Куда приводят мечты?

"Защищай до конца то единственное, что ты действительно ценишь".

(с) Кёко Сакура. Девочка-Волшебница Мадока Магика.

Ближе к вечеру вернулся невесть откуда Батори, который весь день где-то пропадал, оставив своего гостя дампира на попечение Кроули, ведь все-таки он отец этого создания. Но все же вампир решил проведать воссоединившуюся семью, вдруг он снова застанет Эшфорда в новом, весьма неожиданном и милом свете, только на этот раз играющего с девочкой уже в какую-нибудь чайную церемонию в окружении игрушек. Фелид расплылся в довольной улыбке, как у кота, нализавшегося сметаны, представив эту картину и то, как копится, копится у него компромат на Тринадцатого основателя. Быстро отыскав комнату, куда аристократ упрятал свою гостью в прошлый раз, он, решив не стучать в дверь и снова появиться неожиданно, открыл ее, застав красноволосую девушку, разбирающую ворох белой одежды. - Что это ты делаешь? - поинтересовался сереброволосый вампир, заходя внутрь и прикрывая за собой дверь. Мегуми от неожиданности невольно подпрыгнула, так как не ожидала, что сюда придет хоть кто-то и уронила на пушистый ворс ковра черную рубашку. - Эм... Кроули и Чесс принесли мне вещи, чтобы я переоделась... Но их тут так много, что я совершенно запуталась... - девушка ощущала опасность, исходившую от этого мужчины еще с первой их встречи, а сейчас она крепла с каждым мигом. Уж больно напрягал ее этот парень. - О, так давай я тебе помогу, - Фелид, оставаясь стоять у двери, окинул девушку цепким взглядом, оценивая ее миниатюрную, но не лишенную прелестей фигурку и прикидывая в уме, какой вариант формы на этой девушке поверг бы в шок, например, Микаэлу, который явно к ней неровно дышал. Это наметанный глаз Седьмого прародителя заприметил сразу. Подойдя к кровати, на которой творилось чертечто из-за кучи тканей, Батори быстро собрал комплект из рубашки, юбки, белого кителя и форменного плаща, который своими полами скроет под собой шикарный наряд. - Иди, переодевайся, а я сейчас вернусь, - затолкав дампира в ванную, Фелид куда-то ушел, чтобы вернуться через какое-то время и принести с собой изящную рапиру для девушки. - Эм... Ну, как-то так, - девушка как раз закончила собирать волосы в косу, что только лишний раз добавляло ей сходства с Тринадцатым прародителем, после чего натянула на руки белоснежные перчатки. - А это мне? Но я не очень хорошо умею пользоваться рапирой... Мне привычнее вакидзаси или катана, - Мегуми не без сомнения приняла из рук вампира-аристократа оружие, рассматривая сверкающее лезвие и изящную рукоять чем-то напоминающую розу с переплетенными лозами, увитыми шипами, отчего сразу невольно вспомнилось оружие Микаэлы. - Бери, что дают, а то я тебя против вампиров с голыми руками выпущу, - ровным тоном ответил Фелид, пристегивая девушке на талию пояс с ножнами. В отличие от Эшфорда Батори родственная связь с этой девчонкой не обременяла никоим образом, и он не собирался становиться добрым, если в этом нет необходимости или выгоды лично для него, поэтому вампир достаточно резко ответил красноволосой, выпрямляясь и поворачиваясь к двери. - Идем, пора мне увидеть, на что ты способна, - с этими словами аристократ, как самый настоящий джентльмен, коим он не был никогда, открыл перед девушкой дверь. Мегуми на это сделала несколько глубоких вдохов, собираясь с мыслями и силами, благо, восстановиться она успела и отдохнула, как следует, так что была готова драться с кем угодно и где угодно. В конце концов, вряд ли ее будут доводить до состояния между жизнью и смертью, как это любили делать военные. Пройдя следом за сереброволосым вампиром по длинным и извилистым коридорам, которые в конечном итоге привели их в большую залу с высоким потолком и несколькими колоннами, девушка замерла, внимательно рассматривая Батори, который явно собирался устроить этот тест. - Ну, что ж, начнем, пожалуй, с рядового, - на этих словах в зале появился третий вампир, неспешным шагом приближающийся к центру. - Что-то мне подсказывает, что ты его все равно уделаешь, но учти, никто тебе не даст времени привыкнуть к новому оружию, поэтому выкручивайся, как хочешь, - посчитал нужным предупредить Батори, отходя обратно к дверям, откуда не так хорошо просматривалось место боя, который его не очень то и интересовал. Скорее Седьмой прародитель ждал следующего спарринга с Лакусом, который и должен был войти через эти самые двери. Вампир, облаченный в универсальную форму с длинным