Во сне и наяву

Снег пушистыми хлопьями кружится и падает под ноги. Пронзительно светло. Вокруг только белоснежная пустыня, расстилающаяся в бесконечную даль. Они вдвоём в огромном белом мире. Артур не замечает холода, ему достаточно солнца и тепла от улыбки и искрящихся глаз. Она кутается в пёструю шубку и протягивает к нему руки. Её хочется обнять, прижать к себе, согреть. Но Артур медлит, что-то держит его в напряжении, не даёт расслабиться, поддаться переполняющим чувствам. Красавица, смеясь, качает головой, стряхивая снежинки с белокурых волос, сама делает к нему шаг. Артур не может сопротивляться, он послушно берёт её за руку, идёт за ней, на снегу остаётся дорожка следов из ниоткуда в никуда. Артур счастлив, никаких мыслей, он просто идёт, любуясь своей спутницей. Что-то в этом неправильно, чертовски неправильно, но он подумает об этом утром, когда проснётся. Снежный ковер неожиданно исчезает, теперь под ногами ослепительно сияет ледяная дорожка. Блестящий и чистый, словно зеркальная поверхность, лёд. Артур, осторожно поддерживая девушку, чтобы она не поскользнулась, делает шаг, наклоняет голову. В ледяном зеркале отражается его лицо, аккуратная причёска, костюм, привычный галстук, а рядом, обнимая за талию, и улыбаясь, глядя на него, стоит, как обычно вульгарно-растрёпанный, Имс. Но в реальной жизни Имс никогда бы так не смотрел, с такой нежностью, обжигая теплотой расплавленного золота в глазах. Артур знает, что рядом с ним всё также стоит хрупкая блондинка, но не отводит глаз от отражения имитатора. Лёд под ногами трескается, отражение рассыпается. «Я не гей», — говорит блондинка голосом Имса и толкает Артура в прогалину с холодной водой.       Артур очнулся как от выброса. Его била дрожь, словно и впрямь искупался в ледяной воде. Как бы он посмеялся над самим собой несколько лет назад, например, когда изучал психологию сновидений: как понять проблемы и слабости объекта из его подсознания. Каким бы интересным объектом стал сам Артур, за презрительным равнодушием ко всему, внешним профессионализмом и невозмутимой уверенностью которого скрывался несчастный влюблённый мальчишка, мечтающий о романтических свиданиях и осознающий безнадёжность своих желаний.

* * *

      Пока Кобб путешествовал по Африке, Артур занялся обучением Ариадны. Он уже почти не помнил, какой восторг вызывают первые погружения, первые конструкции, лабиринты, даже проекции. Не то чтобы это стало рутиной, просто управляемые сны настолько вошли в его жизнь, что другой жизни он уже и не представлял. А Ариадна просто светилась от переполнявших её эмоций, работать с ней было легко. Шустрая, сообразительная, и, самое главное, она действительно была увлечена только работой и даже не пыталась строить глазки своему наставнику. Артур не мог понять, огорчает этого его или всё-таки радует. Зато Ариадна очень интересовалась Коббом и с нетерпением ждала его возвращения из Момбасы. Артур тоже ждал этого возвращения, мучительно, тревожно, пытаясь убедить себя, что не боится предстоящей встречи с Имсом. Имс появился вечером следующего дня. Как обычно чрезвычайно самодовольный, в безобразном пиджаке и пёстрой рубашке. «Отвратительно безвкусно», — машинально отметил Артур, едва взглянув на него, но сердце пропустило несколько ударов и затем, когда Имс даже не посмотрел в его сторону, тоскливо сжалось. Имс рассыпался в любезностях перед Ариадной, беседовал с Коббом, с новым химиком Юсуфом и не обращал внимания на Артура. Напрасно он боялся насмешек, презрительных взглядов или серьёзных разговоров, Имсу просто не было до него дела, не о чем волноваться. Ну, помимо того, что Кобб, тоже критически оглядев наряд Имса, сказал Артуру: — Завтра тебе нужно подобрать приличный костюм нашему другу, он, благодаря содействию уважаемого мистера Сайто, немного поработает секрётарем в компании Фишера. Артур невольно усмехнулся, представив Имса угодливым мальчиком на побегушках. Но не успел ничего ответить, натолкнувшись на холодный взгляд. — О, не беспокойся, Доминик, на такой случай у меня припасены некоторые уныло-официальные вещички, и я буду выглядеть не менее чопорным занудой, чем твой координатор, — обернувшись к Коббу, проговорил Имс. — Как знаешь, — ответил Кобб и, не давая Артуру вставить и слова, спросил об успехах Ариадны. Артур, игнорируя Имса и подавляя в себе неуместную гамму чувств, вызванную его словами, принялся хвалить девушку и даже почти успокоился, увидев, как она расцветает в благодарной улыбке. К счастью, ночь прошла без зеркал, блондинок и прочих радостей сновидений. Зато утром Имс в строгом костюме, свежевыбритый и причёсанный на несколько секунд вогнал Артура в ступор. Кто бы мог подумать, что Имс может быть таким привлекательным? Знал ли он сам, что если откажется от своего показного безвкусия, то вполне может стать моделью для какого-нибудь журнала типа «Деловые и успешные мужчины мира»? Артур поспешно отправил эти мысли на задворки сознания, но уже предчувствовал, каким будет отражение в зеркале в следующем персональном кошмаре. Он отвёл взгляд, надеясь, что Имс не заметил его пристального внимания.

