Where will we go?

Мы находились на полуденном празднике, и Санса выбрала бордовое платье с серебряной отделкой. Она сидела на высоком стуле рядом со мной, а лорд Мандерли устроился справа от неё. Именно его заслугой было сегодняшнее пиршество. Мужчина пытался удивить её рассказами о красоте Белой гавани, которые она слушала очень внимательно, даже с интересом. Все стремились угодить своей королеве. Её осыпали всевозможными подарками и комплиментами, от которых я ощущал лишь горечь. Хорошо. Целуйте ей ноги и унижайтесь. Однако, потребуется гораздо большее, чтобы заслужить моё прощение за то, что они её бросили. Я осознал, что в ситуациях, когда дело касается Сансы, я не был милостив. Особенно к тем, кто ей открыто угрожал. Вспомни чёрта, и он появится. Мизинец пришёл с объявлением о том, что устраивает лучшее развлечение среди прочих в честь этого дня. Поскольку времени, чтобы устроить настоящий турнир, у нас не хватало, вместо него поставили пьесу. Она являлась описанием Турнира в Эшфорде. Сначала это показалось нам странным выбор, но затем мы вспомнили, что данный знаменитый турнир проводили в честь тринадцатого дня рождения дочери лорда Эшфорда, которую так же короновали королевой любви и красоты. У неё было пять рыцарей, защищающих её честь. И всё было прекрасно, пока я не осознал, почему Бейлиш выбрал этот турнир. Турнир являлся уникальным в том смысле, что помимо пяти избранных рыцарей, все остальные так же могли принять участие, заменяя одного из них после одержанной победы. Однако, те рыцари, что на третий день останутся победителями, смогут решать, сохранит ли леди Эшфорд свою корону, а так же смогут претендовать на заключение брачного союза. Всё было просто прекрасно, пока мы не добрались до пятёрки представленных рыцарей. Лионель Баратеон. Лео Тиррел. ТибольтЛаннистер. Хамфри Хардинг. И, наконец, принц ВаларрТаграриен. Холодные мурашки побежали вниз по позвоночнику, а кровь вскипела, как только удалось понять имеющуюся параллель. Я, вдруг, вспомнил вчерашний сон. При мыслях о нём, озноб лишь усилился. Я слышал о Таргариенах, у которых были видения…сны. Это было одно из них? Я взглянул на Сансу, замечая, что её кожа стала неестественно бледной. Она замерла, но глаза её были холодны и ничего не выражали. Внутренние стены вновь поднялись. Посмотрев в сторону Мизинца, я заметил, что он с интересом наблюдает за реакцией Сансы. Затем он обернулся, и мы встретились взглядом, который он сопроводил чуть изогнутыми бровями и понимающей ухмылкой. Взгляд снова упал на спектакль, но я более не видел лиц избранных рыцарей. В моём видении, их заменили лица тех людей, что мне лично знакомы или когда-то раньше были. ДжоффриБаратеон. ЛорасТиррел. ТирионЛаннистер. Гарри Хардинг. Намекал ли последний из них на меня? За исключением последнего, всех трое когда-то были нацелены на Сансу. За одного из названных она действительно вышла замуж. Гарри Хардинг, как она ранее говорила, был тем, кому Петир обещал замужество с Сансой, когда тётя Лиза ещё была жива. После её сына, он был следующим кандидатом в лорды Долины. И, если учитывать плохое здоровье её кузена, Гарри был бы хорошим вариантов в наследники, если у Мизинца не изменились бы планы. И чего он добивается этим представлением? Оно адресовано Сансе? Оно адресовано мне? И тогда всё стало понятно. Он выдвинул единственный вариант на всеобщее обозрение. Зародил семена сомнений во всех, кто присутствовал на празднике. Особенно, в Сансе. У меня был выбор, но…даже озвученная мысль о нашем браке вызвала бы огромный переполох. Многие бы испытали возмущение и, возможно, отвращение к брачному союзу двух людей, которые воспитывались, как брат и сестра. И не важно, что в реальности мы были всего лишь кузенами. И не важно, что кузины вышедшие замуж за своих кузенов, не были в новинку. Это обещание. Тогда те, кто говорил о малой важности имени Таргариен, сменят сторону. Север восстанет против такого решения, поскольку опасения о том, что Таргариен будет иметь большую власть над Севером, чем сейчас, повергнет их в ужас. Однако, найдутся и такие, кто отнесётся к этому лояльно. Я бы мог взять имя Старков, тем самым разрушив любые сомнения насчёт нашего брака и обеспечив продолжение рода Старк. Но с другой стороны, наш союз связал бы Юг и Север. И это могло бы, действительно могло бы защитить Сансу от брака с незнакомцем, в котором не будет любви. Те, кто они заботились, такие, как Бриенна, не раз говорили о том, что Сансе всё ещё плохо. Говорили, что только я не смогу причинить ей боль. Её слова – не мои. И я бы…я бы мечтал сделать для неё гораздо больше, нежели просто обеспечить безопасность. Я бы любил