плащом, заметив кивок Фелида, служивший знаком к началу боя, тут же рванул с места, вытаскивая свой меч и заходя справа на немного замешкавшуюся девушку. Мегуми резким движением расстегнула брошь, удерживающую плащ на ее плечах, после чего кинула белую тряпку точно в лицо вампиру, который явно не ожидал подобной подлости. Оружие, что выдал ей Батори, было непривычным от слова совсем, но военные давно приучили девушку к тому, что она должна убивать хоть зубочисткой, главное - выжить. Призвав силу оружия и ощутив, как шипастая лоза окутала ее запястье, впиваясь в кожу и высасывая кровь, красноволосая смогла обратиться к своей второй сути, что была сильнее и проворнее человеческой. Глаза окрасились алым, клыки удлинились, до боли впиваясь в нижнюю губу. А сама Кэед бросилась вперед, с легкостью отбивая удары противника, которые теперь казались ей как в замедленной съемке. Пара выпадов, подсечка и острый клинок застыл у горла вампира. Батори повернул голову как раз в тот самый момент, как острие рапиры уткнулось в кадык повергнутого вампира. Аристократ нисколько не удивился такому повороту, зато имел возможность посмотреть, как человеческая природа в этой девушке засыпает, на смену которой приходит сила, полученная по наследству от Кроули, и как она действует. - Ну, я же говорил, - довольно улыбнулся Фелид, чей чуткий слух уловил едва слышные шаги того, кого он ждал и кому, скорее всего, с радостью снесет голову этот дампир. - Следующий противник примерно одного с тобой уровня, честно говоря, я даже не знаю, кто из вас сильнее, но думаю, ты будешь рада его видеть, - в этот самый момент в проходе появился Вельт, раздраженный тем, что Батори его в последнее время гоняет в три шкуры, как будто к марафону готовит. - Ты!!! - Мегуми буквально вскипела, подобно воде в котелке, который стоял на огне. - Живым уж точно не уйдешь, гад, - пообещала сама себе красноволосая, буквально просверливая в стоящем на другом конце зала аристократе дыру. Рапира, словно уловив настрой своей хозяйки, сильнее впилась в ее руку шипами, забирая больше крови, но взамен даруя силу и способность уничтожить этого вампира раз и навсегда. Лакус в свою очередь, заметив девочку, едва не закатил глаза, обреченно застонав. Как же ему надоело, то, что судьба сталкивает его с этой экзотической во всех смыслах полукровкой. - Нет-нет-нет, - вмешался Батори, прожигаемый ненавистным взглядом Вельта, ведь именно по его милости вампиру сейчас хотят, по меньшей мере, удалить клыки изощренным и насильственным способом, чтоб не кусал впредь подружек этой девчонки. - Убьешь его - погибнет и твоя драгоценная Ясуми, ведь они повязаны, - с лукавой усмешкой произнес Седьмой прародитель, более чем довольный реакцией Мегуми на своего подчиненного. Вот сейчас Батори готов был лицезреть картину, поэтому двинулся к одной из колонн, привалившись к которой плечом, он дал знак, что можно начинать. В этот раз Мегуми не стала ждать, когда очухается вампир, и резким выпадом бросилась вперед. То, что убивать этого парня было нельзя, она поняла сразу, но как же хотелось превратить это наглое, самодовольное и полное превосходства лицо в месиво, чтобы неповадно было. А потом потребовать, не попросить, а именно потребовать, чтобы он привел ее к Ясуми. Завертелась битва, жестокая и беспощадная, злость и ненависть придавали девушке сил, о которых она даже не догадывалась, она даже не знала, что может двигаться с такой скоростью, а неудобная рапира вдруг резко станет такой родной и легкой. Лакусу, еле успевшему увернуться от первого удара, приходилось несладко, ведь эта красноволосая девчонка, удары которой раз за разом становились все тяжелее, нападала на него просто с поразительной скоростью, а лезвие рапиры, казалось, так и хотело вонзиться вампиру прямо в горло. Отскочив ненадолго и воспользовавшись тем, что дампир сокращал дистанцию, Вельт призвал свой меч, чувствуя, как словно по венам побежала сила, наполняющая его. Шаг назад, малейшее отклонение плеча в сторону, и рапира в руках красноволосой вспарывает воздух вместо плоти, а сам аристократ уже оказался за спиной девушки, полоснув между лопаток своим оружием и оставив на новой беленькой форме длинный тонкий разрез. Лакус знал, за что на него свалился гнев этой девчонки, но ни за что так просто не отдаст ей то, чего она хочет, для начала придется побороться за это, благо, на этот раз Батори, внимательно наблюдающий за мельчайшими движениями дампира, не запрещал нападать