Багровое пламя, или Сказочка о спасении мира

*** - Слушай, а нельзя было... ну, полегче как-нибудь? - Мы не рассчитывали на такой эффект. - Не рассчитывали? - Мы думали, там Смотрящие будут. А они - как ты знаешь - магию не только чувствовать, но и гасить умеют. Ну, вот мы циклическое заклятье сразу же в первом витке на полную силу и зарядили. Но... - ...Смотрящих не было. - Да. Поэтому нас помимо основной волны, потом еще и повторной накрыло. Слишком много магии разом высвободилось и с нашей и с их стороны, вот неконтролируемый выплеск и случился. Ничего страшного в этом вообще-то не было, если бы изначально всё по плану шло. Но вы ж "по плану" не умеете... *** - Иди сюда. В голове бьется только одна мысль: "Глаза не поднимать". Ни в коем случае глаза от пола не поднимать. Не любит он этого. - Я сказал - подойди сюда. Ближе. Ближе. Еще ближе. Толстые пальцы с отвратно-грязными ногтями хватают за подбородок и резко его поднимают. И даже сейчас главное для тебя - в глаза ему не смотреть. - Хорошо, - почти нежно - только видимость - мозолистая ладонь гладит по щеке, - хорошо... Действительно, хорошо. Хорошо потрудились Целители. Здесь уж даже ты спорить не собираешься. - У меня для тебя есть приятная новость, - ладонь со щеки исчезает, но подбородок все еще удерживается надежно... не отвернешься. Хотя очень хочется. И отвернуться, и зажмуриться, и убежать позорно хочется, и запереться где-нибудь, и... плюнуть в эту наглую морду тоже хочется. А что? А вдруг повезет? Вдруг смерть будет быстрой... - Что молчишь? Разве ты не рад? Издевается... сволочь. - Рад, кна ми. - Это хорошо. Я решил сделать тебя своим Воспитанником. Что там было про "быструю смерть"? - Отныне тебя будут звать Ррахэнар'ратарра. "Ластхэн Ррахэнар'ратарра" - неплохо звучит, не правда ли? Последняя надежда. Последняя. Последняя. Последняя. Вся храбрость стекается в кончики пальцев. Сжимаешь руки в кулаки. И - мысленно - во весь голос кричишь, а на самом деле выходит тихо-тихо: - Братство не... И, не удержавшись на ногах, падаешь на каменный пол. Щека горит от пощечины, кровь вязкими каплями начинает падать с разбитой губы, ободранные ладони саднят... Сейчас главное для тебя - глаза не поднимать. - Я решил, что мой Воспитанник не будет шаманом. Инициацию ты еще не прошел, так что с этим проблем не возникнет. С завтрашнего дня начнешь тренировки с Тасахном. Ятаган можно... - У меня уже есть оружие, - отдышаться сумел, но вот голос по-прежнему звучит очень тихо. А тебе уже все равно. - И это не ятаган. - И что же это? - наверное, Рука слишком удивился, чтобы заметить твою непочтительность. А вот теперь можно. И плевать на расплату. На всё плевать. На всё. Глаза в глаза, и голос на удивление твердый: - Скарры. И знаешь, что простой пощечиной на этот раз не отделаешься. Голову еще можно прикрыть, а там уж... - Просыпайтесь. Просыпайтесь, Ластхэн. Ластхэн! Просыпайтесь! Пожалуйста, жизнь моя, проснись... *** Ластхэн резко сел: - Нет! Не надо! - Всё хорошо. Это сон, просто сон. С вами всё хорошо. Здесь только я, - Рэнданиэлла не знал, куда себя деть. Хотелось обнять аристократа, прижать к себе, успокоить, но всё, что мог себе позволить принц, - просто присесть рядом и обеими руками сжать холодную, чуть вспотевшую узкую ладонь. Ластхэн старался медленно глубоко дышать, постепенно приходя в себя и осознавая, где он и кто с ним. - Тирэ Рэнданиэлла? Принц с облегчением выдохнул: - Кажется, мы договорились называть друг друга по именам. - Если мы так и будем обращаться друг к другу на "вы", этот уговор не имеет смысла. - Я обратился к вам на "вы"? Ластхэн, не удержавшись, слегка улыбнулся и насмешливо посмотрел на принца. А Рэнданиэлла только усмехнулся в ответ. Он готов был еще сколь угодно много глупостей ляпнуть, лишь бы отвлечь аристократа от его мыслей... - Я исправлюсь, - торжественно пообещал принц. - Хорошо, - кивнул Ластхэн и посмотрел - мимо эльфа - на окно. Свет был очень тусклый, сероватый, но не от того, что еще не рассвело, просто затянутое тучами небо приготовилось вот-вот разродиться дождем. - Отдохни еще, - Рэнданиэлла проследил за взглядом аристократа. - Все равно Тас так рано не выйдет. Орк молча покачал головой, но потом кое-что вспомнил: - Это не мне нужен отдых. Не я же всю ночь провел на кресле... Рэнданиэлла беззаботно пожал плечами: - Ерунда. Бывает гораздо хуже. Ластхэн спорить не стал: он и сам знал, что бывает гораздо хуже. Рэнданиэлла тут же заметил перемену в его настроении. - Извини. Я что-то не то сказал? - эльф осторожно погладил руку, которую всё еще сжимал в ладонях. Ластхэн нахмурился и посмотрел вниз, как будто только сейчас понял, что его правая рука находилась в плену чужих пальцев. Рэнданиэлла внутренне вздохнул и обругал себя: "Идиот, что ты о себе возомнил? Что ты себе позволяешь?" Но аристократ даже не отодвинулся. Наоборот, он быстро обеими руками взял ладонь эльфа и поднес ее поближе к лицу, что-то рассматривая. - Что это? Рэнданиэлла и сам посмотрел на свою правую ладонь: - Это? Ничего особенного. - Ничего особенного? Это шрам. Серьезный. Знаешь, какой глубины должен быть порез, чтобы остался такой шрам? Рэнданиэлла ухмыльнулся: - Знаю. - Это не смешно. Откуда он? - От Серебряного Меча. - Ты же носишь перчатку. Эльф снова безразлично пожал плечами: - В той ситуации нужно было обойтись без перчатки. - Что за ситуация? - Слишком много вопросов, - неожиданно строго сказал принц. Ластхэн тут же, будто обжегшись, отпустил его ладонь и отвел взгляд: - Извините. Рэнданиэлла мгновенно пожалел о своей выходке: - Мы снова на "вы"? Нет, это вы должны простить меня. Я пошутил. Неудачно. Я сожалею. Никто не шевелился с минуту. - Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину? Ластхэн наконец-то снова посмотрел на принца и усмехнулся: - Есть одна вещь. - Внимательно слушаю, - Рэнданиэлла подался вперед и шутливо приподнял брови. - Погуляйте где-нибудь полчаса, - невинно предложил аристократ. - Что? - недоуменно нахмурился эльф. - Я должен привести себя в порядок, - Ластхэн неловко провел ладонью по своим волосам. За ночь они растрепались, и теперь еще вчера аккуратная коса выглядела - по мнению и предположению Ластхэна - просто ужасно. Рэнданиэлла