её. Уже люблю. Но все посторонние мнения, включая это, не имели значения. Важно, что об этом думала сама Санса. Из-за вчерашнего представления, которое устроил Бейлиш, она уже всё решила. Девушка считает, что таков её долг. Больше всего на свете она хотела исполнить должное. Что-то, что позволит ей оставаться в безопасности. Но куда больше этого, Санса хотела защитить меня. Теперь все мои попытки…сподвигнуть её…в меня влюбиться будут напрасны. От этой мысли неприятно стягивало желудок. Что, если все эти…улыбки они дарила мне для того, чтобы сподвигнуть меня…влюбиться в неё. Или, по крайней мере, согреться этими мыслями. Будь ты проклят, Мизинец! Твои семена сомнений теперь и во мне! Ты смог заставить меня усомниться, даже в Сансе! Затем, словно на поле боя, я ощутил на себе её взгляд, и пытался не смотреть на Сансу в ответ, но не смог. Потому что, впервые, с тех пор, как мы воссоединились, я не был уверен в том, что она думает. Не то, чтобы был уверен раньше, но сейчас уж точно сбит с толку. Но я не мог не доверять ей. Просто не мог. Не мог. Ведь обещал своё безграничное доверие. Затем я ощутил, как она медленно коснулась моих дрожащих рук и отвела взгляд от моего лица, продолжая смотреть спектакль. Прикосновение позволило удостовериться, что её руки так же дрожат от неуверенности. Должен или нет? Я не знал, какой поступок будет правильным. Притянуть её ближе или отпустить? Затем я заметил, что её тело вздрогнуло, будто она почувствовала, что я собираюсь оттолкнуть её. Ладонь девушки медленно отодвинулась и я, послав свои сомнения к чёрту, схватил её за руку. Обхватив её пальцами, сжал чуть сильнее обычного и погладил тыльную сторону большим пальцем. Мы должны были поговорить как можно скорее. Мы должны были решить возникшую проблему, теперь, когда благоприятный вариант был предоставлен на всеобщее одобрение. Сегодня я не испугаюсь и не стану сомневаться в правильности своих мыслей. Оглянувшись, я искал её взгляд и не мог успокоиться, пока девушка не подарила мне улыбку. Это удивило и, возможно, смутило её, но я уверен, что моя ладонь, которая сжимала её ладонь, всё говорила о моей искренности. Не важно, но мы были вместе. …Вне зависимости от того, что это значит. Наконец, она вновь улыбнулась мне, и мы продолжили смотреть спектакль. Пусть они думают и говорят всё, что угодно, и тогда я без проблем разберусь. Однако, знал, что они не станут. Все знали, что тема брачного союза была делом деликатным, и никто не стремился обсуждать её, если брак не был добровольным. Тогда мой взгляд зацепился за Мизинца, буквально впиваясь в его лицо, но я сдержался. *** Ещё немного. Не могу поверить, что через три дня я покину Винтерфелл. Через три дня надену чёрное. Наконец-то, после столь долгого времени, отец разрешил. Я поднял лицо к небу и закрыл глаза, ощущая, как холодные капли попадали на кожу. В Чёрном замке будет куда холоднее, чем здесь. Скоро в Винтерфелле вновь будет тепло, но мне придётся это пропустить. Однако, с тех самых пор, когда понимание о моём происхождении закрепилось в мыслях, я был нацелен на то, чтобы заработать честь иным способом. Далеко, далеко на Севере. Услышав звуки позади себя, я не был готов к тому, кого увижу. – Санса. То есть, леди Санса, – быстро исправился я. Девушка взглянула на меня с любопытством, а затем проследила взглядом за тем, как Призрак понюхал Леди, присевшую подле неё. Они оба махали хвостами, что являлось высшей степенью радости при встрече. – Призрак единственный, кто вежливо относится к Леди, – хихикнула она. Я лишь улыбнулся, всё ещё не понимая, как вести себя наедине с Сансой. Мы не оставались одни уже очень долгое время. Я даже не мог вспомнить самый последний раз. Она наклонилась, вынимая из своего кармана угощение, и отдала их Призраку. Тот нетерпеливо взял их, поблагодарив Сансуоблизыванием лица, в то время как Леди наблюдала. – Не балуйте его. Боги знают, что он более не получит ничего такого в том месте, куда мы направляемся, – буркнул я, пытаясь разрядить обстановку. Она обняла Призрака и почесала его по голове, прежде чем выпрямиться. Я и понятия не имел, что ей нравился Призрак, но она прикасалась к нему так, будто делает это каждый день. – Тогда тем более. Ты должен дать их ему прежде, чем он уйдёт, – заметила она, взглянув на меня в попытке понять удивлённое выражение лица. – Что? – Это…просто, я не знал, что тебе нравится Призрак. – Я всегда считала, что Призрак прекрасен, – она нахмурилась и пожала плечами. – Ты дал ему хорошее имя. Его белоснежный мех и тихие передвижения позволяют легко раствориться на снежной поляне, если это понадобится. Я почти никогда не замечаю откуда он