Когда-нибудь услышишь

       Утром парни старательно делали вид, будто ничего и не произошло. Будто и не было той пугающей истерики; бессмысленных попыток успокоить, обнять, которые делали лишь хуже; впервые настолько острого чувства собственной немощности из-за невозможности хоть как-то помочь нуждающемуся в этом человеку… Артём всегда считал, что объятия — лучшее лекарство в таких случаях, но Кир вздрагивал от любого прикосновения, вырывался, что-то шептал, а затем и кричал. Если бы только Артём мог услышать его! Тогда он бы наверняка знал, что сработает, после чего станет легче, но нет. Приходилось действовать наугад и надеяться на удачу. Только вот она, похоже, считала, что у неё заслуженный выходной, и не спешила.        И тот сон, когда всё вроде прошло… Запертый в комнате не только без звуков, но и без света, Артём искал выход, понимая, что нужен Кириллу. Он шёл на ощупь, скользя пальцами по деревянным стенам, цепляя занозы, сердце билось быстро-быстро, не указывало верное направление, сходило с ума от страха, а в мыслях вертелась лишь одна фраза.        Ты беспомощен. Ты ничего не сделаешь. Ты не спасёшь его.        Артём не знал, как выбраться самому, но нужно помочь Киру, необходимо. Поэтому он продолжал и продолжал идти, чувствуя кровь на изодранных пальцах, тяжесть в ногах, удары сердца, отгонял убеждения в собственной никчёмности, пытаясь доказать, что даже ничего не слыша, а теперь и не видя, возможно спасти другого.        И он сделал это. Ощущал кончиками пальцев чужой пульс, горячую кожу, рваное дыхание и обнимал крепче, сильнее. Ещё не вытащил, но нашёл. Вокруг них ад, они на самом дне, во всепоглощающей темноте и тишине, но где-то там, наверху, — свет. И они достигнут его. Не по одиночке, нет, но вместе, вдвоём.        «Прости за вчерашнее. Наверное, напугал тебя» — от мыслей отвлекла вибрация телефона и новое сообщение. Артём поднял взгляд на стоящего возле плиты Кира и улыбнулся. Он подумать не мог, что общение не только продолжится, но и станет более близким. Да, пока судить рано, но они спали, обнявшись, а Кирилл наутро не выгнал, а решил приготовить завтрак.        «Немного. Тебе лучше?»        «Немного? Ты бы видел себя посреди ночи, когда цеплялся за меня, будто сейчас помру на месте» — Кир обернулся, а Артём улыбнулся в ответ на его подмигивание. Значит, точно всё в порядке, но уточнить необходимо.        «Тебе было неприятно? Помню, как ты вырывался».        «Не люблю чувствовать на себе чужие руки» — Кир повёл плечами и снова отвернулся к плите.        «Что ты готовишь?» — перевёл тему Артём, понимая, что Кириллу неловко говорить об этом.        «Ничего изысканного, но вроде неплохо. Кстати. Лекс подъедет где-то через полчаса».        «Мне нужно успеть уехать?»        «Зачем? Наоборот, хотел вас познакомить».        «Просто подумал, что презервативы вчерашние ты для него купил».        «Их там три, каждому хватит».        «Кирилл!»        «Ты краснеешь, как только речь заходит о сексе. Странно, с учётом твоих рассказов».        «В них я представляю абстрактных персонажей, а не себя, поэтому всё по-другому».        «Всегда знал, что писатели — больные люди».        «Ты же вроде стихи пишешь?»        «Так я и не называл себя здоровым».        «Могу не рассчитывать, что когда-нибудь ты дашь мне почитать?»        «Когда-нибудь дам. Возможно, не только почитать».        «Почему ты такой извращенец?»        «Перечитай свои рассказы, а потом реши, кто из нас двоих извращенец. Кстати, я скинул их Лексу» — написал Кир, а затем поставил на стол тарелки с завтраком.        «Что ты сделал?»        «Приготовил завтрак для тебя. Ешь, остывает быстро».        Артём смотрел на поджаренный хлеб, сложенный бутербродом, между ломтиками которого ещё что-то лежало. Пахло приятно. Хотелось написать, что Кирилл не имел права отправлять ссылку без согласия, но есть хотелось больше. Сам же Кир делал вид, будто его совершенно не волновала реакция, но изредка Артём ловил заинтересованные взгляды.        «Вкусно, спасибо. Это сложный омлет с овощами, травами и колбасой?»        «Это то, что было в холодильнике, только жаренное».        «Получилось хорошо. Но это не означает, что я забыл про отправленную Лексу ссылку».        «Ой, да брось ты. Зачем писать, если никому не показывать?»        «А ты свои стихи всем показываешь?»        «Не думаю, что они настолько круты, как твоя порнуха. Да и Комок тетрадку разорвал, поэтому нет стихов».        Кир резко вскинул голову, кивнул больше самому себе, чем Артёму, и вышел из-за стола. Видимо, Лекс приехал немного раньше. Оперевшись о косяк двери, Артём наблюдал за Кириллом, расцеловывающим прижатого к груди Комка. Это выглядело странно, но до безумия мило. А когда парень, продолжая улыбаться и наверняка смеяться, развалился на полу, всё так и держа ластящегося к нему котёнка, Артём не сдержал улыбки. Интересно, какой смех у Кира? Сейчас он явно отличался от вчерашнего истеричного и был искренним, счастливым. Безумно хотелось услышать.        Лекс, заметив Артёма, что-то сказал ему, а настроение немного испортилось. Кирилл не предупредил друга? Хотя о чём это он? Артём вообще не должен был оставаться на ночь и на утро, только вчера планы сильно изменились. Рушить и сегодняшние не хотелось. Чтобы Кир не говорил, им с Лексом наверняка хотелось побыть вдвоём, поэтому Артём решил пойти домой.        «И куда мы засобирались?» — пришло сообщение, когда он начал искать собственный рюкзак.        «Домой. Не буду вам мешать».        «Я вроде говорил, что и так не будешь. Оставайся. Пожалуйста».        «И смотреть, как вы разговариваете? Нет, спасибо».        Вместо ответа Кир пожал плечами и создал беседу для них троих, первым же и написав туда.        «Теперь проблем нет? Соизволишь остаться?»        Вот только следующее сообщение пришло от Лекса.        «Я только пришёл, а меня уже хотят выгнать? Не, парни, если у вас планы друг на друга, я всё пойму. Фантазии из рассказов нужно в реальность воплощать».        Артём вспыхнул. Хотя чего ждать от друга Кира? Друга, с которым иногда они спали, который был явно интереснее, выглядел лучше, чья жизнь не ограничена и который точно знал, как помочь и успокоить в случае чего.        «Ха-ха. Очень смешно. Вы друг друга стоите».        «Ревнуешь?»        Слова Кира немного кольнули и заставили задуматься. Ревность? Нет, вряд ли, всё же их даже друзьями с трудом можно назвать, чтобы ревновать.        «Как к родителям съездил?» — спросил Лекс, разваливаясь на диване и занимая его почти полностью. Артём бросил встревоженный взгляд на Кира, но тот пожал плечами и быстро набрал ответ.        «Ничего нового: больной, а лечиться не хочу. Пиво вроде осталось, будете?»        «Ты ещё хочешь пить? Тебе вчера не хватило?» — не удержался Артём, вспоминая предыдущую ночь. Да, возможно, дело не только в алкоголе, а в накопившихся воспоминаниях, боли, выплеснувшихся, стоило только немного разговориться.        «Вчера?» — написал Лекс и посмотрел на Артёма, а тот отвёл глаза в сторону, лишь бы не видеть шального смеха и пошлой улыбки.        «Да, мы вчера неплохо так напились и переспали».        «Что? Этого не было!»        «Хочешь сказать, ты не спал со мной на одном диване, не обнимал так, что я за свои рёбра боялся, а на утро даже не попробовал мою готовку? Или невинная ромашка снова путает „спать“ и „трахаться“?»        «Вас оставить вдвоём? Могу и Комка забрать, чтобы не мешался»        «Не все вместо секса залипают на животных».        «Ты до конца жизни вспоминать будешь?»        «О да».        «Что?» — Артём понимал, лучше бы ему молчать, но не мог не задать вопрос, заставивший обоих парней засмеяться. Кир тыльной стороной ладони вытер выступившие слёзы, усмехнулся, качнув головой, и принялся быстро печатать.        «Хотели потрахаться, но кое-кто начал уделять внимание не моей заднице, а моему кошаку».        «Ты забываешь, что этот кое-кто потом учил тебя обращаться с кошаками».        «Спасибо, да. Комок с твоими общий язык нашёл?» — отправил Кир и ушёл на кухню, откуда уже вернулся с тремя бутылками холодного пива. Они вместе с Лексом быстро разобрали свои, а Артём смотрел на появляющиеся на холодном стекле капли и тяжело сглатывал слюну. Он здесь лишний. Парни слишком давно знали друг друга, их отношения были слишком тесными, шутки — слишком личными. Из-за Артёма они вынуждены общаться Вконтакте, а не обычными словами, что-то объяснять ему, без возможности нормально расслабиться в компании близкого человека.        Артём не сразу понял, что чья-то рука лежала на его плече. Кир смотрел внимательно, даже с беспокойством, отпускать не собирался, пусть вчера сбегал от такого же прикосновения.        «Всё хорошо? Ты уже минут пять в каком-то трансе».        «Да, в порядке. Наверное, мне лучше пойти домой».        «Если ревнуешь Кира ко мне, то зря».        «Не ревную, — тут же ответил Артём, пока ни Лекс, ни тем более Кирилл не придумали себе невесть что. — Просто понимаю, что мешаюсь здесь».        «Что за очередная истерика? Нихера ты не мешаешь, только сейчас своим нытьём. Расслабься, парень» — Кир откинулся на спинку дивана и сделал пару некрупных глотков пива.        «Сразу видно, кто в ваших БДСМ-отношениях верхний, а кто — нижний» — Артём хотел было проигнорировать сообщение Лекса, но глаза Кира недобро блеснули, а на губах появилась хитрая улыбка.        «Мой дорогой сабмиссив, занимались ли вы БДСМ в последние два дня?»        «Отстань».        «Нет? Тогда должен выполнить моё желание».        «А ты занимался?» — резко перевёл тему Артём, с прищуром глядя на вскинувшего брови Кирилла. Такого поворота он не ожидал. Артём прекрасно понимал, что Киру было явно не до этого, но не мог удержаться. Парень не стал оправдываться, лишь покачал головой.        «Нет. Ты хотел, чтобы я подстригся? Без проблем».        «Твоё желание?»        «Смени стиль. Как раз с нами сегодня Лекс, он поможет».        «Я уже вижу, что лучше сделать» — написал парень, ухмыляясь и встряхивая волосы Артёма. Неприятно. Такие прикосновения всегда казались личными, чтобы позволять их незнакомому человеку. Но Лекс интересовался не самим Артёмом, а лишь его волосами. Он перебирал пряди, зачёсывал пальцами то на одну сторону, то на другую, делал какую-то непонятную причёску, прикусывал губу и был максимально сосредоточен, разглядывая свои результаты. Артём же чувствовал себя неуютно. Он не понимал, чем вызвано такое внимание к нему, его волосам, почему Кир улыбался и что говорил Лекс. И вряд ли сможет понять.        Менять в себе что-то не хотелось. Хотя, если быть откровенным, Артём боялся того, что с ним могли сделать. Заставят покрасить волосы в какой-нибудь ненатуральный цвет как у Кира? Подстригут странным образом как Лекса? Нет, конечно, ему шли выбритые виски с плавными на них линиями, но видеть такое на себе Артём не собирался. А что, если «смена стиля» не ограничится новой прической?        «Я не буду делать татуировки, пирсинг или что-либо в таком духе» — Артём решил сразу же обозначить рамки, а потом опустил глаза в пол, заметив не то, что удивление, — шок во взгляде сидевших рядом парней.        «Кир не настолько садист, как бы он не любил ваш БДСМ».        «Мне хватит чего-то с твоими волосами. Всё остальное серьёзнее и не делается из-за спора».        «О да. Я помню, как долго ты на свою тату решался».        «Что? У тебя есть татуировка?» — Артём вытаращился на Кира. Он не знал, почему так удивлён: Кирилл никак не походил на правильного мальчика, который не стал бы что-то делать со своим телом, но всё же подобная новость удивляла. Сильно. Где у него рисунок? На спине, руках, груди точно нет: вчера парень сидел без футболки, Артём бессовестно пялился на его красивое тело, но никаких тату не увидел.        «Ну да. На бедре абстракция. Ничего интересного, — отмахнулся Кир, будто ему неприятна эта тема. Зачем тогда набивать что-то, если не нравится? — Но мы отвлеклись. Лекс, сегодня в салоне кто?»        «Марина. За красочный рассказ о твоём последнем сексе сделает всё без очереди и с огромной скидкой».        «Мой последний секс обломал зверь, опять залезший хрен пойми куда. Как думаешь, её это устроит?»        «Узнаем».        «Кстати, Артём. Марина такая же как и ты: гейскую порнуху строчит. Быстро с ней общий язык найдёте».        