Это Хогвартс, привыкай

— Гриффиндор!       Стол ало-золотых львят залился рукоплесканиями. Новоиспечённая ученица Годрика Гриффиндора с облегчением вздохнула. Она чувствовала с каким бешеным ритмом билось её сердце и ей всерьёз казалось, что оно вот-вот остановится.  — Россия с нами! — в один голос крикнули близнецы Уизли и зарукаплескали у себя над головами.       Девочка с дрожью во всём теле спрыгнула с табурета.  — Поздравляю. Добро пожаловать на мой факультет, — со сдержанной улыбкой произнесла Минерва.  — Спасибо, профессор, — еле выдавила из себя Маша.       Выйдя из "одеревенелого" состояния, её ноги в прямом смысле стали ватными и кое-как доволокли свою хозяйку до стола.  — Фредди, сдвинь свою жирную задницу и уступе юной мадемуазель место, — с усмешкой упрекнул брата Уизли, видя как новая знакомая робко подходит к ним.       Как только её пятая точка неуклюже приземлилась на поверхность скамейки, студентка словила на себе многочисленные взгляды не только теперешних однокурсников, но и ребят с других факультетов. Явно никто из них не заставал переведённых учеников или учеников по обмену. Всякому волшебнику, особенно ребёнку, интересно, как протекает учебный процесс в чужой стране. Какие там водятся твари, какие законы и какие заклинания. Из раздумий её вырвал недовольный голос Фреда:  — Из-за тебя я проиграл целых пять сиклей! Я смог бы вложить их в бизнес!  — Да ладно тебе, — девочка легонько толкнула хмурого мальчишку в плечо.       Маша спокойно уместилась прясо между двумя веснушчатыми четверокурсниками. С противоположной стороны на неё глядела… Святые лохмы Беллатрисы Лестрейндж, это же Гермиона Грейнджер!  — Гермиона, а где же наши шалопаи? — внезапно обратился к ней Джордж.  — Без понятия. Их даже не было в поезде, — возмутилась в ответ та. — Гермиона Грейнджер, второй курс.       Девочка протянула Мэри руку и та крепко пожала её в ответ.  — Марианна Фаворская, перевелась из Колдовстворца, — ответила она.  — Будь осторожней с Грейнджер, — начал шептать Фред ей на ухо. — Она доведет тебя до могилы своим вечным занудством. Это я и без тебя знаю.       После нескольких речей директора, на столах как по волшебству появились разные блюда.       О да, Маша была сейчас жутко голодна. Вся еда была невероятно жирной и калорийной, что в самый раз для юных волшебников, которые практикуются в магии целыми днями. Сама она решила взять себе внушительный кусочек цыплёнка, аппетитный ростбиф, вроде бы говяжий стейк, овощной салат и жареную картошку.       Во время ужина, некоторые студенты и студентки успели познакомиться с Машей. Большинство, конечно же, звали новенькую Мэри, можно сказать, на привычный британский лад.  — А в России правда зима круглый год? — спросил Симус.  — Смотря в каком из четырёх климатических поясов, - кратко отозвалась девочка, накалывая на вилку картошку. — А вы катаетесь зимой на медведях? - поинтересовалась какая-то маленькая девочка из Пуффендуя. — Э-э-э... не особо, — застопорилась Мэри. — Мы обычно катаемся на лошадиной упряжке. — По небу?       Глазки у нашей врунишки таки забегали. Ну сказанула так сказанула! Откуда она знает? Может да, а может быть и нет! — Я слышал, что многие тёмные волшебники являются выходцами из Колдовстворца и Дурмстранга, — услышала она шёпот со стороны гриффиндорских старшеклассников. — Как бы наша новенькая не увлеклась чёрной магией.       И тут уж ей стало действительно не по себе. Все что-то обсуждают, спрашивают всякие сложные вопросы и выжидают от тебя ответа. Это начинает не то что напрягать — давить! — Ну хватит, хватит! Дайте новенькой поесть спокойно! Своих дел что ли нет? — на выручку ей пришли Фред и Джордж, которые начали зыркать на первых попавшихся несчастных. Со времегем, ученики потеряли к девочки интерес и она могла спокойно продолжать трапезу.  — Да куда ж в тебя лезет-то? — спросил Фред, смотря как эта маленькая второкурсница откусывает кусок от второго стейка, при этом, запивая всё апельсиновым соком.  — Ты не лопнешь, деточка? — Джордж уже с опаской поглядывал на новую подругу.  — Слабаки, — произнесла Мэри, демонстративно отправляя очередной съестной кусок в рот.       Спустя пару минут, тарелки учеников опустели. Но вскоре, на них появился десерт: печёные яблоки, ягодные пироги, пудинги, шоколадные и банановые торты, карамельки, мороженое всех сортов, леденцы и прочее.  — Ты пользуешься заклинанием незримого расширения? — вновь поразился Джордж.  — Неа, — ответила девочка, вытаскивая изо рта ложку, которая когда-то была наполнена шоколадным пудингом.       Пир уже закончился, все факультеты построились неровными шеренгами и зашагали в сторону спален.  — Имбирные пряники, — произнёс Перси.       Очень полная дама в красивом платье Викторианской эпохи отворила дверь в гостиную Гриффиндора. Она и в правду была очень уютной из-за преобладающих тёплых тонов в интерьере, потрескивающего камина и старенькой мебели.  — Красиво, правда? — улыбнулся девчонке Перси.       Та в ответ кивнула и продолжила рассматривать гостиную. Вскоре, Мэри отправилась со всеми девочками по комнатам. Уизли ей помахали, а она лишь крикнула что-то вроде «Спокойной ночи».       Помимо Гермионы, Мэри жила в комнате ещё с тремя девочками. Это трио вечно о чём-то шепталось, хихикало и повизгивало, а Мэри и Грейнджер оставались в сторонке, даже не контактируя друг с другом.  — Скажи, а на каком факультете ты обучалась в Колдовстворце? — спросила Гермиона своим обычным тоном.       Тут, девочка впала в осадок. Что сказать то?..  — На… На Перунате… Факультет изучающий язычество, древние руны, славянский и… и искусство создания молний и гроз, — выдохнула Маша, охреневая от собственной лжи, которая плавным потоком текла из её рта.  — Понятно, — ответила маглорождённая и Мэри, то ли от паранойи, то ли от ещё чего-то, показалось, что сказала она это с недоверием.