появляется, когда мы с Леди гуляем, но иногда он присоединяется. – Он приходит к тебе? – я нахмурил лоб. – Может быть, не ко мне, – она вновь пожала плечами. – Но, думаю, он испытывает симпатию к Леди. Разве ты не заметил? – Действительно, не замечал, – покачал головой в ответ. – Ну, кто знает. Быть может ему нравиться, что Леди столь же тихая, как и он сам. – Может быть, – улыбнулся я. Затем мы молча наблюдали за волками. – Значит…ты действительно уезжаешь на Стену? – спросила она, видимо, ощущая неловкость из-за затянувшегося молчания. – Да, – я кивнул, не встречаясь с ней взглядами. – Я всегда знала, что ты сможешь, – прошептала она. – Оу, – не знаю почему, но её словами удивили меня. – Ты всегда желал быть кем-то, – высказалась она, и это вновь удивило. – Да, это очевидно. Ведь стена – это единственное место, куда может отправиться бастард вроде меня, чтобы стать хоть кем-то, – внезапно, я набросился на неё. Мы встретились взглядами, оба в шоке от произнесённых мною слов. Её щёки покраснели, а глаза были широко распахнуты. Хорошо. По крайней мере, как говорил мой внутренний гнев, ей хватило порядочности смутиться. – Я…я не имела ввиду…– она смотрела на меня, умоляя понять. – Тебе не нужно извиняться из жалости, – я вздохнул, не намереваясь говорить столь резко, но вышло именно так. – Я прекрасно знаю, кто я. Идём, Призрак, – я позвал волка, чтобы он ушёл со мной. – Ты не единственный, кто покидает Винтерфелл, – она раздражённо вздохнула, и я не уверен, хотела ли она услышать ответ. – Да, чтобы стать королевой, а для это не нужны усилия, – я нахмурился, но уже ощущал себя виноватым. Было не справедливо отыгрываться на Сансе за собственные разочарования. Обернувшись для извинений, я заметил, как она вытерла уголок глаз тыльной стороной ладони и взяла Леди за поводок, чтобы уйти. Отлично, я заставил её плакать. – Санса, я…я не имел ввиду… – Забудь об этом, Джон, – она взглянула на меня и покачала головой. – Всё в порядке. Иди. Иди же, сводный брат. В конце концов, у нас обоих есть дела поважнее. Всё хорошо. Я поняла. – Нет, это не правильно. Не честно, – я приблизился, но она остановила меня поднятой рукой прежде, чем я смог высказаться. – Я знаю, – грустно сказала она, а затем качнула головой и повернулась ко мне спиной. Прежде, чем они смогли уйти, Леди обернулась на нас, а затем Призрак пошёл за ней. – Я знаю, Джон. К счастью, он всё же остался со мной, тоскливо глядя им в след. *** Теперь я вспомнил, что мы так и не помирились, прежде чем покинуть Винтерфелл. Конечно, за день до отъезда мы долго смотрели друг на друга и неловко улыбались, но это всё. Но была настоящая причина, по которой мы никогда не могли попрощаться друг с другом. Ночь дня рождения Сансы, несколько часов спустя праздничного застолья. – Мы не можем, Санса, ты же знаешь, что мы не можем, – я строго взглянул на неё, хоть это разбивало не только моё сердце, но и её. Она положила руки обратно на бёдра, и я едва смог смириться с разочарованием, которое отразилось в её глазах, когда она поняла, что проиграла эту битву. – Нет, Джон, – она покачала головой. – Ты не можешь. Затем она приблизилась и коснулась ладонью моей щеки, долго всматриваясь, буквально изучая моё лицо, прежде чем со вздохом отпустить. – Просто знай, что это вовсе не мой выбор. Ты выбрал это. Тызаставил меня выбрать это. И я сделаю это для тебя, сделаю. Просто знай, что я бы выбрала другой вариант, – грустно сказала она, прежде чем уйти и оставить меня одного, едва одетого, в моей пастели. – Но я доверюсь тебе. – Санса… – Я знаю, – сказала она, и принятое ею поражение выглядело чертовски болезненным. – Я знаю больше, чем ты думаешь, Джон. И, взглянув на меня в последний раз, она ушла. Я схватил подушку и закричал, снова и снова молотя кулаками по матрацу. И посреди всей этой ситуации, я услышал знакомый тёплый голос с северным акцентом в своей голове. Ничего ты не знаешь, Джон Сноу. *** Следующий день после дня рождения Сансы. Я взглянул на членов нашего совета. Именно по моему приглашению они прибыли чуть ранее обычного, до приезда Сансы, чтобы обсудить ПетираБейлиша. Не то, чтобы она не знала об этом сборище, но я попросил её не приходить, и она доверилась мне в этом вопросе. Я быстро объясним всем, какие скрытые мотивы преследует Бейлиш и рассказал о преступлениях, которые он признал перед Сансой. Так же я поведал о том, что известно Сандору и о том, чему он был свидетелем в те времена, когда являлся частью Королевской стражи. – Что за ублюдок! – выплюнул Тормунд. – Может ли всего один человек в действительности быть способным на то, чтобы устроить такой хаос? – удивился сир Давос. – Он практически