Сказания пепла и пламени

Седлая коня, Чарльз чувствовал, что ни его друзья, ни наставники, ни спутники — никто не был уверен в этой затее, что бы они ни говорили ему в дорогу. От одного только Эрика веяло ледяным спокойствием. Порой казалось, что его сознание вовсе не здесь, а рядом ходит пустая оболочка. И, глядя на то, как он седлает своего келпи, Чарльз понимал опасения Логана на его счет. Если обычные кони стали в магических землях такими монстрами, то отчего он думает, что простые маги останутся такими же, какими он привык их видеть в родных землях? Пусть его глаза не покрыты молочной пеленой, кожа не влажная от воды, он не ел сырого мяса, но все это лишь внешние факторы. Келпи просто животное. Как хорошо владеют магией те создания, что вечно жили в ней? — Тебе удалось что-то из него вытянуть? Может, уловил что-то странное? — тихо спросил Логан, подъехав к Чарльзу. — Нет, — ответил Чарльз, не сводя взгляда с Эрика, а тот уже махал им рукой, чтобы они ехали за ним. — Что ж, будем надеяться, что твое первое впечатление нас не подведет. Не хотелось бы погибнуть из-за такого надменного урода, — проворчал Логан. Когда они выезжали, солнце медленно клонилось к закату, а небо заливалось золотым и багряным цветом, тяжелым покровом нависая над землей. Где-то высоко в небе кружили перепуганные вороны, крича тревожными голосами, словно пытаясь донести до людей то, что они видят там, вдалеке, на темнеющем горизонте. Тени. Люди. Воины. Они мрачной массой, неразборчивыми образами ползли к горам, в которых скрывалась захваченная существами крепость. А от ее стен неслись прочь три тени всадников, стремясь к поросшему травой тракту, ведущему к узкой дорожке, единственной, по которой можно было въехать на возвышающиеся над остальным миром магические земли. Они ехали по сужающейся дороге, мимо руин некогда огромных ворот, что надежно запечатывали проезд, защищая всех от того, что скрывалось на магическом плато. В сгущающихся сумерках и на быстром ходу никому из них не хватило бы времени, чтобы остановиться и полюбоваться обломками величественного прежде сооружения, камни которого теперь покрылись мхом, а высеченные на стенах гравюры былых магических сражений рассыпались на сотни фрагментов. И не было того, в ком оказалась бы сила и желание объединить их воедино и увидеть историю давно минувших лет и предостережения о том, что стерлось из летописей людей, утративших искру магии и потерявших доступ к той силе, что дремала с создания мира в темных лесах.

***

Холодные волны разбивались о каменистый берег и омывали прочный причал. Огромные фрегаты величественно возвышались над дикой водой, мягко покачиваясь в объятиях тревожной стихии. Вдоль причала стояла королевская стража — прибыла целая делегация, чтобы встретить именитых гостей. Кто-то стоял смирно, но другие не могли сдержать восхищенных взглядов и смотрели на невиданные корабли из ледяных земель словно дети, впервые увидевшие магические вспышки в небе. — Как они делают это без магии? — спросил один из стражников у стоявшего рядом друга, заметив, что тот тоже смотрит на корабли. Все суда на причале, какими бы громадными ни казались прежде, рядом с этими выглядели жалкими деревянными посудинами. Даже в сгущающейся тьме ночи корабли карликов отливали серебристым блеском стали, а по бортам виднелись смертоносные отверстия, где было установлено их оружие, способное поспорить по силе с огненными проклятьями местных магов. Борт «Северного льва», на котором прибыл король Траск, был украшен огромным снежным монстром с косматой гривой, оскаленной пастью и льдистыми, прозрачными, словно сделанными из стекла или хрусталя, когтями. — Меня больше волнует, почему этим низкорослым нужны такие огромные корабли, — ответил второй стражник и тут же замолк, потому что между их рядами прошла юная королева Мойра, чтобы лично встретить гостей с далекого севера, которые уже спускались по трапу. Мойра плавно подошла к гостям и грациозно поклонилась. — Приветствую вас, миледи, — Траск ухмыльнулся королеве, но тоже поклонился. Его свита выглядела настороженной и усталой. — Приветствую вас в Магаресте. Прошу простить моего мужа, он не смог вас встретить, но мы с радостью примем вас, и завтра он… — Завтра? — перебил ее Траск. — Нет уж, милая, он оторвется от своих крайне важных дел и встретит меня сегодня. Или ты уполномочена вести переговоры от его имени? У вас тут такие порядки? — спросил он, но Мойра сохраняла спокойствие. — Нет, я лишь могу вас встретить. И заверить, что задержка с поставкой была всего-навсего временным затруднением… — Полгода. Мы уже давно решили вопрос с этими вашими магическими кристаллами, и я лично хочу узнать причины сбоев в поставках, — пояснил Траск. — Но от вашей компании я не откажусь, — учтиво согласился он и вместе с Мойрой направился к подготовленному для них экипажу.