* * *

      Операция была не из лёгких, Артур погрузился в работу, стараясь ни на что не отвлекаться, изучал массу материала о компании, о Фишере, о возможных подводных камнях, старался подготовиться как можно лучше, прекрасно осознавая, что невозможно учесть всё и увериться в успехе. Работы хватало всем. Ариадна строила свои лабиринты лучше и лучше, Юсуф превратил выделенную ему часть ангара не меньше чем в лабораторию по производству биологического оружия, Кобб, как обычно, всем недовольный, пытался контролировать всех и сразу. Тем же занимался и мистер Сайто, ни на день не оставляющий без присмотра свой грандиозный проект. Лучший имитатор тоже времени зря не терял, он за несколько дней собрал столько сведений о Браунинге, первом помощнике старика Фишера и о личности самих Фишеров, старшего и младшего, сколько Артур, прямой обязанностью которого сбор этой информации и был, не надеялся собрать и за месяц. Оставалось только завидовать. Впрочем, Артур не завидовал, его переполняли совершенно другие чувства: мучительно хотелось встретить золотистый взгляд, нахальную улыбку. А Имс продолжал его игнорировать. На очередном собрании, которые Кобб устраивал ежедневно, Имс рассказывал о своём пребывании в роле ассистента Браунинга. О возможности подкинуть идею Фишеру-младшему, сымитировав его крёстного. План был превосходным, если всё удастся, если у них получится, помимо обещанного Сайто щедрого гонорара и возвращения Кобба к нормальной жизни, их авторитет на данном поприще возрастёт вдвое. Вряд ли Сайто сумеет долго скрывать свои методы. Хорошие извлекатели — и так штучный товар, а Имс, как видно, хочет и вовсе вознестись до небес. Артуру же сейчас хотелось только одного, глупого и бессмысленного: просто привлечь внимание Имса. Он не мог объяснить, чего добивается. — Имс… И, дождавшись, когда расплавленное золото кошачьих глаз остановится на нём больше чем на секунду, совершенно искренне продолжил: — Я впечатлён. — Твоя снисходительность мне, как всегда, очень льстит, Артур, — язвительно ответил Имс со странной полуулыбкой. — Спасибо. Артур сидел как оплёванный. Ну вот, добился внимания, радуйся. А чего он ждал? Сам виноват, довольствовался бы, что Имс просто молча презирает, а не заявляет прямо, насколько Артур ему противен. На следующий день, Артур старался не замечать Имса и сам предпочёл бы стать невидимкой. Рабочий процесс шёл привычно, Кобб выдвигал предложения, Имс, с виду расслабленный и небрежный, цепко выхватывал самую суть. Артур хотел видеть всю картину целиком, он всё ещё был скептически настроен, слишком уж легко относились к операции все остальные, предполагали, решались рискнуть, полагались на хрупкое «может быть» и «возможно». — Возможно? Нужно что-то получше, чем возможно, — возмутился координатор. — О, спасибо за вклад в общее дело, — насмешливо протянул Имс. Он качался на стуле, поглядывая на Артура с любопытством, будто ожидая чего-то. Разумнее следовало бы проигнорировать выпад, но Артур чувствовал, что он самый здравомыслящий в этой компании помешанных на риске и приключениях, и сердито ответил: — Прости мне желание быть более конкретным. Он хотел было напомнить, что они не в шахматы поиграть собираются, а влезть в голову к отнюдь не рядовому дельцу-толстосуму. Но, полностью развернувшись в его сторону, Имс подмигнул, выбивая почву из-под ног: — Более кокетным? — Более конкретным, — едва не прорычал Артур в ответ. Боже, ну вот, а он ждал, когда же Имс решится напомнить об их последней встрече! — Для внедрения не нужно быть конкретным, — равнодушно прервал перепалку Кобб, то