сам развязал эту войну, и ради чего? – Леди Лианна была возмущена. – Я думаю, что это началось гораздо раньше. Ещё во времена восстания Роберта, – нахмурился лорд Хоулэнд. – Давайте убьём этого южного петуха! Неужели это так сложно? – закричал Тормунд. – Это не так просто, друг мой, – сир Давос покачал головой. – Этот человек обладает контролем и влиянием. – Не таким обширным, как вы думаете, – я улыбнулся. – Тогда покончим с ним, – нетерпеливо высказалась леди Лианна. Я жестом попросил Подрика пригласить нашего гостя. В залитый светом зал зашёл никто иной, как лорд Ройс. – Я считаю, что мы должны убить Пересмешника. И я вспомнил, какой разговор у меня был с Королевской гвардией прошлой ночью. *** Все были потрясены, увидев, что Пёс приближается к нам. Я отчитал его, поскольку он должен был находиться на страже, внизу. В целях безопасности, здесь располагались лишь наши с Сансой покои, в то время, как нижний этаж пустовал. Это давало нам пару уединённых этажей и общую лестницу. – Успокойтесь, я оставил одного из людей Хорнвуда наблюдать за лестницей, а на другой стороне стоит Мормонт, который сможет докричаться до дяди, если рыцари Долины пройдут мимо стражи. Кроме того, эта маленькая кошка за всем здесь следит, – он указал на Джоанну. – Ты варг, – я указал на неё, только сейчас понимая. – Да, – она дерзко кивнула мне. – Но я способна на большее, чем они. – Да, как, например, принимать облик людей, с которыми ты спала, – рассмеялся Пёс, и Джоанна пронзила его взглядом. – Эй, это шутка, я не осуждаю. – Джоанна, объясни, – я решил разрядить обстановку. – Я пустила несколько мышей и кошек по всему замку, поэтому, если есть кто-то, за кем требуется установить наблюдение, просто скажите, – сказала она. – Где сейчас Бейлиш? Она скрестила руки и облокотилась о стену, прежде чем её ярко-зелёные глаза затянуло белое марево. – В своих покоях, под охраной троих людей Вейла, – мы подождали лишь пару мгновений, после чего она вернулась. – Тогда осмотри три нижних коридора, – я кивнул на её слова. – Быстро и тихо, Джоанна. После этого возвращайся к моим покоям. Она кивнула и быстро исчезла в тёмном коридоре. – Все вы идёте со мной. Таким образом, мы вместе направились к моим покоям, в то время как Призрака я оставил с Сансой. – Ты что-то знаешь, поэтому говори, – я обернулся к Сандору, отдавая приказ. – Да, я многое знаю, – ухмыльнулся он. Затем он стал рассказывать о всех известных ему преступлениях, виновником которых являлся Бейлиш и до того, как он успел закончить, нас нагнала Джоанна. – Столько преступлений! Именно он в ответе за всё это! – воскликнула Бриенна. – Так мы его убьём…правильно? – поинтересовался Сандор. – Нам нужно лишить его власти. Долина – это всё, что у него есть, а так же он ошибочно думает, будто у него есть Санса. Нужно понять, есть ли кто-то ещё из Долины, готовый противостоять ему. Мы уже знаем, что главная его сила заключена в мальчике Арренов, – объяснил я. – Я предлагаю привлечь на нашу сторону лорда Ройса, – предложила Джоанна. – Зачем? – Потому что я заметила, как он смотрит на Бейлиша, когда тот поворачивается спиной, – она пожала плечами. – Санса сказала, что он был одним из тех, кто чуть не приговорил его к смерти. – Я покопалась и поняла, что главной целью судебного процесса была вовсе не смерть Лизы Аррен, а окончательное лишение Бейлиша власти. Ни один из лордов-судей не доверял ему, но благодаря показаниям Сансы, ему удалось спастись. Именно она обеспечила прикрытие, – небрежно высказалась Джоанна, и мы все уставились на неё. – Как? – Ройс рассказал мне об этом сам, – девушка пожала плечами. – Как, седьмое пекло, ты заставила этого напыщенного индюка разговаривать с такой малявкой, как ты? – поинтересовался Пёс. – Удивительно, как верно подобранное обличие может заставить человека говорить с тобой, – она взглянула на него с призрением, а затем фыркнула. Я даже думать об этом не хотел. – Хорошо, так мы можем уничтожить его с помощью лорда Ройса? Джоанна глубоко вдохнула, прежде чем подарить нам улыбку. – Я думала, ты никогда не спросишь. *** - У нас достаточно обвинений, чтобы начать судебное разбирательство, но не так много доказательств, которые смогут подтвердить вину, – мрачно сказал сир Ройс. – И, честно говоря, я не желаю испытывать его. Ни в то время, когда он может лишить меня головы. – Другие поддержат меня! – закричала леди Лианна, обращая на себя внимание. – Дайте ему шанс оправдаться, но всё равно приговорите к смертной казни. У нас нет времени ходить кругами. Мы на войне. Или доберитесь до маленького лорда и заставьте его выбросить предателя в лунную дверь! Ведь есть доказательства, что он