сначала искренне не понял, что имел в виду аристократ ("Должен привести себя в порядок? Он?"), но потом все-таки сообразил. - Конечно. Рэнданиэлла уже взялся за дверную ручку, но, секунду помедлив, все же обернулся: - Я не спрашиваю. - Спасибо. - Но пообещай, что расскажешь сам. Тишина. - Почему? У Рэнданиэллы была тысяча ответов на этот вопрос, но он выбрал один. Тот, который аристократ сумел бы от него сейчас принять. - Потому что мы теперь друзья. - Друзья? - Друзья, - улыбнулся Рэнданиэлла и, отвернувшись, добавил так тихо, что кроме него этого так никто и не услышал: "Конечно, друзья, жизнь моя... Кто же еще?" *** Минут через двадцать все-таки пошел дождь. Мелкий и противный. Такой теперь до самого вечера не стихнет. Рэнданиэлла досадливо поморщился и медленно побрел обратно к трактиру. Он знал, что в зале сейчас непременно наткнется на славное семейство Нерей, и потому - по возможности - пытался отдалить момент этой встречи. Но мокнуть тоже не хотелось, а плащ он с собой почему-то не захватил... Пришлось прибавить шаг. - Доброе утро. Со всех сторон на Рэнданиэллу посыпались ответные приветствия. В зале не хватало только аристократов. Но не успел принц и пяти шагов сделать по направлению к лестнице, дорогу ему преградила девушка с огненно-рыжими волосами. - Ваше высочество. - Леди Нерей, - нехотя кивнул Рэнданиэлла. - Я могу вам чем-нибудь помочь? Эльф заметил, что девушка коротко глянула на своего брата. - Я хочу принести извинения за вчерашний вечер, ваше высочество. Только я не знаю... возможно, я должна поговорить с вашим супругом? Рэнданиэлла нахмурился: не хватало еще, чтобы она напомнила Ластхэну о вчерашнем. - Нет, леди Нерей. Извинения вы должны принести мне. С моим супругом вы разговаривать не будете. Девушка почтительно поклонилась и замерла, не поднимая головы. - Прошу меня простить. Рэнданиэлла смотрел на нее сверху вниз и не спешил отвечать. Попадись она ему под руку еще несколько часов назад, он бы точно не сдержался, но сейчас... ("Друзья?") Эльф осмотрелся и остановил взгляд на Дарсхоне. Наследный принц Этивии был собран, напряжен и предельно сосредоточен. Вот он-то - как никто другой - понимал всю серьезность ситуации. Одно короткое "нет" от правителя Залесья - и последствия будут ужасны... Рэнданиэлла снова взглянул на склоненную рыжеволосую голову. - К моему супругу вы НЕ подходите, с ним НЕ разговариваете, на него НЕ смотрите... - ...и в его присутствии НЕ дышите, - как всегда, невпопад хихикнула темная мелисни, за что тут же заработала несколько строгих взглядов и одно утомленно-негромкое: "Лосс". К ее чести, Дискассария Нерей на шутку в свой адрес не отреагировала. - Я поняла, ваше высочество. - Хорошо. Рэнданиэлла обошел девушку и продолжил свой путь к лестнице: нужно было вернуться на второй этаж за аристократами, без них завтрак бы не начался. - Ваше высочество, подождите, - окликнул его Ристал. - Я с вами. Принц кивнул. Ристал заговорил только на втором этаже. - Как он? - Кошмары. - Кошмары? - нахмурился шаман. - Это плохо. Может... - Пока не надо. Если повторится, тогда уже подумаем. Они дошли до комнаты, и Рэнданиэлла постучал в дверь. - Можно? Вместо ответа дверь распахнулась, и перед ними предстало сияющее лицо аристократа-шамана. - Ваше высочество, а вы всегда в дверь собственной спальни стучите? - Нет, - Рэнданиэлла аккуратно отодвинул орка, и они с Ристалом прошли в комнату, - только когда меня вежливо просят "погулять где-нибудь полчаса". Увидели эльфы совсем не то, что ожидали увидеть. "Как я мог забыть про менестреля?" - удивился Рэнданиэлла. - Доброе утро, Ристал, - поздоровался Ластхэн. - Доброе утро, ваше высочество. Рука орков - уже причесанный и с надетой эльфийской диадемой - колдовал над волосами менестреля, пока тот скромно сидел на стуле посреди комнаты. - Мы не мешаем? - поинтересовался Ристал. - Ммм, - неопределенно отозвался Рука. - Нет, - перевел на доступный язык Ритхэн и, усмехнувшись, предложил: - Присаживайтесь, господа. Это надолго. - Надолго? - переспросил эльф-шаман. - Внизу только нас ждут. - Подождут еще, - отмахнулся Ритхэн и сам с удобством устроился на подоконнике. Рэнданиэлла присел на кровать, Ристал - на кресло, и в комнате наступила тишина. Работал Ластхэн очень уверенно, ничуть не смущаясь излишним вниманием. Без ненужных суетливых движений, без спешки, но аккуратно и быстро. Всё выверено до мелочей: здесь заколоть, здесь три прядки оставить, здесь пройдет митарьела... Наблюдать за тем, как он вертится вокруг менестреля, со стороны было чертовски увлекательно. Но привычный к подобным зрелищам Ритхэн - естественно - молча долго сидеть не мог. - Тирэ Рэнданиэлла, расскажите нам что-нибудь. - Что? - немного недовольно откликнулся эльф, нехотя переводя взгляд на шамана-аристократа. - Расскажите нам что-нибудь. Что угодно. Рэнданиэлла скептически приподнял бровь: - Рис, будь добр, поведай нашему тирэ Литхэниэлле историю Сбереженной войны. Он давно мечтал ее услышать, я уверен. - Столь суровой зимы Сумрачный Лес давно не... - начал Ристал, но был безжалостно прерван. - Стоп-стоп-стоп, - рассмеялся Ритхэн, - я уже понял свою ошибку! - Предначертанная война, - задумчиво обронил Ластхэн. - Что? - резко спросил Рэнданиэлла, круто к нему развернувшись. Ластхэн удивленно замер и чуть неуверенно посмотрел на вмиг помрачневшего принца: - Предначертанная война. Ведь так ее назвали эльфы. Мне всегда было интересно, почему именно "предначертанная"? Никто аристократу отвечать почему-то не торопился. - А вы не знаете? - осторожно спросил Ристал. И тут раздался тоненький резкий звук - треньк! - и по полу покатились мелкие детальки испорченной митарьелы. - Так я и знал, - посмотрев вниз, вдохнул Ластхэн. - Так я и знал, что этим всё и закончится. - Извините, я... - попытался оправдаться менестрель, - я не понимаю, как так получилось... Я не хотел... оно само... - Ну, еще бы ты этого хотел! И, естественно, оно само! - раздраженный орк-шаман спрыгнул с подоконника и встал около стула певца на колени, рассматривая порванное украшение. - Обратно надо собирать. Второй же нет, как я понимаю? - Н-нет, - виновато покачал головой менестрель. - Надо собирать, - согласился Рука и тоже хотел опуститься