***

В земли истока вел только один склон, по которому можно было пробраться пешком или верхом, и даже он перетекал в острые неровные горы, а по краям срывался в обрыв, скрытый густой травой и деревьями. Кони пыхтели, поднимаясь вверх, боязливо фыркали и неохотно продолжали путь в гору. Они чувствовали то, что пока не ощущали их всадники, но еще не были готовы сопротивляться приказам и покорно шли вперед. Их путь начался в напряженной тишине, в которой отчетливо слышался шорох ветра в листве и вскрики ночных птиц. По крайней мере, звучали они как обычные птицы. Чарльз поправил капюшон и внимательно всмотрелся в сгущающуюся тьму, которую неохотно разрезал лунный свет и редкие искорки светлячков, поднимающихся из высокой травы. Он чувствовал легкое покалывание волнения и предвкушения. Столько слухов и легенд ходило об этих местах… Он и не думал, что когда-нибудь его занесет в земли, где родилась сама магия, и теперь в любой момент ждал чего-то… иного. Демона или монстра. Хищной птицы или местных магических существ. Да хотя бы других деревьев. Но все было на удивление обычным. Разве что Логан стал дышать тяжелее, и Чарльз ощутил от него эхо тревоги. — Ты в порядке? — спросил он, чувствуя вязкость во рту от долгого молчания. — Да, только… — Логан тихо зарычал и тряхнул головой, — не пойму, что это за чувство. — Он покосился на луну, но она была еще совсем тонкой. Да и луной ее сложно было назвать — так, тощий месяц. Эрик придержал келпи, чтобы поравняться с Логаном, поставил своего зверя прямо между ним и Чарльзом и хмуро посмотрел на оборотня. — Чего таращишься? — огрызнулся Логан, и Чарльз заметил, что его клыки стали немного длиннее, чем обычно. — Чарльз, ты себя хорошо чувствуешь? — спросил Эрик, но смотреть продолжал на Логана. — Я, да, ничего необычного, — кивнул Чарльз, но стоило Эрику спросить, как он заметил, что покалывание под кожей, которое прежде он считал лишь частью волнения, не спадает уже слишком долго. — Нужно сделать остановку, — распорядился Эрик и первым спешился. — С какой стати? Мы еще даже половины склона не проехали, а судя по твоей карте, основной путь — на вершине плато. Мы просто теряем время, — возмутился Логан. Чарльз тоже не стал спешиваться. — Он прав, Эрик. Нам нельзя так глупо терять время, это не просто конная прогулка. — Он начал реагировать на это место. Значит, скоро и ты начнешь. Я не хочу, чтобы ты сгорел, так и не поднявшись, — сказал Эрик и взял коня Чарльза под уздцы. — Чем выше мы поднимемся, тем сильнее будет влияние источника. Ваши низинные существа здесь с ума от магии сходят. Нужно переждать пару часов, чтобы вы привыкли. Быстрый подъем только навредит, — пояснил Эрик с недовольным видом, и только после этого Чарльз кивнул Логану, и они вместе спешились, хоть Логан сердился и бормотал что-то про потерянное время. — Здесь не опасно? — спросил Чарльз и пошел вместе с Эриком к редкой чаще, где можно было разбить временный лагерь. Логан начал ломать ветки для костра и сминать высокую траву, отчего в воздухе тут же приятно запахло зеленью. — Нет, — отмахнулся Эрик. — Это граница земель. Тут не так много наших живет, даже животные по большей части еще обычные. А вот трава и деревья уже хорошо продаются на ваших рынках. — Эрик с готовностью рассказывал о местности, и Чарльзу показалось, это не из вежливости. И не природная общительность. Нет, хоть Эрик часто скалился в улыбке и охотно все объяснял, Чарльзу показалось, что это потребность. Как у тех, кто провел длительное время в заточении и долго не видел других людей. Как бы сильно он ни ненавидел их прежде, как бы ни презирал общение, сейчас он испытывал по этому чувству голод. Одиночество… Оно сквозило от Эрика все отчетливее. — Что ты делаешь? — вдруг строго спросил Эрик, резко обернувшись к Чарльзу. — Ничего, просто иду за тобой, — тут же ответил тот, но сам напрягся. Эрик… почувствовал? Он уловил, что Чарльз его «читает»? — Не знаю, где ты понабрался этих магических трюков, в каких книгах вычитал и как освоил, но если я еще раз почувствую, как ты пытаешься пролезть мне в голову, то наша сделка отменяется. — Все дружелюбие, которое было в Эрике, разом исчезло, а во взгляде полыхнул настоящий гнев, неудержимая сила, которая пробирала до мурашек. Словно темный вихрь за изумрудной стеной. Такая сила, что у Чарльза перехватило дыхание, а душу окутал липкий страх пополам с… восхищением. Он не мог даже взгляда от Эрика отвести, а тело наполнилось благоговейным