Milk Angel

Юри уже успел забыть, каково это – носить линзы. Привычно было ходить умываться и не вспоминать о том, что сначала нужно линзы снять, привычно тереть глаза как вздумается, даже плакать привычно, не ощущая при этом боли от того, что что-то плавает по зрачку. Однако, несмотря на эти минусы, у линз было много плюсов: в них Юри лучше видел, зрение не грозилось упасть, не нужно было следить за вечно сползающими очками, да и в целом лицо выглядело по-другому. Разумеется, главный плюс: возможность беспрепятственно видеть глаза Юри, которая очень нравилась Виктору. От очков Виктор безжалостно избавился. Судя по тому, с каким садистским удовольствием он их раздавил – чужие комплименты в адрес омеги раздражали его очень сильно. Одними линзами Виктор не ограничился, поэтому после оптики отвёз Юри в один из лучших салонов красоты в городе. Сначала он хотел, чтобы Юри подравняли волосы и сделали укладку, но потом почитал предложенный прейскурант и раскошелился ещё на маникюр с педикюром и пилинг. Раз уж взялся делать из омеги конфетку, так зачем жалеть деньги, тем более, когда всё это делаешь ни для кого-нибудь, а для собственного удовольствия? После того, как администратор утащил Юри в кабинет, Виктору тут же предложили кофе, конфетки, а ещё и своё общество, чтобы скрасить ожидание. Мило поулыбавшись, Виктор заявил, что в состоянии развлечь себя самостоятельно и ушёл ждать в машину. Вероятно, будь это салон классом ниже, на Юри бы уже отыгрались за отказ его спутника «уделить внимание» местному персоналу, но с Юри обращались как и с любым дорогим клиентом, не стремясь «случайно» порезать ему пальцы маникюрными ножницами. Всё-таки салон дорожил своей репутацией, да и персонал получал достаточно, чтобы не страдать ненавистью к «пассиям», которых сюда приводили подобные Виктору «папики». Юри никогда ещё не чувствовал себя таким особенным: к нему вежливо обращались, ему предложили чай и вообще заявили, что поскольку он в первый раз, ему бесплатно подкорректируют форму бровей и сделают массаж лица. Для Юри был волнителен сам факт того, что Виктор привёз его сюда, но переживать было не о чем, поэтому очень скоро Юри расслабился, и ему даже понравилась атмосфера, царившая вокруг. Он погрузился в неё и не думал о плохом. Хоть день начался с неприятностей, он имел весьма приятное продолжение, и это не могло не радовать. Мало ли, что там люди говорят, важно то, на какой лад ты сам себя настроишь. Первым делом Юри сделали пилинг: будоражащие ощущение и мурашки от того, как чужие руки размазывают по телу вязкий мёд с перемолотыми абрикосовыми косточками. Кожа потом была такой нежной, как у младенца, а ещё её намазали увлажняющим кремом. После этого Юри утащили в другой процедурный кабинет, где в шесть рук ему делали одновременно маникюр, педикюр и корректировали брови. Там же ему потом целых полчаса делали массаж лица. От того, насколько это было приятно, Юри чуть не заснул. А ещё он переживал, что Виктору приходится его слишком долго ждать. Напоследок омегу усадили перед зеркалом. Юри боялся, что его подстригут слишком коротко, но парикмахер только пару сантиметров срезал, да и вообще похвалил за такие густые волосы. Уложили причёску примерно так, как Юри сам укладывал, когда ещё работал в клубе, единственное, он подсмотрел название геля, которое наносили – если Виктор хочет, чтобы Юри так укладывался всегда, намочить водой и зализать не получится – надо фиксировать. В итоге, когда Юри покинул салон, прошло целых два часа. Он даже не заметил пролетевшего времени. Бросив взгляд вперёд и увидев в машине Виктора, Юри поёжился немного и пробежался, открывая дверь и запрыгивая со своей стороны. Снова стало тепло. Выдохнув и усевшись поудобнее, Юри повернулся. - Ну как? Юри вздрогнул, потому что Виктор смотрел на него и не мог отвести взгляда. Кажется, до этого мужчина что-то смотрел в телефоне? Так вот он его отложил. Юри вообще замер, потому что с трепетом ждал реакции и боялся услышать, что