Позови меня по имени

Система Илум, 32 ПБЯ На этот раз в их распоряжении был целый день, что выглядело настоящим подарком судьбы. Получив по закрытому каналу коды доступа, Кайло отправился в каюту Хакса, как только прибыл на «Абсолюшн» — он решил дождаться прибытия полковника на его территории. Кайло горел нетерпением, ведь последний раз они виделись с Хаксом три месяца назад. И честно говоря, двухчасовое свидание в порту в ожидании пересадки на следующий корабль свиданием можно было назвать только с большой натяжкой. Так, быстрый обмен привычными колкостями, тесный кабинет в административном блоке, откуда под давлением угроз и своего звания Хакс выгнал диспетчера, и жадная дрочка, ради которой они даже не потрудились раздеться. А потом были несколько минут блаженной тишины, когда оба тяжело дышали в шею друг друга и прислушивались к ощущению, как время растворяется в каплях пота, стекающих под воротник. Этого было меньше, чем недостаточно. Но они оба были так заняты, и им так редко удавалось встретиться, что они не могли отказываться даже от такой малости. Проект СБ-12, он же мобильная боевая база «Старкиллер», главная надежда и козырь в рукаве Первого ордена, вступил в финальную стадию разработки. Поэтому Хакс, как главный куратор проекта, метался по системам и планетам, проводя многочисленные совещания, проверки, приёмку работ и крифф ещё знает какие собрания. Самому Кайло приходилось всё чаще выполнять поручения Верховного лидера в пределах Внешнего и Внутреннего кольца, готовя плацдарм для будущих действий. Вот-вот должно было состояться торжественное и, согласно замыслу Сноука, ужасающее явление Первого ордена перед лицом ничего не подозревающей Новой республики, поэтому весь Орден, а также рыцари Рен работали не покладая рук. Короткий сигнал оповестил о том, что путь в каюту открыт, и Кайло быстро зашёл внутрь. Хакс, конечно, позаботился о том, чтобы записи с камер наблюдения транслировали пустой коридор, но никто не гарантировал, что из-за угла не появится патруль штурмовиков или какой-нибудь офицер, который наверняка обратит внимание на то, что магистр ордена Рен почему-то беспрепятственно заходит в каюту полковника Хакса. Пусть их отношения длились вот уже четыре года, оба пришли к выводу, что огласка им ни к чему. Каюта на «Абсолюшне», как однажды вскользь упомянул Хакс, досталась ему в наследство от отца. Именно поэтому он переделал в ней всё, что мог переделать — начиная от системы кондиционирования и заканчивая панелями на потолке освежителя. В итоге помещение выглядело безупречно стильным, но строгим и холодным, а о серебристую отделку мебели, казалось, можно было порезаться. Но Кайло знал, что тут и там в этой каюте встречаются вещи, которые по-настоящему дороги Хаксу, будь то любимая книга, домашний халат или упаковка острых снеков, припрятанная в мини-баре за бутылкой виски. Одна из таких вещей, непримечательная для постороннего глаза, лежала в спальне на консоли рядом с кроватью. По дороге в освежитель Кайло обратил на неё внимание и не мог не улыбнуться — это был его подарок, сувенир, привезённый с одной из планет Внутреннего кольца. Небольшой продолговатый брусок, напоминающий осколок обсидиана, на самом деле был тэйтемским чёрным янтарём — поделочным камнем, из которого местные племена делали украшения. У него было лишь одно отличительное свойство — от тепла тела чёрный матовый камень словно разгорался изнутри и через некоторое время превращался в яркий оранжевый янтарь. Кайло не смог пройти мимо такого, и когда он преподнёс подарок недоумевающему Хаксу, то не удержался от шутки: — Он как ты, чёрный и твёрдый. Но стоит посильнее сжать в кулаке и как следует согреть, он показывает свою истинную сущность. — Дивная ассоциация, — фыркнул тогда Хакс и небрежно опустил янтарь в карман. Теперь же Кайло видел, что его подарок не пропал зря. В освежителе он провёл совсем немного времени. Он не хотел терять ни минуты из тех нескольких часов, которые они могли провести вместе, поэтому когда сигнал доложил о том, что дверь каюты снова открылась, Кайло уже был готов. Он вышел навстречу Хаксу в одном полотенце, обмотанном вокруг бёдер, и судя по внимательному взгляду, которым тот скользнул по его телу, наряд он выбрал