Дисгармония

От автора: да, эта глава получилась напряженная. И снова без Хана! Но ничего, отыграюсь в следующей) Джим слушал с плохим предчувствием. Еще вначале, когда посол попросил своего двойника поведать подробности столкновения с Ханом при его задержании, Джим выпрямился на стуле и сложил руки в замок на столе. Коммандер сухо изложил факты, но мелдинг не упомянул. Тогда посол спросил об этом прямо. - Это существенно? – сумрачно отозвался Спок, и Прайм понял, что тот смущен и испытывает стыд. Вулканцы не используют мелдинг как оружие. Это табу. - Боюсь, что да, - мягко ответил посол. – Правильно ли я понимаю, что ты был вынужден использовать мелдинг на Хане, направив на него чувства, вызванные гибелью Джима? - Полагаю, ты понимаешь правильно, - медленно, тщательно контролируя голос и мимику, неохотно подтвердил коммандер. Джим бросил на него долгий взгляд. - Джим,- серьезно, с сочувственным участием, начал посол, и Джим понял, что его ждут по-настоящему паршивые новости, - ты должен знать, разум Хана был подвергнут серьезному воздействию. То, что я ощутил, подобно… пролитым на картину краскам. - Хочешь сказать, с Ханом не все в порядке? - О, он вполне адекватен. Однако, эмоции вулканцев значительно интенсивнее человеческих, - Спок встретил и спокойно выдержал тяжелый взгляд своего юного двойника. – Они оставили неизгладимый след на его разуме. И это привело к неожиданным последствиям. - Каким? - Хан… взглянул на тебя с иной стороны, Джим. И проникся симпатией. Брови Кирка взмыли вверх. Он ожидал услышать несколько иное. - Ээ… и это что, плохо? - Нет, не плохо, если бы все ограничилось этим. Но симпатия Хана переросла в некую одержимость тобой, - Спок и сам нахмурился при мысли об этом. – Он… желает тебя. - … Прости? – растерянно моргнул Джим, засомневавшись не то в своем слухе, не то в адекватности посла. Повернулся к Споку, который выглядел так, словно его огрели по голове. – Подожди-подожди! – взмахнул Джим руками. – Оо, стоп! Так… еще раз: что там Хан?.. - Желает тебя, - покорно повторил посол. – И я опасаюсь того, что он сделает, если получит отказ. Это не любовь, Джим, не то светлое и бескорыстное чувство. Это скорее нужда, одержимость, - повторил Спок с горечью. – Хан осознает причину своей расположенности и ненавидит тебя за это. За твою власть над ним. Помогать Федерации он решил только из-за тебя. - Да бред какой-то! - Ты уверен в своих суждениях? – ровно спросил коммандер. Но Джим ни на мгновение не обманулся его спокойным тоном. Он видел, как напряжены плечи Спока, как побелели пальцы, сложенные домиком, как на бесстрастном лице гуляли желваки. Спок был в ярости. - Абсолютно. И Джим чувствовал почти физическую необходимость его успокоить. Даже если его самого штормило от таких новостей, а внутри скрючивало от ужаса. Он видел – все они видели – на что способен Хан. И пусть тот казался сейчас безопасным, если посол Спок прав, одно неосторожное слово Джима… Да нет, бред какой-то. - Вот я попал, - выдал он легкомысленным тоном, озарив вулканцев веселой, пусть и слегка растерянной улыбкой. – Но, эй, в этом есть свои плюсы. Оба Спока подняли на Джима глаза. Но если на лице посла он прочел понимание и сопереживание, то его старший офицер, казалось, только еще больше разозлился. - И какие же вы видите плюсы, капитан? Джим решил не обращать внимания на резкий тон. - Разве не очевидно? Мы можем использовать Хана без страха, что он нас предаст. С его помощью мы выполним миссию! Мне всего-то надо быть с ним… дружелюбным. Джим намеренно придал последнему слову подтекст, уверенный, что Спок оценит шутку. Не оценил. - Да, полагаю, для вас это не составит большого труда. Спок и раньше неодобрительно высказывался – или поднимал бровь – по поводу способности Джима увиваться за каждой юбкой, но впервые в его голосе было такое откровенное отвращение. Джима это... неприятно удивило. - Объяснись, - потребовал он, игнорируя ощущение, будто в груди что-то больно натянулось. Спок ответил ему каменным выражением лица. - Объяснить что, капитан? Вашу неразборчивость в выборе половых партнеров? – с тщательно выверенным презрением уточнил Спок. И это, черт, было слишком. - Ты меня сейчас шлюхой назвал? – очень тихо, очень осторожно спросил Джим. - Джим, - попытался вмешаться посол, но тот смотрел только на этого Спока. И ждал от него ответа. Или извинения. - Данное слово не было мной упомянуто, - сухо произнес чертов вулканец. И нервы Джима сдали. - Слушай, ты, самодовольный кусок логики, я не знаю, какие у вас там взгляды на отношения, но меня они явно не касаются. Я могу – и буду – спать с кем пожелаю, и уж точно не стану спрашивать твоего