возбуждением, как перед видом неистовой стихии. Смертельно опасной и бесконечно чарующей. Дикий рык прервал их, и Эрик обернулся на бегущего на них Логана. Тот выпустил когти и готов был вспороть горло их проводнику. Тело его уже начало меняться, деформироваться и наливаться звериной силой. — Хватит! — приказал Чарльз и встал между ними. — Он тебе угрожал, — прохрипел Логан, которому было сложно воспроизводить человеческую речь с заострившимися клыками. — Все в порядке. Я сам виноват, — миролюбиво сказал Чарльз и внимательно посмотрел на Эрика, ожидая, что тот решит продолжить спор. Эрик промолчал, но выглядел все еще раздраженным. — Ты только слово скажи, — напомнил Логан, хищно глядя в спину Эрика, пока тот что-то выискивал в седельной сумке своего чудовища, которое он использовал вместо коня. — Хватит, Логан. Давай лучше с костром помогу, — Чарльз кивнул на подготовленные поленья и направился к ним, чтобы поджечь. Это было для него таким рутинным и обыденным занятием, что он даже позабыл, что делает это при помощи своих способностей. И осознал, лишь когда искры зажглись на кончиках пальцев и вспыхнули с таким неистовством, что у Чарльза перехватило дыхание. Алое как кровь пламя мгновенно впилось в поленья, и они хищно затрещали, выбрасывая в воздух малиновые искры, а Чарльз торопливо отдернул руку и отшатнулся, удивленно глядя на огонь. — Что за?.. — пробормотал Логан и покосился на Чарльза: — Нам нужен обычный костер. Твоего пламени бездны нам не нужно. — Я… я не хотел, это должно было быть совсем слабое… — Ты с ума сошел?! — Эрик кинулся к костру и попытался его затушить, но пламя только трещало, игнорируя все попытки его затоптать. Даже когда Эрик сложил пальцы в сложный знак и процедил сквозь зубы какое-то заклинание, пламя лишь слегка утихло и медленно, будто неохотно, стало менять кровавый оттенок на более золотистый. — Я говорил тебе не использовать свои способности! — набросился он на Чарльза. — Я не собирался, это должна была быть простая искра для костра, — ответил Чарльз, стараясь скрыть свое беспокойство, и даже не заметил, что инстинктивно сжимает одной рукой другую, накрывает пальцы, боясь, что с них снова сорвется пламя. — Я предупреждал вас об этом месте. То, что у вас простая вспышка или магический фокус, тут будет усилено. Поэтому он похож на ободранного волка, а ты не должен использовать свои силы вовсе! Какие бы дикие существа тут ни жили, думаешь, они не знают, что означает кровавый огонь? — Я тебя понял, а теперь успокойся. Это была вспышка, не более того. И ты сам сказал, что здесь никого нет, — Чарльз не собирался поддаваться на грозный тон Эрика и, вернувшись к костру, уселся на землю. Хоть он и не чувствовал тепла, вид такого кроткого пламени немного успокаивал. А спокойствие ему было нужно. Он все еще сжимал свою руку, пытаясь понять, как все вышло из-под контроля. Он годами учился подавлять в себе пламя и уже так давно не видел кровавого огня, что мог притвориться, что в нем вовсе не живет эта пугающая магия. А тут она сорвалась с цепи так просто. Логан устроился рядом с Чарльзом, стараясь дышать ровно, и отпил из своей фляги, но у него дела обстояли хуже. Уши и шерсть уже проявились, и Эрик обреченно вздохнул, глядя на своих «подопечных». — Тебе лучше обернуться полностью. Так будет проще привыкать, — посоветовал он Логану, но в ответ получил лишь грозный взгляд. Во что он ввязался? Глядя на этого дикого оборотня, который вел себя как сторожевой пес рядом с молодым огненным монстром, видя, как трудно им обоим дается переход в эти земли, Эрик начал подозревать, что все будет куда сложнее, чем простая прогулка по знакомым тропам. Он вернулся к келпи и снова стал рыться в седельной сумке, пытаясь найти нужный ингредиент для ритуала. Раз уж они тут застряли, то нужно отправить весточку в Валатор, предупредить их, что он приведет гостей. Пока он возился с сумкой и проверял место их временной стоянки, Логан успел достать хлеб и вяленое мясо, решив, видимо, подкрепиться, чтобы не тратить время впустую. Чарльз же, казалось, замкнулся в себе — ограничился только водой и сидел, гипнотизируя созданное им пламя. Эрик то и дело косился на него. Нельзя подавать виду, что его это испугало. Он подозревал, что в этом месте у такого существа, как Чарльз, будут проблемы, но теперь опасался, что их прогулка пробудит в нем что-то куда более жуткое. Как оно вообще могло поселиться в нем? Сколько бы Эрик ни смотрел на него, он