самому. Взмах, взмах, и юбка красноволосой обзаводится бахромой по краю с продолжением в виде мелких ран на ногах, удар, шаг в сторону, блок, и спокойный взгляд Вельта встречается с красными от ярости глазами Мегуми, толчок, и дампир летит прямиком в колонну, оставляя на ней внушительных размеров след. Кэед едва не рухнула на пол, но удачно приземлилась на обе ноги и с шумом выдохнула, призывая себя к спокойствию, меч вновь выпустил шипастую лозу, которая обвилась теперь едва ли не до локтя, поглощая кровь своей владелицы. На пару секунд прикрыв глаза, внимательно следя за тем, как на нее нападает вампир, девушка плавно ушла в сторону, передвинув корпус в самую последнюю секунду, отчего меч вампира вошел в колонну, точно нож в масло, как раз в том месте, где секунду назад была грудь девушки. А изящная рапира уже оставила на спине и ягодицах парня длинные изящные полосы, с кровоточащими царапинами. Вновь стал слышен лязг скрестившихся мечей, а больше всего девушка жалела о том, что рядом с ней нет ее любимого оружия, огонь был бы сейчас так кстати. Но приходилось в этот раз отбросить все человеческое в сторону и полностью отдаться во власть первобытных инстинктов, которые унаследовала от своего отца. Лакус невольно поежился, увидев перед собой точную копию Кроули, только миниатюрную и в подранной юбке. Даже аура, окутавшая Мегуми, была в точности такая же, как у Эшфорда. Вскоре форма обоих вампиров напоминала лохмотья, которые смотрелись более чем вызывающе. Но вот острое лезвие рапиры замерло точно у шеи вампира, а сама девушка стояла у него за спиной, с силой прижимая оружие к кадыку фиолетововолосого парня, заставляя бежать небольшой струйке крови. - Браво-браво, - Фелид даже зааплодировал, ознаменовав конец боя своими хлопками, разносящимися оглушительным эхом по залу, и плавной походкой приблизился к Мегуми. - Выходит, отпрыск Тринадцатого прародителя сильнее, чем аристократ далекий от совета, - в глазах вампира светилось ликование, ведь он, можно сказать, случайным образом наткнулся просто на находку! Такая сила, и в его руки! - Так что, ты подумала насчет вступления в наши ряды? - ожидая от девушки ответ, Батори заметил, что она все еще не отпускает из своего плена Вельта, желая, видимо, действительно вспороть ему шею или что-то потребовать за его жизнь. - Что ты от него хочешь? - Я хочу только одного, чтобы он отвел меня к Ясуми. Больше от него ничего не нужно, - Мегуми тактично опустила вопрос о вступлении в ряды вампиров. Она не знала, правильно ли поступит, и хотела об этом поговорить с подругой, перед тем как давать точный ответ. Но душа пока склонялась к положительному ответу, не говоря уже о том, что здесь девушка обрела настоящий дом. Но друзья, которые, скорее всего, рано или поздно, но придут ее спасать, сильно омрачали реальность. Ведь Кэед ощущала себя почему-то предателем по отношению к ним. И больше всего боялась увидеть осуждение или, не дай бог, отвращение в таких родных и близких сердцу алых глазах одного блондина. Его реакции красноволосая страшилась больше всего на свете. - А, ты все еще про ту темноволосую девушку? Конечно, он тебя отведет, - ответил за Вельта Фелид, ведь именно от его слова зависело, встретится дампир со своей подругой или нет. - Только позже, - вместо присущей этому вампиру лукавой улыбки на его лице появился хищный оскал, а рапира в руках девушки, потерявшей бдительность, полетела в сторону. - Ведь следующий твой противник я, - освободившийся Лакус, услышав подобное, поспешил увернуться и отпрыгнуть от Батори, уже ударившего девушку ногой с разворота в бок, отчего она снова полетела по направлению к стене, пробороздив собой добрую половину зала. Мегуми уже ощущала себя неважно, она так редко обращалась к своей сути, что жажда крови была просто невыносимой, когда она начинала уставать. Вампирская суть просто изнывала от голода и недостатка крови, вот и сейчас, порядком утомленная после двух драк, девушка смогла лишь безвольной куклой рухнуть на пол, но почти сразу подняться на ноги, стараясь запихнуть свою жажду крови куда подальше. После битвы с аристократом ее тело было сплошь испещрено многочисленными ранами, которые хоть и затянулись быстро, но белая форма теперь вся была залита алой жидкостью. Удар прародителя выбил весь кислород из легких, рот быстро заполнился собственной кровью, кажется, в этот раз было сломано ребро. Не самая приятная перспектива с учетом проснувшегося так некстати голода. - Хм-м-м... - Батори