Он не такой, как мне казалось.

      Домой мы зашли в полнейшей тишине, Марк явно заметил перемены в моем настроении, но ничего не сказал. Это хорошо. Сдерживать себя так долго не в моих правилах, хотя я ведь обещала. На кухне радостным лаем и вилянием хвостом нас встречал наш мальчик. Приятно, хоть у кого-то настроение не испорчено. Пока парень переодевался, я разогрела поесть и сварила кофе. Ели мы тоже в полнейшей тишине, лишь изредка роняя друг на друга взгляды.  — Долго дуться на меня будешь? — Спрашивает Марк, откладывая в сторону столовые приборы, внимательно смотрит на меня.  — Я не дуюсь! — Тихо ответила я, делая глоток из кружки.  — Будто я не вижу! — Хмыкает молодой человек.  — Марк, — Начинаю я, но так и замолкаю, назвав только его имя.  — Что? Договаривай! — Парень с интересом наблюдал за мной, и как будто всю мою смелость, злость, желание сделать все по-своему сдуло ветром, потому что этот чертов взгляд. — Я жду!  — Не надо меня так контролировать! — Выпаливаю я на одном дыхании. — Что плохого в том, что я поехала к родному брату в гости? Он же мой брат, а не любовник! И вообще, как будто ты мне не доверяешь! В твоем представлении, я что, при твоем уходе сразу тут вписку устраиваю и трахаюсь со всеми направо-налево? — С обидой в голосе и на тон громче говорю я. Марк злится. Он очень злится. Прекрасно вижу, как глаза наливаются яростью, невольно в памяти возникает образ парня, когда тот увидел меня и Илью.  — Ты совсем с ума сошла? — Выпаливает парень, ударяя кулаком по столу. Я вздрагиваю, как и Маркуша рядом со мной. — О каком недоверии идет речь? Я о твоей безопасности беспокоюсь! — парень немного сбавляет тон, видя, как мои глаза постепенно наполняются слезами. Я не успеваю за тем, как он оказывается рядом, прижимая меня к себе. — Хватит! Успокойся! — Марк гладит меня по голове, а я плачу. Слезы пропитывают его футболку, но он не отстраняет меня — разве что на одно мгновение, чтобы вытереть мои соленые жгучие слезы и поцеловать в лоб, а затем снова прижимает к себе, укачивая. Немного погодя, я успокаиваюсь, сама отстраняюсь от него, вытирая тыльной стороной ладони свое лицо, явно стирая тушь и размазывая ее. Марк улыбается, наблюдая за мной.  — Мир? — Молодой человек протягивает мне ладонь, которую я пожимаю.  — Мир! — Тихо отвечаю я.  — Закрепим? — Его победная похабная ухмылочка. Марк легонько касается моих губ, постепенно углубляя поцелуй, его руки уже под моей майкой, но тут я толкаю его руками в грудь, призывая прекратить.  — Ты чего вдруг такой любвеобильный?  — Ты рядом! — Просто отвечает парень, поднимая меня на руки.  — Я еще согласия не дала! — Смотрю на Марка, пока тот несет меня на руках в сторону спальни.  — Как будто оно мне нужно?! — Вот же, засранец. Обидел, до слез довел, а сейчас еще и трахнуть собирается без моего «Да». Хотя, я не против, чего скрывать. Выглядываю за спину, за нами недоуменным взглядом наблюдает Марк-младший. Боже, как это выглядит с его стороны? Примерно так: мама и папа ругаются, мама плачет, папа — козел, но потом папа целует маму и она улыбается! Сама бы охренела от такого. При этом пес сидит на месте, наклонив голову набок, и будто улыбается.       В спальне Марк аккуратно укладывает меня на постель, нависает надо мной, удерживаясь на одних руках, расставленных по обе стороны от моей головы. Требовательный поцелуй, немного грубый, парень кусает и оттягивает мою нижнюю губу, срывая мой стон. Ухмыляется — ему нравится, когда он слышит, что мне хорошо. Чувствую как он сводит мои руки за головой, удерживает одной своей, а другой поспешно снимает ремень со своих джинсов. Нетугой узел скрепляет мои руки, недоуменно смотрю на него.  — Ты меня сегодня немного разозлила! Сама виновата! — Как-то слишком просто он это говорит, качнув головой, говоря: «А что в этом такого?».  — Наказываешь, значит! — Парень охотно кивает, улыбается, оскалившись во все свои 32 зуба. Марк оставляет поцелуй-укус на моей ключице, после которого явно останется след. Наблюдаю за ним — так как моя майка ему явно не поддается, он просто ее рвет. — Эй, какого черта? — возмущаюсь я.  — Она мне все равно никогда не нравилась! — отвечает парень, покрывая поцелуями открытые участки тела, следом за остатками майки летит и бюстгальтер. Закрываю глаза от удовольствия, когда Марк переходит к более интимным ласкам. Вообще, когда он рядом и он такой, у меня срывает крышу, и такое чувство, что я под сильным наркотиком имя которому — Марк Маркул. Он, блин, мой личный сорт героина. В чувство я прихожу, когда Марк целует внутреннюю сторону бедер — хочется притянуть его ближе, но руки связаны. А я уже и забыла, но как только вспоминаю, ощущаю как сильно они затекли.  — Марк, очень прошу, развяжи руки! — Со стоном в голосе произношу я, парень отрывается от ласк, тянется к моим рукам, развязывает узел. Свобода. Сразу же притягиваю его к себе и, пока он в легком замешательстве, беру инициативу на себя, переворачивая того на спину, усаживаясь сверху. Я прекрасно чувствую его возбуждение, наклоняюсь, требовательно целую, так же кусаю его нижнюю губу, отчего парень не сдерживается и издает что-то между рыком и стоном прямо в поцелуй. Парень легко усаживается, удерживая меня, затем резко переворачивает, снова оказывается сверху. И теперь мне не отвертеться. Сил на какие-то еще игры и ласки не осталось — он на пределе, как и я. Поэтому резко входит. Когда мы успели лишиться одежды ниже пояса? А, к черту, сейчас это не главное, сейчас главное — он. Тяжело дыша, Марк ложится рядом, обнимая меня, притягивает к себе, прижимает так близко, как может, целует в плечо.  — Никогда, слышишь, никогда не перечь мне! — Я киваю, но своевольничать я буду и начну завтра же! Утром я просыпаюсь одна, Марка нет в постели, не слышно в душе, даже на кухне. В ногах спит мой мальчик, тихо посапывая, его брюшко равномерно движется при каждом вдохе. Тянусь к телефону, но вместо него натыкаюсь на лист бумаги. «Милая, срочно вызвали! Буду поздно! Люблю!» — Что ж. Я тоже его очень люблю! Но… Быстренько собравшись я набрала Мирона.  — Да? — Сонным голосом говорит парень.  — Мир, слушай, где Марк делал себе тату?  — Что? — Окси явно только проснулся, поэтому повторяю свой вопрос, парень, недолго думая, дает мне адрес и контакты мастера. Закидываю в себя завтрак, беру Марка младшего, и отправляюсь в тату-салон. Знаете, думала, будет больнее, но нет! И вот она — моя первая татуировка на ключице, с изображение трех колибри, летящих в сторону моего плеча. Теперь нужно придумать отмазку, чтобы было не так палевно, почему я ношу повязку.       Домой я возвращаюсь примерно через часа три; Марка еще нет — замечательно. Собственно, молодой человек приходит около полуночи, чертовски уставший и без лишних расспросов, ложиться спать, предварительно меня поцеловав. Утро следующего дня выдается не таким легким, повязка мешает спать, поэтому очень сложно проснуться, но меня будят, настойчивыми поглаживаниями по бедру.  — Соня, проснись!  — Еще чуть-чуть! — Ною я, закутываясь еще больше в одеяло. Но Марк, видимо, не настроен уступать.  — Вставай!  — Ладно, ладно! — Открываю глаза, парень слишком уж довольный.  — Тату сделала, да? — Он словно мальчишка, которому буквально минуту назад сказали какую-то мега важную вещь, а он пришел перепроверять информацию у друзей.  — Что?  — Повязка больно знакомая! — Парень указывает на мою правую ключицу.  — Черт! — Тихо ругаюсь, не такую реакцию я рассчитывала.  — Что? Думала, ругать буду? — Марк слишком уж доволен. — Вот и не дождешься! — Молодой человек утягивает меня за собой, опрокидывая на себя, прижимает близко-близко, а объятия, словно тиски, но мне приятно. Поцелуй, его фирменный, нежный. Улыбаюсь искренне. Попробую как-нибудь по-другому.  — Давай сегодня друзей позовем? Посидим все вместе. — Так, где мой Марк? Кто тут лежит рядом?  — Это точно ты? — Озвучиваю я свой вопрос. Марк как-то по-детски смеется, притягивая меня за новой порцией поцелуя. Вот за что я его так люблю?  — Так, что? Согласна, провести вечер с друзьями и со мной? — Согласно киваю, закусывая нижнюю губу.       Ближе к вечеру собирается вся наша компания, плюсом к ним приходят Идан и Назар, с которыми меня и знакомит Марк. Вообще я не ожидала услышать, что я та самая, которая, наконец, обуздала Марка Маркула. Не думала, что обо мне такого мнения. Но это приятно. Сразу самооценка повышается. Все приходят с какими-либо гостинцами — Мирон и Леша принесли огромное количество выпивки, будто нас здесь целая толпа народа, хотя сколько нас: Марк и я, Маринка и Артем, Пашка, Леша и Мироша, Идан и Назар — всего 9 человек. Да, парни переборщили, выпивки здесь как минимум на человек 20. Вообще очень странно, две девушки в компании семи парней, попахивает пошлой историей!       Все начинается с невинных разговоров о том, что у каждого в жизни происходит. Маринка хвастается тем, что они с Артемом, наконец, съехались. А я смотрю на Марка, который победно улыбается. Конечно, мы с ним съехались, чуть ли не со второго дня отношений. Паша легко увиливает от вопроса о девушке, которая якобы есть, но никогда не появляется в нашей компании. Лешка победно заявляет, что бросил эту шмару, чему я несказанно рада, и теперь он встречается с моей, блин, однокурсницей. Новости века просто! Мирон, Идан, Назар и Марк рассказывают о карьере, о предстоящих концертах, турах. Стоп, что? Туры? Смотрю на Марка удивленным взглядом, а тот лишь пожимает плечами. А еще, туры начинаются с конца октября и продолжаться они до начала ноября, когда у меня будет завал на учебе, про работу я вообще молчу. Вот же! «Так, Богданова, включай режим пай-девочки! Включай!» — Орет мой внутренний голос, и я его слушаюсь.  — Лиза! — От раздумий и бешенства меня отвлекает Мирон. — Татуировку, может, покажешь? — Наблюдая за удивленными лицами всех, кроме Марка и Мира. Осторожно снимаю повязку, обнажая ключицу и рисунок черными чернилами на еще слегка гиперемированной коже. Удивление, любование, добрая зависть -она прекрасно читается в глазах моей лучшей подруги.  — Ого, ты когда успела, сестренка?  — Вчера — Отвечает за меня Марк. А я улыбаюсь на все 32.  — А ты же еще танцуешь? — Спрашивает Назар, — видел несколько твоих выступлений на YouTube — очень классно! Хорошо музыку чувствуешь и пластика шикарная.  — Спасибо! — Как-то слишком скромно отвечаю я.  — Да, тоже видел парочку, — Отзывается Идан. — Когда снова уже засветишься? — Парень мне подмигивает, но ответить мне не дают.  — Еще не скоро, бро, пока ей нельзя! — Отвечает Марк за меня, прижимая к себе, сжимает хватку еще крепче.  — В любом случае будем ждать! — Все подхватывают, высказывая что-то вроде: «Да-да, круто, будем ждать! Ты классно танцуешь!». Около полуночи все разбредаются. Хотя почти всех отвозят на такси, потому, что-то количество спиртного, которого они выпили, явно дало о себе знать. Марк тоже на ватных ногах с моей помощи добирается до кровати, валится на нее и засыпает, как сурок. А я укладываюсь рядом, с мыслью, что пора возобновить тренировки и начать танцевать.