Where will we go?

– Хорошо, – она кивнула, а затем посмотрела на меня и махнула рукой. – Тогда, милорд, давайте рассмотрим ситуацию. Я встал и подошёл к середине стола, на котором располагалась карта. – От Севера, включая одичалых, выступят около 16 000 тысяч бойцов. Объединённые силы Ривверрана и ДжеймеЛаннистера предоставят ещё 15 000 тысяч, а лорды Долины ещё 20 000. Так же, хоть и немного, но Братство без знамён даст нам 100 солдат. Около 10 000 человек придётся отправить на Стену, чтобы помочь 500 бойцам, которые там остались, и организовать первую линию препятствий, – я сглотнул, прежде чем продолжить. – У нас есть три клинка из валирийской стали и 10 000 кинжалов из Драконьего стекла, а также 15 000 стрел. Моя тётя пообещала предоставить больше Драконьего стекла, как только его добудут на Драконьем камне, и своих трёх драконов. Я медленно окинул зал взглядом. – План в том, чтобы сражаться как можно дальше от Севера, если это возможно. Как только они пересекут реку, Винтерфелл будет уязвим, как и все остальные земли Вестероса. Основные войска будут расположены в Кархольде и Страдфорде, с двух сторон прикрывая Винтерфелл. Северные шпионы будут разбросаны по всей территории, чтобы смотреть и слушать. Я взглянул на леди Эрену, которая осмелилась заговорить. – Мой брат является командиром одного из отрядов и я познакомилась со всеми, прежде чем приехать сюда. Пока они не замечали ничего подозрительного, но те, что близки к Стене, помогают Ночному дозору наращивать стены. – Хорошо, – Санса кивнула ей. – Пошлите им мою благодарность. – Не нужно благодарности, моя королева, – леди Эрена покачала головой. – Дом Гловеров сделает всё, что только сможет, для нашей королевы. – Так же мы стараемся отыскать большие залежи драконьего стекла, которое по слухам спрятано близ Стены. Мы обезопасили несколько башен и сейчас нам необходимо восстановить ресурсы. Оставшееся время стоит потратить на подготовку к зиме. Мы можем победить в войне, если не умрём от голода, – добавил я. – Да, тут и говорить нечего, к долгой ночи стоит быть готовыми. Нам понадобятся еда, тёплая одежда из меха и костры, чтобы согреться. Я и мой народ охотно поделятся всеми знаниями о том, как выживать в такие холода, – предложил Тормунд. – Боги знают, что твоим людям холод знаком не понаслышке, – Санса улыбнулась ему. – Верно, – Тормунд ответил расплывчатой усмешкой. – Все согласны, а теперь, милорд, как выдумаете… какова численность армии Короля Ночи? – спросил сир Давос. Я собирался ответить, но Санса меня опередила. – Около 100 000, 70 000 из которых – мертвые, а около 30 000 – белые ходоки. Всё, что умерло на близких к ним землях и все не сожжённые за пределами стены трупы теперь в его армии. Все, кто падёт в битве с ним, автоматически перейдут на его сторону и восстанут мертвецами. Не только люди, но и лошади. Я взглянул на неё, шокированный. Откуда она всё это знает? Я взглянул на Тормунда, который в ответ лишь пожал плечами, прибывая в таком же шоке.Она подарила сиру Давосу тёмный и холодный взгляд. Он взглянул на меня, немного приподняв брови, как бы спрашивая, правда ли это. Я смог лишь кивнуть. – Как мы можем одержать победу? – Он мрачно взглянул меня, как только подсчитал противостояние. – Они превосходят нас вдвое. Не говоря о том, что каждый умерший будет подчиняться им. – Но ведь Стена сможет обеспечить сильную защиту? – леди Уилла взглянула на него. – Ненадолго, – мрачно ответила Санса, и все вновь на неё уставились. Откуда она знает? – Вы имеете ввиду, что это их не сдержит? – спросил лорд Титос голосом, полным страха, который тут же заполнил комнату, прежде чем вес обратились за ответом к своей королеве. – Звучит песня зимы…– пробормотал Тормунд. Все взглянули на него, а затем вновь на Сансу, когда мужчина тоже посмотрел на неё для подтверждения своих слов. Тогда все поняли, что он узнал это от неё. Сначала она неопределённо качнула головой, впервые за сегодняшний день выказывая неуверенность. – Я слышала об этом. Говорят, что песнь слышали люди, а это может значить, что Стена потеряла свою силу. Нам это рассказывала наша няня, Старая Нэн, но это лишь предположение. После изучения фольклора и древних легенд, я нашла лишь одно… что может заставить Стену пасть, и это походит на сказки. Однако, мы можем попытаться этого избежать, поскольку в последнее время столько всего произошло, что не знаешь, чему и верить… – она бросила короткий взгляд в мою сторону, а затем вздохнула и вновь стала отстранённой. – Дело в том, что мы не можем