убил его мать? – Мы пытаемся, но это потребует участия со стороны нашей королевы. Это докажет, что она лгала, а значит, ей предъявят обвинения. – Разве ты не может сказать, что она солгала из принуждения? – Лианна покачала головой. – Она солгала, потому что Бейлиш пригрозил убить не только её, но и кузена Робина, – заговорил сир Давос, глубоко призадумавшись. – Он сказал, что их убьют даже после свершившейся над ним казни, если она скажет правду. Вот как всё было. – Это…это может сработать, – согласился лорд Ройс. – Соберите все необходимые доказательства, поскольку через пару дней мы произведём арест, за которым последует судебное разбирательство. Но мы по-прежнему должны проявлять осторожность. Мы должны заставить его поверить в то, что ему удалось одержать верх, иначе, клянусь богами, он сбежит. Сбежит и призовёт каждого, кто присягнул ему, а так же разрушит все возможные союзы, которые мы могли бы заключить, – приказал я. – Мне потребуется с большой осторожностью отослать письмо лорду-судье, – Ройс кивнул и поклонился. – Но я не смогу поехать сам, это вызовет подозрения. – Леди Джоанна станет вашим посланником, а Хоулэнд Рид сопроводит её, – ответил я ему. – Кроме того, я недавно связывался со своей тётей, и я смогу убедить ещё одного посланника в необходимости сбора улик против Бейлиша, если таковые остались в Королевской гавани. – Кто же этот надёжный посланник? – поинтересовалась Лианна. – Просто кое-кто, кому мы с королевой всецело доверяем. Вскоре, всё будет обнародовано, – я улыбнулся. – А теперь позвольте мне пригласить нашу королеву для обсуждения иных вопросов. И в этот момент, вина сдавила мой желудок столь же сильно, как и прошлой ночью. Я помнил каждую деталь. Каждое чёртово мгновение. Это навечно будет тлеть в моей памяти, до конца дней. Вздохи. Слёзы. Смех. Крики. Стоны. Любовь. Ненависть. Триумф. Разочарование. Оберегать. Причинять боль. Каждая. Грёбаная. Деталь. Как только я открыл дверь, запах роз и лаванды дал знать, что она здесь. Я осмелился взглянуть на неё, даже, если не заслуживал такого права. Я должен был. И она была по-прежнему красивой, спокойной и равнодушной. Она была идеальной, как я и ожидал. …за исключением того, что глаза всё ещё были красными, и под ними залегли тени. Я это сделал. Я подарил ей слёзы, что оставили следы на коже. Я сделал это с ней. – Джон, я… – Нет, не говори этого. *** Четыре дня назад, спустя несколько часов, после того, как Санса передала волю Робба Джону. Я едва смог приподняться над кроватью, натягивая меха повыше, а затем потёр затылок и открыл глаза. Долгий выдох. Я был измотан. Удивительно, но разговор с новой Королевской гвардией Сансы не занял много времени. Хотя, Псу определённо было, что сказать. Однако, я слишком устал, чтобы мой гнев мог разгореться с прежней силой. Все знали инструкции на ближайшие дни и собирались проинформировать остальных, как только те прибудут. Ещё нам нужно собрать секретный Совет, чтобы понять, какие лорды Долины или Судебной декларации готовы выступить против Мизинца…Тогда появится официальный сговор…и посланники… Агхр. Так много действий и планов, чтобы убить одного человека. Я ощутил, как что-то мокрое коснулось моей руки. Приоткрыв глаза, я заметил Призрака, который вновь ткнулся носом в мою ладонь. Я улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить его по голове. – Так теперь ты вернулся ко мне, парень? – он ответил, устроив голову на мехах подле моей и прикрыв сонные глаза. – Спасибо, Призрак, но ты должен оставаться с Сансой. Но он уже проваливался в сон. После расслабленного вздоха, он захватил и меня. *** - Кто предстал пред старыми богами? – Санса из дома Старк пришла сюда, чтобы выйти замуж. При упоминании её имени, я понял, что стою у сердцедрева лицом вперёд, пока она медленно приближается. У меня перехватило дыхание. Одетая в белое платье, сливающиеся со снегом. Её рыжие локоны сияли медным маяком, когда она взглянула на меня небесно-голубыми глазами с полной уверенностью. Она была единственной, на кого я мог смотреть, а всё остальное, кажется, исчезло. Санса в белом. –…Женщина выросла, законнорождённая и благородная. Она пришла просить благословения Богов. Кто пришёл, что взять её в жены? Мой рот открылся, чтобы начать говорить, но вместо моего голоса послышался иной тёплый баритон. Я не мог смотреть на картинку под другим углом, просто застыв на месте. Это не моя свадьба. Я сглотнул и осмелился взглянуть на профиль жениха. Коричневые волосы с золотистым отливом и глаза, хранящие в себе зелёный цвет его дома. Говорил именно он. – Лорас из дома Тиррел, наследник Хайгардена и Предела, хранитель Юга. Кто её выдаёт? Я