не видел в нем сущности огня. Чарльз походил на кого-то из рода воздушной магии. Грациозный, спокойный, голубоглазый, осторожный. Даже несколько нежный. Если бы Эрик не знал наверняка, то ни за что бы не поверил. Но он перед ним. В нем нет ни капли вспыльчивости и агрессивности, той кровожадности, что горит в глазах у пиромантов. Но это делало его только интереснее. Эрик так давно не чувствовал этого. Манящее чувство чего-то непознанного, неизведанного, нового. Только бы его не спугнуть. Пробыть с ним достаточно долго, чтобы увидеть другую его сторону. Порождение первого пламени. Что он в себе скрывает? Как сдерживает все это? Эрик чувствовал себя не проводником, а охотником, который медленно подкрадывается к редкой дичи. И сейчас стоит прямо рядом с ней. Он сел возле Чарльза, и Логан, который все же последовал его совету, предупреждающе рыкнул. Огромный. Проклятье. Эрик так задумался, что и не заметил, как охранник Чарльза принял свою звериную форму. Косматое чудовище вдвое больше обычного волка. На таком можно ехать верхом. Зачем только они с Чарльзом брали коней? Могли бы спокойно расположиться на спине этой твари. Хотя тогда они провоняли бы его шерстью. — Спокойно, — миролюбиво сказал Эрик, и Чарльз махнул рукой, чтобы Логан успокоился, но тот все же продолжал следить за Эриком недоверчивым взглядом. — Ты усмирил пламя. Как ты это сделал? — спросил Чарльз и с любопытством посмотрел на Эрика. Свет от огня медовым отблеском объял его лицо, делая черты более выразительными, а тени на коже — глубже. — Любой хороший кузнец умеет обращаться с огнем, — ответил Эрик, стараясь выглядеть более дружелюбным, но его ответ не устроил Чарльза, и он по-прежнему смотрел на своего проводника с подозрением. — С обычным — возможно. Но это пламя… Даже у меня редко выходит с ним совладать. Что за заклинание ты использовал? Чарльз старался не выдавать любопытства, но Эрик все равно видел его в глазах Ксавьера и мог его понять. Не феникс, а птенчик. Да он сгорит заживо в собственном пламени, если переволнуется. Неудивительно, что его интересует любой способ, который сможет ему помочь, даже если это будут магические чары. — Одно из стародавних, для укрощения пламени. Его использовали мои предки при ковке металла. Это не похоже на нынешнюю магию. Нет точной формулы. Скорее это что-то среднее между врожденными способностями и людской магией. Я с детства это знаю и уже даже не помню, когда научился этому и как именно. Но главное — это сработало, — ответил Эрик и увидел недовольство в глазах собеседника. — Как себя чувствуешь? — Нормально. Но хорошо, что мы сделали привал. — Чарльз больше не смотрел на Эрика, сфокусировавшись на своих руках, и теперь и Эрик это заметил. Искры. Они то и дело прорывались сквозь кожу Чарльза, словно по его венам текла не кровь, а золотой свет. Это завораживало и в то же время тревожило. Эрик приготовился, если потребуется, снова усмирить пламя. Вот только это уже не разгоревшаяся искра на поленьях, и он был совсем не уверен, сработает ли это, если будет иметь дело с огненной птицей. — Я справлюсь, — заверил его Чарльз и, сжав руки в кулаки, попытался спрятать их в длинных рукавах своей накидки. — Мне не впервой. Просто тут это несколько иначе, — он хмурился, но говорил уверенно. Однако Эрику его уверенности было мало. — Мы не отправимся дальше, пока ты точно не будешь знать, что совладаешь с этим, — сразу предупредил он, и Чарльз только кивнул. Видимо, говорить ему было сложно — так он был сосредоточен на своих способностях. На огненном монстре, что был заперт в его теле, как в клетке. Хищнике, что пожирал его изнутри. Взгляд Эрика скользнул по шраму, уродовавшему лицо Чарльза. Этот ожог не давал ему покоя, но Чарльз уже дал понять, что не хочет это обсуждать. Эрик вздохнул и расчистил от травы небольшой участок земли перед собой, затем подобрал веточку и начал чертить знаки вокруг неровного круга под заинтересованным взглядом Чарльза. Эрик делал вид, что не замечает его, а сам не мог отделаться от мысли, что сейчас он, словно дешевый ярмарочный маг, готовит свои фокусы и ждет аплодисментов и восхищенных взглядов. С этим чувством он положил в центр фигуры маленький птичий череп, а затем взмахнул рукой. Символы загорелись темным огнем и, обратившись в дым, ринулись к черепу и соткались вокруг него в дымчатое тело ворона, на голове которого открылась россыпь красных глазок. Чарльз охнул и слегка отодвинулся, пораженно глядя на маленькое