на колени, но был остановлен рукой неожиданно возникшего рядом принца эльфов. - Рис, разве ты не можешь ее восстановить? - Для этого сначала ее надо собрать, - объяснил уже вовсю ползающий по полу орк-шаман. Рэнданиэлла нахмурился: - Меркал, ты не собираешься помогать? - Извините, ваше высочество, - смутился менестрель и поспешно принялся искать разлетевшиеся во все стороны детальки своей митарьелы. - Мы соберем, - заверил Ластхэна принц эльфов и, кивнув своему шаману, и сам встал на колени. Вчетвером они быстро отыскали все детальки, а Ластхэн их аккуратно - в правильном порядке - выложил на заправленной кровати. Затем настала очередь Ристала проявить свои знания. Справился шаман со своей задачей великолепно, поэтому очень скоро все - в том числе и тишина - вернулись на свои места. - Тирэ Рэнданиэлла, расскажите нам что-нибудь, - вновь не выдержал аристократ. - О себе, - добавил он, вспомнив о своей предыдущей оплошности. - У меня пепельные волосы и серые глаза, - вздохнув, честно ответил Рэнданиэлла. Все равно шанс, что орк-шаман отстанет, ничтожно мал... - Это очень познавательно, - серьезно кивнул Ритхэн. Ластхэн фыркнул. Тихонько. Но тем не менее это услышали все. Вдохновленный эффектом своих дурачеств, Ритхэн поспешил закрепить успех: - Да-да, а еще у вас есть большой меч и - несомненно - большой... Раздался спасительный стук в дверь, не давший орку договорить. *** За завтраком узнали, что граф Нерей со своим отрядом держал путь в Охотничий Замок, народом графства Сакруд прозванный просто "лисьим". А находился этот "лисий замок" всего в сорока милях западнее Тарастона и как раз на той дороге, которая потом выводила на Закатный тракт. Ну, а Закатный тракт в свою очередь вел к границе Лавэда, к тем самым постам пограничников, через которые уже по сложившейся традиции путешествовали эльфы Залесья. Так что принц Залесья и принц Этивии - не долго думая каждый по отдельности и не посовещавшись вообще - сразу же обрадовали молодого графа известием, что намерены нанести визит в его Охотничий Замок и на себе испытать всю силу гостеприимства семейства Нерей. Граф был счастлив и не стеснялся это демонстрировать всю дорогу, но все же (как потом выяснилось) подстраховался и втайне отправил вперед себя гонца. Поэтому сам он (в отличие от своих гостей) и не удивился, когда - далеко за полночь - вымотанных изнурительно-долгой дорогой (не хотелось ночевать в лесу, и лошадей гнали, как могли) путников замок встретил морем огней, празднично-разодетыми слугами, караваем и ("Кнас'хэн Великий, за что мне это?") актерами из бродячего цирка с настоящим - живым! - хоть и местами ручным медведем... *** - Тас, тебе не кажется, что это перебор? - Рэнданиэлла равнодушно оглядывался по сторонам, как и всегда, бережно прижимая к себе своего супруга. Тирэ Ластэниэлла тоже не проявлял никаких признаков заинтересованности происходящим вокруг. Он вообще, казалось, из последних сил старался не заснуть. Граф неловко пожал плечами: - Я хотел, как лучше... Рэнданиэлла насмешливо фыркнул. К ним подошел тирэ Литхэниэлла, отчаянно зевая и прикрывая рот ладонью. - Лорд Нерей, только не говорите, что вы для нас еще и праздничный ужин приготовили... - А не надо было? - рискнул спросить граф. Тирэ Литхэниэлла застонал в голос: - Я свою тарелку вместо подушки использую, можно? - Главное, чтобы в этот момент в ней супа не было, - чуть усмехнулся тирэ Ластэниэлла и, устало прикрыв глаза, привычно положил голову на плечо мужа: - Может, не надо праздничного ужина? - Действительно, Тас, мы обойдемся и без ужина. Я прав, ваше высочество? - Конечно, ваше высочество, - отозвался Дарсхон. - Лорд Нерей, лучше позаботьтесь о комнатах. - Уже, ваше высочество, - вежливо улыбнулся граф. - Грал! Проводи наших гостей! *** Ластхэн медленно открывает глаза и, сонно поморгав, переворачивается на бок - и тут же увиденная картина почти заставляет его смеяться. Но вместо смеха выходит лишь теплая улыбка. Вчера они с Рэнданиэллой чуть не поссорились, выясняя, кто же в этот раз должен спать на кровати. Причем - что удивительно - спорили они не потому, что между собой не могли ее поделить, а потому, что оба от нее всеми правдами и неправдами пытались отказаться. Но выиграл в итоге все же Рэнданиэлла: именно аристократу пришлось лезть на огромное ложе с пуховыми перинами. И вот сейчас - в мягком золотистом солнечном свете нового утра - Ластхэн, в который уже раз не зная, кого именно благодарить, любуется самым милым и забавным на своей памяти зрелищем: самоуверенно-саркастичный и непробиваемо-ироничный принц Рассветного Пламени, лежа на спине на неудобном узком диванчике, сильно обнимает невесть как оказавшуюся у него на груди подушку, тихонько посапывает и иногда - не просыпаясь - вздыхает и что-то бормочет себе под нос. Ластхэн вдруг понимает, что многое бы отдал, лишь бы всегда... - Доброе утро, - Рэнданиэлла бросает на него сонный не сосредоточенный взгляд и, зевнув, мимолетно улыбается. Эльф выпускает из рук подушку (она скатывается на пол), осторожно - проверяя, в каком состоянии после проведенной на этом ужасном диване ночи находятся мышцы - садится и с удовольствием потягивается. - Доброе утро. Ластхэн немного расстроенно вздыхает: жаль, что принц проснулся так скоро. - Всё хорошо? - тут же настораживается Рэнданиэлла. - Как спалось? - Всё хорошо, - отвечает Ластхэн. Неужели принц со всеми своими друзьями столь внимателен и заботлив? Тогда неудивительно, что у него их такое множество. Эльф поднимается с дивана и пересаживается на кровать к Ластхэну: - Ты уверен? Аристократу одновременно приятно и не приятно беспокойство, которое он видит в серых глазах. Приятно - потому что это же Рэнданиэлла, и сейчас именно на Ластхэна он смотрит с этим покоряющим выражением; а не приятно - потому что... это всё не то. Ведь беспокойство в глазах принца - это беспокойство за друга. А Ластхэну вовсе не этого от него хочется. Но если эльф догадается, какого рода внимание желает получить от него аристократ... - Конечно, я уверен, - пряча взгляд, прохладно отзывается Ластхэн. И сам себе на мгновение становится омерзителен. Но так надо. Чтобы хоть дружбу эту призрачную для себя сохранить... Рэнданиэлла кивает. И больше