чувствовал болезненную ревность. Это было тем, о чём Санса всегда мечтала. Выйти замуж за красивого рыцаря, благодаря которому Хайгарден, настолько подходящее место, сможет быть ей домом. Наступила тишина, и я понял, что был тем, кто должен заговорить следующим. Они ожидали, что я выдам её замуж. Однако, грубый и мерзко обволакивающий голос опередил меня. – Рамси из дома Болтон, наследник Дредфорта и Винтерфелла. Кто её берёт? Я тут же обернулся, увидев маньяка с дикостью во взгляде и мерзкой усмешкой, однако, я не успел схватиться за меч, поскольку раздался другой голос. – Джоффри из дома Баратеон и Ланнистер, король андалов, райнаров и первых людей, правитель семи королевств и защитник государства. Кто её выдаёт? Моя кровь, одновременно, вскипала и остывала, когда я принялся искать его взглядом. И он был там, по-прежнему напыщенный и злобный, а его червивые губы скривились жестокой улыбке. Зелёные глаза сверкали ненавистью. Затем голос мерзавца, куда более опасного, чем все предшественники, прозвучал в Богороще. Пламя и лёт бурлили в моих венах. – Петир из дома Бейлиш, правитель Долины и хранитель Востока, – гордо произнёс он, прежде чем взглянуть на меня с уверенностью. – Кто.Берёт. Её? Я не думал, когда выхватил меч и замахнулся на него, кромсая его лицо снова, и снова, и снова. – Джон! *** Я очнулся в поту и широко открыл глаза, чувствуя, как перехватывает дыхание. Это был лишь сон. Я откинулся назад, закрывая глаза и надеясь, что все образы этого кошмара оставят меня. Когда чувства пришли в норму, я осознал, что слышал голос, зовущий меня по имени. И вдруг, запахи розы и лаванды пробудили меня. Я осмотрел комнату и, ожидаемо, увидел Сансу, которая стояла у края кровати и шокировано на меня смотрела. Положив ладонь ей на локоть, я старался дать понять, что я очень устал и не хотел пугать её. – Я тебя разбудил? – я вздохнул, решившись заговорить. Она, всё ещё слегка удивлённая, качнула головой. – Был ли это…такой же кошмар, как и прежде? Я покачал головой. – Это было так плохо? Закрыв глаза, я предпринял попытку выбросить образы из головы, но они были слишком яркими и слишком реальными. – Хуже, – грубо сказал я. Так можно было быть уверенным, что она больше не спросит об этом. Нет, если я добровольно не расскажу. Не в этот раз. Взглянув на девушку, заметил, что она даже прихватила с собой плащ. На ней была лишь белая ночная сорочка, а ещё она была босой. Санса дрожала, тем самым создавая идеальный образ невинности и уязвимости. Но даже сейчас, напуганная и растрёпанная, она была красива. – Что-то не так, Санса? Ты замёрзнешь. Уже поздно. – Джон…ты бы не…– она обхватила себя одной рукой, прежде чем наклониться, покраснев. Я ждал. – Ты бы не мог обнять меня? – спросила она, наконец, и её грустный взгляд встретился с моим. Испуганный и умоляющий, он ломал что-то внутри меня, потому что я не хотел видеть её такой. – Санса… – я едва ли не задохнулся, поскольку не хотел сделать ей больно, но она сразу уловила это. – Я просто… – её глаза больше не смотрели на меня, а ещё она смутилась. – Просто хочу чувствовать себя в безопасности. Я не могу быть одна в своих покоях, не сегодня. Её слова прозвучали так, будто я предавал её, всаживая кинжал в сердце. – Призрак может составить тебе компанию. Почему я отказывался от неё? Она сглотнула и сгорбилась. Девушка выглядела такой усталой. И сейчас я ранил её отказом. – Санса, – она снова посмотрела на меня, и на этот раз её взгляд был слишком сильным, чтобы я мог отказать. Затем она отвернулась ко мне спиной и обхватила себя руками. – Больше не нужно ничего говорить. Я просто хочу, чтобы ты обнял меня, но я пойму, если ты не хочешь. Прежде, чем она успела бы сбежать, я быстро спустил ступни с кровати и обнял её сзади. – Всё нормально, Джон, – она напряглась и осторожно покачала головой. – Я хочу, чтобы меня обнимал тот, кто тоже этого хочет. Не по-другому. – Конечно, я хочу, – обнял её крепче. Всё время. Всё время хочу. – Тогда обними меня, – она расслабилась в моих объятьях, чуть покачиваясь. – По крайней мере, сегодня, Джон. Просто обними меня, пожалуйста. Не отпускай. – Никогда. Я обнял её крепче и прижал к себе. Одна рука на затылке, а другая на спине. И через мгновение мы оказались под мехами, и половина её тела оказалась поверх моего, в то время как наши руки переплетались в объятии. Я опустил ладонь на её руку, прежде чем переместить её на тыльную сторону, переплести пальцы и уложить их на мою грудь. Мы удерживали друг друга на протяжении многих прошлых ночей, но сейчас всё было по-другому. И теперь я осознал, почему никогда раньше мы не делили мою постель. Она пришла ко мне не ради