окинул девушку изучающим взглядом и сокрушенно вздохнул, ведь ситуация ему напомнила избиение младенцев, поскольку дампир еле дышал, что уж говорить о драке с прародителем. - Похоже, ты не так часто пользуешься силой своего отца, поэтому сейчас выжата как лимон. А жаль... Он очень сильный вампир, - Фелид не торопился рассказывать Мегуми о ее отце, лишь намекал на одного знакомого ей аристократа. - Сразимся с тобой в следующий раз, ведь мне нужно посмотреть, чего ты стоишь, поэтому сейчас тебе лучше отправиться к своей подружке, быть может, она напоит тебя кровью, - вампир дал знак Вельту, что на сегодня все закончилось, и они могут расходиться, и удалился из зала, оставляя окровавленную красноволосую девушку на Лакуса. Мегуми с заметным трудом выпрямилась, держась рукой за горло, словно ей перекрывали доступ кислорода. До этого светящиеся алым цветом глаза дампира то и дело меняли свой цвет на серый и наоборот. Кровь горела в жилах, словно она превратилась в кипящее масло. - Идем, - красноволосая прошла через весь зал, поднимая с пола свою рапиру и убирая ее в ножны. Она была искренне рада тому, что этот сереброволосый вампир не настоял на битве и не продолжил драку, ведь в таком состоянии она была ему не ровня. Тоже изрядно потрепанный Лакус убрал свое оружие обратно и махнул девушке рукой, разворачиваясь к выходу и призывая идти за ним, хотя он очень сомневался, что она дойдет, все же идти до его поместья было прилично. Временами, поглядывая на шедшую позади него красноволосую, Вельт быстрым шагом направился в нужную сторону, думая над тем, что его пленница наверняка будет рада скорой встрече со своей подругой. Вампир остановился лишь, будучи внутри дома, перед той самой дверью, что не запер, когда уходил на вызов Батори. - Она здесь, - Вельт, повернув ручку двери, несильно толкнул ее и пропустил дампира внутрь. Мегуми до скрипа окровавленной ткани сжала плечи в своих руках с такой силой, что, казалось, еще чуть-чуть, и она коже останутся синяки. Она не должна была сейчас приходить сюда, не сейчас, когда тело скручивает боль столь сильная, что кислород буквально выбивается из легких. Ей нужно испить крови... крови человека, и тогда боль уйдет, она исчезнет. Но красноволосая никогда и никого не кусала в своей жизни и не станет этого делать. Просто не хочет. Медленно ступив в наполненную светом и теплом комнату, девушка вымученно улыбнулась, чувствуя, как глаза заволакивает слезами, стоило ей только увидеть сидящую на подоконнике Ясуми. Солоноватые дорожки побежали по щекам, пощипывая кожу, с губ сорвался всхлип. Но она боялась подойти ближе, боялась сорваться. Ясуми, заслышав, что кто-то вошел, лишь удивилась, что аристократ вернулся так быстро, и даже не повернула голову, думая, что вампир сам сейчас к ней подойдет, но, услышав странные звуки, похожие на шмыганье носом, она оторвала свой взгляд от того, что находилось за окном, и наткнулась на... Мегуми! Побитую, растрепанную, в окровавленной и порванной одежде с капающими на пол слезами! Из горла девушки вырвался какой-то короткий, словно оборванный кем-то вздох, сердце сигануло куда-то вниз, а глаза почернели, напоминая своим цветом непроглядную тьму. Ичиносе мигом спрыгнула с подоконника и подбежала к дампиру, хватая ее за плечи, сжимая как в тисках и заглядывая в алые глаза подруги. - Что случилось?! - Ясуми боялась даже предположить, что могли сотворить с этой девушкой вампиры, раз она так плохо выглядела, но крепко, насколько хватало сил, удерживала ее, ведь предполагала, что Мегуми начнет вырываться, борясь со своим голодом. Девушка, ощутив слишком близко к себе Ясуми, стала вырываться с заметным отчаянием и каким-то невероятным упрямством непонятным Лакусу, что-то сбивчиво бормоча сквозь поток слез о боли и о том, что ей тяжело держаться. - Ничего, просто Фелид хотел испытать ее силы, вот и велел ей со мной в драке сойтись. Не волнуйся, сейчас крови выпьет, и все нормально будет. Ее тут никто не обижает, это я тебе могу сказать с уверенностью, - вампир не сводил глаз с Ясуми, которая явно с трудом удерживала как взбесившегося дампира. Мегуми, услышав о том, что сейчас придется пить кровь, забилась с еще большим отчаянием и резвостью. Пить кровь нельзя - это как табу, что внушили ее разуму военные, выработав это чисто на уровне инстинктов. Она боялась даже лишний раз вдохнуть, чтобы не сорваться и, не дай бог, обнажить клыки, ведь за этим неумолимо последует только