Камень сердолик

Людям верующим читать не рекомендуется, в связи с тем, что автор несёт ересь о происхождении мировых религий. Чудо-трава снова не отпустила. Внимание, пока не бечено! Ошарашенный Клим нагнулся, поднял странный предмет, и вожак снова торопливо распростёрся ниц, издавая невнятные звуки, выражавшие благодарность. А потом торопливо вскочил и странной, вихляющей походкой умчался прочь, словно боялся, что Клим передумает. Клим хмыкнул, пару минут поборолся с желанием засунуть два пальца в рот и залихватски свистнуть вслед убегающему, но быстренько подавил это недостойное желание. Уж здешние-то питекантропы абсолютно ни в чём не виноваты ни перед ним, ни перед чьей-то злой волей оказавшимся здесь Супругом Хранителя Рушаном. Бесхитростные создания: им бы брюхо набить да перед самочками мускулами поиграть – вот и все устремления. К тому же они сохранили место упокоения несчастного Рушана и даже что-то вроде культа у них возникло. Так, глядишь, эволюционируют и будет у них полноценная религия с неведомо откуда появившимся прекрасным Богом, который, как водится, научил их всяким полезным умениям. И да, Камушек прав – не дело несчастному лежать здесь в одиночестве, пусть и после смерти. Надо захоронить его рядом с Супругом… или хотя бы в столице Фаэ, если могила последнего не сохранилась… Клим зябко передёрнул плечами – вспомнилось выражение покоя и даже тихой радости на лице мумии. Видимо, бедняга так настрадался в одиночестве, что смерть принял как избавление, и даже с надеждой, что уж там он обретёт потерянного супруга. Тут же вновь всплыло перед глазами лицо Азура, и Клим чуть не захандрил всерьёз. Любовь Камеля так накрепко срослась с его душой, что стала его собственной. И нет, Азур не умрёт, как этот бедный Рушан – в захолустном мирке, окружённый полуразумными существами. И вообще – если уж помирать – так лет через сто, как минимум, от совместного оргазма и в объятиях друг друга. И никак иначе. А значит нужно срочно допросить пленных. Может быть, они хоть что-то знают… Хоть что-то, что поможет вытащить Азура… и одолеть эту самую Небесную Благодать. Хотя, какая уж там Благодать… Зло в чистом виде. «Верно мыслишь, - прорезался Камушек. – И зря ты так об этих созданиях – они только что нам всем шикарный подарочек сделали». «Ты про эту яйцеобразную хрень? – поинтересовался Клим. – И чем она может быть полезна?» «Клим-Клим… - вздохнул Камушек, - ты разве в своём мире сказок не читал?» «Читал, - отрезал Клим. – И что?» «Недаром ваш великий поэт сказал – сказка ложь, да в ней намёк…» - продолжил Камушек. « А покороче и без тумана нельзя? - высказался Клим. – А то безумно достали меня намёки и оговорки…» «Ладно, - проворчал Камушек с интонациями бабушки-сказочницы, - можно и покороче… Знаком тебе такой персонаж, как Кощей Бессмертный?» «Знаком, - коротко ответил Клим, - только, при чём здесь Кощей Бессмертный?» «Нет, обычно ты явно быстрее соображаешь, - проворчал Камушек. – И извиняют тебя только твои расстроенные чувства… Где у Кощея смерть была? А?» «В яй… - машинально начал Клим и тут же покосился на предмет в своих руках. – Это что, оно самое?» «Ну вот, не прошло и полгода, а ты соображалку включил, - хихикнул Камушек. – Ну да, в ваших земных сказках есть отголоски немыслимо древних событий. А этот Кощей – материальное воплощение сущности, подобной Небесной Благодати. И то, что его смог уничтожить обычный человек… ну ладно, не обычный, обычные со зверями-птицами не разговаривают, скажем так, человек с латентным даром чудотворца, даёт нам надежду, что и у нас всё получится». «То есть, ты хочешь сказать, что когда-то на Земле жили чудотворцы?» - поражённо спросил Клим. «Видимо, да. Хоть я там и не чувствовал ничего такого, но это вполне возможно. А потом произошёл какой-то катаклизм, возможно, верующие создали новое материальное воплощение Небесной Благодати, и на этот раз его никто не смог уничтожить. Вот и утеряли люди этот дар. Иных причин для потери его я не вижу. Если бы твой бывший мир изначально не имел сродства к дару, его бы и твоя прабабушка утратила, да и тебе бы он не передался…» «Ересь какая-то… - пробормотал Клим. – То есть, получается, что Будда, Аллах, Иисус Христос – те самые материальные воплощения Небесной Благодати?» «Не обязательно. То есть с Буддой и Иисусом не обязательно. Об их земной жизни достаточно известно, хотя бы и на уровне легенд. То есть это, скорее, последние чудотворцы. А вот с Аллахом сложнее – о нём рассказал