себя, а ради меня. Впервые, с тех самых пор, как мы воссоединились, она искала меня. Санса, наконец-то, полностью доверяет мне. Она на меня полагается. Ох, моя любовь. Я поцеловал её в лоб, слегка пригладив волосы, и притянул ближе к себе. Мерзкие ужасы из ночного кошмары заставили меня вздрогнуть, вернувшись в мысли. Больше не надо. Я не отдам тебя. Никому. Никогда. Брак. Я сглотнул горечь и гнев, потому что знал, что нам обоим так или иначе придётся заключать союзы. Даже, если я отказался от своих притязаний, моя родословная не позволит жить спокойно. Эти мысли вызывали отвращение. И я знал, что в последнее время в мою сторону поступало много предложений, но я отказался от каждого, сославшись на то, что не желаю вовлекать в войну будущего наследника. Кроме того, являясь старшим в семье, я имел право отказывать кандидатам на её руку и сердце, объясняя отказы насилием её предыдущего супруга. Она, вероятно, больше никогда не захочет быть с мужчиной. Санса едва может терпеть прикосновения или уединение с лицами мужского пола. Но королеве необходим наследник, в особенности, если она была последней из дома Старков и…нет. Имя Старков может умереть вместе с ней, если она захочет. Санса не будет продана по высокой цене, как какой-то ценный трофей или племенная кобыла. Если она захочет. Только её выбор. Дело не в том, что я не думал о том, чтобы быть выбором. Я хочу, чтобы онавыбрала меня. Не потому что я был единственным выбором. Не потому что я был меньшим из зол. Даже не потому, что я был самым опасным противником. Как бы мне не хотелось думать о том, как она встречается с другими лордами и рыцарями, которые близки её детским мечтам, я жаждал, чтобы она это сделала. Я хочу, чтобы она увидела, что может выбирать. Я не хочу, чтобы она верила, будто только я могу быть добр с ней – что я единственный, кто будет уважать, хранить верность и…любить её. Я был бы готов. Неважно, насколько это больно, я хочу, чтобы у неё было всё, о чём она когда-то мечтала. Просто хочу, чтобы Санса была счастлива. Она заслуживает столь многого, гораздо большего, нежели я. Даже, если я думаю, что она способна любить меня так же, как я её. Хочу, чтобы она поняла, что есть многое, что ей могут предложить помимо меня и безопасности рядом со мной. Потому что я – это безопасный выбор. Хотя я и могу предложить ей гораздо большее, чем просто безопасность, не говоря уже о том, насколько наши новые титулы укрепят дом, это похоже на принуждение. И последнее, чего я для неё желаю, это вновь выйти замуж по принуждению. Даже, если бы она сделала это ради меня. Я вздохнул. Чёртов Мизинец. Всё двигалось вперёд. И теперь, Санса вновь сомневается и являет собой уязвимость. Но, по крайней мере, она пришла ко мне в этот раз. Ох, любимая. Ты пришла, чтобы, наконец, положиться на меня. И я клянусь, это закончится. Все её мучения закончатся. Они все заплатят, Санса. У тебя будет всё. Клянусь, любимая. *** Утро дня рождения Сансы. Я только что встал со своей пастели, широко улыбнувшись, когда вдруг Королевская гвардия возникла на пороге и отвела меня в сторону от моих покоев. – Теперь давайте поговорим о вас, милорд, – обвинительно заявила Джоанна. – Обо мне? – я нахмурился и указал на себя пальцем. – С каких это пор вы влюблены в нашу королеву? – терпеливо спросила она. Я приоткрыл рот, в попытке держать себя в руках, но Пёс, Бриенна и теперь Джоанна смотрели на меня понимающе и выжидательно. Они всё знали. – Какое это имеет значение? – я бросил им вызов. Они переглянулись, а затем позволили Бриенне заговорить. – В то время, как королева, безусловно, может думать иначе, а кузены имеют право вступать в брак, мы призываем вас сохранить… – Держи свой член в штанах, вот что она пытается сказать, – усмехаясь, рявкнулСандор, получив пинок от Джоанны. – Заткнись, тупица! – Я бы никогда не обесчестил нашу королеву! – Прекрати это. Мы уже поняли, что у тебя не хватает яиц, чтобы рассказать обо всё королеве, причём уже давно, до попадания в сети Мизинца, – Пёс махнул рукой и закатил глаза. – Но сейчас время вышло, и ты не можешь умиляться и с обожанием смотреть на каждый её жест. Ты играешь по его правилам ровно так, как он того хочет. – Так ты говоришь мне не жениться на ней? Сандор собирался продолжить, когда Джоанна зажала ему рот и попросила Бриенну объяснить. – Джон, мы не говорим никогда, но только не сейчас, – Женщина посмотрела на меня с сочувствием. – Мы уверены, что как только вы обручитесь и он заметит, что Санса делает это не из простого женского долга перед своей страной, он найдёт способ всё разрушить. Вы понимаете? – Вы хотите сказать, что он может уничтожить ей словами? – во мне