боль. - Послушай, глупая, - Ясуми заставила девушку посмотреть на себя, поймав в свои ладони ее лицо, ласково поглаживая большими пальцами по щекам и размазывая соленые дорожки слез, - Тебе сейчас больно, потому что ты хочешь крови. Тебе нужно ее выпить. И никто. Слышишь? Никто. Не причинит. Вреда. За это, - Ичиносе говорила медленно и четко, пытаясь донести до Мегуми саму суть этих слов, ведь она знала, что девушка сопротивляется, потому что боится наказания за это. Передав дампира в руки Вельта, которому удержать ее было куда проще, темноволосая одним плавным, но четким движением достала из рукава стилет и без колебаний резанула им по своей руке, оставляя глубокий след, откуда тут же полилась густая кровь. Прижав к пересохшим губам красноволосой свою руку, Ясуми буквально насильно заставляла ее пить, зажав девушке нос другой рукой, чтобы она открыла рот, когда ей потребуется воздух, и кровь попала на язык. - И так с ней каждый раз? - Лакусу поначалу удерживать отчаянно упирающегося дампира было тем еще подвигом, он даже не мог понять, откуда в столь хрупком с виду теле взялась такая сила, когда еще пару минут назад девушка еле плелась за ним. Вампир не мог понять, как можно с таким отчаянием сопротивляться собственной природе, своему зову, ведь ей больно, она мучается и страдает. Но она даже упрямее Микаэлы, который все это время пил кровь Курул, а она сопротивлялась от одной лишь мысли. Ясуми не убирала ладонь от губ девушки, пока она не напилась, отчего исчез алый цвет глаз, сменившись на серый, и она не потеряла сознание, обвиснув в руках аристократа, который все это время крепко ее удерживал. - Она пьет кровь всего лишь в третий раз за шестнадцать лет своей жизни, и каждый раз напоить ее почти нереально, - Ясуми, наконец, отпустил тот жуткий страх за Мегуми, парализовавший собой все ощущения, и только теперь на нее как будто с двойным эффектом накатила боль, тянущаяся от длинного пореза на запястье. Девушка сама зашипела и попыталась сжать пальцы в кулак, чтобы хоть как-то стерпеть боль, но скривилась еще больше, ведь, похоже, что она настолько забылась, что лезвием порвала сухожилие, отчего пальцы теперь не двигались, а кровь хлестала как из горного ручья. - Черт... И каждый раз я так волнуюсь, что происходит подобное, - Ичиносе взялась здоровой рукой за пистолет, что был близнецом с тем, который забрал с собой вампир, и, призвав демона на помощь, стала дышать ровнее, ощущая, как боль уходит. - Еще раз... Что там у вас случилось, что она так плохо выглядит? Впрочем, ты тоже весь подранный. - Давай я тебе рану залечу, - буквально отобрав из руки девушки стилет, вампир нанес довольно глубокую рану себе на ладони, слегка поморщившись от боли, но перед этим он уложил потерявшего сознание дампира на постель. Прислонив стекающую кровь со своей руки к порезу на руке девушки, он внимательно проследил за тем, как затягивается ее рана, после чего залечил свою и с шумом выдохнул, ощутив некое облегчение. – Фелид, видимо, решил испытать ее силы, сначала она дралась с кем-то из рядовых вампиров, потом со мной ну и, наконец, с ней решил схлестнуться он, но в ней проснулась жажда крови... Вельт прокручивал в голове весь спарринг, и вдруг его осенило, ведь Батори четко сказал, что эта девушка дочь Тринадцатого прародителя! Уму непостижимо! - Выглядит так, будто по ней, по меньшей мере, танк проехался с шипами на гусеницах, - Ясуми с сожалением посмотрела на отключившуюся от реальности Мегуми, надеясь, что сейчас ей не больно и все ее раны заживут. Простояв так несколько минут, словно зависнув, прижимая вылеченную вампиром руку к груди и глядя на заживающие раны красноволосой девушки, до Ичиносе не сразу дошло, что этот парень, как и обещал, привел к ней подругу, правда, перед этим они на славу подрались. - А... - темноволосая помедлила, вспомнив, что в первый раз прослушала имя этого аристократа, и теперь не знала, как его назвать, поэтому просто сказала по-другому, - Спасибо, что дал нам с ней встретиться. Э... Как мне тебя отблагодарить? - Никак, думаю, теперь вы сможете видеться чаще, - Лакусу, в самом деле, ничего не требовалось от этой девушки. Да и привел он ее не садами-огородами, тайно проведя в свой особняк, опасаясь получить за это по шее, а вполне себе открыто и по прямому, можно сказать, приказу Седьмого прародителя. - На сегодня я оставлю вас двоих, думаю, вам о многом хочется поговорить, - вампир направился к выходу из комнаты. - Если что, то я скажу ее отцу, что