет ничего плохого в блинчиках… и, знаешь, сироп как древесный сок, древесный сок не вреден.       — Пожалуйста, скажи мне, что ты на самом деле не думаешь, что сироп — полезный, — попросил Тео. Лиам еще раз пожал плечами. — Как ты выживал, когда был человеком?       — Сказал парень, чья любимая еда — чуррос.       — Я никогда не утверждал, что чуррос — это полезно, — заметил Тео.       — И все-таки это менее полезно, чем блинчики.       — Тогда какая у тебя любимая еда?       — Не знаю… Бабушка Мейсона делает действительно замечательные брауни.       — О, потому что это намного лучше.       — Я никогда не утверждал, что они полезные, — передразнил Лиам, усмехнувшись и качая головой.       Тео бросил в него скомканную салфетку.       — Но если серьезно. Блинчики не полезные.       — Это ты не полезный.       — Отличный ответ, — протянул Тео.       Лиам пнул его по голени. Тео сразу вернул удар, и Лиам был уверен, что он пнул сильнее. Лиам выругался, когда голень вспыхнула болью, и быстро махнул ногой, чтобы ударить Тео еще раз, но попал пальцами по ножке стула.       — Твою ма…       Тео сцапал ногами ногу Лиама, зажав его лодыжку между своими.       — Пинаться нечестно, — спокойно заявил он.       Лиам попытался вытащить ногу обратно, но Тео только крепче зацепился за его лодыжку, успешно удерживая ногу Лиама на месте.       — Отвали.       — Я остановлюсь, когда ты научишься играть честно, — просто сказал Тео. — Нам придется есть быстро. Парк откроется меньше, чем через час, и половина этого времени нам понадобится, чтобы туда добраться.       — Ты знаешь, что нам не обязательно быть там в тот момент, когда двери откроются, да? — уточнил Лиам, шевеля ступней. Тео не отпускал ее.       — Ты заставил нас добраться в Гранд-Каньон до восхода солнца, Лиам, — напомнил Тео. — Время открытия — не такая уж необоснованная просьба.       *       Лиам вышел из раздевалки, одной рукой придерживая одежду, а в другой сжимая телефон. Он, хмурясь, смотрел на фотографию себя, завернутого в одеяло Тео, сделанную несколькими часами раньше.       — Я думаю, что это отличное фото, — проворковал Тео.       И Лиам согласился бы с ним, он выглядел хорошо. Его рот не застыл на середине храпа, он не пускал слюни и не делал ничего странного, если не обращать внимания на то, что он натянул одеяло до самого носа. Однако Тео озаглавил фото простым «псих», из-за чего оно стало казаться решительно менее милым и намного более раздражающим.       Лиам был уверен, что видеть Тео только в боксерах в прачечной должно было оказаться намного более странным, чем видеть Тео в плавках в аквапарке, как минимум потому, что они были чертовски длиннее, чем боксеры, и свободнее. Тем не менее, Лиам поймал себя на том, что внимательнее присматривается к Тео, одетому лишь в плавки, и все оскорбления, которые он только что придумал, застряли у него в горле. Может быть, потому что в этот раз Тео не заставлял его раздеваться, так что Лиам лучше осознавал происходящее, или, может быть, потому что Тео выглядел… счастливым. Невинным. Нормальным.       На его губах играла улыбка, сбоку болталась сумка, а его плечи перестали быть такими напряженными, какими были во время большей части их с Лиамом общения в Бейкон-Хиллс. Тео отпрыгнул с дороги, пропуская троих детей, которые мчались по коридору, и успел заставить Лиама тоже это сделать. Он наклонился в сторону Лиама, прижавшись к нему плечом, и с самодовольной ухмылкой посмотрел на фото.       — Знаешь, то, что ты фотографируешь, как я сплю, доказывает, что это ты псих, — наконец сказал Лиам, игнорируя тепло, распространяющееся по его коже от того места, где Тео его касался. — И тот факт, что ты послал его, когда был голым, просто делает это… даже более странным.       — Я послал его около часа назад, Лиам, — фыркнул Тео. — Тот факт, что ты сразу предположил, что я бы подождал, пока не стану раздеваться, чтобы послать тебе его, — вот что странно…       — Заткнись, — проворчал Лиам, засовывая свою одежду в сумку Тео. — Пойдем на дурацкие водные горки.       Лиам повернулся, топая к выходу из раздевалки. Тео почти мгновенно нашел шкафчики, открыл один из них и швырнул туда сумку. Лиам направился к арке, ведущей в главную часть парка. Перед ним раскинулись разноцветные горки и сверкающая голубая вода. Резкий запах хлорки царапал его нос в течение целой минуты, прежде чем он смог в достаточной мере отключить свои чувства, чтобы он не был настолько подавляющим. Телефон завибрировал у Лиама в руке.       — Лиам, у тебя есть еще что-нибудь, что нужно положить внутрь? — позвал его Тео, подходя.       Глаза Тео скользнули от Лиама к парку позади него, и Лиам не мог не усмехнуться, увидев, как расширились его глаза. Он вскинул телефон, сделав фото в нужный момент и поймав благоговение Тео, когда он увидел возвышающиеся водные горки и растянувшиеся бассейны.       — Мы должны пойти вон на ту, — сказал Тео, не отрывая от нее глаз, и на лице у него расцвела маленькая улыбка, как будто он только что нашел клад с золотом.       Лиам почувствовал, как его сердце слегка запнулось. У скольких людей была возможность увидеть Тео таким беззаботным?       — Конечно, — пробормотал Лиам, глядя вниз на фото, и ухмыльнулся, увидев выражение чистой радости, которое камера смогла поймать на лице Тео.       — Лиам, убери свой телефон и пошли, — приказал Тео.       — Да, ладно, — буркнул Лиам, добавляя к фотографии надпись «что за ребенок», и вставил ее в последнюю беседу, каждые несколько секунд возвращаясь глазами к Тео.       — Лиам! — рыкнул Тео.       — Я иду! — фыркнул Лиам.       Он побежал назад и запихнул телефон в шкафчик, захлопнув его и выдернув ключ. Оглянувшись назад, он обнаружил, что Тео ушел. Лиам вернулся к арке, прикрепив ключ к неудобному пластиковому браслету на запястье. Через несколько мгновений он заметил Тео. Тот брел в центре оживленной дорожки, оглядывая парк так, словно хотел иметь на четыре головы больше, чтобы он мог смотреть на все сразу. Лиам засмеялся, когда увидел двух детей, которые были не старше пяти лет и делали то же самое в четырех футах от него. Тео обернулся и встретился с ним взглядом.       — Ты можешь быть еще медленнее?       — Я определенно могу попробовать, — ответил Лиам, замедляясь до тех пор, пока не стал идти со скоростью, которая была удобна даже для ленивца.       — Ты такой ребенок.       Лиам подбежал к Тео и спросил:       — Куда мы пойдем сначала?       Тео не ответил, просто схватил Лиама за руку и сорвался на бег, как будто у них на хвосте был Анук-Ите, в сторону самой большой водной горки.       Лиам никогда не был более счастлив, что он оборотень, чем сейчас, когда ему потребовалось преодолеть, казалось, миллион ступеней, чтобы добраться до верха горки. Пока они вдвоем ждали своей очереди, Тео выглядывал за край лестницы, в то время как Лиам оставался в центре, где ему было комфортней. Воздух разорвал крик, когда очередной ребенок оказался на горке, и очередь поползла вперед. Лиам смотрел, как следующий человек ступил в пластиковый гроб*, скрестил руки на груди и, когда пол исчез, с криком рухнул вниз. В животе у Лиама что-то перевернулось.       — Почему все, что ты хочешь сделать, в итоге оказывается так высоко? — с горечью спросил он.       — Это не так высоко. Тут ниже, чем на тросе или «Небесной тропе», — заметил Тео, перегибаясь через край до тех пор, пока его ноги в самом деле не оторвались от пола.       Лиам схватил его за руку, дергая его обратно на твердую площадку.       — Осторожней, идиот, — фыркнул Лиам. — И это высоко. Мы будем в свободном падении. Эта горка буквально вертикальная.       — Всего на секунду, — сказал Тео, отмахиваясь от беспокойства Лиама и его помощи, а потом толкнул Лиама вперед и скрестил руки на груди. — Ты должен пойти первым.       — Что?       — Я не хочу, чтобы ты струсил, когда меня здесь не будет, — объяснил Тео.       Еще один крик, а затем девушка, стоящая перед Лиамом, шагнула в трубу.       — Я не стану трусить! — рявкнул Лиам, а девушка, падая, радостно закричала.       — Тогда докажи это, — велел Тео.       Лиам сердито пошел вперед, когда работник махнул ему рукой, а Тео последовал за ним, держась сзади, но близко. Лиам посмотрел на отверстие в горке, перевел взгляд на пол, который, как он знал, выскользнет у него из-под ног, как только он окажется внутри, и заставит его рухнуть в никуда.       — Дайте ему минутку. Он боится.       — Я не боюсь, — зарычал Лиам, делая шаг в коробку и прислоняясь спиной к прохладной красной стене.       Пол слегка заскрипел, когда он ступил на него. Его глаза вскинулись вверх, когда рабочий закрыл его внутри трубы. Тео с улыбкой стоял перед прозрачной панелью.       — Держи локти спрятанными, — сказал работник. — Ты готов?       Лиам твердо кивнул. Пол еще раз заскрипел, когда он переступил с ноги на ногу. Он будет в свободном падении.       — Ладно, нет, я не думаю, что могу это сделать! — признался Лиам, снова поднимая глаза и встречаясь взглядом с Тео.       Лицо Тео мгновенно смягчилось. Лиам был уверен, что если бы он не застрял в пластиковом гробу, то мог бы почувствовать запах исходящего от него беспокойства. Тео поднял ладонь, прижимая ее к изогнутой трубе, как будто это было тюремное стекло.       — Все нормально, — мягко произнес Тео. Его голос звучал приглушенно через пластик. — Я никогда не отпущу тебя, Джек**, — выдохнул он, и Лиам растерянно моргнул. — Нажимайте!       Голова Лиама снова дернулась обратно к работнику, который успел подобраться к консоли. Он ударил рукой по кнопке. Пол внезапно исчез, и Лиам начал падать. Он издал крик ужаса, который утонул в лающем смехе Тео.       Горка, оказывается, была на самом деле довольно веселой, как только Лиам преодолел всепоглощающий страх из-за пола, выскользнувшего у него из-под ног, и почувствовал под спиной скользкую поверхность горки. В уши ему хлынула ревущая вода, а его собственные крики эхом отражались от трубы. Все закончилось прежде, чем он успел понять: он остановился, врезавшись в волну воды. С колотящимся сердцем Лиам подтянулся и наконец повалился на сухой пол.       Он шумно вздохнул, поднимая глаза к небу, на далекую платформу, где, как он знал, был Тео. Как только Тео оказался внутри, Лиам услышал его крик, доносящийся из выхода горки, и смех, отражающийся от стен. Он прислушивался к тому, как Тео приближается, видел его тень на непрозрачной горке, пока он мелькал на поворотах высоко в небе и мчался вниз. Когда Тео затормозил и остановился, вода брызнула во все стороны.       — Я никогда не отпущу тебя, Джек? — прошипел Лиам. — Ты муд…       Слова застряли у Лиама в горле, когда Тео встал. Его глаза светились от радости, и он смеялся, глядя на Лиама. Капли воды скатывались по его загорелой груди, когда он откидывал с лица волосы. На мгновение Лиам пожелал, чтобы у него сейчас был телефон, чтобы он мог сделать еще одно фото. Он задался вопросом, с какого момента ему захотелось делать фотографии, где Тео на самом деле наслаждается жизнью, наравне с теми смущающими, которые он мог в будущем использовать для шантажа.       — Я муд? Ну, это что-то новенькое, — заметил Тео, отходя от выхода из горки.       — Ты знаешь, что я имел в виду, — проворчал Лиам. — Ты сказал ему бросить меня!       — Это горка, Лиам. Идея в том, чтобы повеселиться, и ты повеселился, не так ли? После девчачьего визга.       — Это был не девчачий…       — Ты кричал как Лидия, когда она предсказывает смерть, — фыркнул Тео.       — Пошли.       — Детские желоба там, если ты хочешь…       — Я утоплю тебя, — сердито заявил Лиам, но Тео даже не попытался спрятать свою улыбку.       *       Лиам думал, что должен был быть куда сильнее расстроен тем, что Тео часами таскал его за собой, но, честно говоря, он не расстраивался. Он был более чем счастлив отступить и позволить Тео взять на себя ведущую роль и просто наблюдал, как Тео пытается решить, на какую горку пойти дальше. На некоторых они побывали только один раз, на других же, едва очутившись на выходе, сразу же бежали обратно к лестнице, отталкивая друг друга, чтобы встать в очередь первыми.       Они мчались по открытым желобам и пытались выяснить, кто сумеет вывалиться из «Чаши» в лучшей позе. Тео победил, когда выпал стоя, уперев руки в боки, после чего им немедленно сообщили, что им больше не позволено подниматься на «Чашу» из-за нарушения слишком многих правил.       Часы проходили очень быстро. Горки смешивались одна с другой. В обеденное время они вдвоем бездельничали в бассейне с волнами, поедая гигантские крендельки, и наблюдали, как волны валят детей с ног. Лиам был уверен, что не должен смеяться над неудачами группы восьмилетних ребят, прыгающих в искусственные волны, но, видимо, Тео плохо повлиял на него.       — Итак, что дальше? — спросил Тео, бросая мусор в ближайшую урну.       — Ты будешь издеваться, если я скажу, что на самом деле хочу посидеть тут немного подольше? — уточнил Лиам.       Может, он и был оборотнем, но итоговое количество ступенек, которое ему приходилось преодолевать, чтобы попасть на горки, все еще было астрономическим. Он понятия не имел, как это делали нормальные люди.       — На этот раз нет, — сказал Тео. — У них должны быть лифты. Я чувствую, что мои ноги вот-вот отвалятся.       — Мы могли бы пойти на «Ленивую реку», — предложил Лиам.       — «Ленивую реку»?       — Да, это там. Это как пороги, но ты можешь просто сидеть на надувном круге и позволять потоку тащить тебя дальше, а не плыть.       — Звучит неплохо.       *       Лиам опустил руки в воду и греб вперед, пока не догнал Тео. Как он и говорил, «Ленивая река» оказалась отличной идеей. Приливы и отливы заставляли их медленно скользить по воде, петляя по всему парку.       — Тебе нравится твое первое посещение аквапарка? — спросил Лиам.       — Все нормально. Надеюсь, в следующий раз у меня будет компания получше, — пропел Тео. Его глаза были закрыты, а голова откинута назад так, что кончики его волос касались воды.       — Ха-ха, ты смешной.       — Рад, что ты заметил, — сказал Тео, открывая глаза. — Не обижайся за Гранд-Каньон, но это намного лучше.       — Гранд-Каньон — одно из чудес мира.       — Это провал в земле.       — Ну извини, что мои выборы недостаточно крутые для тебя.       — Я прощу тебя, если ты признаешь, что блинчики не полезные, — ухмыльнулся Тео.       — Ты когда-нибудь заткнешься? — усмехнулся Лиам.       — Это ты подплыл, чтобы поговорить со мной, — заметил Тео, пуская в Лиама небольшую волну.       Лиам вздохнул, снова расслабляясь в круге и прислушиваясь к журчанию воды, пока течение медленно тащило их вперед.       — Что тебя больше всего раздражает? — спросил Тео.       — Теперь ты решил поиграть в двадцать вопросов?       — Ты это начал, спросив меня про аквапарк. Теперь твоя очередь.       — Ты даже нормально не ответил, — возразил Лиам.       — Да, Лиам, мне нравится мое первое посещение аквапарка.       — И компания?       — Нет никого другого, с кем я предпочел бы здесь быть, — спокойно ответил Тео. Глаза Лиама расширились. — Но опять же, у меня было всего два друга, и оба они сейчас ненавидят меня, так что мне особо не из кого выбирать, но…       Лиам сильно плеснул в Тео водой.       — Это было освежающе, спасибо, — сказал Тео, убирая волосы с глаз. — Давай, я ответил на твой вопрос — ты отвечаешь на мой. Такая была сделка, правильно?       Лиам пожал плечами. Тео легонько ударил по краю круга Лиама, заставив его медленно завращаться.       — Я думаю, — раздраженно отозвался Лиам, опуская руки обратно в воду, чтобы прекратить вращение.       — Думай быстрее, — пробормотал Тео.       — Путешествия во времени, — выпалил Лиам.       — И много раз это с тобой происходило? — фыркнул Тео.       — Я имею в виду фильмы и прочее, придурок, — буркнул Лиам.       — Почему?       — Они сбивают с толку.       — Слишком сложно, чтобы твой маленький мозг с этим справился?       — Да, — серьезно сказал Лиам. — Они всех сбивают с толку. Я имею в виду, как только ты подумаешь о них, поймешь, что они никогда по-настоящему не работают. Мейсон однажды заставил меня посмотреть этот фильм, «Треугольник», и после него мы спорили около четырех дней, а про «Флэша» я даже говорить не хочу. И «Гарри Поттер». Я имею в виду, в тот год, когда вернулся Волан-де-Морт, почему он не подумал просто пойти и взять маховик времени, чтобы убить Лили до того, как родится Гарри? Но даже если бы он подумал сделать это, это бы не сработало, потому что как только ты вернешься назад во времени и изменишь прошлое, тогда будущее, в котором ты решил это сделать, исчезнет, правильно? Оно просто… перестанет существовать, так что ты никогда не вернешься в свое время, но… — Лиам запнулся и остановился, увидев, что Тео смотрит на него с ошеломленной улыбкой. — Ты сам спросил.       — Я знаю. Просто я больше ожидал чего-то вроде громкого чавканья. Не путешествия во времени, — ответил Тео. — Так что, ты не хотел бы вернуться назад во времени?       — Думаю, все хотели бы вернуться назад во времени, — заметил Лиам, разбрызгивая воду в разные стороны. — Я просто не думаю, что это работает в фильмах.       — И куда бы ты отправился?       — Зависит от того, говорим ли мы о путешествиях во времени типа вернуться назад в пятидесятые или об изменении своего собственного жизненного пути.       — И то, и другое.       — Не думаю, что я бы смог, — признался Лиам. — Не налажав с будущим.       — Давай представим, что то, что ты наступишь на бабочку, ничего не изменит.       — Я не это имею в виду, — фыркнул Лиам. — Я говорю о больших изменениях. Если бы у тебя был шанс вернуться назад во времени, как бы ты мог не остановить все плохие вещи, которые когда-то произошли? Как бы ты мог побывать в Помпеях и не предупредить всех уйти? Или не застрелить Гитлера, прежде чем он получит власть, или не освободить рабов, или…       — Потому что если бы ты сделал что-то из этого, то история бы изменилась, и ты бы никогда не родился, чтобы это остановить, а это случилось сначала.       — Видишь, путешествия во времени сбивают с толку, — серьезно повторил Лиам, и Тео усмехнулся.       — Я должен был догадаться, что ты захочешь использовать путешествия во времени, чтобы спасать людей, а не делать что-нибудь веселое, — сказал он.       — Что бы тогда сделал ты?       — Древний Рим. Стал бы гладиатором и разбогател, сражаясь с тиграми.       — Большинство гладиаторов были рабами, они не зарабатывали много, умирали молодыми и редко сражались с животными. Но даже если бы они сражались с большой кошкой, вероятнее, что это был бы лев, а не тигр, — заметил Лиам.       — О, посмотрите на этого маленького историка, который портит все веселье, — проворчал Тео.       — Все еще интересней, чем биология, — пробормотал Лиам.       