подходящий. — Ну, привет. Заставляешь себя ждать. — Привет. — Хакс снял и повесил в шкаф шинель, а затем и принялся разуваться. Кайло подошёл вплотную. Не в их привычках было бросаться друг другу на шею даже после долгого расставания, но Хакс в этот раз был особенно сдержан. — Как твоё повышение? — Не хочу об этом говорить. — У Сноука просто нет вариантов, — пробормотал Кайло, беря в руки вечно зябнущие ладони Хакса и начиная разминать запястья, — ты фактически в одиночку отвечаешь за «Старкиллер». Тот вздохнул: — Кайло… — Считай, генеральские нашивки уже красуются на твоём рукаве — в Первом ордене мало кто заслужил это звание так же, как ты. Поэтому скоро уже… — Кайло, — прервал его Хакс. — Что? Кайло поднял голову и успел на мгновение поймать странный, отдающий отчаянием взгляд светлых глаз. — Заткнись, — припечатал Хакс. — Во имя Бездны, просто заткнись. И он подался вперёд, захватывая поцелуем рот Кайло. Хакс был требовательным, порой откровенно властным любовником. Но иногда на него находила непривычная, пугающая своей глубиной нежность, которую Кайло за все эти годы так и не сумел себе объяснить. Чувствуя, как неторопливо и тщательно Хакс целует его, как прохладные пальцы мягко зарываются во влажные волосы на затылке, Кайло понял, что сегодня у Хакса не было настроения бороться за власть каждым своим движением и вздохом. Хакс целовал его долго и вдумчиво, так, будто пытался заново узнать — или запомнить — каждое ощущение, каждую молекулу тела. Кайло тем временем раздевал его, не дёргая ремень как обычно, не вытряхивая худое жилистое тело из кителя, который, казалось, второй кожей прирос к Хаксу, не оставляя следов на каждом открывающемся участке тела — нет, сегодня всё было иначе. Более чувственно и более откровенно. Поэтому в глубине души Кайло всколыхнулась неясная тревога. — Хакс, — тихо позвал он, поглаживая пальцами талию. — Всё в порядке? — М-м? — Хакс выдохнул и размашисто провёл языком по его ключице. — Почему ты спрашиваешь? — Ты странный… В смысле, ты более странный, чем обычно. — Я думал, тебя давно это не пугает. — Меня это никогда не пугало, — проворчал Кайло, расстёгивая ширинку на чужих брюках и ныряя ладонью под эластичную ткань трусов. — С тех самых пор, как ты пытался угрожать мне снайперами в том пруду на Матуе. Хакс коротко хохотнул, а потом застонал, когда Кайло накрыл ладонью его встающий член, одновременно стискивая второй рукой всё ещё обтянутую форменным сукном задницу. Он провёл ребром ладони между ягодиц и, сжав член в кулаке, несколько раз провёл по нему рукой. И спустя пару минут этих бесхитростных ласк Хакс не выдержал — сам стянул вниз брюки и бельё, а затем переступил через них, оставшись наконец полностью обнажённым. Кайло, ненадолго отстранившийся, чтобы позволить Хаксу раздеться, тут же обнял его, прижимая к себе ещё ближе. Он гладил ладонями спину, скользил пальцами по выступающим позвонкам, пощипывал чувствительные соски и не прекращал целовать Хакса. Почувствовав, как согрелась кожа под его прикосновениями, он коснулся впалой щеки и спросил: — Как ты хочешь сегодня? — Так, — Хакс выдохнул и скользнул коленом вдоль его бедра. Кайло тихо зарычал, крепко обнимая податливое тело и чувствуя, как дрожат натянутые мышцы ног. Он вновь поцеловал Хакса, а затем, подхватив одной рукой под колено, а второй за талию, быстро повернулся и вжал его в стену. Жар начал разливаться по телу, поцелуи стали жёстче, смазаннее. Они тёрлись друг о друга, как подростки, впервые пытающиеся получить удовольствие. С новым толчком бёдер полностью вставший член Кайло скользнул между ягодиц Хакса и они оба застонали. Было так хорошо — так понятно, привычно и правильно. Навалившись на Хакса и сильнее прижав его к стене, Кайло высвободил одну руку и потянулся вниз. Тот насколько мог выгнулся, задирая бёдра выше, и Кайло нащупал горячую скользкую кожу. — Ты уже?.. — Очевидно, да. Хакс зажмурился, когда Кайло осторожно обвёл пальцем растянутые мышцы, а затем уверенно скользнул внутрь. Он не стал тянуть — Хакс подготовился, а значит ждал, чтобы Кайло скорее приступил к делу, — поэтому сразу двинул двумя пальцами, так, как любил Хакс, сильно, резко, глубоко. Вскоре они стонали уже оба, а воздух в каюте, недавно казавшийся прохладным, теперь