на самом деле ничего путного не получилось, да и вообще он сам по себе страшный, и никакие салоны красоты ему не помогут. В общем, с три короба напридумывал и даже успел расстроиться. Как же Юри удивился, когда внезапно Виктор порывисто подался к нему, почти навис над ним, а ладонью коснулся щеки. Юри вообще перестал ждать, чувствуя, как лицо покрывается красными пятнами смущения. Тем временем Виктор погладил скулу, скользнул ниже, провёл под подбородком, потом ещё ниже, забрался горячими пальцами под воротник, наклонился и провёл носом от мочки уха до шеи, остановился, вдохнул и разомлел. - Теперь к твоему запаху примешался аромат абрикосового лосьона, - прошептав, Виктор коснулся губами, - И ты сам по себе, Юри, такой красивый. Эти проклятые очки только портили тебя. Боюсь представить, что ты сделаешь со мной, когда я сниму с тебя этот невзрачный, несуразный костюм и одену в красивые, брендовые вещи, в которых ты не будешь отличаться от подиумной модели, - он будто бы нехотя отстранился, глубоко вдохнул и улыбнулся, прикусывая щёку изнутри, стараясь держать себя в руках, садясь ровнее и поправляя края пальто, - Кхем, да, я не удивлён, что на тебя обращают внимания, теперь от поклонников точно отбоя не будет. Юри стоило бы привыкнуть к внезапности Виктора, но он всё равно не мог унять трепет в душе и бешено бьющееся сердце, тем более, когда Виктор был так близко. Колени дрожали, и голова шла кругом. Юри дышал так, будто пробежал не меньше километра. Он вжался в спинку сидения, чувствуя, как улыбка лезет сама собой – значит, Виктору нравится. Из-за этого хотелось верить, что между ними могут наладиться отношения. Внешностью Юри уже привлекает альфу, осталось только найти общий язык. Услышав слова про поклонников, Юри обернулся. Он не задумывался, просто с языка слетело: - Даже если бы хотел, я бы не смог им ответить взаимностью. Виктор хотел завести машину, чтобы ехать дальше, но его пальцы замерли, сжав ключи в зажигании. - Потому что я тоже несвободен. Всё-таки Виктор завёл машину, переложив руки на руль, но прежде чем двинуться, секунду выждал, задумчиво улыбнувшись. - Никогда не забывай об этом. *** Спустя час и две небольшие пробки, Юри с Виктором добрались до такого магазина, где в огромном красивом здании много разномастных бутиков. - В «Гум» я тебя не повезу, потому что ты вряд ли оценишь место, где одна только рубашка может стоит пятьдесят тысяч, - усмехнувшись, Виктор вышел из машины, подождал Юри, чтобы притянуть его к себе под бок и спрятать под полой пальто, а после включить на машине сигнализацию. У Юри от удивления воздух в лёгких спёрло. - Так много?! – тем не менее, несмотря ни на удивление, ни на обманчиво ярко светящее солнце, он всё равно прижимался как можно теснее под чужой бок, потому что до входа со стоянки ещё идти и идти, а под воротник изрядно задувает ветер. - Ну, Москва, что ты хотел. Народ любит пафосно и дорого одеваться, тем более, если финансы позволяют, - скосив на Юри взгляд, Виктор никак не мог заставить себя перестать откровенно любоваться им, потому что смена образа делала омегу невероятно сексуальным. Велик соблазн зажать Юри в примерочной. После того, как они оба зашли внутрь, Виктор Юри не отпустил, мёртвой хваткой придерживая его за талию. Юри теперь вообще опасно от себя отпускать дальше, чем на несколько сантиметров. Сам омега может и не будет обращать внимание на тех, кто станет на него заглядываться, а вот Виктору очень не хотелось бы доставать пистолет в столь людном месте и отстреливать пускающих на чужое слюни недо-альфа-самцов. Юри шёл и действительно ничего не замечал, ему куда интереснее было разглядывать яркие вывески и людей. Он столько времени провёл в четырёх стенах, испытал столько стресса, что сегодняшний выход для него как глоток свежего воздуха. Впечатлений хватит надолго. Юри старался запомнить каждый миг, получить от него удовольствие. Конечно, теперь Юри чувствовал себя более уверенно, и дело не только в