ничего не говорит. Ластхэну очень не нравится это молчание. "А вдруг обидел?" - проносится в голове неожиданная мысль. - Должно быть, сейчас ты снова предложишь мне прогуляться... ведь так? - с невеселым смешком произносит Рэнданиэлла и, не дожидаясь ответа, стремительно выходит из комнаты, плотно прикрыв за собою двери. Золотистый свет быстро меркнет, становясь привычно тускло-преддождевым. Осенним. *** Далеко Рэнданиэлла не ушел. Тщательно прикрыв двери, он резко развернулся и еле удержался, чтобы со всей дури не врезать кулаком по каменной стене. "Нельзя", - тяжело дыша, сказал себе принц. Во-первых, с этими истериками давно пора заканчивать, а во-вторых, Ристал бы его точно по головке не погладил за лишнюю работу в виде раздробленных костяшек. Надо поберечь нервы Ристала. И свои тоже. И вообще надо успокоиться. Да. Успокоиться. Рэнданиэлла глубоко вздохнул и уселся на пол, спиной привалившись к дверям, от которых так никуда даже шагу и не сделал. Нет, но как же он зол! Как он зол! На кого? Да на весь мир, а в первую очередь - на себя самого! Он дурак. Идиот. Непроходимый тупица! Ведь даже гоблину последнему к этому моменту стало бы понятно, что весь этот фарс с ласковыми взглядами, объятиями, поцелуями (в висок, большего Рэнданиэлла себе не позволял) аристократ ему позволял только при посторонних, только по роли, а наедине и при своих - будьте любезны - за рамки дружбы ни на волосок... А Рэнданиэлле бы и радоваться себе тихо-молча ("Дружба с Ррахэнар'ратаррой! С ума сойти от счастья! Ага, и пир устроить на растоптанных осколках гордости..."), но - нет же! - обязательно надо всё портить... А с такими темпами скоро даже этой дружбы не останется. Рэнданиэлла закрыл глаза и несильно побился затылком о закрытую дверь. - Ваше высочество? - раздался над головой чуть удивленный негромкий оклик. Рэнданиэлла нахмурился, не сразу признав голос, и посмотрел вверх. - Доброе утро, Меркал, - ответил принц, вновь расслабляясь. - Доброе утро, - менестрель потоптался на месте, не зная, что делать дальше. - Присаживайся, - щедро предложил Рэнданиэлла и усмехнулся, когда певец действительно сел рядом с ним на пол. - Ты к тирэ Ластэниэлле? - Да, ваше высочество. - Придется подождать. Несколько минут прошли в тишине, дольше менестрель не вытерпел. - Ваше высочество, вы чем-то расстроены? - С чего ты взял? - безразлично спросил Рэнданиэлла. - Вы сидите на полу и бьетесь головой о дверь. Рэнданиэлла пожал плечами: - А вдруг это мое обычное состояние? - Сомневаюсь, - тихонько и как-то даже тоскливо вздохнул менестрель. Принц удивленно поднял голову и еще раз, но теперь внимательно взглянул на более молодого эльфа. - Вы заслуживаете счастья, ваше высочество, - смелее добавил певец. - Интересный вывод, - приподнял бровь Рэнданиэлла. - Почему ты решил, что сейчас я не счастлив? - Вы сидите на полу и бьетесь головой о дверь. - Да-да, это мы уже выяснили, - отмахнулся Рэнданиэлла. - В таком случае, может, ты даже знаешь, кто сделает меня счастливым? - Знаю. - Кто? - несмотря ни на что, принц очень заинтересовался этим странным разговором. - Черная Звезда. - Почему? - опешил Рэнданиэлла. - Только Черные Звезды умеют любить, отдавая себя без остатка. Рэнданиэлла и до этого громкого заявления знал, что это чистая правда. - Знаю, - принц снова закрыл глаза. - Именно поэтому я никогда не женюсь на Черной Звезде. - Почему? - настала очередь менестреля удивляться. - Если Черная Звезда отдаст себя без остатка кому-то другому, что будет с самим Черной Звездой? Задумайся над этим, Меркал. За что я должен буду любить Черную Звезду, если у него самого больше ничего не останется? Не имеющая собственного мнения, способная лишь поддакивать мужу красивая кукла - не моя мечта. - Ваша мечта - холодный пол и закрытая дверь? - на грани слышимости прошептал менестрель, но принц его понял. - Меркал, - в своей обычной спокойной манере начал принц, но потом почему-то передумал делать выговор и вместо этого усмехнулся: - Хочешь правду? Рэнданиэлла все-таки открыл глаза и снова посмотрел на менестреля. - Я... - неожиданно потеряв опору, принц начал заваливаться на спину. *** Ластхэн потянул на себя дверь - и к его ногам упал принц эльфов. - ...счастлив! - закончил свою мысль Рэнданиэлла и улыбнулся нависшему над ним озадаченному аристократу. Ластхэн приподнял бровь: - И с каких пор падение на холодный пол вызывает у тебя такой бурный восторг? Рэнданиэлла улыбнулся шире: - С тех самых, как мне начали являться столь прекрасные видения. Уголок губ аристократа дернулся: - Тебе начали являться прекрасные видения? Ты головой ударился, когда падал? Мне позвать Ристала? Рэнданиэлла со вздохом сел. - Не надо Ристала. Мои прекрасные видения ни к нему, ни к моей больной голове никакого отношения не имеют, - эльф встал на ноги и протянул кому-то раскрытую ладонь: - Поднимайся. Пол действительно холодный. Ластхэн с интересом выглянул в коридор. Хрупкий менестрель, немного смутившись, принял предложенную ему руку и позволил принцу поставить себя на ноги. - Здравствуй, Меркал. - Доброе утро... ваше высочество. - Ты ко мне? - почти невинно поинтересовался Ластхэн. Рэнданиэлла-то ничего не заметил, а вот Ластхэн обратил внимание на сдавленный вздох, который менестрель безуспешно попытался сдержать, когда принц его руку отпустил. - Да, ваше высочество. - Тогда проходи. - А меня уже не приглашаешь? - шутливо спросил Рэнданиэлла. Ластхэн мысленно улыбнулся: судя по всему, принц решил сделать вид, что неприятного утреннего инцидента никогда не было. - А тебе уже приглашение нужно... дорогой? - усмехнувшись, подыграл аристократ. *** - Так. Что тут у нас? Ластхэн обошел менестреля, внимательно разглядывая его волосы. Митарьела почти не пострадала, просто за ночь из нее выбились несколько прядок, и пара цепочек теперь не на своих законных местах. - Бери стул, садись. Менестрель переставил стул от кровати на середину комнаты и сел, как и всегда, скромно сложив руки на коленях. Ластхэн уже начал привыкать к этому ежеутреннему немногословному ритуалу. Если бы еще не это "ваше высочество" в его исполнении... - Интересная работа, - задумчиво обронил Рэнданиэлла. От нечего делать принц принялся без интереса рассматривать