полностью положиться на мощь Стены. Мы должны подготовиться к осаде, в том числе с южной стороны. – Скольких мужей может прислать ваша тётя? – леди Мормонт задала мне вопрос, на что я лишь машинально отпрянул, прежде чем ответить. – Вся её армия состоит из солдат, привезённых из Эссоса. Они не привыкли к холодам, поэтому скорее умрут от них, нежели в битве. Это около половины из 200 000 воинов. К тому же, помощь окажут три взрослых дракона. Шокированные и напуганные взгляды заметались по комнате, как только они поняли, насколько мощную армию собрала моя тётя. Если она захочет обернуть свои силы против нас, то у нас не будет и шанса на победу. Именно поэтому я вынужден согласиться на то, чтобы стать её наследников, поскольку я готов был сделать всё, что спасёт Сансу. Прозвучали согласные выкрики. Затем мы обсуждали вопросы торговли и возможное распределение ресурсов. Всё прошло гладко, поэтому к полудню собрание завершилось. Когда каждый из членов совета покинул комнату, я специально остался, надеясь поговорить с Сансой, которая всегда уходила последней. Я знал, что это не будет так, как три дня назад. Но я должен был попробовать, потому что потеря её убивала меня. Я хотел добиться от неё хоть какой-то реакции. Ничего. Даже, если бы она на меня накричала… это было бы лучше, чем ничего. Я сделал шаг, чтобы приблизиться к ней, но Бриенна тут же подняла меч, преграждая мне путь. Остальные гвардейцы последовали её примеру, опустив ладони на рукоятки оружия. Я проигнорировал их, попытавшись позвать Сансу. – Санса, – я протянул к ней руку. – Ваша милость, милорд, – она слегка повернулась ко мне, а затем покачала головой. – Простите, но мне придётся уйти, чтобы заняться неотложными делами. Пред богами я поклялась исполнять свои обязанности. Она быстро развернулась на пятках и ушла. – Санса, я… – я поперхнулся. – Я знаю, Джон, я знаю… *** Утро дня в честь имени Сансы. Через день после того, как она признала волю Робба. Девятнадцатилетие королевы Севера. Несмотря на её настойчивое желание не делать из этого целое зрелище, я всё же сообщил одному из самых надёжных её сторонников, лорду Мандрели. Естественно, Бейлиш, который был жив, к сожалению, и приехал почтить молодую королеву, тоже узнал об этом. Правда, несмотря на обещание, я уступил своим желаниям. Затем хватило лишь Тормунда, который объявил, что прибыли «чёртовы лимоны», когда заказ достиг ворот. Так все мгновенно узнали, что их королеве Сансе сегодня исполнилось девятнадцать. Все засуетились, стараясь подарить ей праздник с вкусными блюдами и танцами. Но до того, как разговоры о праздновании достигли её ушей, я приказал повару приготовить лимонные пирожные. Я хотел подарить ей этот подарок до того, как её станут осыпать другими. Слава Богам, что она позволила побеспокоить её лишь в середине дня. Я знал, что она всё ещё крепко спит. …В моей кровати. Я не мог не усмехнуться. Я проснулся с лучами солнца, и я едва ли мог сдерживать свою радость, когда понял, каково это. Я стал копаться в памяти, а затем вспомнил, что убедил её немного поспать и обещал заняться делами, а позднее разбудить её. Я не обратил внимания на другие мысли, которые витали в голове, когда я покидал комнату. Обещал или не обещал я это своей королеве, но я просто не мог удержаться оттого, чтобы сделать Сансу счастливой. Прихватив блюдо с лимонными пирожными, я направился к ней. Пёс едва ли не фыркнул, увидев меня, но отошёл в сторону и позволил войти внутрь. Я проигнорировал его. Присутствие гвардейца лишь подтвердило, что она до сих пор внутри. Я почти задохнулся, когда увидел, что она всё ещё спит в моей постели. Одна рука подложена под щёку, а другая спрятана на груди под мехами. Волосы цвета красного ореха разметались по подушкам, а слабая полоска зимнего солнца подсвечивал бледную кожу. Как и всегда, не находилось слов, чтобы описать её красоту. Она выглядела так умиротворённо, особенно учитывая прошлую ночь, что казалось жестокостью будить её. Но была уже середина дня, поэтому мне пришлось. Иначе, в конце концов, поползут слухи, что королева больна. Балансируя, чтобы лимонные пирожные устояли на моих коленях, я стал осторожно трясти её. – Санса, время просыпаться…– я остановился до того, как сказал любимая. – Санса… Она положила свою ладонь поверх моей, а её тело пошевелилось и развернулось. Девушка бессознательно прижала мою руку к своей щеке и уткнулась в неё, будто в подушку. Я едва не рассмеялся, но ей нужно было вставать. Я поставил поднос на тумбу, чтобы свободной рукой провести по