Артём хотел было написать, что ему надоели новые знакомства, резко увеличивающееся время проведения Вконтакте, из-за чего на важные дела его не всегда хватало, необходимость переписываться со всеми, потому что другого способа общения и не было, острое чувство собственной неполноценности, но вовремя остановил пальцы и напомнил себе, что Кирилл пытался как лучше. И не его вина, что не всегда удачно.        «Не понимаю повального увлечения девушек этой темой. Что их так интересует?»        «Вот у неё и спросишь. Собирайтесь, я пока Комка выловлю» — Кир поставил на пол пустую бутылку из-под пива и потянулся, оголяя тонкую полоску кожи на животе, а Артём не сразу отвёл от неё глаза.        «Зачем? Пусть сидит, куда залез» — пожал плечами Лекс и с ухмылкой перехватил взгляд Артёма, заставив того смутиться ещё сильнее. И то, что пока Кир искал в квартире котёнка, Лекс неотрывно смотрел на Артёма, напрягало и даже пугало. С чего такое внимание? Что Кирилл рассказывал другу?        Когда парень снова упал рядом, держа больше для приличия вырывающегося и вредничающего Комка, Артём не сдержал улыбки. Он и не думал, что Кир мог оказаться таким заботливым и до безумия любящим животных. Какие ещё тайны он скрывал? Комок из-за постоянных поглаживаний сейчас больше напоминал пушистую тряпочку, развалившуюся на коленях хозяина, чем шаловливого котёнка, но в этом и было его очарование. А в по-настоящему счастливые глаза Кира хотелось смотреть бесконечно долго.        Больно кольнуло то, что Кир с Леском о чём-то сейчас разговаривали, смеясь. Да, в этом не было чего-то странного: они не обязаны всё время переписываться, с ними же всё в порядке, но от этого становилось хуже. Даже не столько из-за того, что невозможно услышать саму беседу, сколько из-за банальных фактов: Артём не такой, он отличался и подобных непринуждённых посиделок без телефона у него уже не будет. Никогда.        «Отлипай от Комка и поехали в салон. Марина уже ждёт, — через пару минут зачем-то написал Лекс, а потом тут же добавил: — А ты от Кира отлипай».        «Что? Я на него и не залипал» — попытался оправдаться Артём, но под взглядом обоих парней замолчал.        «Лучше пиво отнеси в холодильник, раз не пьёшь» — попросил Кир, а Артём тяжело вздохнул и взял бутылку, уйдя на кухню. Выпив стакан кипячённой воды вместо алкоголя, парень уже почти вернулся в комнату, но замер на пороге.        Они целовались. Страстно, зарываясь пальцами в волосы друг друга, скользя руками по чужому телу, забираясь под кофты, оглаживая бёдра… Кир запрокинул голову, когда Лекс начал едва ли не вылизывать его кадык, и белые волосы упали, явив прикрытые глаза, закушенные губы, покрасневшие щёки. Ни одно порно не могло сравниться с тем, что сейчас разворачивалось на узком диване. Вот Кирилл перехватил инициативу и оказался сверху, дразня Лекса поцелуями в ключицы, вот он стягивал мешающуюся кофту, а вот уже доставал из заднего кармана джинсов пачку презервативов.        Артём понимал, ему нужно выйти, желательно из квартиры и желательно навсегда, но не мог пошевелиться, отвести взгляд. Сковывало не возбуждение. Ревность. Странное чувство к человеку, с которым их ничего не связывало, но безумно сильное. Настолько, что заставляло сжимать кулаки до следов от ногтей на ладонях, едва сдерживать себя, лишь бы не начать кричать, не уйти, громко хлопнув дверью. Он бы не услышал, но вот пыл этих двоих поумерился бы. Наверное.        В тот момент, когда Кир уже почти снял джинсы с Лекса, тот отвёл взгляд в сторону и столкнулся с Артёмом. Лекс вскинул брови, будто впервые видя кого-то здесь, и упёрся руками в грудь Кирилла, мотая головой и что-то говоря. Тяжело дыша, Кир обернулся и закатил глаза, рукой проведя по волосам.        «Пять минут и поедем, — написал он в беседу, а Артём чуть не задохнулся от возмущения. Кирилл думал, что после такого он с радостью отправится с этими двумя извращенцами в салон? Да ни за что! — Или ты готов признать, что БДСМ тебе не по силам, и ты не выполнишь моё желание?»        «Выполню» — Артём не понимал, почему напечатал именно это, но теперь поздно. Оставалось надеяться, ничего страшного не случится.