всяческие безделушки, расставленные по комнате, пока не наткнулся на гребень Ластхэна, оставленный на прикроватном столике. - Чистый оникон. Плавные четкие линии. Гравировка. Сразу видно руку мастера карликов. Достойный мастер Гомм? - Вряд ли, - пожал плечами Ластхэн. - Это просто подарок. - А подарок не может быть работой Гомма? - усмехнулся принц. - Смотря, от кого подарок, - парировал аристократ. Рэнданиэлла подошел ближе, явно желая что-то продемонстрировать. - И все равно я уверен! Если бы у меня сейчас было увеличительное стекло, я бы тебе доказал. Вот здесь, вот в этом уголке, должна стоять его подпись... Принц настойчиво требовал его внимания, но правой рукой Ластхэн удерживал с таким трудом выловленную из копны волос менестреля самую маленькую цепочку митарьеры, поэтому потянулся к своему гребню левой... Рэнданиэлла резко замолчал. Ластхэн забрал у него гребень и попытался в том месте, на которое указал эльф, хоть что-то разглядеть. - Я ничего не вижу, - честно признался аристократ. - Вот и я тоже. У принца внезапно сел голос. Ластхэн с удивлением поднял глаза - и наткнулся на жесткий взгляд. - Где они? - Кто? - от неожиданно резкого тона растерялся Ластхэн. - Где кольца? - настойчиво повторил Рэнданиэлла и бесцеремонно схватил аристократа за руку, акцентируя его внимание на его же безымянном пальце. - Кольца? - тихо переспросил Ластхэн, почти с ужасом осознавая, что их действительно нет. - Да. Обручальные кольца, - принц выпустил его запястье. - Где они? - Я... я не знаю. - Неужели? Действительно? Знаешь, что? Позволь тебе не поверить, - принц отвернулся. Ластхэн бездумно потянулся к его спине, но, так и не решившись прикоснуться, бессильно опустил руку. - Я понимаю, что эта ситуация вам неприятна. Я понимаю, что вы пошли на это против своей воли, - Ластхэн на себе ощущал сейчас, что такое спокойной тон принца Рассветного Пламени, и не знал, куда от него деваться. - Я ведь знал это с самого начала, и все равно - дурак - на что-то надеялся... - тихо добавил эльф. - Рэнданиэлла, - попробовал Ластхэн и осекся, когда принц к нему развернулся. - Но вы же на это пошли! Вы согласились! Вы уже приняли эти проклятые кольца, так зачем мне в душу сейчас плевать надо? Да, я осознаю: я, кажется, начал переходить границы, начал позволять себе лишнее, но можно было мне просто об этом сказать! Я понятливый. Честное слово. Слово принца Дома Рассветного Пламени! Или вам этого мало? Хорошо. Слова Короля вам будет достаточно? - Но я их не снимал! - Ластхэн попытался вставить свое слово в эту тираду. - Я не знаю, где они! Рэнданиэлла закрыл рот и молчал целых три секунды. - А что, если я вам не поверю? Что, если я сделаю вот так? - принц поднял вверх руки и, прошептав какие-то слова, два раза хлопнул в ладоши. Пару мгновений ничего не происходило, но потом в воздухе поднялся едва ощутимый ураганчик и быстро пронесся по комнате, разворотив заправленную кровать. Принц неспеша к ней подошел и наклонился, что-то подбирая с того места, где раньше была подушка. - И что же это, по-вашему? - на раскрытой ладони принца лежали два тонких колечка. - Мои, - сумел лишь прошептать пораженный аристократ. - Я и так знаю, что я вам неприятен, зачем же в лицо мне это швырять? - с горькой иронией проговорил принц и, сжав кулак, отвернулся, чтобы выйти из комнаты. От едва слышного щелчка закрывшейся двери Ластхэн вздрогнул и будто бы очнулся, тут же вспомнив, что не один. - Вон, - тихо сказал аристократ. - Что? - переспросил менестрель. - ВОН! Ластхэна трясло. Он никогда не позволял себе повышать голос, никогда, с кем бы он ни разговаривал. Но сейчас ему было все равно. Он смотрел на свою левую руку и отчаянно пытался понять, как же это могло произойти. Ведь он точно знал, что кольца не снимал. Но они же как-то оказались под его подушкой, верно? Но даже не это сейчас главное. Главное - принц думает, что... - Нэ... хи, - сбившись на рваный вздох, прошептал аристократ. *** - И что же заставило вас покинуть дом вашего отца? Вряд ли это ваш брат попросил вас его сопровождать. Он теперь замужний эльф, о нем должен заботиться его муж, - Дискассария Нерей была девушкой неглупой и очень любопытной. Ритхэн усмехнулся: - Вы правы, леди Нерей. Отнюдь не беспокойство за брата заставило меня вымаливать у папеньки позволение посетить Листиэв. - А что же? - Любовь, леди Нерей, - тоскливо вздохнул Ритхэн. - Любовь. Девушка явно не ожидала такого ответа и слегка растерялась. - Вы влюблены? В кого? Ристал обреченно закрыл лицо ладонью и покачал головой. Лосс не удержалась и фыркнула в свою чашку с чаем. - О, это самый лучший мужчина на свете! - вдохновленно начал Ритхэн, мельком взглянув на эльфа-шамана. - В самом деле? - улыбнулась сестра графа, уже догадываясь, о ком речь. - Конечно! - радостно выпалил аристократ, но тут же взгрустнул: - Но, к сожалению, меня он совсем не замечает... - Отчего же? Его сердце несвободно? - участливо спросила рыжеволосая девушка. Лосс уже в третий раз подавилась чаем, и Элинтар от греха подальше отобрала у нее чашку. - О, не в этом дело, - также грустно вздохнул аристократ. - Свободно. Просто, понимаете ли, - орк доверительно подался вперед, поближе к Дискассарии, - он шаман. Очень сильный шаман. Очень-очень сильный шаман. - Первый Шаман? - невинно предположила сестра графа. - Допустим, - не стал спорить Ритхэн. - А я... а я в вопросах шаманства полная бездарность! Элинтар отстраненно порадовалась, что успела забрать у Лосс чашку. - Я его недостоин! - горестно взвыл Ритхэн. - Но так же нельзя! - поддержала орка Дискассария и устремила взгляд, полный праведного негодования, на несчастного Первого Шамана Залесья: - Он же не виноват, что не может управляться с магией! - Не виноват, - поддакнул Ритхэн. - Это же не от него зависит! - не унималась девушка. Ристал благоразумно молчал. Шамана спасло появление принца эльфов. Как только двери с грохотом открылись, все замолчали. Рэнданиэлла пересек большую столовую в полнейшей тишине и тяжело опустился на стул. - Поругались, - констатировал Ристал, изучив мрачное лицо друга. - Тирэ Литхэниэлла, сходите к нему, - вместо ответа попросил-приказал Рэнданиэлла. Ритхэн поднялся: - Что-нибудь передать? Рэнданиэлла