***

      Первая неделя обучения прошла очень быстро. Как и ожидалось — Златопуст очень хвастливое, но относительно глупое существо. Схватывать прошлогоднюю программу вместе с новой было довольно сложно. Свои выходные девочка обычно проводила в библиотеке за книжкой или на дополнительных занятиях с Минервой. Трансфигурация давалась особенно трудно, что не удивительно, а полёты на метле ещё труднее. Мэри до дрожи в теле боялась высоты, особенно, находясь на тонкой швабре, еле удерживая неуловимое равновесие. Это вам не алгебра или какая-то там экономика — это намного труднее и одновременно игтереснее. Также, Мэри успела познакомиться с знаменитым Гарри Поттером и не менее знаменитым Роном Уизли. Просто представьте, какого это - обучаться на одном потоке с будущими героями второй магической войны.       Не один раз Мэри можно было заметить в библиотеке за каким-нибудь фолиантом, рассказывающем об истории волшебства, Хогвартса, великих волшебниках и магии в целом. К сожалению, Фаворская не так часто видела близнецов. И дело даже не в разных расписаниях. В первый же день они умудрились заработать три отработки! Три! Как же она потом их отчитывала... ой как отчитывала. Ни одна Минерва Макгонагал с ней не сравнится.       Под конец недели Мэри стала чувствовать лёгкое недомогание во всём теле. Её часто тошнило безо всякой причины, из-за чего она почти не ела. Голова по утрам раскалывалась как после самой хорошей попойки, которой, кстати, у неё никогда не было. Настроение то поднималось, то опускалось, словно на американских горках. К мадам Помфри студентка принципиально не ходила, так как считала, что лучшее лекарство в её положении — это сон. А что такого? Она колдует и занимается дополнительно каждый день — это отнимает немало сил, что не удивительно. Как только факультет возвращался в гостиную с занятий — Мэри чистила зубы, мылась, переодевалась и засыпала под теплым одеялом. Множество её сокурсников остаток вечера проводили в общей гостиной, болтая или, что реже, за уроками. Девчонки пытались флиртовать со старшекурсниками, иногда Уизли сбегали и прятались за креслами от Филча, иногда захаживали студенты других факультетов.  — Эй, Снежная Королева, чего хмуримся? — спросила Фред на завтраке, обращаясь к подруге.  — Да так, — отмахнулась девчонка, ковыряя уже совсем не привлекательную глазунью в тарелке. — Как дела у вас? Всё отработали?  — Сегодня последний день у Снейпа, — ответил Джордж с явным облегчением.  — Угу, будем оттирать котлы.  — Эй, новенькая, а почему тебе письма никто не присылает? — спросил вдруг Симус.  — Точно, к тебе ни разу не прилетала сова, — заметил Рон.       Тут гриффиндорка замялась. Что же такого придумать, чтоб все отстали от неё раз и навсегда? Как не разрушить и без того хрупкую легенду?  — Мои родители очень заняты. Там, где они работают почти не летают совы, — отделалась та, но сердце болезненно екнуло.       Она же почти не думала о маме в последнее время. Как она там? Скучает? Наверное, не только она, но и друзья с дядей обыскались её. Наверное.  — Я… я… Извините, я наверно пойду, — быстренько стушевалась Мэри, поднимаясь из-за стола.       Последнее, что она слышала, это голоса Джорджа и Фреда.  — И кто тебя за язык тянул?       Травология и Защита От Тёмных Искусств тянулись очень медленно. Время, казалось, стало резиновым. Зельеварение и трансфигурация наоборот — прошли не только быстро, но и грустно. Все уроки девочка провела в своих сентиментальных раздумьях. Боже, Маш, тебе семнадцать лет, ты уже здоровая корова! Не веди себя как какая-то малолетка, которая всего лишь потерялась в торговом центре.       Но это не помогало.       На ужин гриффиндорка не пришла. По голове будто бы колотили молоточками с двух сторон, а желудок выделывал всевозможные пируэты прямо в животе. По телу пробегали мурашки наперегонки с ознобом, уши и щёки горели, а руки сделались неприятно сухими и ни один крем не мог их увлажнить.       Сейчас, Мэри стояла посреди гостиной Гриффиндора и соображала, что с ней происходит. Все уже давным давно уплетали сытный ужин и пока что не спешили возвращаться в комнаты. В комнате было поразительно спокойно, отчего тишина отдавалась звоном в ушах.  — Мэри, почему ты не на ужине? — раздался сзади голос Джорджа.       Гриффиндорка вздрогнула. Она нехотя поднялась с кресла и повернулась к Уизли.  — На диете что ли? На смерть уже похожа, — хихикнул Фред широко улыбаясь.  — Нет, просто… Идите без меня, я не голодна, — отнекивалась Мэри.  — Да ладно тебе, пошли, — подошёл к ней Джордж. — Мы тебя в последнюю неделю вообще за столом не видели.  — Я же сказала, что не голодна! — крикнула девочка и отбила руку мальчишки.       Джордж и Фред переглянулись. Теперь на их лицах не было такой заразительной улыбки.  — Как хочешь, оставайся сидеть тут одна, — хмуро произнёс Фред, разворачивая брата к выходу из гостиной. — Пошли, нам здесь не рады.       Последнее, что братья услышали за спиной — это глухой звук падения.

