Я с тобой

– Ты пока не теряй времени, иди в душ, а то я тоже что-то подустал сегодня… – Умпфф, – согласно проворчал гениальный сыщик, выпутываясь из пледа. Джон уже складывал грязное белье, когда снизу раздался грохот, вскрик и звон бьющегося стекла. В два прыжка слетев по лестнице, он вломился в ванную, рванув дверь так, что выдранные шурупы задвижки весело застучали по плиткам пола. – Миссис Хадсон это не понравится, – прокомментировал Холмс, сидя на полу возле стиральной машины и потирая лоб, которым только что об неё приложился. Осколки сорванной полочки валялись вперемешку с флаконами, тюбиками и зубными щетками, останки шерлокова бальзама после бриться растекались молочно-перламутровой лужицей, – на этот раз нам повысят месячную ренту по твоей вине. – Да, в кои-то веки, – вздохнул доктор. – Голова закружилась? А сейчас? В глазах двоится? Следи за моим пальцем… – опустившись на одно колено, он провел быстрый осмотр, протер свежие ссадины перекисью, извлеченной из дежурной аптечки, и облегченно прижал голову Шерлока к своему плечу, запустил руку в темные пряди, пропуская их между пальцами. Жертва несчастного случая в ванной притихла, чуть не мурлыча. – Не вставай пока, я сейчас приберу, – сказал Уотсон, отстраняясь, машинально поцеловав кудрявую макушку. В две минуты восстановив относительный порядок, он тщательно протер пол, сполоснул руки и, подхватив Холмса под мышки, помог ему подняться. – Ты как? – Не отказался бы принять душ. Но, похоже, я сегодня не в форме, из рук все валится, – неловко пожал плечами, поморщился и тяжело повис на поддерживающих его руках. – Не хотелось бы так ложиться, – выдавил, неловко кладя голову на крепкое плечо, скрытое растянутой футболкой. – Давай, я тут посижу, – просто предложил Джон. – Мойся, я не буду пялиться. Если что – падай, поймаю. – Угу, спасибо, – высвободившись из гостеприимного захвата, потянулся к пуговицам рубашки сбитыми в кровь пальцами, попытался расстегнуть и закусил губу, – поможешь? – Иди сюда… – быстро разоблачив Шерлока и засунув оного в ванну, вооружив большой губкой, питомец эскулапа деловито упихал одежду и белье в барабан машинки, запустил программу стирки и оперся спиной о тумбу умывальника, старательно разглядывая стены и потолок и не менее упрямо игнорируя категорически возникшее неудобство, про себя костеря суматоху последних суток, не позволившую привычно ослабить напряжение. Стояло так, что звенело в ушах и путались мысли. От души выматерив себя на пушту, доктор сумел взять себя в руки в ожидании момента, когда Шерлок освободит ванну и можно будет… хм… выпустить пар и, пожалуй, принять душ, ледяной, мать его, в качестве контрольного выстрела. – Джон, я сам не могу, больно… – Уотсон шагнул вперед и положил руку на бортик ванны, стараясь не смотреть… никуда, в общем, не смотреть. Зрелище голого, мокрого как мышь Шерлока, смущенно облизывающего губы… это было… слишком. – Спину… – Угу, привстань-ка, – придержав, помог подняться на колени и повернуться. И еще раз беззвучно выматерился, глухо ненавидя себя за недавние похотливые мысли. От вида кровоподтеков, жутким узором пятнающих белоснежную кожу беззащитной спины, и припухшего багрового следа зубов на теплой шее болезненно заныло в груди. Хотелось заорать или дать кому-нибудь в морду. Вместо этого Джон отобрал у друга губку, щедро залил её гелем и приступил к осторожному намыливанию для намыливания предоставленного. Успешно справившись с заданием и напоследок придирчиво окатив Холмса чистой водой, доктор не без труда извлек его из ванны, обтер полотенцем, завернул в халат, проводил в спальню и, кивнув на приготовленную пижаму, поспешил обратно. Пора было позаботиться и о себе. Первый раз он кончил, едва положив руку на член. Прижался пылающим лбом к приятно холодящему его кафелю, сглотнул пересохшим горлом. Включил прохладную воду, быстро вымылся… и неконтролируемо возбудился снова, вытираясь полотенцем Шерлока и вдохнув его запах. Тяжело дыша, Джон двигал рукой по горячему стволу, сжимая все крепче и ускоряя темп, а перед глазами распростерлось пронзительно изящное тело в его постели, тонкое, мускулистое, выгибающееся навстречу ласкам… Резкая судорога оргазма тряхнула его, как удар током, семя брызнуло на пальцы. Уотсон вытерся влажным полотенцем, зашвырнул его в корзину для белья и долго стоял под максимально холодным душем, восстанавливая самоконтроль. Когда, наконец, поднялся к себе, вымотавшийся Шерлок спал, не удосужившись переодеться и обняв подушку. Джон понадежнее укрыл его и прилег рядом, завернувшись в покрывало; сон накатил, как прилив, властно утащив Уотсона с собой. Проснувшись, единственный в мире консультирующий детектив отметил наличие аккуратно сложенного покрывала на смятой соседней подушке. Дотянувшись, опрокинул стул с собственной домашней одеждой, висящей на спинке и, не дождавшись ответной реакции, пришел к неутешительному выводу – Джон отправился на кретинское дежурство в свою кретинскую больницу, оставив его одного. На экране телефона нетерпеливо переливалось уведомление о новом сообщении. 7-00. "Шерлок, я на работе. Завтрак в микроволновке, термос заряжен. На 12-00 у меня плановая операция, телефон останется в ординаторской. Пожалуйста, постарайся вести себя осторожно. ДУ"