Я с тобой

Холмс совершенно по-кошачьи потянулся, нежась под одеялом. Физические повреждения доставляли некоторое неудобство, но не мешали нормальной жизнедеятельности. Чихнул, принюхавшись к себе и, окончательно проснувшись, припомнил, как под утро Джон вытащил его из-под одеяла и, не скупясь, натер какой-то остро пахнущей мазью. Шерлок сглотнул и задержал дыхание от странной дрожи в животе. Ощущение сильных горячих ладоней, бережно разминающих, растирающих, поглаживающих расслабленное полусонное тело было… незабываемым… и… непонятным. Но определенно положительным. И чрезвычайно нуждающимся в сборе дополнительной информации для формирования более конкретного представления о проблеме. С другой стороны, действия Джона были явно направлены на то, чтоб ускорить регенерацию, а конечным их результатом будет немедленное препровождение детектива на его личную территорию, что в свете последних полученных данных представлялось крайне нежелательным. Прежде всего, наличие напарника в непосредственной близости до минимума сокращало время, необходимое для коммуникации, что в критической ситуации могло оказаться решающим. К тому же экономило энергию, вынужденно затрачиваемую на терморегуляцию, тем самым существенно повышая эффективность функционирования мозга. Безусловно, пренебречь столь существенными аспектами было бы крайне нерационально. Однако перспектива посредством этих доводов убедить Джона прислушаться к голосу разума выглядела достаточно сомнительной. Джон мог быть… ОЧЕНЬ упрямым. Однако, как показала практика, Джон совершенно не умел отказывать в просьбах, при этом не принимая во внимания никакие свои личные издержки. Единственным неприятным моментом здесь было то, что Джон явно стремился оказывать поддержку буквально всем, кто оказывался в зоне досягаемости. По большей части это являлось бессмысленным растрачиванием и без того ограниченной энергии Джона и не могло не вызывать вполне естественного раздражения. Склонить Джона откорректировать свое поведение не представлялось возможным в силу особенностей характера и мировоззрения доктора, соответственно, позаботиться об этом следовало самостоятельно, при этом действуя максимально неявными методами. Придя к этому похвальному решению, младший Холмс наметил ряд тактических ходов, с легким сожалением выбрался из обжитой постели, тепло пахнущей Джоном, и через полчаса уже увлеченно звенел пробирками, погрузившись в очередной эксперимент. 18-00 "Джон, я сам схожу за молоком. ШХ" 18-01 "Шерлок, я все куплю по дороге, скоро приеду. Никуда не выходи! ДУ" Довольно улыбнувшись, химик-любитель склонился над микроскопом. Определенно, на сегодня Сара отменяется. В последующие дни Уотсон четко уяснил себе две вещи. Первое, то, что на выпроваживание асексуальных социопатов из чужих постелей не достанет и всей энергии, рассредоточенной во Вселенной; второе… в целом, применительно к одному конкретному экземпляру, он в связи с этим не испытывает особого неудобства. Вернее, неудобство было – если бы не выдержка, закаленная годами войны и врачебной практики, Джон, скорее всего, давно бы спятил, даже регулярно уединяясь в ванной. Несмотря на отдельные одеяла, Шерлок во сне ухитрялся забираться под оба сразу, тесно прижимаясь к соседу. Уотсон первое время ворчал, конечно, но не всерьез, понимая, что сердиться тут не на что – Шерлок банально мерз и его тело инстинктивно стремилось в тепло, – а потом и вовсе перестал, Холмс и без того чувствовал себя неловко, по вечерам старательно заворачиваясь в свое одеяло и отодвигаясь на самый край постели. Смущение ни в чем, по сути, не виноватого друга и его явный дискомфорт, порожденный замалчиваемыми опасениями разозлить доктора, порядком нервировали. В конце концов, после очередного смущенно-неуверенного взгляда, Джон не выдержал, послал все к черту и решительно сгреб Шерлока в охапку, поудобнее разместив его у себя под боком и потеплее укрыв их обоих. Обычное утро, новое сообщение: 7-30 "Доктор Уотсон, если это не нарушит ничьих планов, я был бы рад помощи. Тройное убийство, и обстоятельства крайне неоднозначны. ГЛ" 7-40 "Пожалуйста. ГЛ" – Шерлок, – на серьезном и грустном лице Лестрейда отражалась вся накопленная усталость, все переживания последних недель. – Я должен принести тебе извинения. Надеюсь, ты их примешь. Прости. Я в самом деле прошу у тебя прощения, хоть его и не заслуживаю, я это прекрасно понимаю. То, что я творил тогда... и раньше... было... мерзко и гнусно. Отвратительно. Я чувствую себя отвратительно и мне действительно стыдно смотреть тебе в глаза. Я не думал, что способен на такое. – Я не знал, что у тебя было ранение в голову, – Холмс пристально рассматривал понурившегося инспектора, касаясь рукавом дизайнерского пальто грубой ткани потертой армейской куртки Уотсона. – Не то, чтобы ранение… Просто травма. Никакая не бандитская пуля, банальный утюг, свалившийся с полки. Это еще в академии… Залез в чужой шкаф и раскроил себе череп. – А что будущие полицейские делают в чужих шкафах? – поинтересовался доктор. – Прячутся от дежурного инспектора. Есть такая примета – застукают в женском крыле после полуночи, значит, жди неприятностей... – Ясно, – капитан Уотсон, коротко кивнув, шагнул к двери кабинета, на секунду сдвинул жалюзи, отметил количество прижатых к стеклу носов и ушей, спугнув их обладателей и ободряюще улыбнулся плотно сжавшему губы Шерлоку из-за спины Лестрейда. Полицейский решительно выдохнул, помедлил, явно собираясь с духом, и протянул Холмсу пару раз дрогнувшую ладонь. Тот застыл на несколько секунду и сжал её своей. – Ты вызвал нас сюда, упомянув о необычном тройном убийстве... – напомнил консультирующий детектив. – Да, разумеется, вся последняя информация... – Лестрейд облегченно подошел к своему столу и взял тощенькую папку… – Я понял, – папку тут же выхватили и хищно зашуршали страницами. – Доктор Уотсон... – Инспектор. – Мне жаль, что наше знакомство не состоялось раньше. Лет пять назад. – Поверьте, мне тоже. – Я не знаю, что тут можно сказать. Мне жаль, что я не могу изменить того, что было. – Я знаю. Но вы можете и должны исключить возможность повторения подобного в будущем. Когда вы в последний раз... Хотя, о чем это я, вообще никогда, скорее всего... Я угадал? – Ээммм... – Угадал. Вам ежегодно нужно будет проходить реабилитацию. Элементарная профилактика. Алкоголь исключить. Подробные рекомендации вам дадут в госпитале, и их, Грегори, придется выполнять. Мне приходилось иметь дело с подобными травмами и их последствиями. Вы не хуже меня знаете, что такое неоправданный риск. Пользуясь терминологией Шерлока, инспектор, не будьте идиотом. – Спасибо, доктор. Лестрейд протянул ему руку, которую тот пожал, светясь в высшей степени добродушной улыбкой. – Джон, ты там идешь?! Скорее! Игра началась!