существо, а Логан подскочил и ринулся на птицу, но Эрик только махнул на оборотня рукой и, достав пергамент, начал на нем писать. — Что это? — спросил Чарльз. Эрик только и ждал этого вопроса. Он почти ненавидел себя за то, как ему нравилось выделываться перед Ксавьером, но ничего не мог с этим поделать. — Фамильяр, — пояснил он, сворачивая записку в трубочку и перевязывая ее одной из длинных травинок. Но дальше пояснять не стал. По крайней мере, сразу. Хотел насладиться этим взглядом сполна. И только когда Логан рявкнул, норовя откусить Эрику руку, он все же продолжил, взяв птицу и вкладывая записку в ее костлявые лапки: — Это что-то вроде способа общаться здесь. Местных птиц сложно приручить, и они не так надежны, как ваши вороны и голуби, так что друиды придумали это простенькое заклятье. Есть несколько видов пентаграмм, в них сразу указывается место и имя получателя, птица доставит достаточно быстро. — Хорошо, а что и кому ты отправляешь? — уточнил Чарльз, отведя взгляд от дымчатого ворона, и посмотрел на Эрика. — Бараку, верховному друиду Валатора. Предупрежу его, что прибуду в селение к завтрашнему дню вместе со спутниками, — сказал Эрик, но Чарльз протянул руку. — Могу я прочесть? — недоверчиво попросил он, а Эрик замер, глядя на его ладонь. В густых сумерках его кожа так и искрилась от пламени, что бушевал в его крови, и Эрик был почти уверен, что пергамент сгорит, едва голубоглазый феникс его коснется. И потому он кивнул и раскрыл пергамент, но давать в руки Чарльзу не стал, а просто поднес его так, чтобы тот мог прочесть. Чарльз смущенно потупился, растирая свои руки, чтобы унять искры, и быстро пробежался глазами по короткой записке. Все было так, как сказал Эрик, и он кивнул, разрешая ее отправить, а после достал из кармана мантии пузырек с маслом и принялся смазывать им руки. В воздухе расплылся едкий, но приятный запах трав, а дымчатая птица с пронзительным вскриком поднялась в небо и исчезла в темноте. Эрик проводил ее взглядом и снова уставился в огонь, хотя то и дело косился на Чарльза. — Ты читаешь чувства, — наконец сказал он, чтобы продолжить их неровную беседу, но Чарльзу это не очень понравилось. В его взгляде так и читалось, что стоит Эрику осудить его за способности, то он и врезать может. — И что с того? Многие умеют, — с вызовом дернул головой Чарльз. — Те, кто жил взаперти, — уточнил Эрик и протянул Чарльзу кусок вяленого мяса. Логан оскалил косматую морду и тихо зарычал на Эрика, но все же остался лежать на земле. Эрик хмыкнул, радуясь, что оборотень осваивается с местной магией куда тяжелее, чем Чарльз, и сейчас не опаснее уставшей собаки. Но даже в таком состоянии продолжал защищать своего господина. — Я не был рабом, если ты об этом, — неохотно ответил Чарльз и принял угощение. — Я просто хочу понять, с кем имею дело. О твоем роде ходит достаточно слухов. Мне стоит опасаться? — Ты решил узнать это только сейчас? — удивленно спросил Чарльз. — Не стоило ли спросить об этом до того, как мы все решили? — теперь он осуждал, но почему-то Эрику нравился его тон. Словно учитель, отчитывающий нерадивых учеников. — Мне показалось, что ты очень мирный. Но это несвойственно твоему роду, — продолжил Эрик и тоже принялся за ужин. — Мне повезло вырасти в мирном окружении. Это помогает, — размыто ответил Ксавьер и со вздохом кинул Логану еду. Тот довольно подобрал кусок с земли и принялся его жевать. Чарльз поежился, глубоко вдохнул ночной воздух, пропитанный запахом дыма от костра, и перевел взгляд на звездное небо. — Здесь тяжело дышать, — заметил он, вдыхая полной грудью. — Не тяжело, — мотнул головой Эрик и, поправив свой темный плащ, встревоженно посмотрел на Чарльза. Искры огня теперь виднелись и на его лице. Совсем бледные, но казалось, что под его кожей разразилась настоящая буря и он видит разряды золотых молний, просвечивающих вспышками. Это было завораживающее и пугающее зрелище, но лицо Чарльза было спокойным, едва ли не умиротворенным, хоть зрачки и расширенными. — Такие, как ты, должны жить здесь, а не в землях людей. Их воздух пустой, это им сложно дышать. Просто ты еще этого не понял. — Хочешь сказать, что тут наша естественная среда обитания? — с сомнением спросил Чарльз, оглядывая поле с высокой травой, где медленно распускались ночные цветы с призрачным молочным свечением, а от земли начал подниматься туман. — Да, — кивнул Эрик и посмотрел на пасущихся рядом лошадей. Животные не заметили разницы между землями, разве