***

      Ресницы Мэри задрожали и, вскоре, распахнулись. Во взгляде всё плыло, будто бы ей только что закапали глаза. Голова продолжала нещадно раскалываться, а тело в прямом смысле онемело.  — Что делать, Альбус? Я ни разу не сталкивалась с таким видом магического истощения, — произнёс сухой женский голос. — Дайте ей те зелья, которые обычно даёте, а дальше посмотрим, — это сказал Дамблдор, вне сомнений.  — Профессор, девочка очнулась, — а вот это уже был голос Минервы.  — Мэри, можешь ли ты сесть? — наклонилась к ней обеспокоенная мадам Помфри.       Студентка в ответ отрицательно замотала головой. Изображение всё ещё плыло перед глазами.  — Думаю, сегодня тебе лучше отдохнуть, — произнёс директор. — Мадам Помфри, думаю, Вы знаете, что делать.  — Да профессор, а теперь прошу всех покинуть больничное крыло! И Уизли уведите, пожалуйста, иначе, бедняжка не заснёт, — уверенно прикрикнула женщина. Уизли?  — А как я здесь оказалась? — слабо поинтересовалась Мэри.  — Тебя принесли эти шалопаи-близнецы, сказали, что ты хлопнулась в обморок прямо в гостиной, — ответила медсестра. — Как сейчас себя чувствуешь?  — Очень сильно болит голова, знобит, в горле пересохло, а ещё плывёт картинка перед глазами, — как можно разборчивей пробормотала та.       Мадам Помфри скрылась за дверью своего кабинета и, вскоре, вернулась с горкой всяких баночек и склянок. Напоив больную зельями, наверное, всех вкусов и цветов, медсестра произнесла какие-то непонятные гриффиндорке заклинания и та провалилась в глубокий сон.

***

      Проснулась студентка от того, что кто-то тормошил её за плечо.  — Мисс Фаворская, проснитесь, нельзя так долго спать! — громко произнесла Поппи.  — Доброе утро, — ответила девочка разлепляя глаза. А взгляд стал чётче.  — Утро? — со смехом переспросила мадам Помфри. — Сейчас два часа ночи, милочка.  — Что?  — Сядь, — попросила, нет, приказала медсестра.       Девочка послушно села на простыню. Только сейчас Маша заметила, что на ней не её форма с мантией, а простенькая пижама.  — Чтобы тарелка была пустая. После такого количества зелий нужны силы на восстановление, так что после того как поужинаете - немедленно спать! — приказала Поппи и удалилась в свой кабинет.       Перед гриффиндоркой появился поднос. На нём была овсяная каша на бульоне, мясной и яблочный пироги, тёплое молоко и хлеб. Всё это конечно пахло весьма аппетитно, даже её желудок одобрил, но желание забросить что-нибудь в себя напрочь отстутствовало. Ком тошноты невольно подкатывал к горлу, от чего даже хлеб казался чёртовой отравой.       Через пятнадцать минут вернулась медсестра. С горем пополам, студентка всё заглотила, но теперь её затошнило ещё больше. Мадам Поппи измученно взглянула на девочку и выставила ей в ноги ведро. И не зря…       Ученицу неплохо так вырвало, от чего ей стало ещё хуже. Виски вновь запульсировали от головной боли и девочку затрясло от озноба.  — Что же мне с тобой делать? — сочувствующе спросила Поппи у самой себя. — Я думала, что всё сработает как всегда и я отправлю тебя на занятия.  — Мне кажется, я знаю, что с ней происходит, — раздался голос подошедшего директора.