вспыхнул гнев. – И какую ещё причину, кроме долга, вы имеете ввиду? Она взглянула на меня, и я стал запинаться. – Ты…ты имеешь ввиду, если она на самом деле хочет союза со мной? – Не просто хочет, в недвусмысленном варианте, Джон Сноу. Если он заметит, что она хочет по той же причине, что и ты, то это даст ему понять, что он потерял её. Значит, Санса станет ненужной. И он найдёт способ убить её на твоих глазах, вынимая последний туз из рукава. Он знает, что убив её, получится убить и тебя, поскольку ты не сможешь существовать без неё. И Север будет потерян и уязвим без её правления. Потому что все мы знаем, что ты не дашь бой Королю Ночи, если она погибнет, – Джоанна высказалась, и каждое слово было правдой. Я не мог говорить…не мог думать… – Джон, он использовал бы Сансу и твою любовь к ней против вас обоих. Он уже использует! – продолжала она. Я не осознавал, что опёрся о стену в качестве поддержки. – Это больше, чем вы двое, когда он всё знает. И зная нашу королеву, она предложит вам брак ещё раз. Просто…просто сопротивляйтесь. По крайней мере, пока мы не убьём Мизинца, – умоляла девушка. – Значит, я должен её оттолкнуть? – Причините ей боль, если до этого дойдёт, но ничто не должно претерпеть кардинальных изменений. Вы всё ещё можете быть вместе, но не пересекайте черту братских чувств. Сделайте её чертовски счастливой сегодня, даже если всего лишь на день, но завтра вы должны открыто противостоять её чувствам. Избегайте её, как чумной, если хватит сил. Подумайте о тех отношениях, что связывали вас прежде. Я слышала, вы ранее не слишком друг друга любили, – вновь продолжала Джоанна. То, как Джоанна говорила было столь знакомым, что напомнило мне об Арье. Могло ли это быть? – Арья? – выпалил я. Джоанна была невозмутима, но приподняла бровь. – Я буду стараться, – покачав головой, испустил вздох. – Я буду. – Хорошо, – кивнула Бриенна. – Если не ради самого себя или Севера, то ради Сансы. – Седьмое пекло, разве мы не можем просто убить его? – зарычал я, в отчаянии. – Не все мы, – усмехнулся Сандор. – Мы будем пытаться, – поклялась Джоанна. – И так далее. В её глазах лёгким мерцанием отразилась вспышка сочувствия, прежде чем смениться ненавистью. Это было слишком личное. Я не знаю почему, но смог ощутить, что для неё это намного больше, чем просто преданность королеве. Она ненавидела Бейлиша. – Тогда постарайтесь держаться, – Бриенна похлопала меня по плечу. – Санса самая понимающая девушка из всех, кого я встречала. Даже, если ты причинишь ей боль, она найдёт в себе силы простить. И они просто ушли. Седьмое пекло. Грудь сдавило, мешая дышать. *** Несколькими минутами ранее. Я едва ли спал, зная, что уже наступило утро. Взглянул на Сансу, которая крепко спала, устроившись на мне. Как бы мне не хотелось её двигать, но пришлось встать до дневных процедур. Я до сих пор не мог с чистой совестью смотреть на ситуацию, в которой мы вместе проснулись. К тому же, спала она скорее на мне, нежели в кровати. Как можно мягче, мои ладони обхватили её тело и попытались сдвинуть, но она тут же схватила меня за одну из них. – Куда ты идёшь? – хрипло спросила Санса. – Я…должен… – я сглотнул, прежде чем улыбнуться и наклониться к ней. – Отнести тебя в твои покои, иначе твоя служанка сойдёт с ума, не застав тебя на месте. Или, что ещё хуже, поймёт, что ты пришла от меня. – Я сказала Бриенне, что мне нужно остаться с тобой, – она сонно покачала головой. – Мои покои душат меня, и я сообщила, что не хочу посетителей до полудня. Я всё ещё ощущаю усталость. Обязательно посмотрю в глаза её леди-рыцарю, и всем им, вместе взятым. Я вздохнул. – Тем не менее, я точно должен начать этот день пораньше… – Если ты действительно должен, тогда иди, – она вздохнула. – Но я бы хотела, чтобы ты этого не делал. – Хочешь, чтобы я остался? – на сердце, которое радостно забилось, потеплело. – Только сейчас. Не позволяй мне проснуться в одиночестве, – её глаза были закрыты, когда она ответила. – Пожалуйста, прости меня, Джон. Мне нужно чувствовать, что я не одинока. И да, я хочу, чтобы ты остался со мной. Как я могу отказаться от этого? Навсегда, Санса. Я останусь с тобой навсегда, если смогу. Я сел обратно на кровать и заметил, как на лице девушки расцвела улыбка. Она вновь обернулась ко мне, но вместо ответной улыбки, я позволил себе погрузиться в сон, зная, что этим утром я не проснусь один. Я наслаждался тем фактом, что в этот момент она была моей единственной. Санса сама пришла ко мне, потому что хотела быть рядом в этот момент. Береги это, Джон. Ты можешь более не иметь этого в течение длительного времени. Но откуда мне было знать, что затем всё кардинально изменится.