Жизнь любит перемены, подъемы и падения (Жизнь любит ППП)

Глава 12   Я сидела на полу в комнате Сары и искала ее шкатулку. Там должно же быть что-то такое, что может мне помочь узнать несказанное ею. — Анна, ты тут? — спросила меня мама за дверью. — Да, заходи. Мама открыла двери, но осталась стоять на пороге. Она с явной завистью смотрела на то, как легко мне удается преодолеть границы комнаты покойной сестры. — В чем дело? — спросила я, отряхиваясь от пыли. — Ты знаешь уже про суд? — Знаю. — Кстати… тело еще на судмедэкспертизе. — Они считают, что это самоубийство? — уточнила я. — Да. Ищут следы насилия, физические недостатки, и все такое. — Да уж, им нелегко. Тело Сары все покалечено, там сложно понять, били ее или она сама  угораздила так под машину и получила ранения. Мама медленно кивнула и снова потерла красные глаза. Она стояла в дверях и продолжала наблюдать за мной. — Мам, ты не хочешь зайти? — спросила я. — Нет. Я хочу, но не могу. — Почему? — Господи, Анна! — мама закатила глаза и прицокнула языком. — Я не могу. — Но в этом нет ничего сложного! Мама развернулась и ушла, грюкнув дверью. Я не понимаю ее позицию — папа прав, смерть Сары угробила жизнь мамы. Мне позвонил телефон, и мама начала орать, чтобы я не разглашала никому про смерть Сары. Я была согласна, но одно меняло все — звонил Брайан. — Ало. — Анна, ну наконец-то! Ты хоть жива? — радостно вскрикнул Брайан, и меня передернуло, ведь, правда, жива. — Куда ты подделась? — Что такое? — Да, что такое? — Брайан, ты просто не знаешь, — начала я и тут же замолчала. — Чего не знаю? Я хотел узнать, почему ты вчера сбежала вместе с Патриком, а сегодня не пришла в школу. Патрик тоже не пришел. Я, как смогла, улыбнулась. — А ты ревнуешь? — Предположим, — продолжать кипеть Уилс, — но что такое случилось то? — Брайан, проблемы в семье. — А школа? — Ничего, что школу пропущу. Мама даже забыла о ней. Она вообще не о чем другом не думает, кроме… —  я снова запнулась. — Ну же, Анна! — поторопил меня Брайан. — Не могу… — Анна? Я нажала на отбой и упала на кровать практически без сознания.   Диана Митчелл сидела у нас на кухне и рассказывала маме с папой о предстоящем суде. — Адвокат с противной стороны захочет убедить судью, что Сара совершила самоубийство. — Но это же невозможно! — закричал отец и вскочила со стула так, что он перевернулся и с грохотом упал на пол. — Сядьте, пожалуйста, — спокойно попросила Диана, — Я лишь рассказываю вам, как будет, а не пытаюсь уговорить вас поверить в версию суицида. — Да, я понимаю… — Спасибо. Барбара, вы бы не могли мне дать осмотреть комнату Сары, — Диана посмотрела на маму и одарила ее своей фирменной улыбкой. Все адвокаты жуткие лицемеры! Или они просто выполняют свою работу? — Может, я найду там что-то полезное делу. — Я не уверена, что… Но папа ее перебил. — Мы с удовольствием! — заверил он. Так как я сидела в той комнате, мне пришлось выйти, пока Диана поднимала матрас, искала что-то по полкам, рылась в маленьком мусорничке возле письменного стола Сары. — Ничего такого, — подытожила она в конце концов. Мама устало кивнула и пошла к себе в комнату. — Анна, — обратилась ко мне Митчелл, — ты знаешь уже о своих показаниях в суде? — Вы третья, кто меня за сегодня это спрашивает.  Но вообще-то я знаю. — Отлично. Ты не боишься? — Не знаю. Смотря чего, — ответила я, думая о своем. — Суда. — Нет. Суда я не боюсь, миссис Митчелл. Но я боюсь того, что там будет. — Это не страшно, — улыбнулась Диана, но  я не поняла — не страшно то, что там будет или не страшно, что я боюсь? — А что я должна буду говорить им? — Об этом я с тобой сейчас и поговорю. Мы сели за диваном в гостиной и Митчелл начала: — Смотри, я, как ваш адвокат, должна буду вас защищать, — я улыбнулась, — Но все зависит от ваших слов и показаний. — Так что я должна буду сделать? — На данном заседании наша задача у всех общая — раз и навсегда отогнать мысли о суициде. В случае с Сарой, это несчастный случай, — объяснила Диана, — можешь говорить, все что хочешь, базируясь на этой теме. — А приукрашать  можно? — Ну, разве что чуточку, — Диана мне снова улыбнулась, и я тоже не сдержала улыбки. — Хорошо, — сказала я, — разве что чуточку.