ли он решил заступиться за приятеля, то ли счёл неуместным шутки во время обсуждения дела. Имс криво ухмыльнулся, но больше ничего не сказал, Артур тоже молча уставился в документы. Вечером Артур уже собирался уходить — он снимал неподалёку квартиру, потому что хотел сохранить хоть какое-то подобие нормальной жизни, все остальные, даже Ариадна сутками торчали в этом сером ангаре. Вернее, даже не здесь, а блуждая по сновидениям. Артур, конечно, погружался со всеми в свой черёд, но ночевать предпочитал дома, тем более, что сны ему больше не снились, никаких зеркал и блондинок. Было очень тихо, наверняка все отправились в очередное путешествие под чутким руководством Юсуфа с его чудодейственной смесью. Кобб, скорее всего, проводит душераздирающие беседы с Мол, или ностальгирует по прежней жизни. Ариадна строит очередные перевернутые города. А что, интересно, предпочитает Имс?.. Имс, по-видимому, предпочитал бодрствовать, потому что, когда Артур обернулся, чтобы направиться к выходу, Имс стоял перед ним. Он смотрел на Артура задумчиво и очень внимательно и улыбался странной, немного сумасшедшей улыбкой. — Ну, привет, пупсик. Артур поморщился, задаваясь вопросом, какую новую игру затеял этот тип. — Отвали, Имс. — Ну уж нет! Здесь я могу делать, что хочу. — Имс сделал шаг вперёд. — Да, пожалуйста, только я сначала уйду подальше, — буркнул в ответ Артур. — Я так не думаю. — Имс продолжал улыбаться и, приблизившись ещё, притянул Артура к себе. Сказать, что Артур был удивлён — это ничего не сказать, а Имс, словно делал это тысячи раз, поцеловал его. Артур был настолько растерян и обескуражен, что позволил губам Имса ласкать его губы. Имс целовал его! Сам! Его руки гуляли по спине, такие желанные губы нежно пытались увлечь его в поцелуй. Сон, странный новый кошмар, ну и к чёрту! Артур подался вперёд и сам стал цепляться за плечи Имса, с жаром отвечая на поцелуй. Он закрыл глаза, отрешаясь от этой реальности, только бы не смотреть по сторонам и не увидеть зеркала. Имс стягивал с него пиджак, Артур осознавал, что там, в кармане, лежит тотем, просто протянуть руку и проверить… Но поздно, рука почему-то, выскользнув из рукава, потянулась зарыться во взъерошенные волосы, так не похожие на мягкие белокурые локоны имитации, но более притягательные. Имс, кажется, улыбался не разрывая поцелуя, и пытался расстегнуть пуговицы на его жилете. Вдруг какой-то сдавленный вскрик или даже испуганный писк отвлёк их. Артур повернул голову, всё ещё не отпуская рук, обвивающих шею Имса. В шаге от них стояла шокированная Ариадна, таращилась во все глаза и зажимала рот ладонью. — Простите, — пролепетала она, пятясь назад. — Я не знала. Просто Юсуф просил Имса найти… Казалось, последняя фраза звучала, когда девушка уже скрылась из вида. Артур резко отстранился, подхватил с пола свой пиджак, вытащил из кармана тотем и, уже сжимая кубик в руке, с ужасом посмотрел на Имса. Имс смотрел на него тоже с ужасом, сжимая в руке игральную фишку. — Ты не проекция, — удивлённо проговорил он. — Нет. А ты всё ещё будешь утверждать, что не гей? Артура слегка трясло, мысли путались. Он — проекция Имса? С чего вдруг? И почему Имс отнюдь не прочь целоваться с этой проекцией? Нет, размышлять об этом он был не готов. А Имс ухмылялся, он, кажется, уже взял себя в руки. И когда он успел подойти так близко? — Я решил попробовать. Предлагаю продолжить, пупсик, — промурлыкал он на ухо. — Да пошёл ты! — Артур решительно оттолкнул Имса и, надевая теперь уже помятый пиджак, направился к двери. Эта новая игра тоже совершенно не казалась ему забавной.