она тут, и он завтра заберет ее, - с этими словами на губы сама собой легла хитрая усмешка. Ведь это знание - прекрасный повод взять и немного поддеть Кроули. - Что? - Ичиносе, направившаяся уже, было, к кровати, словно воздухом поперхнулась и резко развернулась к вампиру лицом. - Он здесь? Ты знаешь кто это? - темноволосая, услышав про отца Мегуми и то, что он ее заберет, снова заволновалась, ведь они с ней только встретились! - Я ее не отдам, - в глазах Ясуми сверкнула решимость, да, она знала, что против вампиров-аристократов ей не выстоять, но готова была жизнь отдать, чтобы маленького и так побитого жизнью дампира не трогали. - Костьми лягу, но не отдам. Мало ли, что он захочет с ней сделать, у девочки и так из-за опытов психика нарушена. Лакус внимательно смотрел на то, как Ичиносе готова буквально перегрызть глотку каждому, кто посмеет приблизиться к этой красноволосой девочке. Но он тут не указ, к тому, же еще не факт, что и сам дампир захочет все время быть тут, хотя этого он не мог сказать на все сто процентов. - Да, я теперь знаю, кто ее отец. Но ей, похоже, об этом не говорили, так что и тебе знать об этом не стоит. Думаю, ужин ты приготовишь в другой раз, а я пошел, разберусь насчет еды для вас обеих, - почти стоя у дверей, вампир на миг обернулся, чтобы кое-что уточнить. - Я так понимаю, опять что-нибудь мясного и сладкого? - на губах появилась мягкая улыбка. - А... - темноволосая похлопала ресницами, застыв с немного изумленным выражением лица, ведь девушка только сейчас поняла, что вампир много раз приносил ей именно то, что ей нравилось больше всего. - Видно, ты давно это понял. Что ж, если можешь, то принеси, пожалуйста, Мегуми всегда любила сладкое и будет рада, когда очнется, - Ясуми, пока говорила, с доброй улыбкой подошла к вампиру и, подтянувшись на носочках, быстро поцеловала парня в щеку. Пока он соображал, что произошло, Ичиносе вытолкала его за дверь и вернулась обратно к кровати, присев рядом с красноволосой девушкой. Во сне Мегуми всегда выглядела особенно беззащитной и уязвимой. Поправив выбившийся локон алых, как сама кровь, волос, брюнетка накрыла свою подопечную покрывалом и положила ей под голову одну из подушек, чтобы той было удобнее. После чего терпеливо стала ожидать, когда девочка проснется, обычно, после принятия крови, это происходило очень быстро. Вот и в этот раз не прошло и получаса, как Кэед сонно заворочалась, с неохотой открыв серые глаза. Боли не было, наоборот, во всем теле ощущалась какая-то легкость и прилив сил. - Ясуми... - девушка улыбнулась, заметив, сидящую у нее в ногах подругу, после чего подползла чуть ближе, обнимая ее за плечи и едва не мурча от радости. - Мелкая, опять ты успела влипнуть в историю, - ворчливо буркнула темноволосая, улыбнувшись и уткнувшись своим носом в висок девушки, крепко обнимая ее в ответ, будто не веря, что она сидит тут, живая и здоровая. Еще пару часов назад Ясуми и не предполагала, что ей все же удастся встретиться с ней, обнять и оставить у себя, пусть и ненадолго, всего лишь на ночь, но есть шанс, что им разрешат видеться теперь чаще. - Как себя чувствуешь? И что помнишь? - продолжая прижимать маленького дампира к своей груди, девушка решила первым делом выяснить ее состояние. - Ты не голодная? - Помню все, и я немного голодная, - Мегуми приложила ладошку к своему животу, который пока еще не урчал, но чувство того, что было бы неплохо перекусить, имелось. - Знаешь, Ясуми, я тут столько мяса съела, сколько за всю свою жизнь не ела! И все так хорошо ко мне относятся, особенно Кроули и его горничные! - в серых глазах сиял самый натуральный восторг. Да и в целом девушка выглядела счастливой и явно не такой, как это было бы, если бы над ней вздумали ставить опыты. - Ясно, - темноволосая снова улыбнулась и облегченно выдохнула, узнав, что к ее подруге хорошо относились, да и девушка выглядела явно не замученной, скорее наоборот, лучилась счастьем, только есть хотела, что в принципе было всегда после использования ею вампирской силы. - А насчет еды... Тот вампир… Не помню, как его звать по имени… В общем, он сказал, что позаботится об ужине, - рука Ясуми сама собой потянулась к красной макушке подруги и мягко, ласково погладила ее по волосам. - Вот бы мясо было... - мечтательно протянула Кэед, чувствуя, как рот заполняется голодной слюной. Но у нее тоже были свои вопросы, которые она хотела бы задать. - А тот вампир тебя не обижает? Я его сегодня в битве так прибить