помолчал. - Нет. Аристократ приподнял бровь, но больше ничего не сказал и вышел. - Всё настолько плохо? - спросил эльф-шаман. Рэнданиэлла не ответил. Только нахмурился еще больше. - Рэн, не переживай. Помиритесь, - попытавшись его успокоить, усмехнулся граф Нерей. - Твой законный супруг никуда от тебя не денется. - Не денется, - улыбнулся Рэнданиэлла. Но такой улыбочкой, после которой надолго над столом повисла неуютная тишина. - Ваше высочество, можно вас на пару слов? - с отнюдь не вежливым вопросом в столовую ворвался Ритхэн. Принц эльфов, прищурившись, к нему обернулся. - Конечно, - сказал он после паузы. Рэнданиэлла встал, намереваясь выйти вслед за взбешенным аристократом. Ристал поднялся вместе с другом. *** - Что между вами произошло? - сердито начал Ритхэн. - А он не рассказал? - Его нет в комнате! - Нет в комнате? - быстро переспросил Рэнданиэлла. - Тогда где он? Аристократ отмахнулся: - Если вы поругались, и он не пошел искать меня - значит, он сейчас с Нэхи. Но это к делу не относится. Что случилось утром? - Что случилось? Вот это случилось, - принц продемонстрировал Ритхэну кольца. - Почему они у вас? - нахмурился орк. - Потому что он их снял. Рэнданиэлла скрестил руки на груди. - Что за бред? - в никуда спросил Ритхэн. - Бред? - прищурился Рэнданиэлла. - Конечно, бред, - не отступил орк. - Постойте, - его вдруг осенило. - Вы на нем сорвались? Из-за колец? Вы подумали, что... - Правду, - оборвал его принц эльфов. - И не подумал, а наконец-то уяснил. Ритхэн рассмеялся. Действительно - самым наглым образом - рассмеялся над этими словами. - Тирэ Рэнданиэлла, простите, но вы дурак! - Шаман, - предупреждающе осадил его Ристал. - Не надо, Рис. Он прав. - Конечно, я прав! Ритхэн еще с полминуты не мог успокоиться, но потом все же справился с собой. - Тирэ Рэнданиэлла, а теперь сделайте нам всем одолжение и внимательно послушайте, что я вам скажу. Ласт никогда и ни при каких обстоятельствах добровольно не снял бы эти кольца. - Однако ж, они у меня. - Как они оказались у вас, это уже вопрос другой, - Ритхэн замолчал и терпеливо принялся ждать, когда же принц осознает смысл сказанных им ранее слов. Рэнданиэлла затих и перевел взгляд на окно. - Почему? - всё, что сказал принц после долгой паузы. - Почему, что? - переспросил Ритхэн. - Почему он сразу же к вам не кинулся, чтобы душу излить? А разрешите поинтересоваться, тирэ Рэнданиэлла: вы-то сами почему ему до сих пор о своих чувствах не сказали? - Я... я пытался. - Пытались? - скептически протянул орк. - Ах, ну если вы "пытались"... - Да, черт возьми, пытался! - не сдержался Рэнданиэлла. - И знаешь, какой ответ я получил? - Нет, - честно признался Ритхэн. - Ласт мне ничего про ваши "попытки" не рассказывал. - Я не говорил напрямую! Я спросил у него, помнит ли он историю Ленсхэна Саррехнас'схарра. Он ответил, что помнит, - принц сделал паузу. - И добавил "неужели вы желаете мне такой участи?" Как я должен на это реагировать? Ритхэн задумался. Затем поморщился и почесал нос: - Знаете, тирэ Рэнданиэлла, лучше бы вы говорили напрямую. - Объяснись, - потребовал принц. Ритхэн чуть усмехнулся: - Ленсхэн Саррехнас'схарра жил две с половиной тысячи лет назад. Был четвертым в истории Великого Леса правителем-аристократом. В годы его правления шла война, которая впоследствии получила название "Предначертанная". В последней битве этой войны в Алессах встретились Личная Армия Руки орков и армия Короля Рассветного Пламени. Ленсхэн Саррехнас'схарра сам повел своих воинов и сгинул в водах Адурата. Его тела так и не нашли. - Что за ерунда? - оба эльфа были в недоумении, но вопрос решился задать Ристал. - Почему ерунда? - спокойно пожал плечами Ритхэн. - Это не ерунда, это история, которую "помнит" Ласт. Рэнданиэлла поборол желание вновь побиться головой обо что-нибудь твердое: - Он думает, что я желаю ему смерти? Вопрос так и остался без ответа. - Ритхэн? - Да, ваше высочество? - Я могу понять, почему ему была рассказана эта измененная версия история жизни Ленсхэна, но он Рука орков уже пять лет, так? - Так, - кивнул аристократ. - Почему же он до сих пор не знает правду? - Да как-то, - неловко повел плечом орк, - повода не было. Я и сам-то об этом вспомнил только что. - Повода не было? - мрачно переспросил Рэнданиэлла. - И не надо на меня всё сваливать! - не дожидаясь обвинений, перешел в наступление Ритхэн. - Если бы вы сами нормально всё сказали, ничего этого бы не было! - Да как я скажу, если... - Если что? Ну что? Что?! Или вы от него первого шага ждали?! Вы вообще помните, с кем вы дело имеете?! - Ритхэн постарался успокоиться. - Так я напомню. Ластхэн Ррахэнар'ратарра. Пятый в истории Великого Леса правитель-аристократ. Первый в истории Великого Леса правитель-аристократ, принявший мантию по Праву Преемственности. Теперь картина яснее стала? На этот раз тишина висела дольше. - Правда, - прикрыв глаза, прошептал Рэнданиэлла. - Правда, - подтвердил шаман-аристократ, хоть принц в его подтверждении уже и не нуждался. - И Танцующим-со-Смертью он стал... - ...когда это в первый раз случилось, - продолжил за принца Ритхэн. - Ласт ведь ему доверял. Как отцу. Которого у него и не было никогда. А эта гнида... - голос сорвался, аристократ откашлялся и попробовал снова: - Мразь эта сил просто не рассчитала. Крышу сорвало и всё. Хотя сожалел он потом. Лучших Целителей вызвал, сам по три раза на дню появлялся, - аристократ невесело усмехнулся. - Он ведь так и думал, что Ласт только благодаря этим его Целителям и выкарабкался. А оно вон как получилось: если бы не Сарис... Сожалел-то он сожалел, но ровно до того мгновения, пока Ласт снова перед ним не оказался, - Ритхэн сжал кулак: - Убил бы мразь. Кна'схэном клянусь, убил бы, да только Ласта тогда бы... - И что ты делал, шаман? Помимо пустых угроз и обещаний, - жестко спросил Ристал. - Что ты делал для своего друга? - Я делал всё, что я мог для него делать. - И что же? Ритхэн смотрел на эльфов - впервые - открыто и серьезно: - Я был там для него. Всякий раз, когда он во мне нуждался. *** - Аааррр, - вдруг раздалось над головами. Небольшая черная птица будто в нерешительности покружила над ними и опустилась на плечо принца. - Ластхэн, - тут же понял Рэнданиэлла и перевел