том, что Виктор рядом. Рядом с Виктором спокойно и уютно. В таком людном месте они рисковали попасть под чужие взгляды. Юри хотелось выглядеть достойно, поэтому он выпрямил спину, поднял голову и стал больше улыбаться. В конце концов, зря он, что ли, столько танцевал – у него даже походка изменилась. Наверное от того пальцы Виктора сжались крепче, что у Юри на каждом шагу бёдра вело то в одну, то в другую сторону. Юри успел войти во вкус. Виктор почти довёл Юри до эскалатора, который поднял бы их на нужный второй этаж, как вдруг остановился, прижал к себе омегу, наклонился и проникновенно прошептал ему на ушко: - Вернёмся домой, я достану ремень и надеру твою очаровательную задницу. Юри не сдержал испуганного писка, дёрнулся, но его слишком крепко удерживали рядом с собой. Сердце забилось чаще, щёки лихорадочно покраснели, непонимающий взгляд заскользил по лицу Виктора. Юри инстинктивно несильно упёрся одной ладонью в чужую грудь. - З-за что?.. - За то, что вертишь ею и привлекаешь внимание. Меня это нервирует. Не расстраивай меня, Юри, я не хочу сомневаться в том, что ты мне сегодня сказал. У Юри мурашки по спине пошли, когда во вроде бы дружелюбном тоне Виктора проскользнул холодок. Он недолго подумал, кивнул, но при этом не смутился, а поднял голову и серьёзно посмотрел Виктору в глаза. Он не будет спорить, он действительно пошёл на поводу у разыгравшихся эмоций. Юри ведь решил уже для себя, что хочет наладить с Виктором отношения, да и успел узнать его жизненные принципы – он не будет «дёргать тигра за хвост» - не будет провоцировать тогда, когда это неуместно. Он больше не на подиуме, и соблазнять многочисленных зрителей ему не надо. В этом и есть смысл истинных чувств – соблазнять только одного человека, открываться только ему, не выставлять свою привлекательность напоказ, а хранить для тех мгновений, когда выпадет возможность остаться наедине. Не услышав ответа, Виктор выпрямился, но тут Юри вцепился ему в рубашку и потянул обратно к себе, набираясь смелости: - Я не хочу привлечь внимание, - прошептав так тихо, чтобы кроме альфы его больше никто не услышал, Юри сделался ещё серьёзнее, - я не хочу выглядеть серой мышью рядом с таким человеком, как ты, и не хочу выглядеть вульгарно. Я хочу быть достойным твоего общества. До этого Юри уже возражал Виктору, когда зашёл разговор про Юру, это же он сделал и сейчас, только теперь в нём и уверенности было больше. Конечно, Юри чувствовал страх перед Виктором, но что-то подсказывало ему, что хоть и милая, но постоянно трясущаяся и не умеющая говорить «серая мышь» быстро надоедает. В ней нет ничего, кроме страха перед сильным «хищником», нет чувства собственного достоинства. Она - как не самый привлекательный аксессуар рядом. Виктор говорил, что ему не нужна бестолковая красивая кукла. Юри обязательно научится. Где-то он действительно благоразумно смолчит, а где-то аргументировано отстоит своё мнение. Строить отношения – это всегда сложно, но ещё сложнее не забывать при этом о себе. Многие люди ныряют в чувства с головой, задыхаются в эмоциях, но останется ли хоть что-то, если вдруг отношения разрушатся? Люди совершенно забывают о себе – раскрывают душу, отдаются всем сердцем. Любовь может быть столь же сильной и взаимной, а может быть, что холодный расчёт прикрыт этим светлым чувством. Что любовь, когда теряется банальное уважение. Если не любовь, то Юри хотел бы, чтобы у Виктора было к нему уважение, может, даже не как к омеге, а просто как к личности. Юри не хочет быть «вложением», он хочет быть живым человеком. - Быть таким смелым твой друг тебя научил? – после затянувшегося молчания, Виктор тонко улыбнулся, чуть сощурив глаза, - Никогда не бросайся такими фразами впустую, Юри. Никогда не говори того, что сделать выше твоих сил. Я привык быть один, но когда появился ты, я не рассчитывал на большее, нежели на то, что ты будешь скрашивать моё одиночество дома. Публика – совсем другой мир. Здесь ты всегда будешь под чужими