Он не такой, как мне казалось.

Ехали мы в полнейшей тишине, Мирон изредка поглядывал на меня, сразу же отводя взгляд. Друг хотел что-то сказать, но не решался. Я же не пыталась нарушить тишину, которая никоим образом сейчас не мешала. Картинки за окном машины сменялись одна за другой. Всегда знала, что Федоров рисковый парень потому, что садиться за руль слегка выпившим не особо хорошая идея. Но сейчас было плевать. Мы едем в сторону спасительных и родных стен, а в каком состоянии мы едем уже не важно. Да и 2 стакана пива, не повод вызывать такси. Янович все на меня посматривала, на мгновение, отрывая взгляд от дороги. - Мирош, говори уже, что хотел? – не выдерживаю я, разворачиваясь к парню корпусом. - Да, собственно, ничего интересного сказать не хочу! А вот узнать, как ты себя чувствуешь, хочу! – парень немного сбавляет газ, а затем и вовсе останавливается на обочине, смотря на меня своими большими глазами. - Я нормально, Мир! Просто настроение подпортилось! Давай, поедем! Хочу домой! – я развернулась к окну, всматриваясь в темноту вокруг нас, различая отдельные деревья по обочине, впереди стоял знак пешеходного перехода, освещенный светом фар машины. - Хорошо! – услышала я, немного качнувшись на месте от того, как быстро Мир газанул. Дома нас радостно встретил Марк младший, ластясь ко мне, подставляя свою симпатичную мордашку под мою руку. Пес не отходил от меня ни на шаг, даже когда я поднялась наверх, переодеться и принять быстренько душ, пока Мирон хозяйничал на кухне, пес все это время ходил за мной по пятам. Я не понимала, что именно я сейчас чувствую. Во всяком случае, я точно злилась, злилась на Поднебесникова, который никак не отвяжется, злилась, что Марка рядом нет. В мозгу сработал переключатель, который напомнил, что я ведь так и не позвонила Марку, но решив, что сейчас он может выступать или вовсе спит, я просто написала сообщение. «Привет, родной! Я дома! Как и можно было ожидать, со мной случился очередной капец, в виде Поднебесникова. Мирон отвез меня домой, сейчас сидим у нас. Люблю!». Но я не успела отправить написанное, так как раздался звонок, а на экране высвечивалось «Марк». - Да? – раз он звонит первым, мне сейчас еще попадет, поэтому голос у меня был, словно моментом назад я сильно так накосячила. Кого я обманываю? Так оно и было. - Где ты? – голос строгий, и похоже, он очень зол. - Дома! – коротко отвечаю я, ожидая поток негатива в мою сторону. - Одна? – что за вопросы? - Нет, Мирона попросила остаться! –тихо отвечаю я. Блин, будь он рядом, я, наверное, стояла бы, закрыв лицо руками и где-нибудь подальше. - Хорошо! – голос смягчается, что немного шокирует. – Назар, видео показал с твоим участием! – вот они последствия. – Хорошо танцуешь, горжусь! Но, серьезно? Ты батлила с Поднебесниковым? – Марк по голосу и правда удивлен и шокирован. - Как будто я знала, что это он! – тело передернуло, как только в памяти всплыл момент, когда он удерживал меня за талию, слишком близко прижав к себе. – Если бы знала, на милю бы к нему не подошла, тем более это, беее! – парень рассмеялся в трубку. Эта его резкая переменчивость настроения и тона всегда удивляла. – Так ты не сердишься? - Когда увидел первый раз видео, чуть с катушек не слетел. Но сейчас, спокоен! – отвечает Марк. – Хотя я не доволен, ты там обещала писать, как поедешь, как будешь в баре и как приедешь домой! Но почему-то написала только, когда вы поехали! - Вообще-то я тебе уже сообщение набрала, хотела отправить, а ты сам звонишь! – оправдываюсь я. - Так уж и быть, поверю! Но первый и последний раз, чтоб такое было! Поняла? – Марк снова говорил серьезно. Да уж, боюсь себе представить, что он там нафантазировал, когда увидел эту запись. Но прекрасно зная, какой