что радовались сочной траве и сторонились келпи, который следил за ними своими белесыми глазами. — И это место правда пригодно для жизни? — задумчиво спросил Чарльз. — Мы здесь живем и не жалуемся, — пожал плечами Эрик и, от нечего делать сорвав один из луноцветов, принялся крутить цветок в руке. — И скажешь, что все слухи о монстрах, которые здесь обитают, — ложь? — Нет, это правда. Но вы же живете там, в своих пустых землях, среди медведей и волков, и почему-то такие монстры для вас в порядке вещей. — А здешние, по-твоему, не опаснее обычного медведя? — Чарльз все еще не верил Эрику и смотрел на него с прищуром, а Эрик всем своим нутром чувствовал мощь, что скрывалась за этим спокойствием. — Может, и опаснее. Но вы тоже не люди, и не копьями одними вам защищаться. — Тогда что случилось с теми собирателями, которых ты привел? Не похоже, чтобы с ними было все в порядке, — напомнил Чарльз, и Эрик поморщился. — Они просто не знали, как с местными обращаться. Да еще пошли через болота, а там… — он прервался и насторожился. Логан тоже поднял голову и навострил широкие уши. Один только Чарльз не обладал достаточно чутким слухом, чтобы услышать шаги тяжелых лап. Логан снова зарычал и даже приподнялся. — Что такое? — Чарльз заозирался по сторонам и подскочил на ноги, заметив массивную тень в тумане. На кончиках его пальцев на мгновение вспыхнуло пламя. — Тихо, все в порядке. Оно не хищное, — успокоил Эрик своих спутников, но, хоть Чарльз и послушал его, Логан все еще стоял в боевой стойке, готовый кинуться на местного зверя. — Да хватит вам, это обычный чащевник, — сказал он и, увидев непонимание на лице Чарльза, добавил: — Это что-то… вроде ваших коров, — не очень уверенно протянул он, потому что с трудом мог представить, как их можно сравнивать. — Только этот зверь из порождений леса. Чарльз снова посмотрел на медленно бредущую вдали тень, и в глазах его загорелось любопытство. — Я… — осторожно начал он и посмотрел на Эрика. — Могу я подойти поближе? Оно не опасно, ты же так сказал, верно? — Да, думаю, можешь, — кивнул Эрик, хотя его удивило подобное желание. Чарльз торопливым шагом направился к тени, и его плащ с шорохом скользнул по примятой траве. Логан издал гулкий рык и бросился за хозяином, а Эрик неохотно направился за ними. — Зеваки, — пробормотал он себе под нос. Чащевник был чуть больше обычной лошади и в несколько раз мощнее. Его тело было соткано из переплетенных шипастых лоз, образовывавших четырехлапого зверя с коротким широким телом и тупой мордой с наростами шипов, похожих на бивни. На месте глаз горели золотистые огоньки, словно внутри черепа роились светлячки. Он тяжело дышал и то и дело издавал низкий гудящий звук, который, хоть и был тихим, умудрялся пробирать до самых костей. Он лишь раз настороженно посмотрел на путников, а затем опустил морду в траву, выискивая себе еду. Чарльз пораженно смотрел на животное, а Логан прижал уши и тихо рычал, но стоял на месте, не зная, нападать или отступать. — Он из травы! — удивленно воскликнул Чарльз. Сейчас он был похож на ребенка, впервые увидевшего магические вспышки на празднике равноденствия. Эрик не смог сдержать улыбку, вновь вспоминая, что перед ним не древний огненный монстр, а всего лишь неоперившийся птенец. — Да. И тут ты еще много таких увидишь. Хотя странно, что он вышел из леса. Они в полях редко появляются, — заметил Эрик и скрестил руки на груди. — Если ты насмотрелся, то лучше вернуться к огню. Не стоит долго оставаться на одном месте. — Но ты же говорил, что тут безопасно, — не согласился Чарльз. — Говорил, — кивнул Эрик, и только теперь заметил, что на боку зверя не хватало нескольких шипов, а некоторые лозы были выжжены до черноты. Словно он пробирался сквозь огонь… — Но лучше не задерживаться. Если вы можете продолжить путь, то надо седлать коней, — Эрик поманил их рукой и направился к костру, возле которого уже топтался его келпи, с шкуры которого тонкими потоками стекала речная вода. — Что-то не так? — спросил Чарльз, нагоняя Эрика. — Не уверен. Но в любом случае лучше быстрее добраться до Валатора. Ты же не хочешь заставлять своих друзей в замке долго ждать? Чарльз кивнул и махнул рукой Логану. Тот, отфыркиваясь, через силу принялся возвращать человеческую форму. В темноте ночи послышался хруст ломающихся костей и его тихое завывание. Но когда Логан обратился и оделся, то выглядел вполне здоровым, только ворчал из-за перепачканной и порванной местами одежды.

