Ржавые цепи

Не допив кофе, агенты Спокхаус выходят на улицу, допрашивать свидетелей: город Бёркиттсвилль встречает гостей густым туманом и могильной тишиной. Стренджер хмыкает и достаёт из внутреннего кармана плаща зажигалку – покурить всегда найдётся время. А вот Некра, словно цепной пёс, которого впервые пустили на улицу, принюхивается – пахнет неприятно, пахнет смертью – несколькими, совсем ещё юными. Дампир сжимает до боли кулаки: миссия – найти древний артефакт, о котором ничего неизвестно, кроме одного: из-за него рядом появилось детское кладбище; из-за него семь деревянных крестов росли из земли. Вокруг – ни души. Жители города редко выходят из своих берлог, особенно в связи с последними событиями: таинственные смерти, похищения, а теперь ещё угроза начала войны. Агентов привлекает шум; впереди виднеется кабак, в окнах которого кто-то юркает туда-сюда – вот и первый потенциальный свидетель. Стренджер затягивается сигаретой; задание – найти Растина Парра – по данным Спокхауса, именно он причастен к основным событиям в этом жутком городишке; пастор с лживой верой поехал крышей – он искал спасение в грехопадении. Немцы, разбившие неподалёку лагерь, также ищут его. Светлана кивает в сторону небольшого здания, и Джошуа выбрасывает недокуренную сигарету, поправляет воротник и сверкает тёмными стёклами очков; этот будет уже третий в списке, остальные ничего не знают. Но агенты продолжают расследование секретного дела. Любая зацепка способна вывести на след священника. Одна у них всё же есть: Парр говорил, что все убийства он совершал по приказу голоса лесной ведьмы. И это невозможно списать на галлюцинации простого человека.