взгляд на вмиг побледневшего орка-шамана. - Спокойно, - выдохнул Ритхэн, непонятно, к кому обращаясь. Ворон покрутил головой, глядя на них зелеными глазами-бусинками, расправил большие крылья и, спорхнув с плеча принца, вновь устремился к окну, напоследок выдав еще одно тоскливо-безнадежное: - Аааррр. - А вот теперь можно паниковать, - известил эльфов Ритхэн. *** - Прости меня. Я виноват. Только я. Не осознавая, что говорит вслух, бездумно твердил Ластхэн. Стрелу он так и не решился выдернуть. Скорее всего, она отравлена, да и какой теперь в этом толк? Обратно уже не вернешь... - Прости меня, прости. Где-то в отдалении послышались боевые кличи и едва различимый стрекот заклятий Отверженных. Это был совсем не большой - по их меркам - отряд. И все равно странным было его появление здесь, чуть больше, чем в десятке миль от "лисьего замка". Никак специально они на кого-то охотились... Ластхэн горько усмехнулся: невелика тайна. - Прости меня, Нэхи. Глупый я. И тебя не уберег, и сам скоро рядом с тобою лягу. Ластхэн не питал никаких иллюзий насчет своего ближайшего будущего. Они не успеют. А один он здесь ничего сделать не сможет. Только нос из укрытия высуни - или стрела в горло, или заклятье в грудь. К одному концу. - Я не боюсь. Веришь мне, Нэхи? Вот только... сказать не успел. Даже для Танцующих: смерть - это смерть. В первый раз - больно, а во второй - и последний - уже не страшно... - Я ведь хотел сказать. Правда, хотел. И сказал бы. Веришь? Барабанная дробь приближалась. Ластхэн не знал, обнаружили его укрытие или еще нет. Хотя, конечно же, его простенькая "завеса" все равно долго обманывать Отверженных не смогла бы, а потому пора уже настраиваться на бой. Один Танцующий против двух сотен Лишенных Души? Ластхэн готов был смеяться. - Веришь мне, Нэхи? Веришь? *** - Черт, что они здесь делают? - У тебя все вопросы такие же идиотские? Или есть хоть одна светлая мысль? - Лосс была раздражена. Что означало только одно - она очень переживала за брата. - Сиреневая в крапинку есть, - огрызнулся Ритхэн. - Если используем магию хотя бы на двухкастовое заклятье, сразу же себя раскроем. - Надо поискать кастовым. Отголосок должны услышать, - рассудила Элинтар. - Это долго. Надо рисковать, - не согласился Ристал. - Рисковать, - поддержал его орк-шаман. Элинтар спорить не стала: - Тогда делаем так... *** - Ритхэн, сможешь их обоих прикрыть? - серьезно посмотрела на него Элинтар. Орк-шаман, поразмыслив, кивнул: - Да. Но тогда в бою от меня никакого толка не будет. - Это не твоя забота. Тебе надо прикрыть наших Танцующих. Остальное тебя не касается. Ритхэн снова кивнул: - Сделаем. Элинтар уже хотела его покинуть, но в последний момент оглянулась: - Ритхэн. Аристократ посмотрел прямо в серые глаза мелисни. - Ритхэн, я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть. - Я вас не подведу, мэса. Элинтар развернулась и скрылась за деревьями, оставляя Ритхэна на холме в гордом одиночестве. *** Барабанная дробь, казалось, звучала со всех сторон разом. Ластхэн удивлялся только одному: как его до сих пор не обнаружили? Неужели Отверженные его укрытие пропустили?.. Оооомммм!! Будто колокольный звон пронесся над головой, сметая все преграды... Ближайшие существа с абсолютно белыми глазами (люди? эльфы? орки? черт их теперь разберет...) разом развернулись в его сторону. Ластхэн вскочил на ноги. Один Танцующий против двух сотен Лишенных Души? Ластхэн смеялся. - Веришь мне, Нэхи? БАМ Ластхэн почувствовал, как какая-то сила отрывает его от земли и отшвыривает куда-то назад. *** Ритхэн быстро тер свою правую ладонь, пытаясь ее согреть. - Давай, милая. Давай, родная. Нам с тобой сегодня надо поработать, душа моя. Помнишь, что нам мэса сказала? "Самое дорогое". Давай, душа моя, не подведи меня. Орк выставил перед собой обе руки и произнес фразу на древнем наречии. Тут же нижняя ветка рядом стоящего дерева загорелась и с треском обрушилась на землю. - Упс, - информативно изъяснился шаман и снова принялся тереть правую ладонь. - Ну, что ж ты, душа моя?! Что ты творишь?! Давай, будь умницей, от нас сейчас очень многое зависит! Орк посмотрел вниз. С его места открывался неплохой вид на "поле" предстоящей битвы. И по его внутреннему ощущению эта самая битва должна была вот-вот начаться. - Ну, давай же, душа моя! - Оооомммм!! - пронеслось по воздуху. - Ласт! - выкрикнул Ритхэн, тут же заметив друга. - Не дергайся, Ласт, сейчас я тебя "поймаю"... - шаман начал водить перед собою левой ладонью. - Еще чуть-чуть... Есть! БАМ Взрыв был такой силы, что Ритхэн и сам еле устоял на ногах. - Лосс, стоять! - распорядился шаман, прекрасно зная, что его никто не слышит. - Так, душа моя, теперь твоя очередь, - правая ладонь аристократа принялась повторять движения левой. - Сюда, сюда... не капризничай, душа моя... Лосс, ну куда тебя понесло?! Меня ж Элинтар прибьет - не побрезгует!! Сюда, я сказал! Так, Ласт, давай-ка поднимайся уже, пора... Лосс, ну можно ж было обойти, в конце концов! Душа моя, что ж ты меня подводишь-то... Есть!! *** Ластхэн здорово приложился затылком о твердую землю. Боль в голове назойливо пульсировала и мешала сосредоточиться. - Брат! - Сестра? - аристократ попытался приподняться хотя бы в сидячее положение, Лосс помогла. - Целый? Ластхэн кивнул и тут же об этом пожалел: голова закружилась, а к горлу подкатил противный комок. - Только местами потрепанный, - отдышавшись, выдавил орк. - Ничего, до свадьбы заживет, - озорно подмигнула ему Лосс и отвлеклась на незваных гостей. Ластхэн еще с минуту посидел, приходя в себя, затем осторожно медленно встал на ноги. К нему тут же снова подскочила Лосс. - Прорвемся, брат! ВЖИГ Их обдало жаром, и мгновение спустя раздался взрыв. - О, Элинтар проснулась. Я ее файерболл ни с чьим другим не спутаю! Послышался ответный громкий стрекот - в воздухе сверкнула зеленоватая вспышка. - Не сдаются гады! - Кто еще здесь? - Ластхэна наконец-то перестало подташнивать, и он мог нормально оценить обстановку. - Все, - просто ответила Лосс. - Даже граф с своими лучниками. Сам понимаешь, всадников сюда гнать глупо, а вот лучники пригодились. Над ними Амадиэллу поставили, - девушка усмехнулась. - Мне кажется, наша принцесса сейчас очень