***

Джин обложилась книгами и перелистывала страницы, не в состоянии прочитать ни строчки. Она настолько погрузилась в тревожные мысли, что не заметила, как вошла Рейвен. — Ты решила не ложиться? — спросила Рейвен у подопечной Чарльза. Джин вздрогнула, в ее глазах вспыхнул отблеск пламени, но, увидев Рейвен, она успокоилась. — Не могу уснуть, — призналась она, и Рейвен, понимающе кивнув, подошла ближе к креслу, где раньше сидел Чарльз, пытаясь проводить занятия среди их немногочисленной молодежи. — Он скоро вернется. Тебе не стоит о нем тревожиться. — Неужели? — Джин крепче вцепилась в книгу. — Он отправился с незнакомцем в самое опасное место на свете. Мне кажется, я могу волноваться. — Он справится. Ты, может, и не знаешь, но Чарльз хорош не только в чтении книг и письме. Он умеет сражаться, — заверила ее Рейвен и посмотрела на книги, которыми обложилась девочка. — Я не слышала, чтобы он сражался хоть раз, — неохотно произнесла Джин. — Просто он не любит об этом говорить. Но поверь, если будет нужно, он справится с любой угрозой, — заверила ее Рейвен и, чтобы отвлечь Джин, решила сменить тему: — Что за книги? — Они про эру Пламени. Хозяин этого дома, видимо, любил собирать летописи о том времени. Тут, правда, в основном о последних годах. Я нашла всего пару о начале. Вот, — она пролистала книгу, которую держала в руках, показывая Рейвен гравюру, и сама выглядела взволнованной. На страницах красовался феникс — существо, объятое багровым пламенем, по форме похожим на огромную хищную птицу. Фениксу не нужно было оружие — его руки испепеляли врагов одним касанием. Позади него была выжженная земля, усеянная скелетами с почерневшими ошметками обгоревшей плоти, а еще дальше, на горизонте, виднелся дракон, который держал в пасти всадника, закованного в доспехи. — Мило, — усмехнулась Рейвен и забрала из рук Джин книгу, — но тебе не стоит такое читать. Джин послушно отдала книгу, но выглядела потерянной и взволнованной. Она схватила Рейвен за запястье и посмотрела ей в глаза. — Он ведь вернется? Собой, верно? Он там не умрет? — шепотом спросила она. — Конечно. С ним Логан. Он не позволит Чарльзу погибнуть, — заверила ее Рейвен и потянула за собой: — Давай, тебе нужно поспать, а это место для сна не подходит. — Как ты думаешь, — очень тихо спросила Джин, глядя себе под ноги, — если мы с ним поженимся, то сможем это сделать? Возродить наш род? Если будет много таких существ, как в тех книгах, ни один человек больше не посмеет издеваться над нами. Нас не будут запирать и использовать как игрушки. Не посмеют резать для зелий и выкачивать кровь для эликсиров. Если я смогу… вместе с ним… Это же все изменит, да? Рейвен опешила, даже не зная, что ответить, но Джин смотрела на нее с такой надеждой, что просто промолчать тоже было нельзя. — Давай ты это с ним обсудишь, когда он вернется, хорошо? — улыбнулась Рейвен и повела Джин в спальню, размышляя, рассматривал ли Чарльз этот вариант. Джин была почти такой же, как он, и это казалось логично, но он всегда смотрел на нее так же, как на остальных учеников, как на ребенка. Но она росла. Не так уж много существ физически способны выдержать близость с фениксом и не сгореть в процессе. А она определенно смогла бы. Что ж, будет что обсудить с Чарльзом по его возвращении. Хотя, казалось, Джин уже все для себя решила. По крайней мере, она спрашивала об этом с надеждой, а не страхом.

***

Чем глубже они заходили в земли истока — или проклятые земли, как называл их Эрик, — тем сильнее менялась обстановка. Первой начала меняться растительность. Поначалу Чарльз просто замечал красную и черную траву, которая пучками появлялась то тут, то там. Потом у цветов стало все больше шипов, а ягоды на кустах приняли более странные, изогнутые формы. Запах стоял непривычный, свежий и пьянящий, но Эрик предупредил, что им не стоит без подготовки пробовать местные плоды, и на ходу рассказывал Чарльзу, что из них для чего используется. Чарльз был в восторге — он в жизни не видел такое количество редчайших магических ингредиентов и заставил их потратить часть времени привала на сбор ягод и трав, игнорируя слова Эрика о том, что все это можно будет найти в Валаторе. Деревья тоже становились непривычными, хотя Чарльзу сложно было сказать, что с ними не так. Они были толще, с более густой листвой, их стволы часто сплетались, а корни выступали из-под земли, хотя с виду они все еще были обычными. Но, проезжая между ними, Чарльзу казалось, что он чувствует, что за ним наблюдают. Вот только существ они так и не заметили. Разве что им попалась еще пара чащевников, которые бродили среди деревьев, несколько больших птиц где-то высоко в небе, и один раз у реки Логан заметил нимфу. Вернее, это Эрик сказал, что там была нимфа, Логан же утверждал, что нимфы так не пахнут и это скорее какое-то болотное чудище. — Ты только придержи свои рассуждения в их присутствии, — посоветовал Эрик и весело оскалился, видимо, представив последствия. — Что? Здешние нимфы — нежные барышни? — спросил Логан с насмешкой, а Эрик удивленно на него покосился. — Барышни? А что делают нимфы у вас в землях? — Если живут вольно и подальше