одобрения, ясно? - Я вас услышал, капитан, - сквозь зубы процедил Спок. Спок, которого он считал лучшим другом. Спок, чьего понимания он, как думал, добился. - Поверить не могу! Чувствуя, что еще немного, и он заедет кулаком по этой невозмутимой физиономии, Джим вылетел из зала совещаний. Вулканцы остались одни. Коммандер замкнулся в себе, уставившись на свои руки, посол хранил отчужденное молчание. Наконец, старший вулканец поднялся со стула и направился к выходу. Уже у открывшейся двери он обернулся: - Ты же понимаешь, что только что оттолкнул его от себя прямиком к Хану? Спок понимал. Они оба это понимали. … В каком бы состоянии Джим ни находился, он ни на минуту не забывал, что является капитаном корабля. И пусть на душе скребли кошки, он вошел на мостик, сияя беззаботной улыбкой. - Капитан на мостике! Да, капитан должен быть на мостике. А Спок может идти к черту. И как только Ухура его терпит? Джим искоса глянул на свою связистку. Все-таки шикарная девчонка. С железными нервами. - Капитан, - обернулся на Джима Сулу, - подходим к границе с Нейтральной зоной. - Сколько еще до координат места встречи? – спросил Джим. - Сорок две минуты на текущей скорости. - Хорошо, идем тем же курсом. Лейтенант Ухура, сообщите о времени прибытия Хану… и мистеру Споку. И сканировать пространство – нам не нужны сюрпризы. - Капитан, - несколькими минутами позже обратилась к нему Ухура, - поступающий вызов от адмирала Сарто. - Выведи на экран. - Вопрос требует конфиденциальности, - выслушав ответ, доложила лейтенант. Этому еще что надо? - Переведи в переговорную, - поднялся с кресла Джим. – Сулу за капитана. - Есть. - Адмирал, - сухо кивнул Джим мрачному начальнику, усаживаясь за стол перед экраном. - Как скоро вы прибудете на место встречи? – вместо приветствия спросил Сарто. - Через сорок минут. - Ясно, - адмирал опустил глаза и снова поднял их к капитану. – Кирк, - камнем упало между ними обращение, - я хочу, чтобы ты прослушал одну запись. - Конечно, - с легким удивлением кивнул Джим, о чем тут же пожалел, когда переговорную заполонили крики. На фоне помех, сигнала тревоги и череды выстрелов из фазеров ревела какофония из истеричных, полных ужаса и мольбы женских криков, плача детей, отрывистых, плохо различимых команд. Были и мужские крики, но они быстро обрывались или перетекали в булькающие, захлебывающиеся хрипы. Джим осознал, что слышит запись с атакованного корабля, чьих пассажиров и экипаж неведомые захватчики вырезали прямо на ходу, отлавливая по коридорам и каютам. Но настоящий мороз по коже прошел, когда участь мужчин постигла и женщин с детьми. Джим отчетливо услышал хруст лопнувшего арбуза – такой же, как когда Хан размозжил собственными руками голову Маркуса. Крики редели, пока, словно вечность спустя, не наступила мертвая тишина. И только странный лающий смех, словно у гиены, прощальным эхом пронесся через запись, как извращенное послевкусие. Минуту Кирк и Сарто смотрели друг на друга, пока адмирал, наконец, не заговорил: - Эта запись с пропавшего без вести пассажирского корабля «Парус». Его нашли на комете разбившимся. Путь кометы пролегал через Бета-квадрант. - Но это не клингоны, - сглотнул вязкую слюну Джим. В ушах все еще стояли крики. - Уверен? - Да, сэр. Клингоны не убивают слабых. Они бы не тронули беззащитных женщин и, тем более, детей. В этом нет чести. Во взгляде Сарто появился задумчивый интерес. - Так хорошо знаешь клингонов? Джим прикинул, как адмирал отреагирует на обстоятельства, при которых он познакомился с клингонской культурой, и выбрал более дипломатичный ответ: - Достаточно, чтобы утверждать, что напали не они. - Верно, - дернул щекой Сарто. – Мы изучили останки. Людей не просто выпотрошили, Кирк, их жрали. - Это Инсанир? – подобрался Джим. - Уже знаешь? Джим не стал отвечать на риторический вопрос. - Ясно. Раз Хан все тебе рассказал, перейду к делу. Кирк, это не первый корабль Федерации, подвергшийся подобному нападению. У нас даже есть несколько выживших свидетелей, успевших покинуть судно в капсулах и на шаттлах. И то, что они рассказали… Кирк, мы должны остановить Инсанир. Ты понимаешь меня? Во что бы то ни стало, должны. Сделай все, что от тебя зависит, но склони Хана на нашу сторону. Без него и его людей, я боюсь, что даже с клингонами наши шансы невелики. - Сэр… - Я предлагал Хану полететь с ним в качестве капитана корабля, - признался Сарто. – Я предложил ему любые условия, но он выбрал тебя. Джим, - подался он ближе к экрану, - мы не должны допустить новых жертв, ты слышишь? Наших людей не должны резать как скот. Лицо Джима окаменело. Крики людей с новой силой ударили по нервам. - Я все сделаю, сэр.