он ревнивец, то без моих объяснений, мне бы пришел пипец, возможно, даже нашим отношениям. Тихонько сплюнув через левое плечо, я постучала по деревянной двери шкафа, около которого сейчас стояла. - Да, поняла! – четко и коротко отвечаю я. - Надеюсь, без меня ты больше никуда не пойдешь! – так себе и представляла, как парень потирает свой лоб, переносицу и виски, говоря это. А-ля «сколько уже можно говорить, что ты одна находишь приключений себе на жопу, больше чем любой положительный персонаж сериалов». - Нет! Только в больницу, туда ходить нужно в любом случае! – уже смеюсь я, обстановка уже разряжена. Маркушка стоит рядом, виляя хвостом. – Марк, давай видеосвязь включу, тут с тобой поздороваться хотят! – парень соглашается, и через несколько секунд я вижу, наконец, его лицо, такое родное, красивое, любимое. Парень улыбается, увидев меня. – Вот! – переключаю на заднюю камеру, показывая пса, который активно виляет хвостом, высунув язык. Снова переключаю на переднюю, усаживаюсь рядом с Маркушкой. – Поздоровайся! – говорю я псу, на что тот отвечает звонким лаем. - Я хочу вас обнять, кого-то больше чем обнять, намного больше! – говорит Марк, пошло усмехаясь. - Всего неделька осталась! – говорю я, передразнивая его ранее услышанные слова. Марк смеется. - Длинная неделя! – парень вздыхает. - Что за крик, а драки нет? – в комнату влетает Мирон, озираясь по сторонам. – А, это всего лишь ты, бро! – Мирон машет рукой, здороваясь с парнем. - И тебе привет! - Мирон присаживается рядом с нами. - Марк, проблемы у тебя! – парень нагло выхватывает телефон у меня из рук, забирая себе, - Соперник у тебя появился! Танцует классно, вон Лизку покорил! – за что тут же получает от меня подзатыльник. - Ты про Поднебесникова, которого она уделала в пух и прах? – спрашивает Марк, вопросительно подняв брови. - Ты-то откуда знаешь? – Мирон хмурится, - А я ведь так пошутить хотел! - Знаешь, твои шутки плохо заканчиваются, - говорю я, посылая на парня взгляд а-ля «ты точно труп!», - вспомнить хотя бы ту фотку, где у Марка на коленях какая-то шмара сидит! – складываю руки на груди. - Вспомнишь тоже! – Мир отмахивается от меня. – Ладно, бро, отдыхай! За Лизкой пригляжу, больше никуда не пойдем, если что бухать будем дома! – Мирон отключает разговор, дождавшись когда Марк скажет нам «пока», и поворачивается ко мне. – А ты дуй вниз, я там салат нарезал! На кухне Мирон всячески пытается меня свести с ума от смеха, потому что он только и делает, что шутит. А у меня от смеха уже болят и щеки, и живот. На ночь мирон остается у нас, в щедро выделенной мною комнате. Рано утром он уезжает, по-дружески подкинув меня до больницы, где ждут те же однотипные дела. Наступила уже дата концерта в Олимпийском, куда я, естественно, была приглашена. У Марка не получилось вернуться за день до этого, поэтому он должен был приехать как раз к началу всего этого чудесного мероприятия. Мирон был очень рад, взволнован, никогда его таким не видела. А когда он узнал, что на концерте 22 тысячи человек, он чуть было не слетел с катушек. Публика была в восторге от выступления, такая поддержка, такая живая атмосфера. А вот уже с катушек слетела я, когда с другой стороны сцены вышел Марк для исполнения их совместного трека Fata Morgana, практически все исполнение взгляд парня был прикован ко мне, и словно это было впервые в моей жизни, я покрылась красной от пальцев на ногах до макушки головы. Щеки горели, зуб даю, что они были совершенно пунцовыми, но, тем не менее, я подпевала каждому слову, невольно двигая телом в такт музыке, от чего ловила на себе взгляды не только Марка, но и Мирона и остальных ребят. Особенно я старалась на партиях Марка. По стечению обстоятельств, это была последняя