от людей, то дриады занимаются садоводством, а наяды — рыболовством. Если же попадутся в руки людям… Людей больше интересуют их другие способности, и в лучшем случаи нимфы становятся наложницами. В худшем — их пускают на ингредиенты для духов и приворотных зелий. — Логан больше не усмехался, смотрел на Эрика, как на одного из людских рабовладельцев, и в его взгляде читалось все, что он думал о невежде, который понятия не имел о том, как живется существам в людским мире. — Мне жаль, — сказал Эрик, но в голосе его не слышалось раскаяния, он говорил это лишь из вежливой необходимости. — Но если бы кто-то из людей попробовал провернуть подобное с нашими нимфами, то, скорее всего, удобрял бы землю или питал деревья. Эти леса стоят в основном благодаря их стараниям. А уж нимфам Шепчущего леса лучше вообще не попадаться и обходить их за много миль, — заметил Эрик, и Чарльз удивленно приподнял бровь. — И что они умеют? — спросил он, даже не оскорбившись пренебрежением, с которым Эрик отнесся к судьбе нимф, оставшихся жить за пределами земель истока. — Скажем так, они на «ты» со стихиями, — уклончиво пояснил Эрик и, нахмурившись, посмотрел на деревья, между которыми проходила их широкая тропа. — Что-то не так? — спросил Чарльз, но и сам заметил, что привлекло внимание Эрика. Ветви и земля. Обугленные. Мертвые ветки и спаленная почва то здесь, то там. Чарльз и раньше по дороге видел подобное, но не знал, стоит ли этому придавать значение, ведь он понятия не имел, что является нормальным для этого места. — Их слишком много. — Но ты же говорил, что здесь недалеко живут пироманты. Разве не в порядке вещей, что здесь много что будет подпаленным? — с сомнением спросил Чарльз, и Эрик качнул головой. — Нет. Их не должно быть на этой дороге. Даже близко. И здесь слишком тихо. — Оу, а я думал, что вся местная живность просто не любит чужаков, — попытался разрядить обстановку Чарльз, но сам крепче сжал поводья и заметил, что в венах на руках снова блеснуло золото пламени. — Нет, — стиснув зубы, приказал он сам себе. — Там кто-то есть, — предупредил Логан и весь вытянулся в струну, принюхиваясь, и выпустил когти. Эрик привстал в седле, всматриваясь вдаль, а Чарльзу не оставалось ничего другого, кроме как ждать их решения. — Разведчик, — выдохнул Эрик. — Все в порядке. Это местные, — он махнул рукой, и теперь Чарльз заметил тень в чаще. Она приближалась, и Чарльз пораженно охнул, увидев торчащие, как иглы, ветви из спины незнакомца, тонкие ветвистые рога и обнаженный молочно-белый череп. Он на мгновение испугался существа, что вышло к ним, пока не понял, что все это лишь накидка с пугающим подобием шлема. Но из-за этого было трудно понять, какая у существа комплекция, и распознать его пол. Чарльз даже не заметил, как попытался прочесть намерения незнакомца, но наткнулся лишь на горячую бурю из гнева, волнения, страха и решимости, которая обожгла его мысли так, как ни одно пламя никогда не могло опалить его тело. — Ау, — выдохнул Чарльз, нажав на висок, чтобы унять резкую боль. — Эрик! — раздался хриплый мужской голос. — Все в порядке. Они со мной, я предупреждал Барака, и… — начал было Эрик, но не закончил. Из густого леса, словно из ниоткуда, стали появляться остальные. Их было больше дюжины, и теперь Чарльз увидел у них в руках посохи и луки, и та жгучая смесь чувств стала еще сильнее. — Молох сожри твою душу, где ты был?! — крикнул друид и решительно шагнул вперед. — Эрик, они сейчас взорвутся, — предупредил его Чарльз, подводя коня ближе к Эрику и Логану, но занимать позиции уже не было времени. Их окружили, и ни у кого Чарльз не чувствовал мирных намерений. — Стойте смирно, я разберусь. И придержи свою шавку — он себя переоценивает и не единственный оборотень тут, — распорядился Эрик и спешился. Логан ерзал в седле и был напряжен, как тетива у лучников, затаившихся в тенях деревьев. Чарльз понимал, что Логан сейчас не станет принимать приказы ни от кого. Он на взводе. Это место выводило его из себя, рушило баланс сознания человека и животного. Сейчас он готов был рухнуть в пропасть, и не важно, сможет Эрик уладить ситуацию или нет. — Ш-ш, — выдохнул Чарльз и протянул руку, едва ощутимо касаясь предплечья Логана как раз на том месте, где порвалась его рубашка после прошлого превращения. Он ощутил, как вздрогнул Логан, услышал, как тот стал дышать глубже и медленнее, слегка принюхиваясь, но успокаиваясь. Он ощущал это в его потоке эмоций и знал, что помогает ему в этом, хоть и не очень понимал, как именно ему это удается. — Мы не ищем бойни. Мы пришли за помощью, — напомнил Чарльз. Логан перевел на него взгляд налившихся кровью глаз и с трудом заставил себя кивнуть, но когти не спрятал. Чарльз так сосредоточился на Логане, на попытках унять его, успокоить его разум, что совершенно пропустил мимо ушей все, о чем говорил Эрик с местным жителем, а когда обернулся, то против воли уловил тревогу и сожаление, исходящие от их проводника. Эрик смотрел Чарльзу прямо в глаза, и в этот раз сожаление в его голосе было искренним, а не простой данью вежливости. Чарльз уловил это еще до того, как Эрик открыл рот. — У нас проблемы.