волосам, убрать упавшие на лицо пряди и погладить её по щеке. – Давай же, просыпайся. Она поморщила нос и её глаза, наконец, распахнулись. Затем они расширились, как только она заметила, что держит мою руку. Она поспешно отпустила её и извинилась, а мягкий румянец сразу же украсил её щёки. – Доброе утро, – я рассмеялся. Она потёрла глаза, села и грациозно потянулась, что сразу же заставило меня умолкнуть. – Что? – её глаза стали живыми, прежде чем она вновь их прикрыла и тихо вздохнула. Ленивая улыбка начала расползаться по её лицу, и на это было почти больно смотреть. – Я чувствую запах лимонов, – радостно заметила она. – Тогда открой глаза, – я прочистил горло и пододвинул к ней тарелку. Она сделала это и приоткрыла рот, увидев пирожные. Розовый румянец украсил её высокие скулы, когда она посмотрела на меня таким счастливым взглядом, что мне пришлось улыбнуться и мысленно дать себе пинка. Я сделал это. Я сделал её счастливой. Это счастье. Я сделал это. – С днём рождения, Санса, – поприветствовал я её. Слёзы заблестели в уголках глаз, прежде чем она стала дуться на меня. Подождите – нет. Она стукнула меня по груди, а затем выдохнула. – И это после того, как я запретила заказывать лимоны посреди зимы! – она не смогла сдержать усмешки. – Просто съешь проклятые пирожные, Санса, – я рассмеялся и предложил тарелку ещё раз. – Это действительно для меня? – она вытерла слёзы, взглянув на меня с застенчивостью и благодарностью. – Конечно, они для тебя. Возможно, я много не знаю, как считают окружающие, но я помню, что ты любила лимонные пирожные, – я усмехнулся, быть может, слишком дерзко. – Давай, попробуй одно. – Спасибо, Джон, – она взяла одно из них. – Говори спасибо только, если они вкусные, – попросил я. Она взглянула на меня с обожанием, прежде чем откусить, и… – Ммм, – протянула она. Седьмое пекло, это звучало, как стон. У меня перехватило дыхание, поэтому я внутренне молился, чтобы она ничего не заметила. – Так хорошо, – пробормотала она, пережёвывая, и я не смог не заметить, как маленькая капля джема стекла по её подбородку. Этот звук, который она издала. Всё из-за пирожных? Нужно было заказать больше. Она стёрла её сама, за что я благодарил и проклинал богов, одновременно. Ведь они лишили меня возможности сделать это самому. Я должен был что-то сказать, хоть что-нибудь. – Они действительно так хороши? – сказал я, а затем кашлянул, потому что в горле пересохло. – Ты же не просто так это говоришь? – Попробуй, – она покачала головой и поднесла пирожное к моему лицу. Я взглянул сначала на предложенное пирожное, а затем вновь на неё. Что за сладкая пытка? Это действительно происходит? Но не успела она вновь коснуться пирожного, как я схватил её за руку и поднёс её к своему рту, чтобы быстро откусить. Мой язык едва коснулся её пальцев, отчего я сам чуть не застонал. Моя рука всё ещё сжимала её, пока я жевал. Это было слишком мило. Она была слишком мила. Я взглянул на неё, заметив, что и она на меня смотрит. Её рот приоткрыт, глаза широко распахнуты, а щёки пылают как волосы, что струятся по плечам. Затем я отпустил её руку и вытер рот тыльной стороной ладони. Этот жест привёл нас обоих в чувство. – Ну… как это было? – она запнулась. – Слишком сладко, – невозмутимо ответил я. – Может быть, – она испустила смешок. – Ты просто не привык к сладкому. – Может быть, – я поморщился. – Я не создан для сладкого. Она снова легонько меня стукнула. – Эй, прекрати меня бить! – Думала, я не создана для грубостей, – она усмехнулась и пожала плечами. – Но грубости заставляют меня испытывать силу, быть ярче. Так что, быть может, тебе необходимо просто привыкнуть к сладостям. – она легонько ущипнула меня за щёку, а затем коснулась пальцами губ, отчего кожа в этом месте загорелась и по телу прошла дрожь. Я отстранился, тяжело дыша. – Я позволю, чтобы это сошло тебе с рук, потому что сегодня твой день рождения. Завтра же я не буду столь милосердным. – О, боги, каков запрет! – она хихикнула, приложив ладонь к своей груди. – Смейся сколько угодно, но я хочу, чтобы ты знала: как только ты покинешь покои, тебя станут осыпать таким количеством внимания, что ты будешь вспоминать этот момент, когда о твоём дне рождения знали лишь мы вдвоём, – я ухмыльнулся. – Джон! Все знают? – её глаза расширились от тревоги, а затем обратились ко мне. – Это был Тормунд, который не умеет тихо разговаривать, а не я, – я оставил поцелуй на её лбу, прежде чем спрыгнуть с кровати и, смеясь, направиться к двери. Я слышал, как она откинулась на спину и охнула. …