хотела, но Батори, сказал, что если он умрет, то умрешь и ты. А почему? Он тебя тут в заложниках держит? Издевается над тобой? Или непристойности творит? - Что? - на последнем вопросе Ясуми тихо хихикнула, поражаясь, что в головке Мегуми вообще такие мысли могли возникнуть. - Он меня не трогает, только кровь мою пьет, потому что зависим от нее, - сказав это, темноволосая вспомнила про ту самую книжку, что ей принес Фелид, когда нагрянул к ней в гости, и вытащила ее из-под подушки, куда засунула, когда читала в последний раз. - Знаешь, у вампиров есть одна легенда, которая оказалась правдой и под действие которой мы с этим вампиром попали. Теперь вот оба мучаемся, - Ичиносе решила умолчать о том, что поначалу она сопротивлялась этому парню, из-за чего на ее теле появлялись не только точечные следы от укусов, но и синяки после драк, решив этим не волновать Мегуми, ведь сейчас они вроде как заключили мир. - Да? А что за легенда? - девушка перевернулась на живот, болтая ногами в воздухе, ощущая жгучее любопытство. Мегуми было интересно, что это за легенда такая, из-за которой вампир начал воспринимать человека не как скот, а как что-то равное ему, да и Ясуми в жизни бы добровольно не стала нормально общаться с кровососом. Так что красноволосая активно качала ногами, не сводя с подруги заинтересованного взгляда. - Что-то вроде французской сказки про красавицу и чудовище, только на вампирский лад, - Ясуми улыбнулась, посмотрев на подругу и наконец-то почувствовав себя спокойно. В душе понемногу разливалось тепло, словно не было всего того, через что каждой из них пришлось пройти, будучи то порознь, то вместе. - Начинается с того, что злобное чудовище, когда-то бывшее человеком, но растерявшее все, что было в нем доброго, терроризировало людей, каждую ночь отлавливая свою жертву и выпивая всю ее кровь. И вот однажды он напал на местную самую обычную девушку и убил бы и ее, но бедняжку спас отец, которого чудовище утащило в свое логово. И суть легенды в том, что когда-то этот монстр был проклят самой судьбой, которая начертала ему встречу со своим Избранным, что изменит его в лучшую сторону. Но судьбе нужно было как-то привязать упрямое чудовище к нему, тем самым заодно дав ему знак свыше при встрече с этим человеком, поэтому монстр, испив крови Избранного, становится от нее зависим и не может больше пить ничью другую, а сам избранный... - Ичиносе вздохнула, не зная, стоит ли говорить Мегуми о ее ощущениях, и если говорить, то какие слова подобрать. - В общем, та девушка, в конечном счете, влюбилась в чудовище. - Э-э? - Мегуми даже ногами перестала качать в воздухе, во все глаза смотря на свою подругу и чувствуя, как отвисает челюсть, причем, самым некультурным образом. - П-подожди... - в голове не укладывалось, что Ясуми в конечном итоге может взять и влюбиться в этого вампира. - То есть... По легенде ты должна влюбиться в того парня? - девушка запустила пальцы в волосы и несильно сжала их, после чего уткнулась носом в одеяло, ей казалось, что мозг сейчас закипит, а голова и вовсе взорвется. - Получается, что так и должно случиться, если легенда не врет. Ну а в том, что она не врет, мы с ним уже убедились, - вздохнула темноволосая, которая сама все еще не могла принять этот факт, поэтому каждый раз перечитывала эту книжку, когда оставалась одна, в поисках хоть какой-нибудь зацепки или надежды, что конец можно поменять. Но, увы, девушка чувствовала на себе именно такое влияние проклятия. - Так и живем. Он зависим от меня, а я от него. Убей одного, и другой сам зачахнет. - Я тоже так хочу... - Мегуми подняла глаза на подругу. Ведь и она хотела в конечном итоге взять и найти того, кого сможет полюбить всем своим сердцем, по-настоящему полюбить. Но ради проверки и поиска кусать всех и каждого не хотелось, так что девушка была уверена в том, что никогда не найдет своего избранного. Да и, в конце концов, может на дампира эта легенда и не распространяется. - И где там этот вампир с едой? Я сейчас от голода помру... - жалобно и даже несколько капризно проныла красноволосая, изображая маленького ребенка. И словно в подтверждение ее словам дверь открылась, и в комнату вошел Лакус, упрямо толкая перед собой тележку на колесиках, оба яруса которой просто ломились от всевозможных блюд. Переведя взгляд со своей подруги, мило надувшей губы, на вампира, появившегося, словно по ее велению даже не с подносом, а с целой тележкой еды, Ясуми понадеялась, что он не стоял некоторое