лип испариной к коже. Почувствовав, что ещё немного, и он совсем сорвётся, Кайло вынул липкие от смазки пальцы и подхватил Хакса под колени. — Держись за меня, — попросил он, и Хакс закусил губу, заглушая короткий всхлип. Он обнял его руками и ногами, зарылся носом в шею и, казалось, не дышал всё то короткое время, которое потребовалось Кайло, чтобы дойти до спальни. Слишком сильно сцепившись друг с другом, они неловко упали на кровать. Кайло смазанно поцеловал белое плечо и уже хотел развернуть Хакса спиной к себе — такая поза была тому по вкусу, — но он вдруг остановил его. — Нет, — лишённый привычного безупречного фасада Хакс, как всегда, казался моложе и откровеннее. — Хочу тебя видеть. Кайло не мог противиться такой просьбе. — Я здесь, — он поцеловал гладковыбритый подбородок. — Всегда здесь. Я никуда не денусь. После чего вслепую нашарил флакон смазки, который заранее бросил на кровать, и, смазав член, плавным движением вошёл в давно ждущее его тело. Кайло захлёстывали эмоции — жаркое, густое, бурлящее точно лава вожделение и звенящая на грани понимания тревога. Всё вместе заставляло воспринимать происходящее ещё острее и чётче, делая удовольствие почти невыносимым. Он закинул ноги Хакса себе на плечи и двигался глубоко, мощно и почти безжалостно. Но Хакс, который обычно не слишком любил грубость, на этот раз словно ничего не замечал. Он иногда жмурился и давился короткими стонами, но всё остальное время неотрывно смотрел на Кайло. И этот его взгляд — пристальный, пронизывающий, болезненно нежный — пугал и возбуждал Кайло в равной степени. «Что-то случилось, что… случилось… что-то», — обрывочно стучало в его голове, но он не мог остановиться. Разрядка накатывала неумолимой волной, и он почти упустил момент, когда Хакс часто задышал и потянулся рукой вниз. — Нет, дай! Я сам, — прохрипел Кайло и стиснул влажный, напряжённый, готовый излиться член Хакса в своей ладони. Отчаянно двигая кулаком и бёдрами, он заворожённо наблюдал за оргазмом Хакса. Тот вскинул руки, вцепился изо всех сил в простыни и, выгнувшись, кончил с протяжным стоном, больше похожим на плач. Кайло окончательно перестал контролировать свои движения. Глядя на то, как Хакс не может отдышаться, на его мокрые ресницы и полуоткрытый влажный рот, Кайло потерялся где-то между наслаждением и мукой. Он застонал. — Давай, — едва слышно произнёс Хакс и так сильно стиснул Кайло в себе, что тот, спустя несколько отчаянных толчков, обрушился в оргазм следом за Хаксом. Это было почти больно — удовольствие и что-то, чему Кайло так и не нашёл названия, огнём прошлось вдоль нервов. Он даже не мог застонать: лишь загнанно дышал и отчаянно цеплялся за Хакса, который всё ещё вздрагивал под ним от перевозбуждения. Было ощущение, что этот секс из них обоих чуть душу не вынул. Вслушиваясь в наступившую тишину, Кайло вспомнил, что его мучил какой-то вопрос, но в голове царила блаженная, всеобъемлющая пустота. — Что?.. — едва пошевелил он языком. — Тш-ш, — Хакс провёл пальцами по его мокрому лбу и легко поцеловал в скулу. — Потом, всё потом. Выпусти меня. Кайло заворчал, неохотно перекатываясь на бок, чтобы не давить всем своим весом на Хакса. Тот хотел подняться, чтобы пойти в освежитель, но Кайло схватил его за руку, опрокинул обратно на постель и уткнулся носом в затылок. — Пожалуйста, останься. Хакс крупно вздрогнул. — Потом сходишь в душ. Давай полежим. — Я… — Ты же говорил, что у нас целый день. — Говорил. — Так не торопись, у нас ещё есть время. Давай отдохнём, — Кайло сам не заметил, как перешёл на просительные интонации. — Потом трахни меня. Мы отоспимся, позавтракаем и у нас ещё останется несколько часов. — Кайло… Он не видел лица Хакса, но по тому, как вздрогнула его грудь под рукой, понял, что у него перехватило дыхание. — Пожалуйста, — что-то неназванное грозило поглотить его, и Кайло не хотел, не представлял, как можно сейчас остаться в одиночестве, — пожалуйста, Хакс. Тот замер, а потом медленно выдохнул. — Хорошо, — он погладил обнимающую его руку, — хорошо, ты прав. У нас ещё есть время. Кайло удовлетворённо вздохнул и прижался к Хаксу теснее. Они лежали и лениво целовались, пока последняя сказанная фраза медленно растворялась в воздухе, и тогда Кайло ещё верил, что это правда.