взглядами, обсуждениями. Здесь надо уметь держаться достойно. Я не жду от тебя таких подвигов, я не хочу, чтобы ты был одним из тех, кто кичится деньгами и властью своих покровителей. Такие люди пустышки, но раз ты первый заговорил и изъявил желание, я дам тебе возможность показать мне, чего стоят твои слова, - Виктор не менял тона, но когда он закончил, он наклонился ещё ниже, чтобы самым шёпотом добавить, - а покорно прогибаться под меня ты будешь в постели. Юри забыл о том, что вокруг много людей, которые, кстати, стали обращать внимание на замершую парочку. Юри краем глаза заметил это, встрепенулся, не отстранился, но разжал пальцы, пригладив смявшуюся в том месте рубашку Виктора. - Мы шушукаемся, как парочка. Виктор рассмеялся от того, как мило Юри себя повёл, но при этом тиснул его покрепче, после выпрямился и потянул его за собой к эскалатору. - Тебя это смущает? И знаешь, я думаю, мы сможем найти применение твоим очаровательно виляющим бёдрам. В спальне столько места – шест вполне туда впишется. Юри не то чтобы смутился – он вовсе выпал в нерастворимый осадок. *** Виктор умел перевернуть мысли Юри так, что разобраться в них становилось просто невозможно. Либо ему просто доставляло удовольствие сбивать омегу с толку. Наверняка, Юри выглядел глупо и забавно. И вот надо же было это сделать, когда предстояла встреча с продавцами – теперь и они будут мучить. Юри представить боялся, насколько сильно Виктор собирался растерзать его примерками. Когда они оказались на втором этаже, первым посетили отдел с официальной одеждой. Юри такого никогда раньше не носил, просто потому, что ему некуда было. Виктор аргументировал свой выбор тем, что раз Юри изъявил желание куда-нибудь с ним выбираться, то надевать для таких мероприятий придётся что-то элегантное и приличное. Вопреки страхам Юри – Виктор в примерочную заглядывал только тогда, когда на Юри был максимум одежды. Юри только говорил, удобно ли ему и нравится ли цвет – другого мнения не спрашивали. Продавцы больше мнением Виктора интересовались, но Юри не обижался, потому что помнил, что ему много лет внушали родители: если твой мужчина сам берёт на себя ответственность за выбор того, что на тебе надето – стой в стороне и молчи, потому что он выбирает то, что нравится ему, он украшает тебя для удовлетворения собственного взора и возбуждения. Это было во-первых, во-вторых, Юри признал, что у Виктора очень хороший вкус. Сняв свой дурацкий костюм и облачившись в качественные вещи, Юри перестал походить на несуразное недоразумение. - Омега на миллион, - как ласково обозвал Юри Виктор, когда тот примерил чёрный костюм от «Armani». В итоге они выбрали четыре официальных костюма, хотя Виктор готов был перемерить с Юри всё, что было в наличии. Рубашек и галстуков взяли раза в два больше, чтобы Юри мог сочетать и менять цвета. В качестве «наказания» за то, что кое-кому не терпелось оставить примерки и идти дальше, Виктор затащил Юри в отдел белья. Юри на полном серьёзе был готов вернуться обратно. - Нет, ну не будешь же ты вечно ходить в моих рубашках, - усмехнувшись, Виктор с блеском в глазах разглядывал ассортимент, потом глядел на Юри, как бы мысленно примеряя, - я не против, но я люблю разнообразие. Мнения Юри опять не спросили. Он молча стоял и сверлил Виктора взглядом, пока тот окучивал разговорами готового им вообще весь магазин продать омегу-продавца. Просто Виктор вкрадчиво разъяснял свои вкусы. Мимолётом у Юри в голове пролетела сакральная мысль – а не зайдут ли они потом в секс-шоп. Хорошо, если Виктору просто нравятся всякие кружева, чулки и так далее… плохо, если дилдо-хвосты тоже в его вкусе… Этот проклятый хвост так и не выходил из мыслей… У Юри плохое предчувствие – неспроста это всё… Загонять в примерочную Юри не стали, но его пригласили постоять рядом, чтобы зрительно продавец мог оценить, какой размер смотреть. - Если Вы ищете что-то необычное, у нас есть новая коллекция со стразами, а ещё популярностью пользуются наборы