своим последователям Пророк Мухаммед. Хотя… Там всё тоже неясно, ведь сохранились легенды о чудесах, творимых Фатимой – дочерью Пророка. То есть, дар передался ей от отца, значит, Мухаммед тоже был чудотворцем. А вот потомки халифа Али чудес уже не творили… так что там всё очень сложно, с ходу не рассудишь…» «И не надо, - вздохнул Клим. – У нас сейчас другие заботы. Кстати, а почему это яйцо судьбы здесь оказалось? Другого места для хранения не нашлось?» «А что? Вариант вполне безопасный. Поместил Супруга Хранителя в этот отсталый мирок, сковал его рабскими узами – и готово дело. Будет хранить, никуда не денется. Он ведь ещё молодой был, много лет бы прожил… Только вот не учла Небесная Благодать, какое бы материальное воплощение она не имела, тоски Рушана по возлюбленному. Он ведь понимал, что тот мёртв, не мог не понимать… Так что сокровище осталось без присмотра… точнее под присмотром полудиких существ, которые, тем не менее, чувствовали таящуюся в нём угрозу… и которые, почувствовав твой дар, поспешили отдать опасную вещь». «Складно, - оценил Клим. – Только что теперь с этим подарочком делать? Попробовать открыть?» «Думаю, что его лучше открыть в непосредственной близости от объекта, - пробубнил Камушек, – открыть и уничтожить содержимое, чтобы уж наверняка. А пока… побереги эту вещь, Клим. Это наш козырь. А теперь я буду думать, а ты с допросом и без меня справишься. Тебе стоит только пожелать, чтобы пленники правду рассказали…» И Камушек, по своему обыкновению, умолк. За этим занимательным разговором Клим и не заметил, как добрёл обратно к повозкам. Там его уже ждали. М’Хаши вернулись и, по словам Руши, обнаружили совсем недалеко подходящее место для стоянки – и поляна ровная, и родник рядом, и деревья, дающие тень… В общем, было решено разбить лагерь там, ждали только Клима. На резонные вопросы – почему он так задержался, Клим продемонстрировал подарочек рыжего вожака и пообещал попозже рассказать, что это за штуковина. А потом спросил, как там себя чувствуют пленники. Ири бойко отрапортовала, что пленники очнулись, их на какое-то время по очереди развязали и позволили сходить в кустики – естественно, под присмотром, и даже дали немного поесть и размяться. Пленники были шокированы тем, что их занесло в насквозь незнакомый мир, они были дезориентированы и напуганы, угрожать и бежать не пытались. Но их всё равно аккуратно связали и вежливо препроводили под наспех растянутый полог. - И знаешь, Клим, - задумчиво закончила Ири, - они не нас боятся. Такое чувство, что тот, у кого они были в подчинении, пугает их куда больше, чем наша скромная компания… - То есть, сотрудничать не намерены? – спокойно уточнил Клим. - Да нет, думаю петь будут, как бешеные пташки по весне, - ухмыльнулся подошедший Додо. – Они, похоже, без памяти рады, что мы их выдернули с выполнения ихнего* задания. Очень уж не хотят со своим бывшим работодателем видеться… Правда, сказали, что говорить будут только с тобой.. Что скажут, дескать, всё и сразу… - Прям-таки и со мной? По имени назвали? – отзеркалил Клим ухмылку. - Да нет, просто сказали, что будут говорить только с тем извращенцем, который сам выносил и родил дитя, они, типа, знают, что он… ну ты то есть… у нас за главного, - ответил Додо. - Нас, таких извращенцев, двое, если ты не забыл, - заметил Клим. – И вообще, «еретиком» до сих пор только Палого Листа величали. - Ой, - фыркнул Унор, до сих пор просто слушавший разговор, - да ты просто не знаешь масштабов своей славы. По приказу правителя ты, Камель, не просто еретик, а враг существующих порядков, ошибочно помилованный по великому милосердию. Ты у нас родил дитя, которое вырастет и уничтожит весь мир, а сам ты будешь в нём властвовать и мучить выживших… Это такая официальная точка зрения, которую усиленно внедряют в народ. Что интересно – внедряют, в основном те, кто подчинён правителю. Жрецы вроде бы и за, но многие из них по этому поводу не высказываются. - М-да… - проворчал Клим. – И где логика? Если Руши уничтожит мир, то где я буду властвовать? И откуда возьмутся выжившие? - Те, кто безоговорочно верит власти – не любят думать, - вздохнул Унор. – Так что здесь всё понятно. Мне непонятна позиция жрецов… Уж они-то должны были вопить о твоей вине, опережая всех заинтересованных лиц… - Да нет, - отозвался Клим, - здесь всё как раз понятно. Среди жрецов много Фаэров-полукровок. Видимо в их сообществе назревает раскол, поэтому они нацелены на решение внутренних