время под дверью и не слышал ничего из их разговора. Но ее порадовало то, что этот парень, как и обещал, принес побольше мясного и сладкого, как раз того, что очень нравилось Мегуми и на что она смотрела, чуть ли не капая слюной от голода. - Ты очень вовремя, иначе бы мы сами отправились на кухню, - девушка, улыбнувшись, поднялась, помогла вампиру с тарелками и вручила подруге вилку с ложкой. Мегуми тут же набросилась на мясной суп с большим аппетитом, ведь после призыва вампирской сути есть хотелось просто до ужаса, сама же Ясуми более сдержанно придвинула к себе тарелку с мясным пирогом и, взяв от него кусочек, умильно смотрела на то, как ест красноволосая девушка. - Знаешь, я тоже как бы голодный, - вампир склонился к брюнетке, шепнув эти слова той прямо в ушко, скрытое прядками волос. Лакус очень хотел крови, ведь вчера он ее так и не испил, а сегодня еще и в драке с этим дампиром порядком потерял. - Да знаю я, что ты голодный, - вздохнула Ичиносе, бегая взглядом по комнате и пытаясь быстро найти решение этой проблемы, ведь не прямо же при Мегуми ей подставлять свою шею этому вампиру, у бедняжки же после увиденного кусок в горло не полезет. Взгляд Ясуми наткнулся на дверь в ванную, что показалось ей выходом из ситуации, и, отложив взятый кусок пирога обратно, она поднялась и пошла именно туда, поманив пальцем вампира за собой. - Мегуми, я сейчас вернусь, - сказав это, чтобы подруга не начала волноваться, девушка скрылась за дверью, развязывая шнурки плаща, что скрывал собой ужасно короткие шорты, которые повергли темноволосую в культурный шок при примерке. Уже привычным движением она расстегнула несколько пуговиц на кителе и рубашке и отогнула ворот, открывая вампиру шею и ключицы, одну из которых перекрывал конец шрама. Лакус прикрыл глаза от удовольствия, скользнув языком по теплой коже, под которой бешено билась венка. Вампира едва не трясло от предвкушения, как же хотелось сейчас вот и немедленно вонзить свои клыки, чтобы, наконец, ощутить этот будоражащий, ласкающий язык вкус несравненной крови. Любимой крови. Тонкие клыки аккуратно, стараясь не причинять боли, вонзились в шею девушки, высасывая солоноватую жидкость, сильнее прижимая губы к месту укуса, и пусть останется засос, главное - не пролить и капли. Вельт невольно застонал, когда горячая жидкость скользнула по горлу, разливая огромный калейдоскоп невероятных ощущений. Девушка в очередной раз за сегодня покрылась краской смущения, услышав снова стон вампира, которому ее кровь была явно, как коту сметана, если не сама валерьянка, неловкости к ситуации прибавлял и тот факт, что в соседней комнате находилась Мегуми, а он тут что вытворяет? - А ты не мог бы посдержаннее? - наконец, заговорила Ясуми, совсем несильно ударив парня своим кулачком по груди, чтобы он к ней прислушался. Ей было дико неловко и в прошлый раз, когда она позволила себя укусить, а сейчас, зная, что ее подруга не услышала только в том случае, если у нее за ушами от еды не трещит, ей было еще и стыдно. - Дверь-то картонная, а если Мегуми услышит твои стоны? Подумает еще чего... Она и так тут предполагала недавно, что ты непристойности творишь со мной. Лакус с неохотой отстранился от девушки, облизнув губы, собрав с них остатки крови. В глазах вампира появилась явная сытость и безмятежность, вид у парня действительно был как у кота, который нализался краденой сметаны, сливок и вылакал бутылку валерьянки. - Ничего страшного, она уже не маленькая девочка, - напоследок слизав остатки крови языком, Вельт залечил рану, привычно прокусив себе палец. - А-а? То есть тебя это нисколечко не смущает? - возмутилась Ичиносе, на что получила отрицательный ответ и поспешила накинуть обратно на себя плащ, скрывающий ее новую форму. - Все равно нечего мне тут ребенка развращать, - безобидно ворчала темноволосая, по-быстрому застегивая пуговицы кителя и завязывая шнурки. Закрыв волосами шею, девушка подошла к двери, и уже, было, повернула ручку двери, как произнесла, - Скажи хоть, как тебя зовут, а то я не запомнила, когда ты там что-то про хозяина говорил. А то, чую я, жить рядом нам еще долго, а я даже имени твоего не знаю. - Лакус, Лакус Вельт, - вампир знал, что девушка не запомнила его имени. Благо, ее подружка так часто называла ее, что грех было бы не запомнить, ведь сама Ясуми еще ни разу не называла своего имени. - А сейчас мне пора. Да и не хочу вам двоим мешать, - с этими словами аристократ вышел из ванной, а затем и из комнаты.