***

       Казалось, Кирилл изводил специально. В автобусе они с Лексом уже не просто целовались, но откровенно сосались и лапали друг друга, посылая взглядами и жестами всех недовольных, а Артём лишь краснел и пытался делать вид, что не знал этих двоих. Впрочем, не особо удачно.        В салоне всё стало только хуже. К ним сразу же подбежала высокая девушка с ярко-синими короткими волосами и набросилась с объятиями сначала на Лекса, а потом и на Кира. Отпустив парней, она пристально посмотрела на стоящего чуть в стороне Артёма и фыркнула.        «Я первым пойду, — написал Кир, — вы с Лексом пока решите, что делать».        Артёму было неуютно рядом с ним. Почему-то с каждой попыткой отвлечься мысли неизменно возвращались к Кириллу и Лексу, едва не занявшимся сексом от силы час назад.        «Есть пожелания по причёске или я могу сказать Марине делать всё, что захочет?»        «Как давно вы с Киром?» — вместо ответа написал Артём.        «Не помню точно. Года два, может. Может и меньше».        «Ты его любишь?»        «Эм. Нет? То есть да, но только как друга».        «Друга, с которым спите?»        «Ну да. Что-то не так?»        «Да всё не так! Как можно спать с человеком, и говорить, что вы только друзья?»        «Как видишь, можно».        «Не понимаю этого. Выглядите как типичные геи, которые думают только о сексе, а не о серьёзных отношениях».        «Может, потому что мы и есть типичные геи?»        «Не знаю про тебя, но Кирилл же наверняка способный парень, почему так губит себя?»        «Потому что хочу. Так забавно, что вы обсуждаете меня в беседе со мной».        Артём чувствовал, как покраснел. Он бросил взгляд на сидящего в парикмахерском кресле Кира, возле которого кружила синеволосая Марина. Даже девушка, и та творила непонятно что. С кем он вообще связался? Почему в последние дни он всё больше и больше времени проводил с Кириллом, а теперь и с его друзьями, а не со своими? Максим писал, что только рад, раз Артём перестал сидеть дома и выходит гулять. Но всё же это не Кир помог пережить депрессию и вернуться к более-менее нормальной жизни. Нужно выбраться куда-нибудь старой компанией, необходимо.        Марина закончила с Кириллом быстро. И когда он вернулся к теперь даже не переписывающимся Лексу и Артёму, последний даже не пытался перестать пялиться. Бесполезно. Было бы глупо надеяться, что подстрижётся Кир «нормально»: короткие, но всё же не выбритые волосы на затылке и боках, которые закрывали едва вьющиеся пряди, зачёсанные в сторону.        Парень засмеялся, когда сдунул волосы, упавшие на глаза, а затем схватил Артёма за руку и толкнул в сторону только и ждущей этого Марины.        «Мы ей сказали, чтобы без особых изысков и ничего экстремального. Проверим» — сообщение от Кира никак не помогло успокоиться, только ещё сильнее начать нервничать. Девушка с улыбкой отвернула кресло от зеркала и подмигнула. Артём начал молиться.

