На Изломе

На лице Альдо читалось брезгливое удивление. Ричард понимал, что прежний он никогда бы так не поступил. Однако же сейчас ему было безразлично. — Мевен? В качестве твоего заместителя? — Да, Ваше… Альдо. Он достаточно толковый и умеющий работать человек. — Откуда ты вообще его знаешь настолько, чтобы оценить его качества в отношении такой серьёзной должности? — Я ведь цивильный комендант. Моя обязанность — знать хотя бы примерно, что от кого ждать, раз уж я должен сохранять порядок. Мне о нём докладывали. — Очень продуманное устройство работы, — протянул Альдо, глядя чуть искоса, — что тебе докладывают о Придде? Раз уж дома ты не бываешь. — Он большей частью сидит в резиденции, если и выходит — то чтобы навестить мою сестру. Она готовится к отъезду, и Придд… ей помогает, насколько дозволяют приличия. — Какой он был в Лаик? Ричард запнулся, глядя в чашку с остатками шадди. Никакой. Вёл себя незаметно. Очень правильное поведение с точки зрения стратегии. Тогда он считал это трусостью. Сейчас скорее склонялся к сдержанности и стремлению сохранить уединение, насколько это было возможно. Не все обязаны быть общительными. — Скрытный и скользкий, — наконец, разлепил губы он, — мы не поладили. Хотя даже не так. Мы почти не разговаривали. — Теперь, когда у тебя есть заместитель, разговаривай с ним почаще. — Слушаюсь, — склонил голову Ричард. Оказывается, из окон резиденции Придда был роскошный вид на закатное небо. Бледное солнце рвалось сквозь прорехи в облаках, его неуверенные лучи путались в голых ветках деревьев, придавая саду совершенно сказочный облик. Ричард распахнул окно, осторожно вдохнул холодную свежесть. Некоторые вещи начинаешь замечать в совершенно неожиданные моменты. Какой был вид из окон особняка Алвы? Две жизни там прожил, а в памяти ничего не сохранилось. Ричард прислонился виском к шероховатой раме. Если прикрыть глаза, можно вообразить, что он всё ещё там. В кабинете Алвы живой огонь бросает отблески на каминный коврик, терпко пахнет подогретым вином со специями. Струнные переборы беспорядочны, но на лице Алвы уже появляется улыбка, гласящая, что он выбрал песню для этого вечера. Когда они затащат его на трон, в жизни Алвы всего этого уже не будет. Конечно, у него репутация человека, способного ради своего удобства послать всех к кошкам, но это ведь маска. Алва прекрасно знал, в чём его долг. Был сведущ в древней путанице правил. Ради того, чтобы спасти Талиг, он согласится не только сесть на трон, но даже жениться. Пальцы напряжённо стиснули штору. Ему придётся. Им обоим придётся. Кому какое дело до желаний отдельного человека, когда речь идёт об Изломе эпох. Долг… у каждого из них он свой. Пусть Айрис будет счастлива со своим Приддом. Им улыбнулась удача. Пусть у них всё будет хорошо. А он как-нибудь справится. Слишком высоки ставки. — Вы не идёте ужинать? Ричард обернулся. На пороге комнаты стоял Придд со свечой в руках. Её огонёк колебался от порывов ветра из окна. — Благодарю вас, иду. Я просто задумался. — О чём, позвольте полюбопытствовать, — Придд вежливо пропустил его. — О всяких глупостях. Как красив ваш сад на закате. — Приятно слышать, что он вам по душе. Значит, он может понравиться и вашей сестре. Ричард с улыбкой обернулся. Придд казался чуть смущённым. — Я рад, что вы так заботливо подходите… ко всему этому. — Мне хочется, чтобы она чувствовала себя приятно и была счастлива. — Мы с вами почти братья, — неожиданно для самого себя проронил Ричард, — не будет ли слишком дерзким с моей стороны, если я предложу перейти на «ты»? — С радостью, — Валентин отдал свечу слуге. Первым расположился за столом. Переплёл перед собой пальцы, — я могу поздравить тебя с заместителем? — Наверное, пока рано поздравлять. Но он назначен. И я даже объяснил ему основные… дела. Он относится ко мне с некоторым недоверием. — Почему именно Мевен? — У меня есть некоторые причины… Валентин понимающе кивнул. Дождался, пока подадут ужин, жестом отпустил прислугу. — Что он делал? — Я не так хорошо помню этот сон, — Ричард отправил в рот кусочек превосходного жаркого, проглотил, — но Мевен в итоге был одним из заговорщиков. Он выступил против Альдо. Точнее, Альдо к этому времени уже… погиб. И они арестовывали верных ему людей. — Ты собираешься посвящать его в свои планы? — Нет. Просто он с меньшей вероятностью воткнёт нож в спину, когда поймёт, что происходит. — Ты никому не доверяешь. — Доверяю. Тебе. Валентин посмотрел на него поверх бокала: — Мне, разумеется, приятно это слышать. Но и немного странно. При всей неприязни, которую ты показывал в самом начале… — Не надо искать разумную последовательность в том, что я чувствую, — пробормотал Ричард, вспыхнув, — там нет никакой логики. Валентин улыбнулся краем губ: — Есть. Просто наверняка она опирается не на те посылки, что очевидны нам. Ричард неопределённо кивнул. Интересно, на какие посылки опиралось его отношение к Алве?