с бантиками! – видимо, заразившись от Виктора воодушевлением, продавец решил предложить всё самое «неприличное», что вообще у них в наличии было. - Со стразами? А для ролевых игр костюмы у вас есть? - Для Вас у нас есть всё! Юри мысленно побился головой об стену. Видимо, на Виктора неизгладимое впечатление оказали стринги с кристаллами «Сваровски», которые были надеты на Юри в их первый день встречи. Виктор взял аж в нескольких цветах и где побольше стразов. И набор с бантиками тоже взял: там один бантик крепился на белье сзади, а другой на шею. Очень эротично. Кружевным чулкам был потерян счёт, к которым присоединились коробка с костюмом «Ангелочка», «Горничного» и «Дьяволёнка». Лааааадно. Раз Виктору такое нравится – без проблем. Юри смирился, да и не видел в этом ничего страшного. Секс – процесс творческий. Юри даже портупеи не напрягли, хотя из большинства чёрных, Виктор выбрал ещё несколько красных и одну розовую… которая такая… кожаная… на всё тело… наверное, чтобы с общей гаммой спальни сочеталась. Да у Виктора просто огонь-фантазия. Продавец искренне позавидовал Юри. Юри старался не думать о той сумме, которую Виктор за всё это удовольствие выложил. Когда они вышли из этого отдела, Виктор был доволен, как кот после валерьянки. К счастью, потом они пошли в отдел с повседневной одеждой. Поскольку Юри уже успел устать и проголодаться, он попросил сильно его не мучить. Доводы о подташнивании вернули Виктору серьёзность. Мужчина не хотел бы, чтобы Юри стало плохо, поэтому они уложились всего в полчаса, набрав и штанов, и футболок, и тёплых кофт, и всякой мелочи, и, самое главное, верхней одежды. Теперь у Юри тоже есть красивое пальто, и не одно. И вообще ему в тон подобрали обувь и несколько шарфов. Юри сбился считать пакеты с одеждой, но из магазина он вышел уже не в своём старом костюме, а в штанах бордового цвета, к ним в тон на шее шарф, толстой вязки белый свитер, охрового цвета пальто и такого же цвета ботинки на шнурках. Деньги из гадкого утёнка сделали прекрасного лебедя. - Спасибо за всё, но… - когда Юри сел в машину и пристегнулся, он почувствовал головокружение, - мне сейчас будет плохо… - Я могу отвезти тебя в больницу, - Виктор сидел рядом и не заводил машину, напряжённо-серьёзно разглядывая Юри. Омега некоторое время просто молчал, потом сделал глубокий вдох и расслабился: - Нет, всё в порядке, это от голода, - несмотря на слабость, он всё же заставил себя улыбнуться. - Сейчас поедем в ресторан, - кивнув, Виктор всё равно продолжал настороженно поглядывать на Юри, проворачивая ключи в зажигании, - кстати, сегодня пятница, выходные ещё посидишь дома, но в понедельник у тебя начинается учёба. Мне надо работать, а привозить-отвозить тебя будет Милан. Я дам тебе телефон, там есть номера мой, Жоры и Милана. Больше тебе никто не понадобится, так что, если что, звони, но я думаю, проблем никаких не возникнет. Юри прислушивался к собственным ощущениям и при этом слушал Виктора. Если честно, он пока побаивался говорить что-то ещё о своём состоянии или жаловаться, но был неожиданно удивлён тем, что в отличие от реакции утром, сейчас Виктор проявил заботу. Пусть не так тепло, но он готов ехать в больницу. Юри это приятно тронуло, но он всё равно был рад тому, что ничего серьёзного: немного голова, привычно тянет таз, а если он сейчас поест, то и противное чувство тошноты уйдёт. Услышав про учёбу, Юри только понятливо кивнул – действительно, чего затягивать, да и долго сидеть в четырёх стенах наскучивает, уж лучше полезным заниматься. Про телефон новость тоже вполне была понятна, но… Юри подумал и прикусил губу… звонить можно только самому Виктору или его телохранителям. Как жаль, что память дырявая – номер Юры выветрился, а ведь Юри очень хотелось бы узнать, как он там. Юри мучился и при этом боялся спросить у Виктора, вдруг он разозлится, и тогда снова всё будет плохо между ними, но Юра ведь друг… он остался там один и… Юри требовалось немного времени, чтобы решиться.