***

       Артём прикатился на кресле ближе к зеркалу и глубоко вдохнул. Он взял выкрашенную на несколько тонов светлее прядь и выпрямил её, надеясь, что всё исчезнет. Но нет. Среди тёмных волос по-прежнему выделялась яркая прядь. Радовало, что это оказалось единственной напрягающей вещью: сама стрижка изменилась, но в каких-то мелочах, будто стала совсем немного небрежнее.        «И как тебе?» — спросил Лекс, подходя ближе и рассматривая.        «Ожидал худшего» — честно признался Артём, понемногу приходя в себя и признавая, что смотрелось всё же неплохо.        Лекс усмехнулся и, поцеловав Марину, обняв Кира и кивнув Артёму, вышел из салона.        «Он ещё и по девушкам? Или она тоже только друг?» — спросил Артём уже только в их с Киром диалог.        «Марина его сестра. Если тебе интересно — единственная, кто поддержала после каминг-аута».        «Понятно».        Кирилл даже не прочитал сообщение, вместо этого резко прижав к себе ничего не успевшего сообразить Артёма, и сделал с ним пару селфи.        «Зачем?»        «В инсту выставляю» — пожал плечами Кир, опускаясь на диванчик рядом с Артёмом и перекидывая ногу на ногу.        «Что? — Артём тут же подскочил и уставился на расслабленного парня, покачивающего ногой в такт наверняка звучащей здесь музыке. Совместное фото в Инстаграм? Нет-нет-нет! А что, если это увидит кто-то из знакомых Артёма? Друзей? Как потом объяснять, что они не встречаются? — Удали. Пожалуйста».        «Неа».        «Кирилл, пожалуйста. По-хорошему же прошу».        «А я разве делаю что-то плохое? Это всего лишь селфи, расслабься. Мои подписчики подумают, что ты очередной парень на пару ночей».        «А, ну да! Это же так круто „быть очередным парнем на пару ночей“. Удали!»        Кирилл посмотрел на него, будто на маленького ребёнка, и, усмехнувшись, покачал головой. Артём собирался написать что-то ещё, но тут ему пришло сообщение в общую беседу с друзьями. Сообщение со скриншотом чёртового фото с подписью «Прогулялись к Марине. Эта волшебница сделала из серой мышки слишком сексуального парня :з».        «Артём? Мы что-то не знаем о вас с Кириллом?» — Максим наверняка беспокоился. И вот как ему отвечать? Артём чувствовал, как в груди грелась слепая ярость на сидящего рядом парня, который сегодня будто специально делал всё, чтобы вывести из себя.        «Нет. Это просто…» — Артём не успел даже закончить сообщение, как Кир ловким движением забрал его телефон и, поднеся к губам, начал что-то говорить. Нет! Только не очередное голосовое! Его же даже невозможно послушать, невозможно понять, что там сказано… Кирилл мог наговорить всё, что угодно, а Артём ничего не узнает. Никогда.        За сегодня произошло и так много всего, но это стало последней каплей. Не в силах больше сдерживать себя, Артём вернул телефон, убрав его в карман, ударил Кирилла по слишком красивому лицу и заговорил непрерывном потоком, боясь остановиться:        — Ты ведёшь себя как последний мудак, не понимаю, что нашло сегодня, всегда был нормальным или почти парнем, но сейчас… Этот твой почти секс с Лексом, сосание в автобусе, здесь непонятно что, селфи, голосовое… Зачем?! Я, я просто не понимаю, какого чёрта творишь. Пытался оправдать тебя, что ты просто не знаешь, как помочь, поэтому и получается всё так, но должен же знать, что от этого лучше не будет! Думал, после вчерашней ночи что-то изменится, станет лучше, но на деле… — Кирилл сидел, вскинув брови и приоткрыв губы, а потом уткнулся в собственный телефон. — Мы нихера не можем не ругаться, но вчера ты, ты сам сказал, что мир. Тогда что сегодня? Почему вот даже сейчас ты сидишь в телефоне?..        Кир резко поднялся и положил ладонь на плечо трясущегося Артёма. Он сам не знал, когда его начала бить истерика, но хотелось сказать так много, пусть и страшно, непривычно, а голос наверняка дрожал, срывался. Даже хорошо, что Артём не слышал себя. Но Кирилл тепло и мягко улыбался непонятно из-за чего. Какое-то непонятное чувство спокойствия наполняло при взгляде только на эту улыбку. Кир поднёс телефон к глазам Артёма, заставляя посмотреть на набранный текст и остановить дыхание.        «Вчерашняя ночь изменила многое. Ты сказал, не написал, сказал, что всё хорошо. А мне безумно захотелось снова услышать хоть что-то, даже истерику. Так вот. У тебя красивый голос».