жалеет, что она у нас вся такая правильная и нехорошими словами не ругается... Сзади! Ластхэн выхватил скарры и сделал резкий оборот на триста шестьдесят градусов. За его спиной упали двое Лишенных: оба - с перерезанным глотками. Ластхэн потерял равновесие и на ногах удержался только благодаря Лосс. - Может, тебе еще посидеть? - предложила девушка. Аристократ упрямо отмахнулся. - А... здесь? - Здесь-здесь, - вздохнула Лосс. - Но нам к нему нельзя. Нас, кажется, уже "поймали". Сам понимаешь. Ластхэн вытянул шею, стараясь разглядеть серебристо-голубой отблеск в живой копошащейся массе. - Эй! - возмутилась Лосс. Непреодолимая невидимая сила подхватила Танцующих и растащила их в разные стороны. В землю, в то место, где они стояли секундой ранее, вонзились стрелы с черно-белым оперением. *** - Это что за чучело? - Где? - нахмурился Ристал. Граф Нерей указал на что-то, и шаман проследил за его рукой. - Это не чучело, - спокойно ответил Ристал, - это Отверженный. Ложись!! Эльф прыгнул на Нерея, сваливая его с ног, и они вдвоем покатились вниз с невысокой горки. Зеленоватая молния, сверкнув над их головами, ударила в дерево, возле которого они только что были, и разнесла его в щепки. - А я говорю - чучело. Самое натуральное чучело, - граф поднялся, встал на колени и осторожно выглянул из-за пышных веток кустарника, в который они угодили. - Идиот, - тихо-тихо проворчал Ристал и принялся что-то чертить на клочке наспех расчищенной земли. *** - Ай-ай-ай, как нехорошо, господа. Стрелами - в Танцующих? Это, господа, низко. А если бы меня здесь не было? - Ритхэн ни на секунду не прекращал плавно водить перед собой раскрытыми ладонями. - Так, Ласт, ты уверен, что тебе именно туда? Ты хорошо подумал? Лосс, забери его. Да, кстати, слева к вам очередные гости. Нравитесь вы им сегодня, прям отстать от вас не могут. Лосс, я сказал - забери его! Он ведь пойдет! Стоп, Лосс, ты-то сама куда? Стоять! Ау!! - по правой руке пронеслась вспышка боли, Ритхэн от неожиданности даже язык прикусил. - Душа моя, только не сейчас, только не сейчас... Лосс, забери его!! Правильно, Лосс, правильно. И его забери, и сама оттуда уходи... Что? Кто? Куда??! В следующее мгновение Ритхэн обнаружил себя распластанным у корней какого-то высохшего дерева. - Мы так не договаривались, - вполне внятно пробормотал шаман и отключился. *** - Ритхэн нам за эту выходку точно спасибо не скажет, - вздохнула Лосс. - Почему? - А ты думаешь, кто нас пас? Наверняка он. Ластхэн нахмурился, обдумывая варианты. - Ластхэн! Лосс! - Рэнданиэлла! - тут же отвлекшись от своих мыслей, в ответ закричал аристократ. - Сюда!! *** - Сахареханасаратопетавора, - на одном дыхании выводит Ристал. - Тарро. Вокка. Пет и харо. Сворра тасо ин вак те, - отрывисто отвечает ему Элинтар. Когда находишься за много метров от партнера и не слышишь его, надо считать. - ...шесть, семь, восемь, - вполголоса произносит Ристал. - Сахарете... - ...одиннадцать, двенадцать, тринадцать, - шепчет Элинтар. - Ин вак те ра... - ...двадцать, двадцать один... - ...двадцать четыре, двадцать пять... - ...тридцать... - ...сорок девять... - ...пятьдесят два! Пятьдесят три! - перекрикивает собственные мысли Ристал. - Сарихата!.. - ...семьдесят пять! - почти срывается голос у Элинтар. - Тар сер като!.. И вместе: - Семьдесят девять! Восемьдесят! Восемьдесят один! И вместе: - Ин вак... сахаре... те ра... ханаса... като сер... топера! И вместе: - Да помогут нам боги... *** - Брат? Брат, слышишь меня? Черт, темно... - Рэнданиэлла? Рэнданиэлла, ответь мне. Сестра, он не... он... - Успокойся, - жестко сказала Лосс и, встав на четвереньки, поползла на голос брата. - Посветлее сделать можешь? Ластхэн глубоко вздохнул. В темноте послышался какой-то неясный шорох, и через несколько секунд в сложенных лодочкой ладонях аристократа загорелся маленький огонек. Ластхэн опустил его на землю и вновь повернулся к лежащему без движения эльфу. - Сестра, он... - Он дышит, - перебила его Лосс. - Всё будет в порядке. Сейчас наши шаманы нас откопают, и Ристал быстренько его на ноги поставит, вот увидишь, - мелисни и сама очень хотела верить в то, что говорила. - Кровь, - выдохнул аристократ. - И запах. Чувствуешь? Это яд. А если они не успеют? - Успеют. Конечно, успеют. - Рэнданиэлла? Ответь мне. Очнись, - Ластхэн нежно погладил принца по испачканной землей щеке. - Рэн, ответь мне... пожалуйста... я должен тебе сказать... Лосс уже успела облазить все закоулки их маленькой "темницы" и вернулась обратно: - Сами не выберемся. Придется ждать. "Придется ждать". Сколько? А если времени у него совсем мало? Ластхэн отчаянно вцепился в тунику принца: - Рэнданиэлла, очнись сейчас же! Слышишь меня? Очнись! Если ты сейчас посмеешь умереть - клянусь Кна'схэном, я тебя собственноручно придушу!.. - Жизнь моя, у тебя большие проблемы... - с усилием перевел дыхание принц, - с логикой. Ластхэн порывисто выдохнул и уткнулся носом в его грудь. - Это у тебя большие проблемы будут, если еще раз так меня напугать вздумаешь, - тихо пробормотал орк. - Прости, - прошептал принц и, правой рукой прижав к себе своего аристократа, поцеловал затянутые в косу волосы. Несколько секунд лишь звук дыхания - одного на троих - нарушал тишину. - Рэнданиэлла, ты только сознание больше не теряй, - предупредила Лосс. Ластхэн тут же поднял голову: - Рэн? - Всё хорошо, - принц попытался улыбнуться, но вместо этого только поморщился, устало прикрыв глаза: - Всё хорошо. - Рэнданиэлла, не спать! - прикрикнула Лосс. - Тебе надо оставаться в сознании. - Рэн, поговори со мной, - Ластхэн вновь погладил эльфа по щеке. - Расскажи мне что-нибудь. - Для тебя, - слова давались принцу с каждым мгновением всё труднее, но он честно не сдавался, - всё, что угодно... жизнь моя... - Рэн! - Ваше высочество, не спать! Рэнданиэлла, брат никогда не видел роналии. Расскажи ему, как они цветут. - Нет... не расскажу... - Почему? - удивилась Лосс. Принц с нежностью посмотрел на встревоженного аристократа: - Я покажу. Ластхэн осторожно улыбнулся. Принц закрыл глаза. - Рэн! - Ваше высочество! Рэнданиэлла, проснись!! - Рэн? - аристократ склонился над ним, с надеждой заглянул в лицо, - Рэн, - и легко коснулся губами его губ, - пожалуйста?.. конец главы