проблем. - Возможно, - кивнул Додо, - но я бы на твоём месте не расслаблялся… - Да разве тут расслабишься, - пробормотал Клим и мысленно добавил: «То понос, то золотуха…» А вслух сказал: - Ладно, пойду, пообщаюсь с этой парочкой. Может, что-то ценное узнаю. Пленников уже успели вытащить из телеги и культурно усадить под наспех сделанным из перистых ветвей местных «саговников» навесом, чтобы головушки не напекло раньше времени. Но развязывать их никто не собирался. Хотя бежать им, в принципе, было некуда. Более того, поблизости от пленников постоянно маячил кто-нибудь из бывших циркачей мужского пола с деланно зверскими физиономиями и недвусмысленно демонстрируемым оружием. Оттого лица у парочки были самые что ни на есть унылые, а мнение о собственной грядущей судьбе на редкость пессимистичное. Но Климу было отнюдь не до их тонких душевных движений – перед глазами стояло лицо Азура… Азура, который сейчас находился в Ловушке заблудших, в лапах у какой-то сволочи, которая использовала его… использовала для создания кадавра, у которого только одна цель – преследовать Клима с тупым упорством… и всё-таки настичь. Клим вошёл под навес, смерил парочку презрительным взглядом и невозмутимо уселся на кем-то прикаченный чурбачок. Ну да, в центре лагеря уже полыхал костёр, значит, друзья-соратники уже разжились дровишками… а древесина здешних псевдосаговников была совсем не рыхлой… и горела прекрасно. Итак, Клим присел на чурбачок, положил ногу на ногу и спокойным, даже скучным голосом произнёс: - Слушаю. - Ты кто такой? – попробовал рыпнуться один из пленников. – Мы же сказали, что с главным в шайке будем говорить, а не с каким-то приблудным Фаэром! Второй, лицо которого обезображивали некоторые признаки интеллекта, толкнул приятеля локтём в бок и прошипел: - Ты сдурел? Это он! Еретик Камель Ашрафи! Это он здесь главный! Клим милостиво кивнул, отметил про себя, что его имя всё-таки этой публике известно, и ещё раз сказал: - Слушаю. Ещё одна ошибка – и скормлю вас здешним хищникам. Вы мне оба без особой надобности. Здесь, похоже, крупных хищников не было, но пленники-то этого не знали, отчего синхронно побледнели, а грубиян даже глаза прикрыл от страха. Второй же тихо сказал: - Если вы пообещаете нас не убивать, то мы всё расскажем. - Даю слово, - кивнул Клим. Убивать их он и вправду не собирался. - Хорошо, - кивнул второй и начал рассказывать. Рассказ, в общем и целом был довольно информативен и сводился к следующему. Эта сладкая парочка служила в сыскном отделении стражи правителя на не слишком высоких должностях, причём надежды продвинуться не было никакой. Но вот в один прекрасный день их вызвало высокое начальство и заявило, что оба они с их опытом сыска, включены в отдел тайной стражи правителя на время одной наисекретнейшей операции. Парочка насторожилась, чуя неладное, но начальник их быстро успокоил, заявив, что после удачного выполнения операции оба получат неплохое вознаграждение из рук самого правителя и вернутся в сыскное отделение с долгожданными повышениями в должностях. Потом всё пошло по знакомому Климу сценарию – тайный отдел, находившийся в глухом заброшенном месте, новые коллеги, тщательно скрывавшие лица и представлявшиеся номерами, непонятные эксперименты, которые в этом отделе проводились… и куратор, тщательно скрывавший лицо. Правда, глаз у новоиспечённых тайных сотрудников был намётанный и они поняли, что их таинственный куратор скорее всего – дама. Но спрашивать об этом они по понятным причинам не решились. Задание их было простым с виду – участвовать вместе с другими сотрудниками в поимке врага и еретика по имени Камель Ашрафи, приговорённого к смерти за противоестественные отношения с мужчиной, самое ужасное колдовство, убийства невинных детей и девушек (на этом моменте Клим удивлённо приподнял брови) и самоличное вынашивание ужасного монстра, способного уничтожить весь мир. Эта мерзопакостная личность была помилована жрецами по их недосмотру и голубиной кротости, но теперь его намерения стали вполне ясны, и его необходимо схватить и доставить в столицу, дабы знающие учёные смогли бы обезвредить этого монстра и его гнусное дитя, созданное с помощью самого чёрного колдовства. Короче, для описания еретика и его преступлений чёрных красок не пожалели, и оба приятеля этому поверили. Поэтому ловить еретика оба отправились с превеликим усердием. * Автор знает, как правильно. Просто трудно ожидать от бывшего циркача абсолютно грамотной речи, правда?