Он едва успел закончить говорить, как Тео с силой ударил по его надувному кругу, заставив его — и Лиама — опрокинуться. Лиам с оборвавшимся визгом погрузился под воду. Он вынырнул обратно, отплевываясь, и в ушах у него зазвенел смех Тео. Лиам откинул волосы с глаз, свирепо глядя на Тео, в то время как тот завернул на новый круг по реке.       *       — Я не думаю, что мои ноги будут в состоянии справиться с возвращением к пикапу, — простонал Лиам, опираясь спиной на ряд шкафчиков, пока Тео начал пытаться снять ключ с его запястья. — То есть, не думаю, что я сейчас смогу даже поднять ногу достаточно высоко, чтобы надеть штаны.       — Ну, тебе придется. Ты не попадешь в мой пикап в мокрых шортах, — сказал Тео.       Мимо них пронесся ребенок, его занесло на скользком полу, и он вписался в одну из стен раздевалки, но быстро встряхнулся и бросился в другую сторону.       — Откуда у них еще есть энергия? — спросил Тео.       — Дети сумасшедшие, — признался Лиам. — Прошлым летом мне пришлось сидеть с кузиной Мейсона, и мы оба уснули быстрее, чем она. Ей было четыре.       — Она, наверное, просто не могла уснуть, потому что ты храпел ей в ухо, — пробормотал Тео.       — Ты вообще когда-нибудь бросишь это?       — Наверное, нет, — искренне признался Тео, наконец вставляя ключ в замок и забирая их вещи. Он перебросил полотенце через плечо Лиама и вручил ему его телефон, после чего начал копаться в сумке в поисках одежды. Потом сунул ее Лиаму в руки. — Встретимся у пикапа?       Лиам слегка кивнул в знак согласия, поворачиваясь и уходя в сторону одной из раздевалок.       Его слова оказались правдой, и ему потребовалось время, чтобы переодеться в штаны. Он сел на немного сырую скамейку, заворачиваясь в полотенце и мечтая о том, как уснет на пассажирском сиденье пикапа. У него было полчаса езды обратно до мотеля. Он был уверен, что Тео не станет возражать.       Лиам размял плечи и наконец-то перешел к тому, чтобы вытереться и одеться. Его желудок нерешительно забурчал. Лиам был измотан.       И это было здорово. Это была не та глубокая усталость, к которой он привык в Бейкон-Хиллс, а скорее та усталость, которую он помнил с детства. Такая, которая делала конечности свободными и вялыми и зажигала на лице улыбку. Это было то же чувство, которое оставалось у него после победной игры в лакросс, когда болело все тело, но это не было плохо, просто напоминало ему, что он постарался. Что ему было весело.       Лиам натягивал рубашку, хихикая над воспоминанием о том, как Тео начал ругаться, когда Лиам столкнул его в бассейн с волнами, пока они мчались к одной из горок. Его телефон, лежащий на скамейке, завибрировал и загремел. Лиам вздохнул, сгребая его, и посмотрел на экран, переполненный текстовыми уведомлениями. Лиам нажал на верхнее уведомление, голосовое сообщение от Стайлза, поднося телефон к уху и заворачивая свои влажные плавки в полотенце.       — Слушай меня, ты, маленький засранец! — прошипел голос Стайлза. Брови Лиама приподнялись. — Ты перезвонишь мне в ближайший час, или клянусь богом, я найду тебя и притащу твою маленькую оборотничью задницу обратно в Бейкон-Хиллс за твои глупые волчьи брови. Так что ответь на чертов телефон и объясни, почему ты с Тео, или клянусь богом, я… — Сообщение кончилось, превысив лимит времени.       Лиам отдернул телефон от уха, просматривая свои сообщения.       — Нет, нет, нет-нет-нет, — выдохнул он, большим пальцем прокручивая бесчисленные сообщения в групповом чате стаи и читая их несколько в ужасе, когда наткнулся на «Какого черта», сказанное Малией. «Чувак???» — написал Мейсон, по крайней мере, двадцать раз.       Он остановился на картинке, которую отправил несколько часов назад, фотографии, которую он, как он думал, послал Тео. Он поморщился, глядя на фото Тео, в первый раз увидевшего парк, и неожиданно почувствовал себя очень бодрым.