песня, после которой Мирон и Марк нехотя удалились со сцены. Когда Маркул оказался за кулисами, то на него тут же накинулась. А что? Я скучала. Плевать, что подумают. Вот он, сейчас стоит рядом со мной, буквально в моих объятиях, такой родной, такой МОЙ. Молодой человек обнимает меня так же крепко, а затем резко отрывает от своего тела и целует горячо, нежно, со всей своей страстью, показывая, насколько он соскучился. Воздуха снова не хватает, отрываемся друг от друга, оперевшись лбами. - Я скучал! – говорил Марк, улыбаясь уголками губ. - Я сильнее! – провожу ладонью по его лицу, очерчивая родные черты. Тону в омуте карих глаз, и не нужно меня спасать. Я готова к таким жертвам. - Голубки мои, - оборачиваемся на голос Мирона, - я, конечно, рад, что Марк, наконец, вернулся и вы воссоединились, но должен его у тебя забрать, возражения не принимаются. - Куда? – огорченно говорю я, ставя руки на талию, и смотрю на них, Марк похоже сам не понимает о чем речь, но уже через минуту у него загораются глаза, видимо, понял. - Так, Богданова, не злись только! Мужские посиделки! - говорит Мирон, поднимая руки вверх. Строю недовольную гримасу, знаю я, какие у них там «мужские посиделки». – Да, харе, Лизок! – Мирон взмахивает руками, - он вернется этой же ночью, месяц терпела, еще несколько часов переживешь! - Так и знай, Федоров, сотру тебя в порошок в следующий раз! - В следующий раз всегда, пожалуйста! Не против! А теперь со спокойной душенькой поезжай домой, привезем и в руки передадим, если что! – говорит Мирон, забирая Марка, так и не сказавшего ни слова. - Лиза, постараюсь не задерживаться! Очень сильно тебя люблю! – рэпер улыбается, вновь притягивая меня за очередной порцией обнимашек и поцелуя. Ладно, уж! Пусть развлекутся. - Хорошо! Тоже тебя люблю! – целую парня, - Хорошо развлечься! – обнимаю уже остальных. Домой я вернулась с жутким предчувствием чего-то нехорошего. В голове был целый рой мыслей и предположений, каждое хуже предыдущего. Было одно желание – набрать Марка или Мирона, поинтересоваться, как у них дела. Но я себе не давала этого сделать, дабы не быть привязной, ревнивой бабой, в которую я такими темпами могу превратиться. От всех этих мыслей не освободил ни бокал вина, ни Маркушка, который устроился у меня на ногах, ни прослушивание музыки, ни просмотр сериала, который даже не смотрелся, потому что голова была занята другим. Время шло чрезвычайно медленно, еще медленнее, чем когда я ждала Марка из тура. Я то и дело оглядывалась на часы, замечая минутную стрелку все на том же месте, хоть субъективно и ощущала, что прошло уже не менее пяти минут. Телефон молчал, что немного успокаивало. Ведь, если бы с ними что-то случилось, то мне бы позвонили. Наконец, я слышу звуки за дверью, которые говорят, что Марк и, похоже, не один он, вернулся. Пес слезает с меня, пропуская к ним. Спешно открываю дверь и громко ахаю. Мирон и Охра держат парня под руки, с лица Марка стекают отдельные капельки алой крови, нос разбит и вероятнее всего сломан, бровь разбита, как и губа, на автомате подхватываю его, позволяя Мироны закрыть дверь, ничего не спрашиваю, не до вопросов, нужно Марку помочь. Вместе с Ваней ведем его на кухню. Обильно смачиваю полотенце прохладной водой, протираю ему лицо, убирая уже запекшуюся где-то кровь, прошу Мирона достать пакет со льдом из морозилки, прикладываю его к скуле Марка, где уже виднеется хороший такой кровоподтек. - Хей, Лиза, все хорошо! – Марк пытается убрать от своего лица мою руку, вглядываясь в мои глаза, которые как оказывается, уже намокли от слез. - Марк! – как можно строже говорю я, парень слушается, парни не издают и звука. Достаю из аптечки перевязочные материалы, перекись и йод, нужно всю эту «красоту» обработать. Мимолетно замечаю и у парней по несколько ушибов. - Там в морозилке есть еще лед, приложите! – говорю я и указываю на их лица, стараясь никак не показывать своих эмоций: а сейчас я дико злюсь на всех, в том числе и на себя. Все послушно выполняют мои рекомендации. Обрабатываю на лице Марка очередной рассечение мягких тканей, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Всех троих ждет серьезный разговор, как только я закончу с обработкой. Обрабатываю последнюю самую маленькую ранку, а затем убираю аптечку на место. - Кто начнет? – спрашиваю я, не оборачиваясь к парням. Те и так знают, о чем я. - В общем, - узнаю голос Мирона, ладно пусть продолжает, - мы спокойно сидели своей компанией… - но его прерывают. - Я просто сделал то, что обещал! – говорит Марк, разворачиваясь ко мне корпусом. – Поднебесников подошел к тебе, а я обещал, что это кончится плохо. - Плохо для кого? – не выдерживаю я. - На твоем лице почти живого места нет, я боюсь смотреть, что под футболкой. Для кого это плохо кончилось? - Лиза, он тоже знатно получил! – отзывается Мирон, Ванька усердно поддакивает. - Да, плевать мне на этого Поднебесникова! Пусть хоть на него метеорит упадет, мне насрать. Вы на себя посмотрите. На Марке живого места нет, у тебя – указываю на Ваню – челюсть синяя, а у тебя, - на Мирона, - тоже губа разбита и гематома на правой щеке. Стоил этот ублюдок того? – смотрю на парней во все глаза. - Стоил! – коротко отвечает парень, поднимаясь со стула. Но при первом же шаге хватается за ребра, незамедлительно подскакиваю к нему. - Едем в больницу! Не обсуждается! Даже спорить со мной не смейте! Уже сама сажусь за руль, проверяя надежность пристегнутых ремней у парней. Ловлю на себе недовольный взгляд Марка, но не обращаю на него никакого внимания. В больницу мы приезжаем быстро, медлить я не собираюсь, на полноправных правах захожу в приемный покой, сама заполняю на всех карты, самих парней отправив на необходимые обследования. Хорошо, что ничего серьезного, сплошные ушибы, у Марка рассечения мягких тканей, который я уже обработала, но ни переломов, ни вывихов нет. Развожу ребят по домам, а потом и сами уже отправляемся в нашу обитель. Все это время в голове крутится лишь одна мысль: «Найти Поднебесникова, и как следует начистить тому репу и включить мозги, о наличии которых, я уже реально стала сомневаться». Помогаю Марку добраться до кровати, снять с него одежду, душ потерпит до завтра. - Горе ты мое луковое! – говорю я, наклоняясь к парню и целую того, на что он сразу же отвечает, затягивая меня дальше, еще чуть-чуть и я буду повержена. – Неа, не сегодня! – отвечаю я, отрываясь от него. - Лиза, твои поцелуи вообще-то лечат! – отзывается Марк, наигранно надувая губы. – Не хочешь разве мне помочь? - До свадьбы доживет! – бормочу я, укладываясь рядом. - Лиза! – снова зовет меня парень. – Ну, посмотри хоть на меня! – оборачиваюсь на него, но с повернутой так головой лежать неудобно, поэтому поворачиваюсь всем телом. - Что? – как можно строже говорю я, как бы давая понять, что еще обижена немного, но как только смотрю в эти прекрасные, любимые, глаза, вся обида, даже напускная, она уходит. - Люблю я тебя, Богданова! Очень сильно люблю! – говорит Марк, притягивая меня к себе, обнимаю в ответ, уткнувшись ему в шею, вдыхаю аромат и явно щекочу своим дыханием. - Я тоже тебя люблю, Марк. Слишком сильно, что даже обижаться на тебя не могу! – говорю я ему куда-то в шею. - Это хорошо! – хоть и не вижу, но чувствую, что он улыбается, сжимая меня в объятиях еще сильнее. И уже через некоторое время слышу его равномерное дыхание. Уснул. Как можно тише, устраиваюсь поудобнее и так же засыпаю в руках любимого человека, которого я так долго ждала.