Грозный препод - заботливый отец?

Жизнь постепенно налаживалась. Не сразу и радужно как в американских фильмах, но все же. Арендаторы, благо, оказались весьма приличной семьей: ему двадцать пять, программист в конторе, ей двадцать четыре, работает в ателье. Молодые, еще недавно только зарегистрировавшие свои отношения, они являли собой образчик почти идеальной семьи: все эти томные охи-ахи, ласковые прозвища, полушутливые ссоры на час-два. Что еще можно упомянуть об этой паре? Ах, да – обращение ко мне, как к хозяйке квартиры. Несмотря на то, что они были старше меня на год, их отношение ко мне можно было классифицировать как почтительно-уважительное: со мной только на «Вы» и никаких понтов. Помню, даже спустя первую неделю я все никак не могла справиться со своей самодовольной лыбой, которая появлялась сама собой всякий раз, как я слышала «Елена», «Вас можно?», «Как Вы думаете...?». Общение с Ирой не прервалось. Я каждый день с ней переписывалась, перечитывая позже эти смс-ки перед сном. Девочке нашли новую няню. Ну, как новую. Старую. Если быть совсем точной – тетя Лера, наконец, стала вновь навещать ее и сидеть с ней. Только Ире это не нравилось: уж слишком «грубоватой тетенькой» та была, несмотря на связывавшие их узы родства. Иван, Препод, Иванович, был все таким же язвой на парах в универе. Пару раз я даже умудрилась схлопотать от него «неуд» за невыполненные домашние задания. Признаться, наблюдая за ним во время лекций, я все никак не могла уразуметь, что этот бессердечный Грозный Препод и Любящий Отец дома – один и тот же человек. Уж слишком разнилось в нем все, начиная от поведения и заканчивая жестами и мимикой. В таком вот подвешенном состоянии незаметно пронесся месяц. Приближались экзамены. Зима начала свое наступление неожиданно. Вроде вчера вечером еще была осень, а утром, при пробуждении, я обнаружила за окном первый снег на улице да узоры инея на стекле. Поддавшись сиюминутному порыву, я распахнула настежь окно и вдохнула полной грудью утренний воздух, чистый от выхлопов машин и дымов сигарет. Было свежо, легкий морозец бодрил. Несмотря на отличное настроение, через минуту я уже поспешно закрывала окошко, зябко поеживаясь. Как ни крути, а легкая хлопковая пижама с медвежатами не лучшая защита от холода. Кинув последний взгляд на девственно чистый снег, я отправилась готовиться к лекциям. Да, определенно ради таких моментов стоило жить. Довольно топая по асфальту, я радовалась жизни. Пусть все небо заволокло тяжелыми облаками, а снег, смешавшись с уличной грязью под ногами прохожих, давно превратился в непонятную серую кашицу, это нисколько не волновало меня – приближались каникулы. Возможность отдохнуть, поваляться в кроватке до обеда. «Может получиться и с Иришкой встретиться украдкой», - подумалось мне. - Все может быть, – ответила я сама себе, входя в универ. Учебный день начался с обычной переклички… … А закончился необычной встречей с Грозным Преподом и его дочерью. Они стояли у перекрестка и о чем-то шумно спорили. Иришка что-то убежденно и самозабвенно доказывала, а Иван, ухмыляясь, отрицательно крутил головой. Я только хотела было отвернуться и пойти в противоположную сторону, но что-то остановило, заставляя и дальше наблюдать за ними. Умом я понимала, что это будет не самой радостной встречей, что это не моя семья, что у нас свои дела, но… Но я просто радовалась, глядя на Иру. И на Ивана. «Как же он меняется с ней. Такой гад на парах и душевный с ней. Интересно, а какой он, настоящий он?». Слишком глубоко уйдя в свои мысли, я и не заметила, как затихли спорщики, завидев меня. Как Ира что-то спросила у своего отца и, получив в ответ на свой вопрос утвердительный кивок, побежала ко мне. Очнулась я только тогда, когда услышала негромкий топот резиновых сапожек по асфальту, да сбившееся дыхание. Заметив девочку, признаться, первое время я слегка остолбенела. Моя врожденная тормознутость вновь включилась. А Ира тем временем уже щебетала вовсю: - Лена, я рада что ты здесь! Тетя Лера, – при этих словах она выразительно скорчила уморительную рожицу. – заболела, и папа берет меня на работу. Он вот только закончил и мы идем в парк. Пойдешь с нами? А я в ответ все мешкала, перебирая в голове все возможные варианты. Согласиться? Препод будет против. Отказаться? Девочка расстроится. Промолчать? Снова задаст вопрос, как пить даст. Что же делать? - Елена, пойдемте, не пожалеете, – мягкий баритон вывел меня из раздумий. Препод стоял рядом со своей дочерью, держа ее за руку и с ухмылкой наблюдая за моей реакцией. «Черта с два!» - Извините, Иван Иванович, Ира, но я спешу. Как-нибудь потом, – бросила я более высокомерно, чем хотела. «Ну и пускай». Быстро развернувшись, я уже хотела было уйти гордо в вечер, как была схвачена за талию парой рук. Таких теплых, таких доверительных. - Пожалуйста… - тихо-тихо прошептала Ира, уткнувшись мне в спину. И я сдалась. Обернувшись к своей бывшей подопечной, я нагнулась, на сколько позволяло пальто, и чмокнула расстроившуюся девочку в щечку. - Ладно, ладно, но обещай, что рано отпустишь меня. - Ага! – Сверкнула белозубой улыбкой девчушка, все так же доверчиво прижимаясь ко мне. Подняв взгляд, я посмотрела в лицо Ивана Ивановича. Лицо последнего все еще хранило ухмылку, а его глаза… В глазах плясали какие-то огоньки, свидетельствуя о мыслях, что, должно быть, полностью захватили разум Ивана…